Глава 8. Вопрос

СЕБАСТЬЯН

Как резко может поменяться жизнь в одно мгновение! Еще вчера ты был одним, а потом что-то происходит и все, уже совсем другой. И ничего не изменить, как ни пытайся!

Я искренне старался держаться от Сильвии подальше, четко осознавая, что не для меня эта девочка. Да и после лап Лавии казался себе грязным, отвратительным существом, которое способно лишь измарать младшую дочь Маат в непотребстве.

Но стихия свела нас в одном месте, отрезала плотной водной стеной от всего остального мира и словно омыла меня, очистила. Противиться зову в глазах Сильвии не смог. Эта ведьмочка взбудоражила душу так, что все остальное выключилось — мозг, совесть, интуиция. Осталось лишь одно — потребность принадлежать ей.

Я нырнул в этот омут, и готов был нырнуть снова. Знаю, скоро судьба назовет цену за мою дерзость. Заплачу, не торгуясь. Потому что любовь Сильвии бесценна! Что мне терять, простому оборотню? Жизнь? Это все, что есть. Невелика цена за счастье.

— Вот ваша покупка, молодой человек, — продавец протянул мне синюю небольшую коробочку. — Хорошего дня!

— Спасибо, и вам, — взял ее из его рук, глупо улыбаясь.

Все мои скудные сбережения ушли на этот маленький подарок для моей ведьмочки. Купил бы ей лучшие украшения, что здесь есть, им все равно не затмить ее красоты!

Только успел сунуть коробочку за пазуху и выйти из магазина, как ко мне подбежал Винсент.

— Где тебя носит? — набросился на меня. — Обыскался уже!

— Ты берега попутал? — мои брови уползли на лоб. — Хозяином себя возомнил, что ли?

Терпеть не могу этого новичка. Вроде, волк, но смотришь — будто змея перед тобой. Сразу видно, душонка такая подлая, что к нему спиной лучше не поворачиваться. Про таких мой отец говорил — на одном поле какаху отложить с таким не сяду.

— А ты себя барином почувствовал? — Винсент ухмыльнулся. — Гуляет он тут, видишь ли, из лавки в лавку, как господин!

— Тебе чего надо-то, волк? — испортить мне настроение ему не удастся, как бы ни старался.

Огромного труда стоит не улыбаться каждую секунду от переполняющего душу счастья, так что мелкие подлецы уж точно подгадить не в состоянии.

— Госпожа Лавия приказала найти тебя и привести в магазин мадам де Бош.

— На кой я ей сдался в лавке с дамскими нарядами?

— Тебе виднее! — съехидничал Винсент. — Все, побегу, у меня дел много, не могу, как ты, не спеша вышагивать! А ты к госпоже иди, да поживее!

— Без тебя знаю, — пробурчал вслед этому пройдохе.

А ведь настроение все-таки испортилось. Что этой гадине Лавии от меня опять надо? Вроде, после последнего раза, когда при всем желании не смог заставить себя войти в мужскую состоятельность, она отстала. Так надеялся, что разочаровалась и больше доставать не будет! Но нет, у дамочки опять свербит. Вот только помочь ей не смогу. Особенно, теперь, когда весь принадлежу Сильвии.

— Здравствуй, Себастьян! — пропела стерва, когда вошел в лавку мадам де Бош.

Да так ласково, что побоялся, как бы у нее кое-что не слиплось. Не к добру.

— Проходи, — повела рукой в сторону всяких панталончиков да кружавчиков стоимостью в неплохую рабочую лошадку.

— Вы что-то хотели, госпожа?

— Тебя хотела, — ведьма кивнула и подошла ко мне.

Провела рукой по моей груди, обводя пальцем каждую пуговку на рубашке. Длинный ноготь неприятно царапал кожу даже сквозь ткань. Я вспомнил маленькие пальчики моей Сильвии, в сердце стало горячо.

Улыбнулся, вспомнив, какой вкус у каждого чувствуется, если поцеловать их. Мизинчик почему-то дыней отдает, забавно. А девушка смеялась, когда об этом сказал, назвала людоедом, но как при этом сияли ее глаза!

— Ты тоже рад меня видеть! — Лавия сочла мою улыбку реакцией на себя любимую.

Знала бы, как ошибается. От тебя, приставучей похотливой самки, только блевать хочется. Да вымыться тщательно, чтобы смрад твой не чувствовался!

— Садись-ка, мой хороший, — ведьма подтолкнула меня к стулу.

Сел, она приземлилась сверху. Поерзала. Ну, когда ты уже поймешь, что нет у мужчины на тебя никакой реакции?

— Скажи мне кое-что, Себастьян, — промурлыкала на ухо.

— Что изволите узнать, госпожа?

Посмотрела мне в лицо, облизала губы и, невинно хлопая глазами, спросила, как обухом по голове ударила:

— Кто лучше в постели: я или моя сестренка Сильвия?