Глава 22

Эльтем

Я проводила мальчишек до самого дома. Бабушка Темы все отнекивалась, отказывалась от гостинцев, потом долго благодарила. Как же бедно они живут, и какой у нее вырос замечательный парнишка. Нужно бы им помочь, да не возьмут, обидятся. Может, Эстон что-то придумает? Он хитрый и ловкий, наверняка мне поможет.

Из их квартиры я выскочила, словно ошпаренная, захлебнулась счастьем чужого домашнего очага. Бегом сбежала по лестнице, вырвалась на улицу так, словно там, под сизым питерским небом, меня ждёт спасение.

Сердце обрывается от одной мысли о сыне, и на душе совсем не спокойно, очень хочется поскорей заглянуть Денису в глаза, расспросить, почему он посмел так поступить с нами? Сначала Эстона оговорил, теперь вот домой возвращаться не торопится.

Может, напрасно я строю свою личную жизнь? Может, из-за этого у мня больше нет сына? Точней, тех радостных, лёгких, почти доверительных отношений, которые были. Ведь они были? Или мальчик мой попросту повзрослел и вылезло воспитание Антонины? И нет больше для меня самой места в жизни Дениса, оно занято другим – школой, друзьями, а скоро и девушки у него, наверное, появятся.

Я держу руку на животе, словно хочу дотянуться до дочери, а по лицу градом текут слезы из-за Дениса. Хорошо, что темно, никто не увидит.

Нужно успокоиться, взять себя в руки, вернуться домой. Да только никак не получается остановить град этих слез, они текут и текут по лицу, словно произошло стихийное бедствие, и где-то в душе прорвало плотину.

Дениса хочется треснуть от души, наказать, выговорить ему все то, что скопилось. Да что толку?! Сбежит, удерет в другой мир, подальше от меня, как в свое время поступил Эстон. Он же тоже сбежал, не один десяток лет не показывался на глаза своей матери. Сам сделал себя, построил свою судьбу, столько всего добился.

Только я чудовищно боюсь оказаться на месте матери Эстона. Ведь она его любит и сильно, а осталась брошенной своим сыном.

Я боюсь дожать Дениса до того, что он от меня удерет, навсегда исчезнет из моей жизни, и я даже знать о нем ничего не буду. Может, тогда и вовсе не обращать внимания на его выходки? Нет, так я сделаю только хуже ему. Вседозволенность при богатых родителях никогда ни до чего хорошего не доводит.

И как правильно выбрать меру между пониманием подростковых глупостей, потакания им и строгостью? Кто бы только знал, как я боюсь упустить своего сына, вырастить его точной копией папочки, а то и похуже.

Я устроилась на пустой остановке, села на лавку и закрыла руками лицо. Власть, деньги, красивый мужчина рядом, ребенок под сердцем – все есть для счастья. Только сердце разрывает тупая тоска о несбыточном.

Хочется вернуться лет на десять назад, на нашу кухню в квартире, взять на руки сына, уткнуться носом в его макушку и крепко обнять, прижать пухлого малыша к себе. И чтоб всё было опять хорошо. Тяжёлая работа, безденежье, склоки дома, бесконечные попреки Антонины – все это такая мелочь по сравнению с возможностью быть рядом со своим малышом, знать, что он тебя любит.

Я разрыдалась в голос, почувствовала себя серой тенью, пустотой. Захотелось резко все бросить, открыть портал неизвестно куда. Пусть даже на море. Чтоб пальмы, песок, обезьянки по веткам скачут. Может, взять первый попавшийся рекламный буклет и вправду сбежать? Да только, думаю, счастья мне это ни на капельку не прибавит.

Как же я теперь остро понимаю Эрту Форей. Всевластная эльтем, богачка, и как же она была несчастна. Дочь не оправдала и сотой части ее надежд. За что с Эртой так поступила Аделаида? Почему отказалась понять свою суть, стать дроу, не приняла состояние из рук своей матери, наследный дар? Ведь это было так просто. А вместо этого она осталась жить в Петрограде, не осмелилась завести детей, мужа, хоть что-то. Так всю жизнь и провела одна из страха, что в будущем что-то может пойти не так, стоит сделать шаг с проторенной тропки. А может, так и надо жить? Одной, с прислугой, посреди цветов, в огромной красивой квартире, когда никто не мешает, не дёргает, не рисует фломастером на обоях, не топает грязной обувью по коврам? Наслаждаться кино и театром, с безопасного расстояния подглядывать за чужой жизнью. Или нет?

А Эрту все равно жалко. Какое невыносимое разочарование преподнесла ей на блюдечке дочь. Даже Эстон поступил со своей матерью гораздо честнее – добился всего, чтобы только ей доказать, на что он сам один способен!

Но, может, у Эрты было что-то ещё? Стоит заглянуть в ее дневники. Плохо, что я раньше этого не сделала, может, меньше бы допустила ошибок? Аделаида предупреждала меня, чтоб я берегла Дениса от перехода в мир Альера. Почему? И где теперь те дневники? Да и дневники ли то были. Нотариус говорил мне, вроде, о письмах.

- Ма? - грубый бас выдернул меня из собственных мыслей, я подлетела над скамейкой, отняла от лица руки, с удивлением уставилась на Дениса. Жив, здоров, красотку за руку держит. Счастье -то какое! Вот же гад!!

- Прибью, честное слово, прибью!

- Ма, ты чего?! Ты что, плакала? Это из-за Альера?! Он тебя обидел? Или Эстон? Ма, да не молчи же ты! Что-то не так с животом? Не, я в том смысле, что там кто-то ползает. Ну не глисты, короче, а это. Ты ранена, нет?

Сын попытался меня обнять, или ощупать? В лицо зачем-то смотрит, принюхивается и все прижимает к себе.

- Идиот!!! Придурок! Ненавижу тебя!!!

- Да я-то что?! Это все вот она!

- Кто она? - я попыталась отстраниться от ребенка, но он так крепко сграбастал меня своей лапой, что сделать этого просто не удалось. И это он ещё не в обороте!

- Вот она!

- Это она удрала из школы, чтоб захватить город? Это она прихватила друзей черт-те куда? Денис! Я тебя спрашиваю!!! Можешь не отвечать. Сейчас мы отвезем девицу домой, а сами вернёмся в особняк. И я тебя выпорю! Наверстаю упущенное! Закрою этот пробел в твоём воспитании! А потом сама на себя напишу заявление в полицию. Сяду, а тебя сдам в детдом!

- Это только, если ты меня хорошо лупанешь. Иначе штраф и обязательные работы. А из детдома я открою портал. Так что, ничего у тебя не выйдет, мама.

Девчонка приподняла подбородок повыше, свела вместе брови, безмерно элегантно с какой особенной, удивительной грацией сделала реверанс.

- Позвольте представиться. Мое имя – баронесса Де Виль. Я происхожу из знатнейшего рода. И домой меня теперь вернуть не получится. Меня ждёт или брак с вашим сыном, или монастырь. Денис, сын Альбера, наследный принц, поступил подло. Он обесчестил меня.

- Альера, - подсказал девице Денис.

Я только сейчас догадалась посмотреть, во что она одета. Туфельки на ногах, гольфы с бантами до острых коленок, коричневая юбочка в клетку... А то, что я поначалу приняла за куртку, оказалось мантией. Иномирянка? Так вот, почему Денис торговался? Он не торопился домой, потому, что... влюбился? А дальше, что?! Какая свадьба!!! А если и вправду? Что, если у них будет ребенок?! Земля самым подлым образом начала ускользать из-под моих ног. Сын сграбастал меня на руки.

- Ма, ты куда?!! Мам, что стряслось?

- Убью.

- Ты только сама не умирай! Так, я сейчас открою портал. Куда тебя нужно? В больницу? Нет, лекарь быстрее поможет! Луиза, возьми мамину сумку, я сейчас открою портал.

- Денис, мама упала в обморок от счастья. Я уверена. Ведь ей удастся женить сына на самой Луизе де Виль.

***

Денис

Мама – бумс и все. Глазки закатились, сама как кукла обмякла. Я вот не понял, что с ней произошло и за что она со мной так! Я же ничего плохого не сделал! То есть совсем ничего! Домой вернулся и то вовремя. Даже рано. Ещё вообще-то девяти вечера нет. И почему она так плакала? Да ещё и на автобусной остановке?! Наверняка Альер что-то отчудил. Ну не из-за меня же она здесь ревела! Я вот он – живой, здоровый, ну а то, что невестой обзавелся, так это же хорошо! Королева сама настаивала, чтоб я поскорее того.

***

Денис

Портал я открыл в аккурат в свои замковые покои. Обе бабушки тут как тут. О! А вот и папочка мой объявился. Бросился к нам со всех ног, уши торчком стоят.

- Ты что наделал? Лекаря!

Ещё и маму попытался вырвать из моих рук! Я ему вырву... вместе его с руками. Альера я плечом отпихнул, в демоническом облике это вышло просто прекрасно. На обоях получился симпатичный узор. Бабушки только замерли почему-то и даже замолчали. Нет бы, постель помочь расстелить. Ну хоть бы откинули в сторону покрывало. Благо Лизка подсуетилась, расстелила постель, подушку поправила. Маму я осторожно уложил на белье, Лиза закинула ее покрывалом. И тут же комнату заполнили лекари. Я их всех уже хорошо знаю, видел не раз. Крадутся мимо меня вдоль стеночки к маме.

Только б с ней все обошлось! Вон уже кто-то диагностическую паутину раскинул. Та засверкала светлым и черных дыр на ней почти нет. Только блик фиолетовый меня немного пугает. Что он обозначает, я просто не знаю. Похож немного на магический щит, но пульсирует отдельно, будто живой. На нем ещё и силуэт проступил чудища. Может, это проклятие такое? Неужели папа подсуетился? Прибью же! Он что, не понял, с кем связался? Эльтем не только его возлюбленная, но и моя мать. А за нее я и голову могу отвинтить!

Я обернулся к Альеру, он как раз пытался в этот момент отлепиться от стенки. Я бы на его месте этого не делал. Могу же и портал ему персональный открыть, прямиком в ледниковый период, если он хоть в каком-то мире ещё не закончился.

- Эльтем благополучна, ребенок здоров. Это девочка. Ее силуэт можно увидеть на щите.

Я вдохнул, как будто до этого задержал дыхание очень на долго. Фух! С мамой все хорошо. И с сестрой тоже. Страшная она у меня. Но что поделать. Это, наверное, в Альера. Магией как-нибудь выправим, косметикой подрисуем, пластическую операцию сделаем. Не лицо, а какая-то жуть.

- Больше похоже на фасолину, из которой червяк выползает, - Лизка незаметно наступила своим каблуком прямо на мой коготь. Больно же!

- Это зародыш, наследник. В чем-то вы правы.

Я снова выдохнул. Фууух. Точно, нам же показывали на биологии зародыши всяких там животных. Но это было как-то отдельно от реальной жизни и, там более, от моей мамы.

- Что случилось с моей невестой? - Альер ещё спрашивает! Нет, он даже на меня глазами сверкает.

- Нервное потрясение. С дамами в ее положении это бывает. Беременная женщина должна ощущать себя спокойно, знать, что ее любят, не беспокоят, что она находится в безопасности. Вам, же, юный наследник, я советую более не волновать свою мать.

При этих словах я вытащил глаза. В обличье демона это особенно эффектно получилось. Вон, у лекаря аж бородка трястись начала.

- Перекинься немедленно, сын, - рыкнул на меня Альер. И я действительно перекинулся, правда, в дроу.

- Я ничего плохого не сделал! Мы с ребятами просто гуляли! Что, уже шашлык пожарить нельзя? Город мне Королева велела захватить. А родители…

Альер просто посмотрел, а мне захотелось провалиться сквозь землю. В его глазах читалась какая-то брезгливость, что ли? Или это уже омерзение. Я себя почувствовал раздавленной жабой посередине дороги. На нее ещё можно смотреть вот так, как отец на меня.

- Любой взрослый человек всегда отвечает за последствия своих действий. Не за сами действия, а за то, к чему они привели. Ты не раб и не наемник. Твоя воля принадлежит только тебе, Денис.

- Да, я это понимаю, - и все-таки я выдержал его взгляд. Вот только по спине разбежались мурашки.

- Если понимаешь, посмотри на свою мать. Мы все могли сегодня потерять и ее, и ребенка. Дай то боги, чтоб с Диной все обошлось. Но что сегодня довелось пережить малышке, ты знаешь?

- Она же ещё ничего не понимает.

- Смертельный страх способно ощутить любое создание. И твоя крохотная сестра размером с фасолину тоже. Я не намерен тебя больше видеть. Удались в казарму, живи и служи трону там, как наемник. Если не способен на большее, не способен сам за себя отвечать, то жди приказов и изволь их исполнять. Я разочарован в тебе, сын.

- Я – наследник. Я не...

- Я разочарован в тебе. Подчинись моей воле или ты никогда не сможешь вернуться в семью. Твое место сегодня не здесь.

Я развернулся и чуть не бегом бросился к двери. Все слишком несправедливо! Все несправедливы ко мне. И только в дверях меня остановил голос Королевы. Она то точно не даст меня выгнать! У нас же столько планов было, мы же хотели завоевать все соседние земли, сшить из лоскутного одеяла огромную страну, целиком нашу. А папа даже не обрадовался новому городу! Я же специально его захватил.

- Мальчик мой, кто эта девушка?

- Луиза де Виль, - голос дрогнул, я просто не смог повернутся. Не захотел показать своих слез. И бабушка моя настоящая молчит. Не побежала за мной, не предложила вернутся в наш особняк, да хоть бы и в квартиру!

- Я – невеста наследника. Он меня опорочил.

- Денис? - изумилась родная ба.

- Так само получилось. Мы остались наедине в одной постели без слуг, без всех.

Я больше не смог ни слова сказать. Нужно было бы добавить, что ничего такого не было. Но ведь они и так, наверное, знают о том, что благородная девица никак не может остаться наедине с чужим мужчиной, и уж, тем более, с демоном. Было там что или не было – никто разбираться не станет. Тем более, мы действительно сидели на одной кровати. Это я не знал о таком правиле, когда украл Луизу. Иначе бы перенос ее не в нашу квартиру, а сразу сюда, в замок, где людей много и слуг.

А потом уже и терять было нечего. Мы болтали, я продемонстрировал девице свой смартфон, она долго смеялась над нечистью в игре. Показала мне несколько почти реальных иллюзий нечисти. Весело было. Хотел дать посмотреть ей наш магазин. Луиза иначе бы никак не поверила, что молоко продают в коробках. Почему-то именно эта мысль не давала ей покоя.

Я выскочил коридор, пронесся по всему замку, вышел во двор. Куда теперь мне? Неужели и вправду в казармы? Так хочется забиться в какую-нибудь щель, уснуть в ней и чтоб никто не тревожил.

Спиной я прислонился к ледяной стене замка, откинул назад голову и зарыдал. Маме из-за меня плохо, сестру до смерти напугал, а она ещё даже не родилась! Эстона я до этого предал, родному отцу вовсе не нужен. Альер разочарован мной. Ба и та слова хорошего не сказала. Весь мир словно рухнул! Захотелось просто провалиться сквозь землю, чтоб меня вовсе не существовало такого! Нет, не в том смысле, чтоб я помер, а чтоб все как-нибудь изменилось.

- Мальчик, - ласковый полушепот заставил открыть глаза. Фея тут как тут. Ей-то что от меня нужно?

- Идите вы!

- Спрячься, нельзя чтоб сильного человека видели таким.

- Я – демон!

- Иногда и демону можно поплакать. Только нельзя, чтобы это кто-то увидел.

Фея накрыла меня своими крыльями, обняла, принялась что-то говорить. Ее ласковый голос чуть убаюкал меня, сбил с толку. Я принялся жаловаться, говорить, как оно все было. Что я не виноват ни в чем! А ещё мама взяла и упала. А до этого ревела. Неужели она думала, что со мной может случиться что-то плохое на самом деле? Ведь никогда не случалось. Так можно боятся всего, например, того, что небо упадет на землю. За меня-то почему нужно так беспокоиться?

- Твоя мама всегда будет считать тебя малышом. Она слишком многое видела в жизни. Не все дети, которые пропали, вернулись обратно живыми. Среди них хватало и сильных, и умных, и изворотливых. Твоя мама не привыкла верить богине судьбы. Та слишком сильно шлепала Дину, чтоб направить на нужный путь, чтоб закалить. Вот поэтому мама за тебя и боится. Ты должен это принять как пилюлю. И стать взрослым в тени ее безмерной любви. Научиться отвечать и за себя, и за нее, и за всех остальных. Твое детство закончилось сегодня, когда ты увидел свою маму слабой и беспомощной. Твоя очередь стать взрослым и сильным, мой мальчик. Когда ты говоришь маме куда собрался, ты не становишься слабым, ты делаешь это из заботы о маме, о слабой женщине. Поступаешь как сильный мужчина. Право сильного – позаботиться о слабом.

- Я подумаю над этим.

- Лучше просто прими как лекарство.

Фея раскрыла свои крылья, выпустила меня на свободу, тотчас встала на цыпочки, взмахнула крыльями и растворилась в небе, будто ее здесь и не было. Я снова остался один. Взрослый, сильный, наверняка достойный всего. Осталось только решить, как именно доказать это всем остальным. И как бы помириться с мамой.

Гувернер выскочил из замка, чуть не налетев на меня.

- Что вы здесь делаете, наследник? Отец приказал вам убираться в казармы! Уходить, я хотел сказать.

- Я залюбовался небом. Если присмотреться, то кажется, что там летит фея.

- Позвольте, я вас провожу до казарм. На рассвете мне приказано паковать ваши вещи. Отец приказал делать это в тайне от вас. Но я решил сообщить.

- Посмотрим, как ему это удастся – избавиться от меня!