Глава 17 Сильнее смерти
Матвей
День не заладился с утра. Сначала убежало кофе, залив плиту трудно отмываемой корочкой. Следом, на парковке, он обнаружил что его автомобиль какой то не добросовестный м…чудак задел, оставив некрасивую, глубокую царапину на крыле, а сам при этом уехал.
- Да что за херня!- недовольно выругался он и в раздражении пнув по колесу ногой, вызвал сотрудника ГАИ. В итоге, приехал на работу лишь к обеду.
- Елена Викторовна, мне крепкий кофе и документы. – на ходу выпалил он, пролетая в свой кабинет.
- Не получится, Матвей Игоревич. – донеслось ему в спину. – Кофемашина сломалась. И еще…пришла телефонограмма из мэрии, сегодня свет отключают в нашем здании, на два дня. Ищут поломку в сетях.
- Что?- буквально взревел Матвей. День становился все хуже. Хотя… куда уж хуже то.
- Сами в шоке. Генератора на всех не хватит. Что делать, ума не приложу. Главный инженер уже с утра в мэрии, разбирается. Энергетики тоже на месте. Ждём вашего распоряжения.
Сердито пыхтя, Матвей уселся в свое кресло и замер, пытаясь осмыслить все и принять правильное решение.
- Елена Викторовна… - наконец позвал он. – Давайте так. Отправим всех офисных на два дня работать удалённо. Пусть сисадмин настроит систему и доступ. Среди руководителей организовать дежурство. Все срочные вопросы адресовать мне по электронной почте.
Матвей задумчиво постучал карандашом по столу. – Держать меня в курсе, хорошо?
Разобравшись с делами, он решил остаток дня провести с семьёй, устроив себе внеплановый выходной.
- Ляля, привет. Я сегодня совершенно свободен. Хотел приехать к детям. Вы где? Гуляете? Хорошо… Сейчас буду.
Он сбросил звонок и повернул к парку.
Припарковавшись, он вышел из машины и пошёл в сторону детской площадки. Солнечный день наполненный радостными криками детей, играющих в парке, обещал хорошее настроение, несмотря на испорченный с утра день.
Он увидел Лялю с детьми и улыбка сама наползла на губы.
- Папа! – Егор увидев его побежал навстречу, раскинув руки.
Матвей, широко улыбаясь остановился, приготовившись его поймать сына в свои объятья.
Все произошло в несколько секунд, показавшихся ему вечностью. Словно в замедленной съёмке, он увидел краем глаза белую газель, что сигналя, на бешеной скорости приближалась к ним. Заметил застывшее в немом крике лицо Ляли и радостное сына, бегущего к нему и незамечающего опасности.
- Нет! – отчаянно закричал он и бросился к сыну наперерез. В этот момент он не думал, действуя лишь на инстинктах. Подлетев, оттолкнул его в самый последний момент.
Поймав растерянный взгляд сына, успел ободряюще улыбнуться ему прежде чем почувствовал сокрушающий удар, после которого его мир погрузился во тьму.
«Успел!», мелькнула и погасла мысль...
Ляля
Всю ночь она качала маленькую крикушу Алису, которая никак не хотела спать. А вот Ляля хотела. Она буквально падала с ног от усталости, пока качала Алису. У них лезло сразу два зуба и видимо это мешало спать малышке, делая её капризной. Сегодняшняя ночь буквально побила все рекорды. На часах уже третий час ночи, а Алиса все не спит.
- А папка ваш спит и в ус не дует…- сердито пыхтела Ляля, прижимая к себе капризничающую дочь. – И дела ему нет, что я уже несколько ночей не сплю. Все одна и одна…
Нет, справедливости ради, стоит признать что Ляля лукавила. Мама с папой очень помогали ей с детьми. Честно говоря, она не представляет, как бы без них справилась. Все таки два ребёнка это не один. То ли Егор был спокойнее, то ли она моложе, но Алиса ей давалась тяжелее. Требовательная, крикливая, упертая, не смотря на свой маленький возраст, она не давала матери расслабиться.
Наконец, то ли лекарство, которое дала дочери Ляля, подействовало, то ли она просто устала плакать, но малышка уснула.
- Уфф…- тихо, что бы не разбудить крикушу, она уложила её в кроватку. – Чистый ангелочек… когда спишь. – устало улыбнувшись, глядя на спящую дочь, Ляля на цыпочках отошла от кроватки и с тихим стоном легла на кровать.
Голова от недосыпа кружилась, устало потянувшись, Ляля закрыла глаза и уснула.
Утром она проснулась поздно. Уже вовсю светило солнце, обещая хорошую погоду.
Мама забрала к себе Алису, давая ей возможность отдохнуть и потому Ляля чувствовала себя прекрасно…
- Мама! – Егор сидел за столом и ел блинчики. – Доброе утро! Мама ешь быстрее и пошли уже гулять!
- Ой Егорушка, дай маме проснуться! – мама недовольно покачала головой.
- Ну бабуля! - возмутился Егор, - Ты сама говорила, что кто рано встаёт, тот все успевает…
Ляля с мамой рассмеялись, - И не поспоришь,- Ляля потрепала сына по волосам. – Пойдём, сын, обязательно пойдём.
Парк встретил детскими голосами, солнцем и приятны ветерком.
Довольно жмурясь, Ляля каталась перед собой коляску, в которой сидела Алиса. Егорка убежал на площадку, кататься на качелях. Чудесный день! Чудесная погода!
Ляля поставила лицо солнышку, довольно жмурясь.
Ощутив вибрацию мобильного, ответила на звонок.
- Да, Матвей? Гуляем… да, в парке. Приедешь? Ну, хорошо…- отключив телефон, не сдержала улыбки.
Можно скрывать это от всех, но от самой себя не скроешь.
Ляля любила мужа. Да, он сделал ей больно. Очень больно! Обозвал скучной, серой… Ляля поморщилась, вспоминая. Наверно, ей никогда этого не забыть. Да и нужно ли забыть? Может, эта вся ситуация нужна была? Тот день сурка, в котором она жила последнее время высасывал из неё всю энергию. Она жила семьёй. Сыном, мужем, родителями. Не было её самой в её же жизни. Не было. Были их интересы, желания, потребности. А где её жизнь? Где её потребности? Её желания? Их не было.
Для неё всегда была примером семья её родителей, их отношение друг к другу. Но, несмотря на то что мама все делала для семьи и не работала, у неё было много интересов. Были подруги, увлечения, хобби в конце концов. Она всегда была занята своей, интересной жизнью. А Ляля? У неё даже подруг не осталось почти. Она со всеми прекратила общение. Сама. Матвей никогда ей не мешал дружить, встречаться. Ляля задумчиво смотрела на играющих детей. Получается она сама взвалила на себя весь их быт и несла его гордо, теряя себя при этом. Наверно она действительно стала «скучной».
Может и хорошо, что в их жизни была Марина.
Она словно лакмусовая бумажка показала проблему их семьи, вскрыла тайный нарыв.
Увидев идущего к ним Матвея, она встала со скамейки и пошла ему навстречу, позвал Егора.
Егорка, увидев отца, раскинул руки и побежала ему навстречу.
Матвей замер, счастливо улыбаясь и тоже раскинул руки.
"Простить? И все таки, может простить?", она смотрела как сын, крича "Папа!", бежал к отцу.
Бешенный гудок автомобиля разрезал солнечный день, заставив сжаться в страхе сердце.
Все заняло буквально несколько секунд, растянувшихся в вечность. Большая белая газель, которая неслась на скорости прямо на Егора, Матвей, который каким то нереальным движением, буквально в последнюю секунду смог оттолкнуть Егора, сам оказавшись под колесами. И звук удара...
Ляля замерла, в немом крике раскрыв рот. Спазм охватил её горло, мешая сделать даже вдох.
"Поздно. Прощать уже поздно", мелькнула отчаяньем мысль, прежде чем спасательная темнота укрыла её.
- Ляля, Лялечка…- тихий, такой родной голос мамы звал её.
- Ммм…- говорить было тяжело, голова страшно болела, а губы не желали разлепляться.
- Лялечка, кызымочка, проснись.- мама отчаяно звала её, словно умоляя.
- Мам… - Ляля наконец то открыла глаза.
- Дочь!- мама всхлипнула, вытирая слезы. – Дочь…
- Что случилось, мам? – спросила Ляля, удивлённо оглядываясь. – Я в больнице? Почему?
- Все хорошо, дочь. Не волнуйся только…
- А где… дети?- воспоминания лавиной хлынули на неё, вызвав болезненный крик. – Мама!? Егор? Алиса? Матвей?! – Ляля судорожно заметалась по кровати, пытаясь встать.
- Тише, тише… - рядом тут же материализовались медсестры. Кто-то держал её за руки, кто- то вкалывал лекарство.
- Мама!! – кричала Ляля изгибаясь на кровати, пытаясь вырваться и ищя глазами мать. – Мама!
- Дома, Ляля. С дедом.
Снова темнота укрыла её, унося в мир где все спокойно.
Проснувшись ночью, Ляля прислушивалась к звукам. Сколько она здесь? Очень хотелось домой. Как там её детки? Как Егор? Заплаканное лицо сына стояло перед её глазами, вызывая боль в груди.
А вот мысли о Матвее она гнала от себя. Слишком страшно о нем было думать. Слишком больно.
Незаметно для себя она снова уснула.
Проснувшись утром, снова увидела перед собой маму.
- Мам… - жалобно протянула она.
- Лялечка, дочь. – мама печально улыбнулась уголками губ. -Как себя чувствуешь?
- Лучше. Мне лучше, мам. Как дети?
- Ничего… - Мама отвела глаза. – На сколько уж можно.
- Я давно здесь?
- Три дня. Там тётя Люся была, соседка, она детей забрала и нам позвонила.
- Хорошо…- Ляля снова прикрыла глаза и вздохнула. – Я хочу домой, мам. К детям.
- Я спрошу врача. – мама поднялась и уже выходя из палаты обернулась к ней. – Матвей жив. В реанимации. В коме. Но жив.
Ляля судорожно вздохнула и прошептала- Спасибо.
Мама кивнув, вышла.
«Жив! Спасибо, Боже! Спасибо!», слезы облегчения текли по щекам, смывая ужас неизвестности и чувство глубокой благодарности затопило все ее существо.
Матвей
Ему казалось, что он тонет в горячем песке, погружаясь в него все глубже. Стремясь сделать шаг, он чувствовал как его еще больше затягивает.
«Неужели конец?» какое-то чувство не реальности, не правильности свербило внутри, не давая покоя.
«Какой то странный конец… не правильный», хмыкнул он про себя. Снова попытался вытащить ногу, но почувствовал как ещё сильнее погрузился в песок.
«Бесполезно», обречённо вздохнув, он прикрыл глаза. Тут же пришло воспоминание.
Маленький мальчишка бежит к нему, раскинув руки. Солнце, словно запутавшись в волосах, подсвечивает его голову золотом.
Красивая молодая женщина, катит коляску и тоже помахав ему рукой, улыбнулась. Он почему то знает, что в коляске спит девочка. Маленькая и очень похожая на него, а когда она улыбается у нее на щечках появляются очаровательные ямочки.
Алиса и Егор…
Снова улыбнувшись, он не осторожно пошевелился и почувствовал, как песок ещё сильнее обхватил его ноги.
«Это мои дети!», распахнул он глаза, вспомнив. «Ляля! Это моя Ляля!», тепло воспоминаний заставило его сердце сильнее забиться. В висках заломило, появилась боль во всем теле.
Песок, словно живой, с удвоенной силой принялся засасывать его.
«Это конец?», испуганно дернулся он.
Почувствовав, как песок все сильнее зажимает его, затягивая, судорожно задергался, стремясь освободиться. «Нет! Не конец! Мне нельзя конец! У меня дети… Ляля… Я нужен им. Нужен!»
С каждым его движением боль усиливалась, заставляя кусать губы, сдерживая крик. Он изо всех сил старался вырваться, выбраться, вернуться... Потому что ему надо к ним. К семье. К любимым.
Матвей, стиснув зубы, дернулся что было сил и почувствовал как освободился.
«Я смог… я вернулся!»