Глава 26. Путь

Остаток дня провожу в прострации. Решая проблему. Но так ее и не решив. Первый раз в жизни дезориентирована. Будто иду по лабиринту, стены которого становятся все уже с каждым шагом. В голове хаос. Решения ускользают. Эмоции застыли в неопределенности.

Виго только успевает приносить еду из ресторана. Вероятно, получил задание следить за моим питанием, отметив, что к кухне я не подхожу. Следит качественно.

— Хорошая у вас карьера. Из боевиков ЕТА в няньки… — наблюдаю, как он выставляет на стол очередную дозу протеинов, белков и углеводов.

Молчит. Не реагирует.

И, вроде бы, понимаю, что он лишь выполняет приказы, но такая злость берет, что хочется в него чем-то запулить.

К блюдам от повара со звездами Мишлена не прикасаюсь. Кроме итальянской панна-котты с фруктами и французского шоколадного тарта с малиной. Которые я запиваю изрядной дозой кофе. Объявлять голодовку не планирую. Так же, как и напиваться вином. Мне нужны силы, чтобы соображать. А когда мозг не получает глюкозы, голова не работает.

Забрасываю в рот швейцарский бомбон «Lindt». Объемся сладостей, разжирею, и Айслер точно потеряет ко мне интерес.

Ловлю себя на прежних ощущениях. В очередной раз. Не воспринимаю Айслера, как насильника. Понимаю, что он прокладывает мне путь развития, который я выбрала. Но это не значит, что я смирилась с положением вещей. Свобода слаще.

В девять появляется Виго с ужином. В этот раз, прежде чем уйти, тихо говорит.

— В одиннадцать будьте готовы к отъезду на яхту.

Ага. Прямо Золушка. Или, как сказал бы Барни из «Как я встретил вашу маму» — Suit up!

Смотрю на брендовые пакеты. Кривлюсь. Щас. Бегу. Волосы назад. Поеду в своей одежде. Перевожу взгляд на столик, где так и лежат мои «Chaîne d'ancre». Руки так и чешутся выбросить.

Время почти одиннадцать. Поднимаюсь в зону отдыха. Солнце уже село. Луна подсвечивает серебром черную воду. Рисует длинные тени. Волны неспешно набегают на берег, создавая гипнотизирующую мелодию.

Вспоминается Сан-Хуан, и я хмурюсь. Айслер стал свидетелем моего обряда. Я впустила его не только в таинство, но и в свое пространство. Он стал его частью. Странным образом, но между нами образовалась связь. Независимо от моего желания. Сама ли я это сделала случайно, захотел ли этого Айслер или Ктулху так решил? Непонятно.

И это ощущение реперного момента… которое иногда накатывает волной. Все сильнее и сильнее. Вновь смотрю вверх.

— Для чего ты мне послал Айслера? Почему не даешь вспомнить сны?

Молчание. Не идет Ктулху на диалог. Смотрит на меня застывшей красотой черного неба.

Ровно в одиннадцать Виго стоит в холле. Я тоже. В джинсах багги, топе и зип-худи оверсайз из Bershka. Для усиления эффекта натянула парусиновые тапочки, которые покупала в пляжном магазинчике, будучи в режиме Стелс. Через плечо джинсовая бандолера. Там же украшения от Hermés. Надевать не стала. Волосы в высокий хвост. Никаких изысков и макияжа.

«Пусть любуется простотой» — злорадствую.

Виго никак не реагирует на мой обыденный вид. Открывает передо мной дверь.

Спускаемся в лифте. Идем к машине. Сажусь в салон. Но все это время меня накрывают странные ощущения. Очень. Нет. Это не страх. И даже насильником Айслера я не считаю. Нет к нему отторжения, как к человеку.

Пытаюсь понять, что это.

Фатум. Неотвратимость.

Физически чувствую реперный момент в режиме реального времени. Будто моя жизнь делает крутое пике. Меняется. Разворачивает направление. И я не хочу этих изменений. Всячески этому сопротивляюсь.

Аккуратно выруливаем на трассу. До Бануса ехать недолго. И чем ближе мы подъезжаем к пункту назначения, тем сильнее становится ощущение фатума. Спинным хребтом чувствую эту неизбежную силу, накрывающую меня с головой. Словно волна цунами.

Кривлюсь. Вновь поднимаю взгляд наверх. Панорамная крыша авто открывает вид на небо. Красиво. Но за ней не видно звезд.

— Откройте, пожалуйста, люк.

Верх аккуратно отъезжает, давая доступ к небу. Подставляю лицо ветру. Глотаю ртом свежесть. Пропитанный влагой воздух пахнет мокрым асфальтом.

— Дождь, что ли, начинается?

— Короткий. Уже прошел…

— Ясно.

Частое явление в Испании летом.

Все ближе к пункту назначения. Вновь чувствую, как волна фатума накатывает и поглощает меня с головой. Будто созданный мной мир уже потерял очертания, а будущий уже виден, но мне не подвластен.

Пытаюсь найти выход, но все отчетливее понимаю — пути назад нет. И я этому сопротивляюсь. Изо всех сил.

Смотрю наверх. В черное небо.

Я не хочу этот путь, созданный на Сан-Хуан.

Я. Не. Хочу. Этот. Путь.

Тишина. А в голове поднимается шум такой интенсивности, что, кажется, я сейчас взорвусь.

Я. НЕ. ХОЧУ. ЭТОТ. ПУТЬ!!!

Повторяю.

СЛЫШИШЬ МЕНЯ, КТУЛХУ?!

ВЕРНИ МНЕ МОЮ ЖИЗНЬ!

ВЫЙДИ СО МНОЙ НА СВЯЗЬ!

СКАЖИ МНЕ ЧТО-НИБУДЬ!

Выбрасываю в небо со злостью! Мысленно. Но громко.

Пустота. Но позвоночник начинает вибрировать. Отдавая еще большим шумом в голове и звоном в ушах.

ЧТО ЖЕ ТЫ МОЛЧИШЬ!?

Я. СКАЗАЛА. Я. НЕ. ХОЧУ. ЭТОТ. ПУТЬ!!!

С вызовом. Со всей силой, на какую способна.

Все происходит в доли секунды.

Нашу машину подрезает мотоциклист. Но не справляется с управлением на мокром асфальте, и его несет прямо под наши колеса.

— Затылок к подголовнику!

Я вжимаюсь в кресло, вцепившись в ремень безопасности.

Виго резко уходит в сторону, мастерски ныряя в пустое пространство, но мы на дороге не одни. Вокруг машины. На бешеной скорости. И они не профи.

Толчок сбоку. Виго бросает что-то о электросистеме. Машина замирает. Нас начинает разворачивать. Так быстро, что кажется замедленным кадром в режиме слоумо. Пространство превращается в размытую карусель. Меня еще сильнее вдавливает в сиденье. Выброс адреналина. И вместе с ним передо мной проносится время.

Детство. Родители. Бабушка. Сны. Моя жизнь. Моя смерть.

Закрываю глаза.

Визг тормозов.

Скрежет металла.

Резкий удар.

Подушки безопасности.

Кровь.

Боль.

Темнота.