Глава 28
Смотрю по сторонам и взгляд останавливается на, танцующих медленный танец, Вольских. Наверное, еще несколько часов назад я бы им завидовала, и сама бы хотела вот так потанцевать со Стасом, но теперь, вспоминая недавнее фиаско в бане, я не то, что не хочу танцевать, я не знаю, как не сгореть со стыда. Не знаю почему уже второй раз после безудержного смеха, я заливаюсь слезами. Хотя сейчас я, конечно, утрирую. После продолжительного смеха в бане я, к счастью, не ревела, но до сих пор не могу прийти в себя от пережитого позора. И как только на меня переводит взгляд Тамара, я утыкаюсь в бокал с соком, не в силах смотреть этой женщине в глаза.
- Аль, ну хватит грузиться. Пойдем потанцуем, - неожиданно предлагает Стас, от чего я издаю нервный смешок.
- Издеваешься?
- Нет. Просто хочу потанцевать.
- А твой контракт был большим? Ну в смысле прибыльным?
- Да, хороший контракт. Только почему был? Я его еще не заключил.
- Ну, по всей видимости, и не подпишешь. Ты реально не понимаешь или притворяешься дурачком? Мы испортили ковер, сломали качели, устроили голосовой срач в комнате, а теперь вдобавок и резвились голыми в бане. Это просто… немыслимый позор. Ты все еще думаешь, что тебя ждет контракт?
- Не думаю. Уверен в этом, - улыбаясь произносит Стас.
- Я хочу домой, не могу смотреть им в глаза.
- К нам домой? – поворачиваюсь к Стасу и всматриваюсь в его вполне серьезное лицо.
- Вообще-то к себе. У меня как бы попугай один. Да и надо скорее познакомить его с Жулей. Страшно немного, как они уживутся вместе.
- Давай оставим нашу вонючку Вольским, смотри как их внуки радуются. Сплавим ее пока можно. И нам раздолье будет, и им в радость.
- Совершенно не смешно, - бурчу себе под нос, а сама мысленно радуюсь этому «нашу» и «нам».
- Аль? – встает из-за стола и накрывает мою руку своей. Легонько сжимает и тянет меня на себя. – Пойдем прогуляемся, я спрашивал у Вольского, тут недалеко есть озеро. Пройдемся?
- Давай, - быстро соглашаюсь я, чтобы поскорее скрыться с глаз Вольских.
- Только иди переоденься.
- Мне не холодно, - одергиваю края джемпера и бегло осматриваюсь по сторонам. - Давай Жулю возьмем с собой?
- Еще чего. Мы идем вдвоем и точка. Мне надо от нее отдохнуть.
- Вдвоем, так вдвоем, - пошла на уступку я.
Никак не думала, что наш путь будет проходить в полной тишине. И мне очень комфортно идти рядом со Стасом, иногда как бы невзначай прикасаться друг к другу руками. В этом есть что-то странное, плохое, но и одновременно хорошее. Плохо то, что между нами ничего не решено, но безумно приятно просто идти молча, не скатываясь во взаимные претензии и обиды. Когда-то мы могли часами вот так не разговаривать, лежа вместе на диване, и я совершенно не задумывалась, что по такому молчанию можно не только скучать, но и мечтать. Почему-то сейчас произносить что-либо вслух страшно, хоть и хочется обмолвиться на тему, «что будет завтра». А еще я чувствую на себе взгляд Сафронова. Стас совершенно точно не сводит с меня глаз. Я не вижу, боюсь посмотреть, но чувствую. Чувствую кожей его взгляд, как тогда, при первой встрече в автобусе, и неосознанно улыбаюсь этой мысли. Десять лет. Неужели правда прошло почти десять лет?
- Я отойду на минутку.
- Куда? – поднимаю на него взгляд.
- Сделать мужские дела.
- Ага, иди, - растерянно бросаю я, глядя на то, как Стас уходит в сторону леса.
И, пожалуй, впервые за минувшие полчаса, я не только осматриваюсь вокруг, замечая поистине красивый вид, но и вдыхаю едва уловимый цветочный аромат. Хорошо здесь. Очень хорошо. Медленно иду по тропинке вперед, краем глаза замечая, как низко летают над головой птицы. Кажется, это к дождю. Ну, спасибо. Но через пару минут я перестала любоваться природой. Сколько можно делать мужские дела? А может он правда что-нибудь себе застудил? Простатит?
Я простояла на одном и том же месте по ощущениям еще пару минут – и ничего. Какой к черту простатит, а если с ним что-то случилось? Черт, черт, черт! А что делать в таких ситуациях? И кроме как «Стас», произнесенное мною каким-то писклявым голосом, я ничего не смогла родить. Паника начала нарастать все больше, когда я осознала, что даже не понимаю куда мне идти. Чертов географический кретинизм!
- Стас! - уже истерично воплю я.
- Испугалась? – шепчет мне на ухо хорошо знакомый голос. Резко разворачиваюсь и натыкаюсь взглядом на Сафронова.
- Где ты был?! Я думала что-то случилось, а ты шутишь?
- Не шучу. Сказал же – делал мужские дела.
- Сделал? – раздраженно бросаю я и, наконец, облегченно выдыхаю, всматриваясь в его лицо, на котором едва заметная ухмылка.
- Сделал, - уже не скрывая улыбки, радостно выдает Стас и тут же достает из-за спины букет сирени. – Чуть задержался, выбирал покрасивее ветки. Да и как-то не думал, что они так хреново ломаются. А ножа, увы, с собою нет.
- Это так… классно, - вдыхаю аромат сирени, не скрывая улыбки в ответ. Простатит, блин, ну дура. – Эта прогулка мне напомнила нашу первую встречу.
- Почему? – вкладывая мою ладонь в свою руку, интересуется Стас и ведет меня по тропинке вперед.
- Не знаю. Просто такое ощущение. Может потому то ты тогда тоже резко появился в парке. Ну помнишь, ты меня еще тогда напугал?
- Помню, конечно.
- Стас?
- Что?
- А что будет дальше? Я имею в виду с нами.
- Заберем твоего попугая и поедем домой, что же еще. Не думаешь же ты, что я дам тебе просто так вернуться в отвоеванную Соколовым квартиру. Она, кстати, маленькая?
- Одной в самый раз.
- Ну Жуля там точно не поместится, надо срочно переезжать, - отшучивается Стас, резко останавливаясь на тропинке. – Хорошее место, да? И тихо. Давай тут устроим привал?
- Привал?
- Ага, - забирая из моих рук букет, тихонько произносит Стас, и кладет сирень на траву. Достает телефон из кармана джинсов, долго копошится в нем и включает какую-то медленную песню. – Ну вот, теперь можно и потанцевать без лишних глаз, - шепчет Стас, подходя ко мне вплотную.
Взял меня за руку и резко притянул к себе. И стоило мне только вдохнуть аромат его кожи, как я в прямом смысле этого слова поплыла. Голова закружилась от приятной близости, и возникло одно единственное желание – прижаться к Стасу без всей этой одежды и почувствовать его кожей.
- У нас все наладится, Алька, - убрав прядь моих волос за ухо, прошептал мне в губы Стас. – Пусть не сразу, но совместными усилиями наладится. Хочешь уедем в другой город?
- Зачем? Мне понравилось в твоем загородном доме. Там красиво и подальше от людей.
- Увы, как ты заметила туда может заявиться без спроса моя мать. В другом городе это будет проблематично.
- Если она захочет это сделать, она найдет тебя и в Антарктиде, - грустно усмехаюсь я, склонив голову на грудь Стаса. – Я не хочу о ней говорить.
- И не будем.
Я бы вот так вечно стояла, прижавшись друг к другу и делая вид, что мы танцуем, вне зависимости от того какая музыка играет на заднем фоне. Хотя назвать это танцем нельзя – на самом деле мы стоим на месте, почти не передвигаем ногами. И если бы не редкие капли дождя, я бы ни за что не подумала прервать столь приятный момент.
- Аль?
- Пусть капает, несильный же, - отрываясь от его груди, разочарованно произношу я, заглядывая Сафронову в глаза.
- Уже ощутимый.
- Ну не кислотный же.
Стас ничего не отвечает, молча берет меня за руку, хватает с травы сирень, и нет – мы не бежим к дому Вольских. Вместо этого Стас заводит нас в лес. Я облокачиваюсь о какое-то дерево, просто потому что ноги не держат. Сама не знаю почему.
- Тут меньше будет капать, деревья немного защитят. Думаю он скоро пройдет, небо почти чистое, - снимая с себя толстовку, уверенно произносит Стас и, «отдирая» меня от дерева, накидывает ее на меня вместе с капюшоном. Сам же остается в легкой футболке и вместо того, чтобы постоять рядом со мной и опереться о дерево, отходит на несколько шагов и подставляет руки дождю. А потом резко подносит их к лицу и взъерошивает волосы.
- Когда я первый раз тебя встретила, ты мне реально не понравился, это не было кокетством с моей стороны и набиванием себе цены. Я вообще не могла представить, что смогу в тебя влюбиться. И на самом деле первое время считала тебя… некрасивым. Я с детства мечтала о красавце муже, этаком принце на белом коне, а появился ты.
- А я думал, что ты меня бросишь, – грустно усмехается Стас. – Особенно в наш первый совместный год под одной крышей с матерью. Иногда я реально боялся заходить вечером домой. Думал, приду – а там чемодан или пустая комната. Облегченно выдохнул только года через полтора.
- Почему через полтора? – удивленно интересуюсь я, совершенно не замечая капель дождя.
- Да кто его знает, наверное, почувствовал, что любишь.
- Тю. Я вообще-то и в первый совместный год тебя любила. Обидно как-то.
- Ну давай обидимся сейчас еще и на это? Чего уж там, соберем все в кучу.
- И не собиралась.
- Аминь.
Вместо того, чтобы, наконец, подойти ко мне, Стас как будто специально отходит к дереву напротив меня.
Стоим и смотрим друг на друга сверлящим взглядом, а потом резко, не сговариваясь, одновременно делаем шаг, чтобы в следующее мгновение слиться в голодном поцелуе. Когда его язык коснулся моего, я в очередной раз поплыла. Наслаждалась этим поцелуем, жадно втягивая воздух, и как можно сильнее обнимала Сафронова, лихорадочно зарываясь дрожащими руками в его мокрые от дождя волосы. Сейчас у меня снова ощущение, что это не поцелуй, а способ наказать друг друга за потерянный год. Это обоюдное «наказание», не имеющее ничего общего с тем, что было тогда на кухне. Это скорее обоюдный голод. Да, точно. Сейчас мне хочется его сожрать. Чувствую себя самым настоящим животным. Прижимаюсь к нему сильнее, целую с неописуемой жадностью, позволяя его языку делать все, что хочется. Но в какой-то момент Стас резко отстраняется, вызывая во мне неконтролируемый вздох разочарования.
- Что не так? – растерянно шепчу я, осознавая, что это его излюбленный вопрос.
- Все так, Алька, все так, - повторяет Стас.
Неожиданно Сафронов подхватывает меня на руки, заставляя оплести его торс ногами, и несет куда-то вглубь леса. Сначала из меня вырывается смешок, а потом я как голодная самка начинаю покрывать его лицо короткими поцелуями. Я была так поглощена этим занятием, что не заметила, когда Стас стянул с меня толстовку, и как я оказалась на траве, лежащая на этой самой толстовке. И если бы не редкие капли дождя, я бы точно сказала, что все это нереально. Стас стягивает с себя всю одежду и кидает рядом. Наклоняется ко мне, чтобы с невероятной скоростью стянуть с меня джинсы и джемпер, который сразу же подкладывает мне под голову. Тянусь к застежке лифчика, чтобы поскорее снять лишний на данном этапе элемент одежды и почувствовать Сафронова своей кожей, но Стас опережает меня. Сначала медленно стягивает лямки, прикусывая кожу на плече, а затем ловко заводит свои ладони мне за спину. Щелчок и через пару секунд лифчик оказывается рядом с его одеждой. Усмехаюсь, осознавая, что сейчас Стас голоден не меньше моего. И то, с какой скоростью он стягивает с меня белые кружевные трусики – это только подтверждает. Обводит взглядом мое тело, шумно сглатывает и неожиданно обхватывает мое лицо одной рукой, слегка сдавливает скулы и, ничего не произнося вслух, впивается жестким поцелуем, ненасытно сминая мои губы.
Какое-то мгновение и я оказываюсь на спине, ловлю губами воздух, когда Сафронов обжигает мою шею горячими поцелуями. Скользит языком вниз к груди. Жадно вбирает в рот соски, сжимая грудь, вырывая этим из меня полустон. Не знаю почему, но грудь слишком чувствительна к таким ласкам, мне становится все тяжелее терпеть эту «пытку». Слишком возбуждена и голодна. Не нужны мне сейчас прелюдии. Как бы постыдно это ни звучало, хочу его и точка. Быстро, хищно. Только я об этом подумала, как он перестал ласкать мою изнывающую грудь и, разведя шире мои ноги, едва коснулся пальцами моей плоти. Сильно сжимаю руки в кулак, когда его пальцы начинают ласкать клитор. И, черт возьми, могу поклясться, что он дразнит меня своими движениями.
- Тебе хорошо, малыш? – хрипло шепчет Стас, наклоняясь к моему лицу.
- Нет, - кое-как выдавливаю из себя, крепко зажмурив глаза.
- Уверена, что нет? – продолжает меня дразнить, выписывая узоры вокруг пульсирующей плоти, одновременно проникая в меня пальцами.
Не знаю откуда у меня берутся силы, чтобы открыть глаза и хрипло прошептать:
- Я не это имею в виду. Я не так хочу, не так, - постанываю в такт движениям его пальцев и, наконец, выдаю: – Тебя хочу. В себе. Пожалуйста, хватит, - пытаюсь опустить руку вниз, чтобы убрать его ладонь, но Стас сам прекращает движения, чтобы в следующий же момент войти в меня резким толчком. Вскрикиваю от неожиданности и почти забытого ощущения наполненности. Стас замирает, давая немного привыкнуть, и начинает медленно двигаться во мне. Стискиваю его плечи, впиваясь ногтями в кожу, и ловлю себя на том, что мне дико нравится мысль оставить на нем следы своих ногтей. Я самым настоящим образом кайфую от его неспешных толчков и от того, что вес его тела приятно давит на меня. Ощущать его кожей – это что-то нереально приятное, мало с чем сравнимое. Стас продолжает двигаться во мне все быстрее и быстрее, вырывая из меня громкие стоны. Мышцы с непривычки тянут, отдаваясь незначительной болью в теле. Но это скорее приятная боль. Мне вообще так хорошо, что становится страшно. Улыбаюсь, смотря на Стаса, сканируя каждую его черточку и морщинку. А вдруг этого больше не будет?
- Я тебя люблю, Сафронов, - шепчу ему в губы, на что он не спешит ответить мне тем же, а целует, слегка, прикусывая нижнюю губу. – Люблю, - снова повторяю я, как только он отстраняется от моих губ.
- А я сильнее, - стонет мне в губы, тараня мое тело быстрыми толчками.
- Нет, я.., - кричу что-то не совсем внятное, заходясь в эйфории от обжигающей волны оргазма, пронесшейся по телу.
Еще несколько толчков и Стас замирает, изливаясь в меня, обессилено утыкаясь при этом губами мне в шею.
Сафронов освобождает мое тело от столь приятной тяжести своего веса, чуть скатываясь на бок, наверняка, касаясь мокрой и холодной земли, и начинает целовать мое лицо, точно также, как и я его, когда он нес меня на руках. Не знаю почему, но мне вдруг остро захотелось плакать. Закрываю глаза, чтобы унять пока еще неначавшийся поток никому ненужных слез.
- Люблю тебя, Алечка. Люблю. Больше жизни люблю, - хаотично целуя мои щеки, шепчет Стас, от чего у меня не просто начинает заходиться сердце, но и все-таки текут противные дорожки слез. Да что это такое?! – Ну ты чего, Аль? Что не так?
- Больше жизни? – шепчу я, игнорируя его вопрос.
- Больше. Хотя не так, ты же и есть вся моя жизнь. Всегда была, даже когда…, - накрываю ладошкой его губы, не желая сейчас все портить прошлым, которое так или иначе еще тысячу раз встанет перед нами. Но сейчас не хочу. Не хочу.
- Еще, - убираю ладонь, обхватывая обеими руками его лицо.
- Что?
- Скажи еще, что любишь.
- Люблю.
- Скажи еще что-нибудь, чтобы я точно знала, что это не сон, - продолжая гладить его щеки, бессвязно шепчу я. – Говори. Говори, - закрыв глаза, бормочу себе под нос.
- Говорю. Люблю.
- Еще.
- Я – Евпатий, - из меня вырывается смешок, когда я слышу это дебильное имя. А Стас продолжает меня целовать, вызывая во мне неконтролируемую улыбку. – Вот ты и показала мне, Васька, сиську. Даже две.