Глава 18

Человек слова… кто же это такой? Хороший вопрос, на который у меня есть однозначный ответ – это мой муж.  Сказал, что буду его женой – стала, сказал будем богатыми – стали. Сказал мне не даст – не дал. Кому скажи – обсмеют. Жена, блин, домогается мужа. Бред бредовый. Ну ничего, у нас есть еще несколько часов. Наверное, именно поэтому в десять часов утра я крашусь как на вечеринку, и надеваю чулки и черное платье, отлично облегающее фигуру.

Ровно в одиннадцать, приободрившаяся и полная сил, я вошла в офис Стаса. Правда, стоило мне только бросить взгляд на секретаршу, как я вообще забыла зачем сюда пришла. Временная «работница» значит.

- Подождите на диванчике. Я спрошу, сможет ли Станислав Михайлович вас сейчас принять.

- Да что вы говорите?  Я сама разберусь, когда мне входить в кабинет к моему мужу.

- Извините, но так не положено. Я спрошу, а потом вы пройдете.

 - Викуля, это неверное действие – не пропускать супругу своего начальника, - я не успеваю сказать и слова, как мне на плечо ложится ладонь Влада. - Ставлю сто баксов, что Александра, прости, я забыл, как тебя по батюшке, только что уволила тебя в своей прекрасной голове. А учитывая, что твой начальник чуточку зависим от своей супруги – он тебя быстро уволит. Лучше просто извинись.

- Эмм… извините, но…

- Без «но», свари лучше кофе своему начальнику. Давай, Виктория, я пока задобрю Александру.

- А тебе не кажется, что если сейчас выйдет Стас и увидит, что ты приобнимаешь меня, тебе влетит приличная доза люлей?

- Нет, не боюсь. Тут, к счастью, есть камеры.

- Что делает эта шлюха на месте секретарши? - откидываю руку Влада и отступаю от него на шаг.

- Ммм… работает. Я ее сам выбирал. По секрету, - наклоняется к моему уху. - В постели так себе. Но тестировал ее только я, на Стасе полный пояс верности, так что не бери в голову, Сашка.

- Тебе самому не противно?

- А почему мне должно быть противно? Я свободный человек, у меня же нет такой жены как ты. Так чего мне не протестировать Викторию?

- Ой, все, отстань, - обхожу Влада и стоит мне только взяться за ручку двери, как слышу:

- Саш?

- Ну что? – нехотя поворачиваюсь к нему.

- У тебя стрелка на чулках.

- Спасибо за внимательность.

- Пожалуйста.

Ну гадство какое! В кой-то веки надела чулки и на тебе! Ну и ладно, фиг с ними. Не стуча, открываю дверь и вхожу внутрь, заставая Стаса в некоторой растерянности.

- Мама дорогая, ты пришла сюда меня насиловать? - с усмешкой задает вопрос Стас, осматривая меня с ног до головы.

- Насилие – это когда не хочешь, а ты хочешь, но выпендриваешься, чтобы меня позлить, - цокая каблуками по полу, подхожу к нему и сажусь на стол, аккурат около Стаса.

- Чтобы позлить? Нет, Алечка. У меня нет цели тебя злить. Просто я хочу, чтобы ты поняла – секса по расписанию у нас больше не будет. Возвращаться к психозам полугодовалой давности мы больше не будем. А психоз обязательно будет, как только ты сделаешь очередной тест.

- Ну, Стас! Тебе жалко что ли? У меня реально пару часов осталось.

- Конечно, жалко. Тебя и себя заодно. Аль, ты охрененно красива в этом платье, но если я сказал нет – значит нет.

- А если так, - демонстрируя идиотскую улыбку, присаживаюсь к нему на колени, обвивая руками его шею, и начинаю откровенно ерзать на нем.

- Нет, - вполне серьезно произносит он, снимая меня с колен.

- Ты издеваешься что ли?!

- Нет. Ну осеменители где-то есть. Погугли на досуге.

- Ты что, будешь припоминать мне эти слова?! Совсем чокнулся? – толкаю его в грудь, на что тот лишь усмехается.

- Не буду. Ну разве, что пару раз, в качестве воспитательных целей, чтобы прежде чем ляпать языком, ты хорошо подумала.

- Знаешь что…

- Станислав Михайлович, ваш кофе.

- Выйди отсюда! – несдержанно бросаю я в сторону вошедшей секретарши.

- Извините, - бурчит себе под нос и тут же выходит из кабинета.

- Ты сказал, что место секретарши новенькая занимает временно, пока Евгения Николаевна болеет. Она что уже месяц болеет?! – резко перевожу взгляд на Стаса.

- Нет. К сожалению, она окончательно уволилась две недели назад. У меня пока нет времени искать новую. Эта неплохо справляется.

- Ты издеваешься? С чем она справляется?! У нее на лице написано-шлюха. Сосу быстро и недорого.

- Фу, как грубо это слышать из твоих уст.

- Да мне плевать, как это звучит. Еще скажи, что я сказала неправду. Уволь ее, Стас. Мне это не нравится.

- Аль, ты ревнуешь что ли? Ну было бы к чему, в самом деле, - усмехается Стас, чем начинает еще больше выводить меня из себя.

- И это мне говорит человек, который ревнует к словам и… мухе мужского пола? Нечестно это как-то, не находишь, Стас?

- Может быть, но мужчина и женщина – это разные категории.

- О, Боже. Давай не будем, просто уволь ее и все.

- Не могу, Аль. У меня пока нет времени искать новую. Вместо собеседований я предпочитаю провести время с тобой.

- Оно и видно.

- Ну вот как пройдет заветное овуляшкино время, я весь твой.

- Да иди ты, - зло бросаю я, направляясь к выходу.

- Стой. Я скажу, чтобы тебя домой отвезли.

-  Я сама разберусь куда и на чем мне ехать. Хорошего рабочего дня, - бросила напоследок, и громче чем надо хлопнула дверью.

Не думала, что через несколько секунд этот день испортится еще больше, чем есть. Даже, если бы я прошла мимо, ничего не сказав, для Таисии пройти около меня молча – это что-то запредельное.

- Александра, какие люди. Что-то ты неважно выглядишь. Бледноватая какая-то или такой неудачный макияж. Ой, а может ты беременна? – ненавижу… как же я тебя ненавижу, дрянь.

- Да, вы скоро будете бабушкой какашки. Хотите я ее рожу прямо сейчас? Кажется, я как раз хочу в туалет.

- Ну что с тебя взять, Саша, ты всегда была… хабалкой. Тебе, судя по всему, только это и светит. А моего сына, надеюсь, ждет счастливое и хорошее будущее без тебя, ну и, конечно, с детьми.

Я даже не успеваю что-либо ответить, ибо эта стерва ловко обходит меня и  направляется в кабинет Стаса. Вдох – выдох. Все будет хорошо. Это всего лишь дурацкий день. Всякое бывает, убеждаю себя и захожу в лифт.

Стоило мне только спуститься на улицу, как вдруг я осознала, что идти мне некуда. Домой – не хочу. В магазины и подавно. Впервые в жизни я жалею, что у меня нет ни одной подруги. Лиза не в счет, хоть мы и стали общаться нормально, доверительных отношений у нас все равно нет. И редкие посиделки с бутылкой вина не слишком-то и помогают общаться как родным сестрам. В общем-то мне и не нужна никакая подруга, мне и Стаса хватает с лихвой. Вот только почему-то сейчас, хоть на пару часов, подружка, имеющаяся у всех нормальных людей, мне бы не помешала. И словно насмешка какая-то – на экране мобильника высвечивается «Лиза». Нет, не тебя я в подружки звала. Не тебя.

- Привет. Как ты смотришь на то, чтобы вечером встретиться? Хочу тебя познакомить с моим Антоном. Ну посидим, то се. Я мартини куплю.

- Нет, Лиз, прости. У меня нет настроения.

- Ну так мы его поднимем.

- Нет, давай как-нибудь в другой раз.

- Ну подожди. Ты дома? Давай я к тебе заеду, шмотки померяем.

- Нет, я не дома. Гуляю. Давай позже обсудим возможную посиделку.

- Ну ладно.

Кладу трубку, а сама уже знаю куда пойду. Все нормальные девушки идут в таких случаях на шопинг, а я в парк кормить голубей. Точно ненормальная…

* * *

Кидая очередной кусочек хлеба, в голову вдруг пришла мысль о суррогатном материнстве. На приемного Стас точно не согласится. А так – это наш, только выносит другая женщина. Хотя… Стас это тоже не примет. Да и, в конце концов, я сама хочу родить. Сама. Черти что творится в голове.

- Бедные птицы. На дорожках столько этих дурацких жвачек, а они думают, что это еда. Ужасная, между прочим, участь, когда никак не можешь помочь себе сам. А другие и не спешат это делать, - пролепетала на одном дыхании женщина лет пятидесяти с йоркширским терьером в руках.

- Да, но так они умрут с голода, если не будут ничего подбирать.

- Тоже верно. У меня собака однажды отраву на улице съела. Люди редкостные твари.

- И не говорите.

Не знаю, как так получилось, но спустя пару часов, я высказалась от «а до я», женщина в ответ тоже. Правда, я о своей жизни, а она об ужасающей окружающей действительности. Но, наверное, полегчало обеим. Мне так уж точно.

- Ты не паникуй раньше времени, - не стесняясь, перешла на «ты». – Моя дочка пять лет не могла забеременеть. Два раза эти оплодотворения дорогущие делали, и заговоры читали всякие. Ой, да все делали, а потом нам соседка подсказала хорошую целительницу. Та ей какой-то жижи дала, кстати, недорого, поводила там чего-то над ее головой, и моя Анька через девять месяцев родила мне внучку. Но думается мне, что получается, если человек сам верит в это. Ты веришь в целительниц?

- Я как-то не задумывалась, но… наверное, да.

- Хочешь адрес узнаю сейчас у дочки?

- Да, хочу, - не раздумывая, выдаю я, вдохновившись озвученным рассказом.

Через несколько минут я уже не могла слушать то, что рассказывает мне моя новая знакомая. Все о чем я думаю – это поскорее бы оказаться у этой целительницы. Послушав еще какое-то время женщину, я буквально сорвалась с места, как только та засобиралась домой. Мне было плевать на имеющуюся на чулках стрелку, на то, что это все чистой воды авантюра. Мне было плевать на все. Стас однозначно прав, наверное, я и вправду одержима идеей родить нашего ребенка, но ничего не могу с собой поделать.

Женщина, назвавшаяся Антониной, как-то с первого взгляда внушала доверие. Да и озвученная копеечная цена как-то совсем не вязалась с шарлатанством. Ну подумаешь – ничего не случится. Так и так ничего не теряю. Все было равно так, как рассказывала мне моя недавняя знакомая. Над моей головой и животом совершали какие-то действия руками, женщина что-то приговаривала при этом, а потом дала пузырек с жидкостью. Увидел бы это Сафронов, задницу бы мне отбил. Но я даже не задумывалась над тем пить или не пить мне эту жидкость. Конечно, пить, даже если и обворует – у меня налички, как кот наплакал.