Глава 8

Оля Вернулись домой. Варя сама вызвалась помыть лапки собаке. Я не против. Поэтому пока девчонка занята Жужей, я ставлю чайник. Хочу немного согреться. Затем мы перекусываем. Отправляю Варю в гостиную. Там стоит письменный стол. Девочке будет удобно. А я проверяю наличие нужных продуктов. Параллельно делаю заказ недостающего в приложении. Определенно, я так долго не протяну. Мне нужны заказы. Сегодня сделаем чизкейк. И попробуем разыграть. Нужно привлечь внимание к аккаунту. За моей страницей наблюдают не только жители моего города. Но и многих других городов. Наконец, решаюсь изменить в своих данных локацию. Готовлю новый пост о предстоящем розыгрыше. Прописываю условия. А завтра сделаю пост, что принимаю заказы. Вот такой план на пару недель. Купить бы еще немного нужной кухонной утвари. Жаль, что с прошлой работы не дали забрать мои любимые штучки. Начиная от формочек для кексов, заканчивая любимым венчиком. Ну ничего. Прорвемся. За два-три часа я успеваю прибраться в квартире. Вымыть полы и все поверхности. Полить цветы, оборвать подсохшие листики. Разобрать доставку. Периодически поглядывать в телефон и наблюдать, как мой пост о предстоящем розыгрыше набирает обороты. Вроде ничего особенного, всего лишь чизкейк. Его каждый может испечь. Но народу нравится. А еще выигравший получит скидочку на будущий заказ. Если пирог понравится, то будет повод ко мне обратиться. Прислушиваюсь, как занимается Варя. Ее все время хвалит учитель. По сути, ответственность за получение знаний полностью на девочке. Ни отец, ни мать не лезут в этот процесс. Может, это и правильно, но ребенку нужна полноценная школа. Это же новые знакомства, общение со сверстниками и учителями. А кружки по интересам? А так что хорошего? Она целыми днями дома… Ох как хочется высказать пару ласковых ее родителям. Но я не имею права лезть. А вот намекнуть надо. Хотя до сих пор не могу понять и принять то, что Варя с Яном столько лет не были знакомы. Когда Варя заканчивает и приходит ко мне в кухню, я ей рассказываю, чем я обычно занимаюсь. – Ты блогер? – глаза девочки загораются. – Да не то чтобы… я начинающий. – С почти полусотней тысяч подписчиков? – смеется. – Не попахивает начинающим. Но твоя идея крута по поводу розыгрыша, – смотрит мою страницу. – Пока работала, брала заказы. – Значит, ты собираешься нарастить обороты? Круто! И я тебе буду помогать? А ты снимаешь видеоролики? Сейчас это очень модно! – Ой, я не умею. Особенно их монтировать, – говорю я. Хотя об этом думала неоднократно. – Пфф, – усмехается Варя. – Проще простого. Давай попробуем вот с этим чизкейком. И загрузим его. Если твои подписчики это оценят, то я с удовольствием буду тебе помогать. Идея Вари мне очень нравится. И не раздумывая больше, мы принимаемся за выпечку. Одно радует, что это не займет много времени. Даю Варе задание разобраться с печеньем. Его нужно измельчить. Но у меня нет блендера. Ломает печеньки и кидает их в подготовленную емкость. И девчонка взялась за это дело с энтузиазмом. А я принялась за начинку. В нее идет все комнатной температуры. Сливочный сыр взбиваю на низких оборотах, затем добавляю постепенно сахар, немного ванильного, сметану. А в самом конце уже идут яйца. Все это перемешиваю до однородной массы. Варя уже подготовила печенье. В него добавляем масла сливочного и выкладываем в форму, формируя плотный нижний слой с бортиком. И сверху выкладываем крем. Духовка предварительно у нас разогрета, поэтому в нее ставим наш будущий чизкейк. Выставляю время. Все процессы работы Варя умудрилась заснять небольшими отрывками. Теперь ждем, пока приготовится наш десерт. Она что-то делает в своем телефоне. Я же навожу порядок на кухне, убираю все поверхности и мою посуду. Затем Варя убегает в комнату и садится за ноутбук свой. Я же начинаю готовить нам обед. Сама бы снова перебилась чем-нибудь простым. А вот ребенка нужно кормить. И желательно супом. Поэтому, недолго думая, ставлю вариться куриный бульон. Самое простое и быстрое всыпать туда “звездочки”. Что и делаю. Жужа все это время сидела в сторонке и за нами наблюдала. На удивление вела себя тихо. Списываюсь с тетей Лизой. Рассказываю, как у меня дела. То есть у ее собаки. Женщина научилась пользоваться видеосвязью. Приходится поболтать и показать ей ее любимицу. Через час мы с Варей обедаем. А чуть позже таймер оповещает нас о готовности выпечки. Я достаю пирог. Визуально все прекрасно. Думаю, и на вкус он должен получиться на ура. – О-о-о, – тянет девчонка. Быстро фотографирует его. – Сейчас выставим все это на всеобщее обозрение, – восхищенно болтает. Она явно в предвкушении. – Пойдем, покажу, что у меня получилось. И показывает на своем ноутбуке ролик, смонтированный ею. Здесь процесс приготовления. И ряд с фотографиями. Все это под музыку с эффектами. – Красиво. Ты большая умница, – действительно я в восторге. Мы выставляем этот ролик в сеть. Вот он приз. И запускаем розыгрыш. Результаты будут через часа четыре, когда чизкейк полностью остынет. До приезда отца девочки мы успеваем погулять с Жужей и провести розыгрыш. Выпечку выиграла девушка, проживающая на другом конце столицы. Приехать сама она не могла. Поэтому я сама предложила ей привезти ее выигрыш. – Я хочу с тобой, – заявила Варя. – Нет, – отказываюсь, потому что взять чужого ребенка с собой я не имею права. – Ну почему? – хмурится. – Потому что твой папа это не одобрит. – Откуда ты знаешь? – не сдается девочка. – Варь, вот представь, он приедет, а нас нет дома. Что он подумает? – Я позвоню ему и скажу, что мы с тобой уехали. – Ты взрослая девочка и должна понимать, что я не могу тебя с собой брать без его разрешения. – Тогда позвони ему, – протягивает мне свой телефон. – Я не могу. Он же работает. Тем более скоро должен приехать с работы, – спорим с Варей. Наш разговор прерывает звонок в дверь. – Вот, я сейчас ему все сама скажу, – помчалась открывать дверь девчонка. Я за ней. – Варь, собирайся, пошли домой, – на пороге действительно оказывается ее папа. Стоит, прислонившись к стене плечом. По глазам видно, что человек устал. За этот день на его лице будто морщинок стало больше. – Ян, мы тут с Олей приготовили чизкейк, его разыграли и теперь нужно приз отвезти девушке. – Круто. Собирайся, – говорит он нейтральным тоном. – Ты нас отвезешь ведь, да? – смотрит на него. А мужчина поднимает взгляд на меня. Он явно не совсем понимает, что от него требует дочь. – Варя, я сама отвезу, – говорю упрямой девочке. Но та меня и слушать не хочет. – Ян, мы должны помочь Оле. Ты представляешь, она сама хочет поехать в незнакомый район. А уже темно. – Выхода у меня нет, да? – сдается. – Нет, – качает головой. – Поехали, – кивает он и присаживается на банкетку в коридоре, ожидая, когда мы соберемся. А мне, между прочим, жутко неудобно. Поэтому пытаюсь его отговорить. На что получаю: – Мне потом весь вечер и последующие дни выслушивать недовольство дочери. Нет уж. Спасибо. Мои нервные клетки мне дороже. Собирайтесь. Отвезу вас куда надо, а потом заедем куда-нибудь поужинаем. У вас тут так вкусно пахнет, что я вспомнил, что не ел сегодня. Я мчусь в кухню. Завариваю сладкий чай в термокружку и делаю пару бутербродов. Пусть хоть перекусит по дороге, раз его дочь решила так проэксплуатировать. Надо с ней по этому поводу еще поговорить. Ян Погружаюсь в работу так, что забываю о времени. Процесс кипит. И, кажется, удается вырулить из тупиковой ситуации. Когда беру телефон в руки, оказывается, уже прошел обед. Отпускаю своих ребят. Одно дело, если не поел я, другое, если они. А так не пойдет. И как только в моем кабинете повисает тишина, выхожу в приемную, чтобы приготовить себе чашку кофе. Тишина. Даже улыбнул этот момент. В кухне порядок. Ставлю чашку в кофемашину и нажимаю на соответствующую кнопку. Пожалуй, двойной эспрессо то, что мне нужно. В шкафчике нахожу конфеты, беру одну. С чашкой возвращаюсь обратно к себе в кабинет. Минута тишины иногда помогает разобрать кавардак мыслей в голове. С мертвой точки сдвинулись. Дальше можно ожидать поставку и готовиться к переустановке нового оборудования в цеху. Телефон, лежащий на столе, противно зажужжал. Оксана. Черт! – Алло, – отвечаю, прикрывая глаза. – Оксан, извини, я зашился. – Я правильно понимаю, что ты больше не хочешь со мной встречаться? – звучит женский голос в динамике. Выдыхаю воздух. Это неправильно – расставаться вот так. По телефону. Но мне действительно стало не до нее. – Окс, я виноват, но, наверное, это действительно так. Завал на работе… – Ты мне врешь сейчас. Лучше не говори ничего, – усмехается. – У тебя кто-то появился? – Нет, у меня никого нет, – тру переносицу. – Ты как отменил встречу, так больше ни разу мне не набрал. Что я должна подумать? А, впрочем, ладно. Но ты бы хоть встретился бы со мной и все сказал напрямую. А не так. – Встретимся, обязательно. – Сегодня? – звучит с надеждой. – Нет. Не сегодня. Давай к концу недели. У меня в офисе аврал. Только стали выгребаться, я сегодня и пообедать забыл. К вечеру дай бог до дома добраться, – рассказываю, хотя понимаю, что ей это не интересно. А у меня дома еще и ребенок. Но Оксане я не собираюсь об этом рассказывать. По крайне мере, это уже не имеет значения. – Хорошо, я жду от тебя звонка, Жданов. Не думала, что у нас все так закончится, – вздыхает. – До встречи, – и отбивает звонок. Без истерик и скандала. Даже не верится. Я подозревал взрыв. Но его не последовало. С работы вырвался, когда на улице уже стемнело. Одно желание было: забрать Варю, заказать еды, поужинать и принять горизонтальное положение. Но моим планам не суждено было сбыться. А все почему? Потому что у дочери появился свой план на конец этого дня. А именно помочь Оле-соседке. Всего-то на другой конец города доставить ее с каким-то пирогом и привезти обратно. Можно было бы возразить и объяснить мою причину отказа. Но… не смог. – Что за пирог и почему его нужно везти к черту на кулички? – спрашиваю я, когда все вместе садимся в машину. И тут Варя начинает мне рассказывать. Быстро, сумбурно. Я лишь выхватываю главное. Поглядываю в зеркало заднего вида на девушку. Молчит, смотрит в окно, но слегка улыбается. – Этот пирог ваш так вкусно пахнет, что у меня желудок подает сигналы, – усмехаюсь. Оля засуетилась. И тут же между передними сиденьями появляется ее рука со стаканом. – Это что? – не понимаю, но беру. – Чай, – отвечает. – И вот, – снова появляется рука. – Бутерброд. Перекусите. Мне жутко неудобно, что так все вышло, – виновато улыбается мне в зеркало. А мне так необычно принимать заботу от чужого человека. Но откусываю бутер и делаю глоток. Жидкость теплом растекается внутри. Спустя почти час, собрав пробки, мы подъезжаем к нужному адресу. Оля благодарит и обещает быстро вернуться. Варя идет с ней. Моя просьба остаться пролетает мимо ушей. Задело. Но это не повод ругаться. Я вообще толком не понимаю, как воспитывать ребенка. Да и что воспитывать, когда ей уже десять и что можно было заложить, уже заложили. Выхожу из машины. Подцепил носком ботинка снег. Морозно. Застегнул пальто и убрал руки в карманы. А еще о Варе надо рассказать родителям. Это тоже очень сложный момент. Хотя понимаю, что обрадуются. Даже, может быть, почти сразу. Но мама мозг мне промоет. От мыслей отвлекает хлопок двери подъезда. Оборачиваюсь. Варя с Олей идут, держась за руки. О чем-то говорят и смеются. Они нашли общий язык. Варя клевая девчонка, общительная. И, оказывается, шарит в монтировании видеороликов. Если я все правильно понял. – Вот и мы, – говорит дочь. – Тогда поехали. Перекус был очень кстати. Но поесть нормальной горячей пищи все же хочется. Вы не против? – улыбаюсь. – Мы за, – заявляет Варя. – Да, Оль? – оборачивается к девушке. – Конечно, – улыбается та. Симпатичная. Единственное, что мелькнуло в голове. А потом шквал бомбардирующих мыслей, касающихся милой девушки Оли. Которые пришлось мысленно заткнуть. Мы приезжаем в небольшой семейный ресторанчик. Здесь шеф-поваром работает мой хороший знакомый. Оставляем свои вещи в гардеробной. Оля краснеет. Замечаю. И ее движения становятся скованными. – Что такое? – спрашиваю ее. – Для такого места нужно соответствующе одеваться, – говорит тихо. На ней джинсы светло-голубые, обтягивающие стройные ноги. И вязаная белая кофта навыпуск. Волосы рассыпаны локонами по плечам. Красиво выглядит, тут и скрывать нечего. – Вы, Оля, прекрасно одеты. Не стоит так волноваться. Сюда ходят простые люди, как мы с вами. Пойдемте, – приглашаю ее пройти вперед. За ней, гордо задрав нос, идет Варя. Девчонке уверенности не занимать. В который раз удивляюсь этому. Хостес нас провожает за свободный столик. А таких здесь мало. На столике сразу же появляется меню. Мы быстро определяемся с заказом и его у нас принимает официант. Я завожу разговор о занятии Оли. На удивление очень легко удается разговорить девушку. – Мне нравится этим заниматься, – подводит итог Оля. – А ты училась специально? У тебя диплом кондитера? – нам как раз приносят заказ. – Нет, я самоучка изначально. Дома, сколько помню себя, что-то да пекла. После школы прошла курсы. Но мечтаю я когда-нибудь открыть свою маленькую кондитерскую, – произносит воодушевленно. – Какая идиллия, – в наш разговор вклинивается женский голос. И этот голос я узнаю. Оксана собственной персоной стоит у нашего столика и с презрением смотрит на меня. Оля Красивая. Высокая, с длинными, почти черными волосами. Вязаное платье кораллового цвета, подчеркивающее все округлости на ее стройном теле. На ее фоне я явно теряюсь. Первое, что пришло на ум, как только в наш разговор вклинился чужой женский голос. И кажется, она очень злая. Вон как молнии мечут ее глаза. – Оксана? – произносит удивленно Ян. – Ян? – выгибается аккуратно очерченная бровь. – Надо же, какая встреча, – звучит с сарказмом, переводит взгляд на меня, потом на Варю. – А это, я так полагаю, твои знакомые? Или сестра с ребенком? Хотя нет, у тебя нет сестры, насколько я знаю. Тогда кто это, Ян? – Оксан, давай не будем устраивать концерт на людях? – приподнимается мужчина, но девушка подставляет стул и садится между мной и Варей. – Познакомимся? – спрашивает меня. – Оксана, – протягивает руку. – Девушка вот этого мужчины, – кивает в сторону Яна. Мужчина же сел обратно на свое место. Меньше всего я мечтала оказаться в такой ситуации. У него есть девушка, кто бы сомневался. – Оля, – пожимаю в ответ руку с дорогим маникюром и золотыми кольцами на тонких длинных пальцах. – Оля, а вы кто? – спрашивает напрямую и смотрит с вызовом в глазах. – А я Варя, – влезает в разговор девчонка, отвлекая Оксану от разговора со мной. – Я дочь, видимо, не совсем вашего мужчины, – усмехается она. То, каким взглядом посмотрела Оксана на Варю, а потом на Яна, надо было видеть. Наверно, таким взглядом можно убивать. Даже на загорелой коже девушки стали проступать красные пятна. – Жданов, я не поняла, – произносит Оксана. – Если это твоя дочь, то почему о ней никто не знает? – снова мажет по мне взглядом и опять обращается к Яну. – А это ее мать? – усмехается и складывает руки на груди, откинувшись на спинку стула. – Занятно. – Я не мама девочки, – подаю голос. – А с тобой вообще никто не разговаривает, – даже не повернувшись ко мне, прошипела мегера. – Почему я ничего не знала о твоей дочери? – продолжает говорить. – Или ты не планировал меня знакомить со своей семьей? Так, – махнула рукой, – есть и ладно, да? А может, тебя на простушек потянуло? Решил разнообразить свою жизнь? Я простушка? Внутри все закипело от возмущения. – Оксан, теперь послушай меня. То, что Варя моя дочь, я сам узнал в прошлые выходные. И да, из-за этого отменил нашу встречу. Оля наша соседка и по совместительству она в мое отсутствие следит за ребенком. – Ты себя слышишь? За выходные у тебя появилась якобы дочь и якобы няня, – смеется, показывая наманикюренными пальцами в воздухе кавычки. – Бред какой-то. Откуда у тебя взрослая дочь? – Я был женат. Кажется, и этого не знала черноволосая любительница солярия. – Может, ты до сих пор женат? – снова смотрит на меня. – И я занимала роль твоей любовницы, пока ты предпочитал забыться… – Подбирай слова, здесь ребенок, – предостерегает ее мужчина. – Ты из-за этого решил со мной порвать? Так если она тебе никто, то в чем проблема? – вскидывает брови. Она – это, видимо, я. – Оксана, мы с тобой договорились встретиться в конце недели, если мне не изменяет память. А теперь дай нам поесть, – этими словами показывает ей, что разговор окончен. Варя берет приборы и начинает демонстративно есть. – Ты же здесь не одна? Оксана прищуривает глаза. Поднимается из-за стола. – Мы еще поговорим, – говорит Яну и, развернувшись, проследовала к столику у окна, за которым сидит девушка, с которой пришла Оксана. Наконец, мы остаемся втроем. Ян берет вилку в руки и ковыряет в тарелке принесенный ужин. У меня пропал и аппетит, и настроение куда-то уплыло. Симпатичный мужчина и красивая девушка. Они подходят друг другу. Я на их фоне простушка деревенская. Впрочем, ничего обидного в словах Оксаны и нет. Только правда. Если пару минут назад я чувствовала себя удивительно легко в обществе этого мужчины и его дочери, то сейчас понимаю всю реальность происходящего. – А десерт будет? – спрашивает Варя. – Будет, если захочешь. Можем подойти к шеф-повару и ты лично его спросишь, что он может тебе предложить, – мои внутренние метания отступают назад, когда слышу разговор отца и дочери. Ловлю довольный взгляд девочки. Улыбаюсь ей в ответ. – Конечно, хочу, – восклицает она. – Тогда пойдем, – подает ей руку, и она тут же с готовностью вкладывает свою ладошку. – Мы на минуту, – обращается ко мне, а я киваю в ответ. Когда парочка скрывается из виду, я откладываю приборы и отодвигаю от себя так и не тронутую тарелку. Оглядываюсь в сторону столика у окна. Девушки что-то бурно обсуждают. Даже не буду гадать и так понятно, кто гвоздь их разговора. Поднимаюсь с места и тороплюсь к гардеробу. Забираю свой пуховик, на ходу натягиваю шапку. Выйдя на улицу, ветер тут же бьет холодным порывам по разгоряченному лицу. В приложении вызываю такси, которое подъезжает почти сразу. Плюхаюсь в теплый салон и, откинувшись на спинку сиденья, закрываю глаза. А все так неплохо начиналось. А в итоге чувствую себя разбитой. В кармане начинает вибрировать телефон. Незнакомый номер. Знаю, кто это может быть, и отвечаю. – Оля, ты куда пропала? – звучит взволнованно мужской голос. – Извините, Ян. Спасибо за прекрасный ужин. Но я плохо себя почувствовала и решила не портить вам вечер с дочерью. Еду домой. Всего доброго, – и отбив звонок, прячу телефон обратно в карман. Внутри все сдавило от странных чувств. Какое-то странное разочарование. Грустно.