21

Весь день потом ходил как на иголках. На обед не пошел, кусок в горло не лез. Старался вообще отключиться от жизни, хотя не сказать, что много сделал работы.

Пашка пару раз заходил, но видел что я дерганый и надолго не задерживался.

Глянул на часы, с удивлением отмечая, что уже конец рабочего дня и откинулся на спинку кресла, устало прикрывая глаза. Н-да такими темпами к исходу второй недели я свихнусь от неизвестности. Чувство вины грузом давит на плечи как будто кирпичей наложили. Паршивое настроение никак не поднимается, и где-то на задворках сознания мелькает мысль, что сегодня снова напьюсь.

Стук в дверь заставляет открыть глаза и отозваться. Пашка входит в кабинет уже переодетый в гражданку и с удивлением окидывает все еще залипающего меня красноречивым взглядом.

— Ты домой-то собираешься? — закрывает дверь и падает на стул напротив стола. — Батя звонил, звал к себе на завтра после работы. Ты как?

Как я? Снова идти в тот дом, где Дашка виляет жопой? Судьба что, издевается?

— Не знаю, работы много…

— Ой да брось, справку для налоговой ты сдал, неотложных дел нет, а батя обидится, если мы не примем приглашение.

— Мы? — поднимаюсь из-за стола, выключая комп. Проверяю закрыт ли сейф и опечатываю, слыша короткий смешок друга. — Я по девушкам знаешь ли…

— Что, хочешь сказать, снова в строю? — Пашка подколол и потянулся во внутренний карман пальто, его телефон зазвонил. — Да, малая…

Это обращение к чертям стерло с таким трудом обретенное равновесие и рука дрогнула, когда потянулся к галстуку, чтобы слегка ослабить.

— В смысле? И как ты умудрилась?

Понял, что не дышу, невольно прислушиваясь к разговору и безотчетно молюсь, чтобы Дашка не выложила ему о наших приключениях без моего ведома.

— И он что? — друг не был напряжен, но голос стал тверже, а потом и вовсе перешел на командный тон, но Пашка на меня не смотрел, значит разговор не о прошлой ночи. — Ладно, что-нибудь придумаем. Я поговорю с ним, давай.

Отключился и я вопросительно повел подбородком, подходя к шкафу с верхней одеждой.

— Да с батей поругалась, как обычно у них там…

— Как обычно? — в любой другой ситуации я пропустил бы мимо ушей эту новость — не мое дело как там живет эта рыжая, но сейчас мне стало даже любопытно, что нужно сделать, чтобы вывести из себя спокойного как удава Геннадича.

— Ну она служить хочет, он против. Вот и слово за слово…

— Дашка хочет служить?

— Извините, Марк, можно тебя? — стук в дверь если и был, мы его не услышали, и я перевел взгляд на вошедшую Иру на секунду зависнув от неожиданности. Пашка тоже услышал ее голос, обернулся и едва уловимо напрягся. Впрочем помню их жесткие подколы в адрес друг друга — эта реакция меня не удивила. — Я не на долго…

Она переступила с ноги на ногу, и я кивнул, вешая обратно плечики с верхней одеждой.

Ира тоже переоделась. Бежевое пальто, под ним черное платье обтягивающее стройное тело так что пришлось сглотнуть. Взгляд заскользил ниже по стройным ногам и я тут же с усилием заставил себя прекратить глазеть, это ни к чему сейчас. Я же кинул ее.

Её пухлые губы в кровавой помаде изогнулись в легкой улыбке, она заметила мою реакцию. Некстати.

— Паш, ты не мог бы выйти, — пристально глядя на меня, она обратилась к другу, все еще сидящему на стуле и тот фыркнул, но подниматься не спешил.

— Предлагаешь мне пока выйти на парковку и занять место, чтобы ты потом могла меня переехать, киска? — ответил в своей манере и Ира перевела на него сердитый взгляд.

— Сделай милость, будь добр! — огрызнулась, и Пашка рывком встал и пройдя мимо нее, бросил короткое: «буду в машине», и вышел из кабинета, оставив нас наедине. — Мне сказали, что ты ударил Серегу Петрова…

Перешла сразу к делу, и я нахмурился и скрестил руки на груди.

— Кто сказал? — хотя это не так и важно, мужики еще похуже баб порой сплетничают. Но вот интересно, с кем из курилки Ира успела перекинуться парой фраз.

— Не важно, я просто, — снова переступила с ноги на ногу. Нервничает? — Зашла спасибо сказать. Он говнюк.

— Спасибо за что? — вскинул брови и Ира повела плечом, что скорее выдавало нервозность, чем что-то значило.

— За то что заступился.

Ах, вот оно что…

Дашке спасибо скажи, что я на взводе второй день.

— Да перестань, Ир, — повернулся к шкафу и стянул с плечиков куртку. — Не парься даже. Серега и правда херню нёс.

— Но тем не менее никто ему слова не сказал, кроме тебя… — в голосе прорезалась нотка надежды, и я раздраженно накинул на плечи форменную куртку и обернулся к Ире.

— По старой дружбе, если ты об этом, — стянул с полки шапку и закрыл шкаф, громче чем надо хлопая дверцами. — Мы же с тобой позавчера все решили.

— Да, я помню, — в миг погрустнела, и я ощутил себя еще большим козлом. Ну а как поступать, если я решил с ней порвать, а она в любом дерьме видит надежду на воссоединение? — Слушай, может тогда станем друзьями? Между нами все равно ничего уже не будет, но общаться же мы можем…?

— Амм…Ну да, почему нет, — сгреб с рабочего стола телефон и ключи и шагнул к Ире, а та отступила, открывая дверь чтобы выйти. Аромат ее сладковатых духов окутал и я вспомнил позу в которой трахал ее в последний раз и испытал возбуждение смешанное со злостью на себя. Решил, значит иди до конца! — Ты за этим приходила?

Ира замерла недооткрыв дверь и быстро отвела взгляд, а потом кивнула.

Не хочет говорить, ясно.

— Тогда пошли?

— Угу, — кивнула и вышла, оставляя после себя нотку недосказанности.