Глава 25. Кровные узы

Глава 25. Кровные узы. Проснулась от нежных ласк и поцелуев, Матвей щедро осыпал тело, страстью и желанием, щекоча мягкой бородой, перевернув меня на спину, чмокнул в губы, наслаждаясь моим сонным видом. – Доброе утро, девочка моя – с восторгом и томлением, провел дорожку языком от ключицы до груди, беря сосок в рот, ладонью сжимая второй, покручивая пальцами, будоража сознание. Выгнулась со стоном к нему на встречу, безмятежно купаясь в потрясающей неги любви, бесстыдно показывая свое нетерпение, терлась лобком, выпрашивая большего. Рывком подтянув меня за попу, раздвинув широко ноги, наклонился рассматривая меня там, поцеловал гладкий лобок, закинув ступни себе на плечи, лизнул розовые лепестки, поиграв языком с пульсирующим клитором, от чего по мне прокатилась волна вожделения, продолжая ласкать довел до блаженства и сверхнаслаждения. Крича в голос, выгибалась от его настойчивого языка, который продолжал чувственную пытку. Отстранившись, Матвей вошел во влажное лоно, размашисто вбиваясь твердым, толстым членов, остервенело трахая на бешенной скорости, пылко и с азартом, долбил приподнимая за ягодицы, натягивая на себя. Вытащив член, переместился к моему лицу, направив ствол, провел по губам, проникая с трепетом в рот, восторженно смотрел получая удовлетворение, как погружается толстый член, в створки рая, толкнулся, выплескивая сперму в горло. – Да, бляя, да, сука, аррр, аааар, да, аррр – замер, откинув голову – Ахуеть, Варюша, как мне бляя хорошо – посмотрел сверху в низ – пиздец – вытащил член – надо тебя горловому обучить – лег рядом, поцеловав в щеку – жрать хочу! – исподлобья глянул на меня. – Что тебе Матвеюшка приготовить – улыбнулась – сырники будешь? – Нет, блинов хочу, со сметаной и клубничным джемом – прищурено смотрит на меня. – Ну блины, так блины – кивнула, обняв его за шею – минут через двадцать спускайся – чмокнула, отстраняясь, поднялась с постели. Спустившись на первый этаж, обомлела, увидев в панорамные окна заснеженное озеро, ели, сосны, лужайку, кустарники, покрытые белым покрывалом. Мелкие снежинки, медленно спускаясь, кружились в танце, деревья, поскрипывая восхищались, неотразимости красавиц. Современная техника на кухне у Кирсанова, творила настоящие чудеса, включив блинницу, завела тесто, налив сразу в шесть отсеков, справилась с задачей за десять минут, приготовив целую стопку. – Ничего себе Варюша – удивленно посмотрел Матвей на блины, хватая один – рукодельница моя! – ущипнул за попу – умм, как вкусно – лопает, усаживаясь за стол – сто лет не ел таких блинов! – Рада что тебе нравится – застенчиво улыбнулась – ты будешь чай или кофе? – спросила включив машинку. – Кофе – макает в сметану и джем одновременно – вкус детства, мама нам часто их готовила по выходным, я их мог десяток съесть – смеется. – Моя тоже, папа правда с мясом и картошкой любит – ставлю Матвею кружку, сев рядом, скрутила блин, – ты видел какая красота на улице – мило улыбнулась Матвею – снег всю ночь шел? – любуюсь видом лужайки перед домом. – Ты умеешь кататься на беговых лыжах? – спрашивает Матвей. – Конечно – киваю – мы с родителями часто ездили в парк и там катались – отпиваю кофе. – Значит решено, поедем сейчас на лыжню, по дороге в магазин заскочим, купим тебе подходящую одежду – кивнул – подышим свежим воздухом, спортом позанимаемся, кровь разгоним – хмыкнул – блины, Варюша у тебя просто сказка! Приехав на базу Прибой, к двум часам дня, застегнув лыжи, отталкиваясь палками, покатили по свежей лыжне, народу было много, у меня сложилось ощущение, что все разом, соскучились по зимним забавам. На развилке, мы остановились, выбрав прогулочную трасу, наслаждаясь пейзажем, коньковым ходом, дыша морозным воздухом, подначивали друг друга, ускоряя бег. – Ты решила меня загонять – смеется Матвей – прыткая какая – догнав, прижал к себе, обняв за талию, целуя в шею – спортсменка моя, не буди мои фантазии, а то курс возьмем на дом, аррр, я же не железный – трется щекой – Варюша, у тебя щеки холодные, давай я их разотру – снимает перчатки – ты замерзла? – обеспокоенно спрашивает. – Нет, Матвей, знаю я твои уловки – хмыкаю – мы же кататься приехали! – возмущаюсь. – Это конечно так, но кто-то сильно задницей вертит, прям у меня перед носом, в этих облегающих штанах! – возмущается – Ты же сам их выбирал – негодую – что не так?! – вздергиваю бровь – или ты Кирсанов уже сдулся? – подкалываю его – Кто-то напрашивается на серьезные неприятности? – язвительно спрашивает меня – Ага – отъезжаю со смехом – догоняй, Матвей! – кричу, набирая ход. – Поймаю, не отвертишься, зараза, ха-ха-ха-! – кричит мне в след, громко смеясь! – Хорошо то как, Варюша! Тихо, вокруг лес, посмотри какие елки, все как на подбор, а снег, чудесный день, ха-ха-ха! – с восторгом крикнул Матвей. – Здесь замечательно! – подняла руки вверх, скатываясь с пригорка –ю-хуу – класс! – смеюсь в голос – так здорово! Трасса была достаточно длинной, семь километров, катались мы около трех часов, с остановками для фотоссесий, в роли фотографа, был конечно же суровый Фарид, который постоянно недовольно хмурился, следуя за нами с еще двумя охранниками. Возле машины, сгрузив в багажник инвентарь, попили чай с блинами и бутербродами, которые я приготовила дома, делясь впечатлениями, хохотали над бурчащим Фаридом. Сев в нагретую машину, разомлела, прижавшись к Матвею, уснула. Открыла глаза, когда мы остановились во дворе, потянувшись, вылезла из машины, увидев на пороге дома Севу, с мрачным выражением на лице. – Так блять и знал, что молчание не к добру! – сплюнув, сказал Матвей – как мне это все осточертело! – чеканя шаг подошел к брату – только не говори, что у нас очередной геморрой? – нахмурился, глядя на него. – Как покатались? – улыбнулся Сева – я поэтому тебя и не тревожил, хоть поспал спокойно – взъерошивает волосы – дяде нашему скажи спасибо, Сулейманское отродье, никак не успокоится! –хмыкнул – Шантажировать нас вздумал! – Че за херня! – заходим в дом, скидывая верхнюю одежду – ему что, нищим остаться захотелось? – недовольно говорит Матвей – По мне, так очень богатым человеком! – съязвил – Малик с нашим идиотом, не просто так кутил, сейчас сам все увидишь, Варюша без обид, это не для хороших девочек – подмигнул – сваргань на что ни будь закусить, до начала сеанса – дал понять, что Матвей взорвется как вулкан! – Хорошо – улыбнулась – я мигом – понеслась на кухню, нарезав бастурмы, буженины, окорока, сыра трех видов, оливки, открыла банку маринованных корнишонов и черри. Накрыв в зале на стол, поставила закуску, два снифтера, тарелки с приборами, глянула на Матвея, который поджав губу, сгорая от нетерпения, ожидал, когда я уйду. Через сорок минут, слушая отборный трехэтажный мат, потом рев взбешенного Матвея на улице, крики Севы и бурчание Фарида, подбежала к окну, увидев, как Матвей, колотит кулаками по дереву, крича как раненный зверь. Не выдержав, душу раздирающей картины, бегом спустилась по лестнице и выбежала на улицу, заорав – Матвей! Матвей! Хватит! Остановись! Прошу тебя! – бежала к нему вопя со всей силы – Матвей! Пожалуйста! Остановись! – Варюша! – обернулся, с окровавленными руками – девочка моя, ты почему раздетая – кинулся ко мне – я тебя напугал? – подхватив, понес домой – прости меня – прошептал – мне нужно было выплеснуть злость. – Все так плохо? – спросила пуская слезу – ты так расстроен – глажу его по затылку, жалея – там все так страшно? – заглядываю ему в глаза. – Я все улажу, Варюша, не волнуйся и не плачь, за каждую слезинку, блять, натяну всех по полной – заносит в дом. – Матвей, нужно руки обработать – говорю плаксивым голосом – и не спорь, понял, я сама твоего брата придушу, если с тобой что-то случится! – заявляю грозным голосом. – Обрабатывай, через пол часа мы улетаем на Майорку – включил холодную воду – ты ела? – спрашивает меня. –Да, не волнуйся – достала аптечку, поливая его раны перекисью – тебе стало легче, когда ты избил дерево? – нахмурилась, рассматривая раны – Ты даже не представляешь на сколько – выдохнул – так бы Сева пострадал или Фарид, дереву не больно! На острове, мы приземлились в пять утра, в сопровождении охраны, подъехали к дому родителей, где нас во дворе ждал хмурый отец Матвея. – С приездом – обнял обоих сыновей и меня заодно – вижу, что все хуже чем я ожидал – кивнул на руки Матвея – мать увидит, расстроиться – сказал с сожалением. – Бать, нам надо как-то наедине это все обмозговать, без нее – сказал с тревогой в голосе Сева – надо что-то решать! – Пару часов выждем и на плантацию поедем, там как раз с Ренатиком и поговорим! – хмыкнул отец. –Он что не в доме? – удивился Матвей – Сбежать пару раз пытался, ломка у него была, вместе с этой сучкой, Тархановской, в добавок беременная она, вот вам и вся история, пятый месяц – удрученным голосом сказал Егор Сергеевич. – Она тоже там? – с ужасом сказал Сева. – Нет, в больнице, у нее ломка была, угроза выкидыша началась, мы врача вызвали из частной клиники, она уже две недели лежит, ваша мать каждый день к ней ездит – сказал с грустью в голосе – Захира это ребенок – вдруг выпалил – за дозу с ним спала и делала все, что он ей велит. – Пиздец! – выдохнул Матвей – вот это новость! – задумался – может она еще что вам поведала? – спрашивает, нахмуриваясь. – В доме обсудим – сказал грубо отец – Альби, Дали встречайте, мальчики с невесткой приехали – кричит снимая обувь – давай свое пальто, Варюша, как долетела, ты что-то похудела? – нахмурился – Сессия сил много отнимает – улыбнулась – у меня все хорошо! – кивнула утвердительно. – Мои сыночки ненаглядные приехали! – кинулась к Матвею прижимаясь к груди – Севочка мой – обняла здоровяка – выглядите усталыми – нахмурилась – господи, что с руками, Мотя, Бог мой, Дали погляди, что происходит с сыном, из-за гнилого плода в нашей породе! Мама моя, сыночек – рассматривает костяшки – Дали, неси мои мази, это ж надо так было себя истязать! – причитает – ты совсем себя не жалеешь – перевела взгляд на меня – ой, Варюша – улыбнулась – красавица наша, прости, совсем расстроил меня Мотя – обняла по матерински – добро пожаловать, завтрак готов, идите умывайтесь и за стол! Ваши комнаты готовы, Варя я тебе там, пару комплектов для дома прикупила, они в шкафу висят, все выстирали, так что можешь переодеться, по ночам сейчас прохладно, так что надень тапочки, они возле кровати стоят. – Спасибо – растерялась от такой заботы, поднялась в комнату. Комплектами оказались шикарные спортивные костюмы от мировых брендов, шелковые пижамы, халаты, джинсы и туники. Одев уютный костюм от Гуччи, спустилась в столовую, где все собрались за большим столом, сев рядом с Матвеем, налила себе кофе, отпив глоток. – Как бы ни было, Сабира будет рожать здесь – сказала Альбина Динаровна – как ни крути, она племянника моего носит, мы с Дали о ней позаботимся. – Уже известен пол ребенка? – удивился Матвей, откусив бутерброд с хамоном. – Пять месяц, это большой срок, Мотя – сказала тетя Дали – вроде бы без патологий, удивительно при таком употреблении кокаина и еще какой-то гадости, забыла, как она называется! – ЛСД – говорит Егор Сергеевич – тьфу ты, никогда не думал, что столько буду знать об этой дряни, но сыночек сделал все, чтобы папа проникся всей душой! – возмущается – две недели его под капельницами держал – говорит Матвею – его Малик подсадил, тварь! – стукнул по столу – за яйца его готов подвесить, вместе с падлой Захиром, девчонку с семнадцати лет развращал, а тут залетела и план возник сам собой, сука! С молодости гнилым был, с меркантильной душонкой, ничего святого у человека нет, сына, племянника, кого угодно подставит, лишь бы кусок пожирнее оторвать! – Тарханов в курсе? – спрашивает Матвей жестким голосом. – Одна шайка лейка – махнул рукой отец – он поэтому и давил на Захира, чтоб решал проблему, как сказала Сабира, у них налаженный бизнес и портить отношения они не хотели, а вот подлезть к тебе через брак, даже очень! – Поэтому и торопились – кивнула Дали – хотели, чтоб ты думал, что ребенок твой! Но ты встретил, Варюшу и планы нарушил, ну дальше ты знаешь – опускает глаза – как он мог до такого дойти! – сетует – вроде нас одинаково родители воспитывали, отец был суровым, но не подлым, зла никому не делал, а Захир, столько людям горя принес, ужас! – Ничего, разберемся – кивнул Матвей – мам, надеюсь ты не будешь в этот раз, говорить мне о кровных узах? – вздернул бровь – Да о чем ты говоришь, сынок, он через меня переступил в свое время, но через детей, я ему сама не позволю, делай, что считаешь нужным, слово не скажу, Дали, ты что думаешь? – внимательно взглянула на сестру. – Я с тобой согласна, слишком далеко он зашел, столько переломал судеб, племянников чуть не угробил, проклятой наркотой, девчонку беременную в пекло бросил, тебе спокойно жить не давал, все порядочного из себя строил, говнюк! – повысила голос Дали – и это только то, что мы с тобой знаем. – Ну вот и договорились – хлопнул по коленям отец – нам пора, поедем Ренатика навестим – встал из-за стола – соберите ему на пару дней – кивнул, строго взглянув на жену. – Ой, Мотя, я с вами поеду – подскочила Альбина Динаровна – ты еще зол, я это вижу и Сева тоже, ненароком зашибете, не пущу одних – заголосила, кидаясь на шею к мужу – Егор, вы что задумали!? – Ты чего придумала? – спрашивает Егор – ничего ему не будет, пару раз получит по печени и все, заслужил он, понимаешь! – прижал к себе жену – все будет нормально, Альби, я тебе обещаю! – поглаживает ее по спине. Целый день, готовилась к предстоящему зачету по английскому языку, сидя на веранде, наслаждаясь солнечным днем, поглядывая на бескрайнее море и стройные кипарисы. После обеда, пару часов поспала под теплым пледом, на свежем воздухе. Открыв глаза, смотрела на синее небо и медленно плывущие облака, потянувшись встала, услышав звук заезжающей машины. Спустилась на первый этаж, увидев в дверях осунувшегося Рената с отросшей черной щетиной, замерла на месте. – Сыночек – обняла его мать – похудел то как – сетует – я так за тебя переживала – рассматривает его лицо – сильно били? – хмурится. – Вломили по полной – задирает футболку, показывая гематомы – думал прибьют – жалуется матери – хорошо хоть лицо оставили целым – трет ладонью подбородок – пойду помоюсь, грязный как свинья – поморщился. – Иди мой дорогой, я пока на стол накрою – отпускает сына – ой, Варюша, пойдем поможешь мне – махнула рукой – отдохнула хоть немного, столько учила сегодня, ужас – обеспокоенным тоном говорит Альбина Динаровна – ты в этом году заканчиваешь? – Можно сказать и так – улыбаюсь – этим летом сдача дипломной работы – беру тарелки расставляя на стол. – Ты переводчиком хотела быть? – улыбнулась, поставив салатницу. – Да – кивнула – телеведущей, мне тоже нравится работать. – Ты отлично справляешься с этой ролью – сказала Альбина Динаровна – мы все твои эфиры смотрим, интересные у вас бывают гости и Ардон, такой непредсказуемый журналист, все время держит зрителей в напряжении. – Он прекрасный человек – улыбнулась – мне с ним легко работать, у него всегда море идей, проектов, с ним интересно, самое главное, никогда не знаешь, что он может отчебучить! – хмыкаю – но в этом весь Ардон! – Завидую тебе по-доброму, ты знакомишься с известными людьми, узнаешь что-то новое, участвуешь в разных проектах, снимаешься в рекламе – восторженно говорит Альбина Динаровна. – Да, так и есть, но все это благодаря Матвею – вздыхаю – пробиться куда то на телевиденье, без протекции невозможно – с грустью отвечаю – такова действительность. – Нашла о чем печалится, он мужчина и должен заботится о тебе – всплеснула руками – если у него есть возможности, нужно ими пользоваться, так что не думай об этом, он с тобой счастлив и это самое главное! – заявляет – пойду мальчиков на ужин позову – мило улыбнувшись вышла из столовой. Минут через десять все собрались за столом, Ренат уже выглядел получше, но чувствовал себя явно неуютно, боясь поднять глаза на братьев и отца. На ужин было мясо козленка запеченное в духовке с золотистой корочкой «Кабрито ла миель», с тушеными овощами и картофелем, неизменные лангусты в соусе и свинина в капустных листьях, похожая на наши голубцы. Разлив вина по бокалам, Егор Сергеевич, поднял тост за благополучие семьи, отпив пару глотков и стал рассказывать притчу о блудном сыне, обняв Рената за шею, поцеловал в висок по отечески. – Запомни сынок, кроме твоей семьи, остальным на тебя наплевать, дорожи тем, что имеешь, все мы совершали ошибки, но главное держались друг за друга, падали и вставали, ты понял меня! – повысил голос Егор Сергеевич – если бы ты так поступил, никогда бы тебя не простил, никогда! – говорит грозным голосом – ничего, оклемаешься, в себя придешь, а там, дай Бог все наладится! – Я что опять остаюсь здесь? – возмущается Ренат – Если ты сейчас вернешься, сядешь и на долго, а в тюрьме с тобой смогут сделать все что угодно, так что проанализируй все отчеты и найди то, о чем мне говорил, как только с тебя снимут обвинения, я тебя верну в Казань – жестко сказал Матвей – но учти, еще раз посмеешь перейти черту, упеку в клинику, понял! – заорал. – Ты мне удаленный доступ дай, я тебе все предоставлю – уверенно сказал Ренат. – На твоем месте, я бы так не обольщался, скорее всего, Малик, успел все подчистить, судя по видео – хмыкнул Сева – у вас секретов не было! – Не напоминай! – сморщился Матвей как от лимона. – Я вам уже говорил, это не я на видео, вы с ума сошли, я нормальной ориентации – подскочил со стула – запись сфабрикованная, проверьте, это надо было в такую херню поверить – возмущается – я женщин люблю, ясно! – Вот как докажешь нам обратное, тогда и принесем извинения – говорит Матвей – а пока, у нас одни сомнения и не без почвенные, заметь, доказательства нам предоставили с лихвой, я чуть с ума не сошел, когда тебя в этом, блять, даже не знаю, как назвать, порно увидел. Меня за малым не стошнило – высказывает с возмущением – тебе повезло что ты был далеко, порвал бы на месте! – О чем вы говорите, что-то не пойму? – спрашивает их мать, прищуриваясь – о каком порно – удивленно смотрит на сыновей. – Мам, мы уже разобрались, не волнуйся, мясо как всегда великолепно, ты его мариновала в вине? – спрашивает Матвей, уходя от темы – очень сочное, правда Варюша – улыбнулся мне – чем ты сегодня занималась? – нарезает тушеные баклажаны и перец. – Бедная девочка, целый день учила, даже прогуляться по городу не захотела – качает головой Дали – надеюсь на праздники вы к нам приедете? – лукаво смотрит на Матвея. –Мы еще не обсуждали с Варюшей, но думаю, что лучше этот Новый год, мы все вместе в Дубае отметим – говорит Матвей – Сева, что скажешь? – Я только за, Матвей! – кивнул, растягивая улыбку – мы ни разу там не встречали, стол надо забронировать – достал телефон – если уже не поздно! – Эмм, даже не знаю – нахмурилась Альбина Динаровна – это семейный праздник, мы всегда отмечаем его дома, что вы придумали! – возмущается – Прекрасная идея – кивает Егор Сергеевич – мы приедем в Дубай тридцатого – хмыкнул – и не спорь, Альби, дети хотят отметить праздник там, значит и мы тоже, или вы хотите сидеть вдвоем у телевизора, с бокалом шампанского и пойти лечь спать, в час ночи, с ужасным настроением, то никто не против? – нахмурил брови – Мы же не бросим Сабину одну? – выпучила глаза на мужа. – Мам, что за самопожертвования? – удивленно взглянул на нее Матвей – она нас всех обманула, а ты ее жалеешь, и потом твой брат отец ребенка, а не Ренат – постучал по столу, сплюнув через плечо – надо будет привезешь ее с собой, раз ты так переживаешь – поморщился. – Это еще за чем? – говорит Ренат – и кстати, когда я с ней разведусь? Вы мне обещали! – смотрит на братьев – Как все доказательства представишь и с Маликом разберешься, так сразу и подашь на развод – утвердительно сказал Матвей – или ты хочешь, чтобы тебя Тархановы ославили на всю Казань, как непутевого зятя, бросившего их дочь в положении, умм? – Нет – покачал головой – сказал, значит найду! – обиженно надул губы – до сорока лет не женюсь, по горло хватило такого брака! Утром мы приземлились в заснеженном Питере, накинув на плечи норковую белую шубку, с пушистым капюшоном, покрутилась у зеркала, у меня никогда такой красоты не было, чмокнув Матвея в губы, смеясь от такого роскошного подарка, обняла его за шею, с благодарностью. – Когда ты все успеваешь – радостно улыбаюсь – у меня никогда шубы не было – хлопаю ресницами – спасибо тебе, Макарушка, это так неожиданно – рассмеялась – она такая красивая! – умиляюсь – Моя девочка, рад что угодил, тебе очень идет Варюша и сапожки тоже – улыбнулся – сумку бери, поедем позавтракаем вместе, у нас дел выше крыши – показывает рукой – счетная палата в порт нагрянула, Яровая о встрече просит, сука продажная, Кабанов звонил, всем я стал сильно нужен – усмехнулся – представляешь! – Какой ты Кирсанов занятой человек, мне может тоже стоит, записаться на будущее? – подмигиваю ему. – Вредина моя, у тебя пожизненная квота! – чмокнув в губы, спустился по трапу, подав мне руку, прощаясь с стюардессами.