Глава 54. Страховка

Совершенно не хочется садится в машину к Ортис. О чем можно говорить?

— Я тороплюсь…

— Я много времени не займу. Заодно подброшу тебя, куда ты там торопишься…

Дежавю какое-то. Опять будет что-то просить? Но я уже не невеста Мальдонадо, уезжающая в Шанхай. С меня толку мало.

— Не заставляй меня просить, Мия.

Скольжу взглядом по ее лицу. Глаза блестят, и будто пытаются сфокусироваться. «Выпила» — определяю без труда. Неудивительно, в ее ситуации. Заливает горе алкоголем. Возможно, просто хочет с кем-то поговорить. С кем-то не из своего круга. Знакомых может быть и много, но, скорее всего, она глубоко одинока. И мне ее искренне жаль.

Ныряю в просторный салон "Лексуса", и мои выводы подтверждаются. Из встроенного по вертикали в широкий кожаный подлокотник минибара выглядывает бутылка сухого мартини, а в руке Марии хрустальная мартинка.

— Будешь? — нажимает на кнопку на панели и снизу выезжает бокс с бокалами.

— Нет. Благодарю.

— Как хочешь. — Не настаивает. — Куда тебя подвезти?

— Домой. — Называю адрес и водитель трогает с места.

— А мне кажется, у тебя есть повод выпить, — серьезно. И изрядно отпивает из бокала. — Слышала о твоей ситуации. Сочувствую.

Хочу отзеркалить сочувствие относительно Ларса, но молчу. Якобы я не должна об этом знать.

— Такова жизнь…

— Ну да… — не без иронии. — Бьет наотмашь. Моего Ларса, например, вчера депортировали. Без права вернуться в Испанию.

— Почему? — играю удивление.

— Какая разница… — горько усмехается.

Все-таки не с кем ей поговорить. Ну мне не привыкать. Та же Эльвира Барских всю дорогу мне жаловалась на жизнь, пока я искала в ее номере серьгу.

— Вы можете поехать к вашему novio в Швецию, — с надеждой в голосе, хотя помню слова Лолы. «Ортис старший не отпустит свою дочь к наркодилеру».

Мария скептически усмехается, подтверждая слова Лолы, но внезапно ее лицо меняется. Становится жестким. Будто и не пьяная вовсе.

— Я хочу тебя кое о чем попросить.

Удивленно смотрю на нее. Вот уж от кого толку мало.

— О чем?

— Попроси Айслера вернуть Ларса.

— Я?! — даже не скрываю удивление.

— Ты. Больше некому.

— Как вы себе это представляете? — тем же тоном. — Я приду к герру Айслеру и заявлю ему «помогите Ларсу»? Но с какой стати он будет меня слушать?

Внезапно она закидывает голову и начинает смеяться. Молчу. Жду, когда она успокоится. Видимо, она пьянее, чем кажется. По-другому я ее просьбу не могу истолковать.

Успокоилась. Смотрит на меня.

— Ты так ничего и не поняла, — наконец говорит она, качая головой.

— Мои слова, возможно, и показались вам смешными. Но я серьезно не понимаю, как я могу вам помочь.

В салоне повисает тишина.

— Ну ладно, — внезапно говорит она. — Пойдем другим путем.

Так и хочется сказать каким путем и куда мы можем пойти, когда она в таком состоянии, но молчу. По опыту — спорить с пьяной женщиной нет смысла.

— Я так понимаю, ты ищешь новую работу, — внезапно перескакивает она на новую тему.

Пока Мария вытаскивает из бара бутылку сухого вермута и заполняет бокал, моя мысль работает.

Хочет вновь предложить мне совместный бизнес, как плату за то, чтобы я поговорила с Айслером? Намерена отказать. Какое бы выгодное предложение она мне не сделала, хочу быть подальше от прошлого.

— Ищу. — О новом предложении из Франции молчу. Зачем ей знать, что я уезжаю.

— Ну тогда в ближайшие сутки жди предложения о работе, — внезапно.

— От кого? — разговор начинает настораживать.

— От Айслера, разумеется, — растягивает губы в ироничной улыбке и отпивает мартини.

Ничего не понимаю.

— Причем тут герр Айслер?

Вновь смотрит на меня как на наивное дитя.

— Потому что именно от него придет предложение о работе, но ты, безусловно, об этом знать не будешь.

Настораживаюсь не на шутку в связи с письмом из Le Majestic, полученным 10 минут назад.

— Откуда такая уверенность?

Но Мария продолжает, будто не слыша меня.

— Причем предложение будет вкусное. Хорошее такое. От которого ты однозначно не откажешься. И будешь считать его своей заслуженной удачей и успехом.

Сердце замирает. Отель в престижных Каннах. 5 звезд. Все как она говорит.

— Да. И думаю, это будет не в Испании.

Не может этого быть. Я не хочу в это верить.

— Почему не в Испании? — прочищая горло.

— Айслеру нужно вывезти тебя подальше от Мальдонадо.

— Почему вы думаете, что предложение поступит именно от герра Айслера? — стараясь не показывать эмоций.

— Porque quiere estar contigo [потому что он хочет быть с тобой] — тоном, будто объясняет нечто само собой разумеющееся.

Estar contigo… моментально вспоминаются слова ребенка с темными волосами и голубыми глазами, как у Айслера.

Мысль быстро бежит вперед, сплетая факты и домыслы воедино.

Поднимаю тревожный взгляд.

— Алисия беременна?

Мария с бокалом в руке качает головой.

— Не знаю, дорогая. — Честное. — С одной стороны, это может быть элементарный шантаж. Либо старшего Мальдонадо, либо врачей, проверявших Алисию. С другой — сама Алисия. Подсуетилась забеременеть. Элементарная инсеминация или ИКСИ [специально отобранный сперматозоид вводится непосредственно в цитоплазму яйцеклетки]. Девушка здоровая. Молодая. В самом расцвете фертильности.

— А вы как думаете?

Она знает Айслера дольше, а мне нужна информация. Пусть даже от Марии. Тем более от подвыпившей. Как говорится, что у трезвого на уме, у пьяного на языке.

— Айслер, как грамотный стратег, который выиграл не одну войну, мог спокойно сидеть и ждать на берегу, когда по реке проплывет труп врага. Он поставил на бойкую Алисию, которая своего не отдаст, и его ставка выиграла.

Машина тем временем подъезжает к моему подъезду, но я не тороплюсь выходить, да и Мария не торопится завершать разговор. Она ждет моего ответа.

Внимательно рассматриваю лицо подвыпившей Ортис.

— И вы мне все это рассказали…

— Чтобы ты увидела картину целиком и могла мне посодействовать.

— Почему вы думаете, что Айслер поможет вам в вашей проблеме?

— Потому что он ее создал.

— Почему? — затаила дыхание.

— Потому что я перешла ему дорогу, когда предложила тебе совместный бизнес в Шанхае. Видимо, у него был план. Если ставка на Алисию проиграет. Вытащить тебя интересным предложением из Шанхая через подставные компании.

— Это он вам сказал?

— Нет, дорогая. Такие люди, как Айслер, не говорят, они предпочитают действовать. И он отреагировал. Наказав меня.

Верю. Все логично. Иначе, зачем наказывать? Но за этим следует другой вопрос.

Хмурюсь. Рассматриваю лицо Марии.

— Вы не боитесь, что о вашей откровенности узнает Айслер? Я так понимаю, вы раскрыли мне его стратегию относительно планов о новой работе, и вам будет еще хуже.

— Не боюсь. — Улыбается.

— Почему?

— Потому что ты — моя страховка.

— Страховка… — пытаюсь понять ее логику.

— Если со мной или Ларсом что-нибудь случится, ты будешь знать, чьих это рук дело. И тогда посмотрим, что для него важнее. Наказать меня или не опуститься в твоих глазах до палача.

Качаю головой. Смотрю с тревогой на Ортис.

— Вы преувеличиваете мое влияние. И очень рискуете.

— Нет, дорогая. Ты просто еще сама не поняла. Но вы уже в отношениях.

— И давно? — не без иронии.

— Как только Хард понял, что потерял интерес к любовнице, — пожимает плечами, будто объясняет элементарное.

Зависаю. После аварии он отпустил меня. И даже решил вести прежний образ жизни. Но инцидент у лифта, когда он не подхватил Палому, показал реальную картину, и на следующий день коллеги рассказывали, что у женщины был грустный вид. Айслер дал ей отставку.

— Так что жди скорого предложения о работе. — Без тени сомнения.

— Вы преувеличиваете. — Все ещё цепляюсь за стадию отрицания.

Но Ортис продолжает рассуждать, не слыша меня:

— Хард, конечно, умно поступил. Такой стратегический ход издалека.

Опускаю взгляд, пряча эмоции.

Вспоминаю наш с ним разговор в медцентре после аварии и мои слова «Не сжимайте меня в руке, как колибри. Иначе я задохнусь». Вот Айслер и решил «не сжимать». Дать иллюзию свободы. Иллюзию написания собственного сценария жизни.

— Зачем?

— Как я и говорила ранее. Айслер не делится своим. У него свои представления о собственности, принадлежности и отношениях.

— Отношениях… — эхом.

— Я вижу это, как своеобразное ухаживание, — продолжает Ортис. — Сколько лет я знаю Харда, он и близко не суетился из-за кого бы то ни было. Поэтому я уверена, что он нам с Ларсом ничего не сделает.

Да. Мария мне доказала заинтересованность Айслера. Чертовы «якорные цепи». Они продолжают работать. Я по-прежнему завязана на успех с этим человеком.

— Так ты мне поможешь? — Мария внимательно смотрит на меня.

— Постараюсь… Не знаю… Мне надо подумать…

Слишком много информации, и я совершенно дезориентирована.

— Я позвоню, — слышится от Марии.

Киваю. Выхожу из машины. На автомате иду домой. И чувствую, что в очередной раз мой жизненный сценарий рушится. И вновь меня накрывает энтропией. И вновь я будто зависла в невесомости в хаосе векторов.