Глава 23

Тариус

Вернувшись в комнату, после самой интенсивной санитарной процедуры, которую я когда-либо проводил, обнаружил, что Антлия, свернувшись калачиком в моей спальной капсуле мирно спала.

Я осторожно лёг рядом, боясь нарушить её покой, но девушка моментально, как если бы инстинктивно во сне чувствовала меня, прижимаясь спиной ко мне, её обнажённая фигура идеально подходила мне, как будто бы была последней недостающей частицей в моём существовании.

Я засыпал, крепко обхватив девушку руками, погружаясь в знакомые сны и выныривая из них. Я посетил ледяные равнины и горы своей родины, увидел лицо отца; почти такое же, как у меня, но жёсткое и обветренное после охоты на холодных, продуваемых ветрами, ледяных склонах гор Тале. Мой отец, как и большинство айкунов, с недоверием относился к чужакам и был совершенно безжалостен, когда дело касалось защиты клана.

Но мать была первой, кто приветствовал моё возвращение с распростёртыми объятиями, когда я тайно посетил своё племя после... после того, как стал тем, кого они презирали всей душой.

Имперский воин.

Орудие Империи.

Потребовалось много заверений и переговоров, чтобы избежать смертельного поединка между одиноким, но вооружённым до зубов элитным Имперским воином и целым кланом подозрительных айкунов, но, в конце концов, согласие отца стало поворотным моментом для мужчин-охотников, и как только остальные поняли, что я не собирался служить своим мёртвым сердцем презираемой Империи, они постепенно научились доверять мне. И в конце концов, после сотен тайных визитов — я заработал свои охотничьи шрамы.

Если бы только отец мог видеть меня сейчас; свободным от тисков Империи со своей парой на руках. Он бы гордился. Да благословит Богиня его вечную душу. И моя мать, самая почитаемая старейшина племени, тихо обрадовалась бы, встречая Антлию. Во время нашей трансгалактической голокоммуникации она упомянула не раз, что я должен найти себе хорошую пару, как другие воины.

Ах, скоро я познакомлю её с Антлией. Я с трудом мог поверить, что моя пара жаждет посетить планету, которая выковала меня, но была местом, которое имело ужасную репутацию во всех Десяти Галактиках, но несмотря на всё, на Голубой звезде была скрытая красота.

— Ты сама увидишь это, моя амина, — тихо пробормотал я на айкуне, пробегая пальцами по великолепным золотистым волосам. — Я отведу тебя туда, и тебя примут как королеву моего племени.

Мне было наплевать на королевские гены, унаследованные от какого-то далёкого предка, но я буду относиться к ней, как к своей королеве, и буду охранять так же. Прислужники старой Империи никогда не получат Антлию в свои лапы.

Девушка зашевелилась, ресницы нежно затрепетали на фоне кремовой кожи. В полусне девушка перевернулась на другой бок и обняла меня за плечи руками.

— Ммм…, — сказала она, притягивая меня к себе, как будто бы я был какой-то мягкотелой добычей, которую так легко поймать.

Девушка была тёплой и мягкий.

Она была моя.

Антлия уткнулась лицом мне в грудь и пробормотала что-то бессмысленное. Её ноги обвились вокруг моей талии. Все ещё обнажённый, у меня не было другого выбора, кроме как сдаться. Она не совсем проснулась, но определенно была возбуждена. Сладкий аромат наполнил мои ноздри, вводя в совершенный транс. Со сверхъестественной силой, как будто в неё вселился какой-то божественный, похотливый дух, Антлия приподнялась, одной ногой зацепившись за мой торс, а другой вытянувшись под ним.

Она пошевелила бёдрами, и внезапно я оказался… Внутри неё.

Что, во имя ада Вселенной, Антлия ты делаешь?

Я вошёл в неё глубже. Сама девушка была в полусне и едва понимала, но тело его пары отреагировало на меня.

— Антлия, — мягко сказал я.

Невероятные глаза землянки распахнулись. В них заплясала дымка замешательства, но быстро сменилось пониманием... и восторгом.

— Тариус, — её сладкий, нежный голос был целебной мазью на моё израненное сердце. — Привет.

— Привет, — прошептал я, медленно расплываясь в улыбке. — Ты неверотяна, моя Антлия.

Нежный розовый румянец появился на щеках девушки и распространился по лицу до кончиков ушей.

— Как и ты, Тариус.

Я двигал бёдрами, вызывая мягкое мурлыканье удовольствия от Антлии. Мне хотелось поглотить её целиком и сразу, но в то же время, хотелось медленно наслаждаться ею. Это было чистое блаженство, лучше, чем все, что я мог себе представить во время спаривания. Антлия обвила руками мою шею и поцеловала.

Ритм моих движений стал быстрее, настойчивее.

— Для меня большая честь, что ты так думаешь, — прохрипел я, быстрее, чем хотелось бы, теряя самообладание.

Её тепло было слишком восхитительным, чтобы я мог остановиться. Я закрыл глаза и застонал, когда Антлия обвила пальцами мои рога. Богиня, прошло так много времени с тех пор, как я в последний раз ощущал хоть малейший отзыв от своих, когда-то отрубленных рогов. Её руки были чистым блаженством, посылая волны удовольствия вниз по моим рогам, вниз по позвоночнику и в сосредоточение моего возбуждения.

Антлия провела руками по моим волосам и вниз по спине, крепче прижимая к себе. Я уткнулся лицом в ложбинку у неё на шее. Запах Антлии сводил меня с ума. Я целовал её тёплую кожу и вошёл глубже.

Землянка моя.

Я становился все более неистовым; все более безумным. Девушка начала стонать, издавая глубокие, хриплые звуки. Я снова и снова гладил и ласкал изгибы её тела, удивляясь, как, во имя Десяти Адов, я так удачно нашёл её.

И теперь она вся моя.

Когда яростная кульминация настигла меня, как яростная ледяная буря, Антлия крепко обхватила меня ногами и руками, впиваясь ногтями в жёсткую кожу спины. Я уловил изменение в её запахе; сладость и мускус становились резкими, зрелыми и опьяняющими. Лёгкую дрожь, прошла по телу девушки. Это быстро переросло в полномасштабное землетрясение, и когда её тело извивалось в моих объятиях, я, пьяняще наслаждался её удовольствием. И, когда она обессилела и томно прижалась ко мне, я благоговейно целовал снова и снова.

Через некоторое время мы оба замерли и просто лежали, и смотрели друг другу в глаза. Я никогда ни с кем раньше так не делал, никогда. Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь захочу раскрыть свои уязвимые места другому живому существу? Но с Антлией, это казалось таким естественным, таким лёгким. Я мог быть… собой.

— Это было лучшее утреннее пробуждение, которое у меня когда-либо было. Вы не растрачиваете свои возможности впустую, не так ли, коммандер? — девушка счастливо улыбалась.

— Я не мог устоять перед тобой, — признался я. — Ты моя самая ужасная слабость. И из-за этого я буду охранять тебя сильнее, чем все, за что я когда-либо боролся в своей жизни, Антлия, — я улыбнулся ей в ответ, обнажив острия своих клыков. — И ты должна понять, что я больше не коммандер. Но ты можешь называть меня так, если хочешь, когда это... уместно.

Странно, но мне нравилось, когда она обращалась по званию вот таким тоном, как будто хотела исполнить мои самые сокровенные желания, в то же время, не оставляя сомнений в том, что она полностью осознает ту власть, которую имеет надо мной.

— Конечно, коммандер, — теперь тон Антлии был совершенно серьёзным, хотя в улыбке был намёк на озорство. — Ты никогда не пытался скрыть, кем ты был. Я очень ценю твою искренность. Я так устала от людей, которые надевают маску только для того, чтобы получить то, что они хотят.

Внезапно её улыбка исчезла, и девушка неловко подвинулась ко мне, нервно поймав прядь своих волос, наматывая их вокруг пальца. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, потом снова закрыла его. Тень пробежала по лицу. Я чувствовал, что она хочет довериться мне, но она колебалась...  боялась.

Она не должна бояться меня. Никогда.

— В чем дело, Антлия? — я заставил себя говорить мягко, хотя мысль о том, что она боится, вызывала у меня желание разорвать всю Вселенную на маленькие части.

— Мы не так давно знаем друг друга, но с тобой я чувствую себя в полной безопасности.

— И это не так уж плохо, верно? — я в замешательстве нахмурился.

— Нет, — тихо сказала она.

Настала моя очередь открыть рот, а затем закрыть, все вопросы испарились, когда меня осенило понимание проблемы. Антлия не привыкла к этому... чувствовать себя в безопасности. Её травма не до конца зажила. Я заставлю их всех страдать за то, что они сделали с ней! Мысли о смерти проносились в моём сознании, когда я крепко обнимал своё сокровище, позволяя ей расслабиться рядом со мной. Она искала тепла, прижимаясь лицом к моей груди, обнимая. Я же обнимал девушку, потому что это было все, что я мог сделать в данный момент. Антлия глубоко вздохнула и расслабилась, её пальцы все ещё ласкали мою спину, обводя пунктирные завитки ритуальных шрамов.

— На таких воинах, как ты, все раны быстро заживают, не так ли? — рассеянно пробормотала она.

— О чем ты говоришь? — я нахмурился. Только воины Первого Дивизиона обладали ненормально быстрым исцелением. Без нанохирургии мои раны кровоточили черной кровью и заживали медленно, как и у любого другого смертного синайца.

— Мой разум, должно быть, играет со мной злые шутки, потому что я могла бы поклясться, что случайно поцарапала твою спину, когда мы, э-э…в первый раз, — румянец на её щеках стал ярче.

— Ты сделала это, — усмехнулся я.

— Ну, тогда ты, должно быть, твои раны быстро заживают, потому что, нет никаких отметин.

— Что? — я резко выпрямился. Девушка поцарапала меня, в этом не было никаких сомнений. Я вспомнил о боли и запахе собственной крови. О, землянка определенно ранила меня.

И теперь раны зажили. Подозрительно быстро.

Я произнёс злобное айкунское проклятие себе под нос. Что со мной сделал, медик? Он поместил нанитов в моё тело?

Неожиданно, в моём ухе зажужжал комм, подключённый непосредственно к слуховому нерву, он мог быть активирован в ответ на едва заметные движения лица, например лёгкое подёргивание мышц щёк.

— Подожди минутку. Они знают, что не следует связываться со мной без крайней необходимости, так что это должно быть что-то срочное, — я активировал комм, приложив палец к губам Антлии, выражая молчаливое успокоение взглядом.

— Мы нашли человеческую девушку, босс, — это был Заркен, один из доверенных воинов, которому я поручил найти подругу своей пары. — Это заняло больше времени, чем предполагалось.

— Значит, она в безопасности и находится под нашей опекой?

Воин издал тихий рык разочарования.

— Я сказал, что мы нашли её. Я не говорил, что она у нас. Мы опросили знакомых и родственников. Только когда мы просмотрели журналы наблюдения, мы смогли обнаружить её следы.

— И? — мой голос понизился до опасного тона. Я не хотел сообщать плохие новости своей паре, поэтому тем, кто замешан, лучше помолиться Богине, чтобы девушка была найдена живой и в добром здравии. — Так, где же она, Заркен?

— Она в руках преступной группы. Её похитили с улицы во время беспорядков. Эти люди становятся слишком большой проблемой, чтобы их игнорировать. Мы обратились за информацией к одному из старых членов группы. Похоже, что из-за того, что они потеряли Антлию, они взяли эту женщину, чтобы расплатиться с неоплаченными долгами. Они, вероятно, попытаются продать её работорговцу.

Мои глаза сузились. Антлия ужасно расстроилась бы, если с её подругой что-то случилось бы, особенно если бы она узнала, что косвенно несёт ответственность за это. Я не хотел видеть свою пару расстроенной. Она и так уже достаточно настрадалась.

— Адская Вселенная, — прорычал я, переходя на айкун.

Антлия вопросительно подняла брови и положила руку мне на грудь в успокаивающем жесте. Я взял её пальчики в свои, нежно поглаживая ладонь подушечкой большого пальца, давая понять, что объясню ей позже.  Конечно же, она не поняла ни слова из того, что я сказал. Я не подведу тебя, моя амина. Непрошеный образ мелькнул в моём сознании, когда я вспомнил, в каком ужасном состоянии она была, когда я нашёл её.

Мой гнев вырвался на поверхность, а защитные инстинкты пришли в бешенство. Её клан теперь был моим кланом, и я позабочусь о том, чтобы вселить страх перед любым, кто посмеет угрожать нам.

— Дураки. Они все ещё не понимают своего места во Вселенной. Мы были слишком сдержанны.

— У нашего подхода были веские причины, Заркен, — холодно сказал я. Мы так легко могли заполучить эту планету и держать все население в страхе; кроткие и совершенно послушные, но причины не делать этого были… сложнее. И все же ситуация выходила из-под контроля. Нужно было принимать меры.

— Где её держат? — спросил я, скользя по внутренней стороне руки Антлии, нежно лаская. Как и во сне, она прижалась ко мне, вся нежная и лёгкая; идеальный контраст моей жажде насилия. Как старые, знакомые доспехи, контроль вернулся на место и мои мысли снова стали ясными. Лихорадка Спаривания спала, но не исчезла полностью. Под всеми этими слоями контроля, опыта и обучения скрывался завиток безумия, угрожающий поглотить меня, если кто-нибудь посмеет причинить вред моей паре. Неужели все спаренные синайцы должны были иметь дело с этим безумием?

— Тариус, — будничный голос Заркена вырвал меня из сладостно-мрачных мыслей. — Я сообщу вам, как только мы узнаем, где её держат.

— Отлично, — я провёл пальцами по блестящим волосам Антлии, очарованный тем, как они отражали разные оттенки золота. — В таком случае, мы немедленно отправляемся в путь, — я намеренно переключился на универсальный, ради Антлии. — Я надеюсь, что территория вернулась к приемлемому спокойствию? — спросил я, позволив себе намёк на улыбку, когда любопытство и след тревоги промелькнули в глазах девушки.

— Мы контролируем этот район, — ответил Заркен. — Несколько неприятных сюрпризов на пути, но сейчас границы чётко обозначены. За исключением той группировки, похожей на многоголового тригена. Такая же скользкая. Ты отрубил одну голову, и появляется другая.

— Мы это скоро изменим, — тихо сказал я. — Это все, что ты можешь сообщить, Заркен?

— Да, сэр.

—Тариус, — поправил я. — Если представится возможность для безопасного извлечения, то у тебя есть моё согласие. Я доверяю тебе.

— Спасибо, сэр. Э-э, я имею в виду, Тариус.

— Уже лучше, — одобрительно сказал я. — И убедитесь, что территория подготовлена к нашему прибытию. Я хочу, чтобы помещения моей пары были восстановлены в том состоянии, в котором они были первоначально. Это относится и к её людям тоже.

— Её люди? С ними трудно иметь дело, — прорычал Заркен. — Они нам не доверяют.

— А почему они должны это делать? Ты забыл, кто ты такой? Разберись с этим, Заркен. Вам не нужно их успокаивать, просто дайте им понять, что мы не такие, как старая империя.

— Хм. Для такого слабого и технологически отсталого вида они глупо упрямы.

— Но разве мы не самые упрямые из всех? И помни, внешность может быть обманчивой. Они не так слабы, как мы могли бы подумать.

— При всем уважении, похоже, что твои суждения омрачены Лихорадкой Спаривания, — Заркен скептически хмыкнул.

— Моё суждение так же здраво, как и всегда, — холодно ответил я. — И если ты хочешь, чтобы у тебя был отпуск на пять оборотов…

Заркен тихо фыркнул.

— Отпуск на пять оборотов? От тебя? Ха. Я поверю в это только тогда, когда действительно буду стоять на ближайшей ледяной планете с кризеном в руке.

— Увидимся на планете, Заркен.

Я отключил связь и обратил все внимание на Антлию. Все, что потребовалось, один оценивающий взгляд, её глаза медленно и намеренно скользнули вниз по моей обнажённой фигуре. Она прижала кончик пальца к моей груди и медленно потянула его вниз в чувственном жесте.

В глазах девушки была странная смесь уверенности и уязвимости, смешанные с намёком на лукавство.

Как это было возможно?

Невозможное создание.

— Вы отвезёте меня домой, коммандер?

Я снова вдохнул её сладкий аромат. Я никогда не устану от неё.

— Да, — пробормотал я, целуя девушку, захватив её нижнюю губу. — Но сейчас есть более срочные дела, которыми нужно заняться.

Я притянул её ближе к себе, позволяя своему телу прижаться к ней, задевая мягкую кожу её нижней части живота своей эрекцией.

— Ого, — выдохнула она. — Ты это серьёзно? Опять коммандер?

— Это проблема, Антлия?

— Н-нет. Конечно, нет, — её глаза были широко раскрыты, низкий рокот одобрения вырвался у неё, когда я обнял её и перевернулся, позволяя лечь на него сверху, дрожа от возбуждения, втайне довольный её удивлением.

— Я ждал дольше, чем следовало бы, чтобы заявить на тебя права, моя амина. Поэтому я буду наслаждаться тобой так сильно и так долго, как захочу. Есть возражения? — я одарил её своим лучшим насмешливо-строгим взглядом.

— Ни в коем случае, сэр, — её смех захлестнул меня, наполняя лёгкостью, которую я никогда раньше не испытывал.

Антлия наклонилась вперёд и прижала ладони к моей груди, отталкивая назад. Её волосы рассыпались по нему роскошной золотистой завесой, которая щекотала обнажённое тело.

Уязвимость, которую я видел в ней раньше, исчезла, сменившись завораживающей уверенностью. Моя твёрдость стала почти невыносимой, когда я позволил себе насладиться восхитительным зрелищем её обнажённой фигуры.

Милая Богиня, она была такой невероятно сексуальной.

Антлия наклонилась и поцеловала меня, а её губы были горячими и требовательными, когда она взяла инициативу на себя. Её руки подползли к моим рогам, нежно поглаживая их.

Я зарычал. Она пошевелилась, слегка изогнув бедра. Я застонал, когда снова оказался внутри неё.

Ад Вселенной! Эта женщина погубит меня!

Её губы изогнулись в улыбке.

Моя пара наклонилась, целуя, и все, что я мог сделать, это поцеловать её в ответ, пробуя сладость, свет и все, чего у меня не должно было быть… Но я возьму все это, потому что Антлия была моей и только моей.