Глава 7

Мир словно остановился, затаил дыхание. Он замер, чтобы дать нам шанс насладиться друг другом. Даже луна, что беспрестанно следила за своими детьми, скрылась за тучами и позволила мне чувствовать только то, что есть на самом деле. Она лишила меня зова на короткое время, но… то дикое, безумное желание, что Шон вызвал во мне с первым прикосновением никуда не делось. Я хотела его до боли в сведённых спазмами мышцах. Я хотела его до дрожи во всем моём теле. Я хотела его до безумия и до ярких вспышек перед закрытыми глазами.

Стоило Шону только занести меня в дом и закрыть дверь, как моё тело свело судорогой желания, и из горла вырвался гортанный стон. Шон с рыком прижал меня спиной к стене, и трясущейся рукой расстегнул ширинку, а потом отвёл в сторону промокшие насквозь трусики.

Одно короткое движение и по тёмному помещению прокатывается крик удовольствия.

— Узкая, — прохрипел Шон. — Надолго меня не хватит.

— Сильнее, чёрт возьми!

— Конечно, малышка, — сказал и стал вколачиваться в моё тело с такой силой, что будь я просто человеком, то могла бы получить значительную травму. Но именно такая сила, именно такой ритм мне сейчас и был необходим.

Ещё несколько стремительных движений, несколько мощных толчков, и я взрываюсь.

Сужающееся в оргазменных спазмах лоно заставляет Шона хрипеть и рычать. Он с усилием проталкивает и вынимает член, так как внутри у меня всё сжалось настолько сильно, что это может оказаться ловушкой, капканом. Но вот я в порыве страсти всаживаю в спину любовника отросшие когти, и он с громким криком присоединяется ко мне, погружаясь в нирвану.

Оргазм оказался настолько мощным, что нас сотрясает судорогами.

В какой-то момент колени Шона подкашиваются, и он, всё ещё содрогаясь, опускается на пол, крепко держа меня в своих руках.

— Боги, детка, — хриплым голосом шепчет он. — Нельзя быть такой охуенной.

— О, нет, нельзя трахать так, чтобы у меня голову срывало, и чтобы я забыла своё имя.

Короткий смешок вырвался из груди мужчины, но так как он всё ещё находился во мне, то от движения его члена я вновь содрогнулась.

— Бля-ааадь, — зашипел Шон и резко вогнал свой член на всю длину, затем ещё раз и ещё. — Твою мать. Я не могу остановиться, — простонал он, продолжая делать резкие толчки.

Опустив меня спиной на пол, он стал вколачиваться с новой силой, а я тем временем крепче сжала ноги за его спиной.

Мне было настолько хорошо, что автомобильный гудок даже не затронул моего сознания. Мне было настолько хорошо, что телефонная трель и стук в закрытую дверь я даже и не заметила.

Мой мир сузился только до мужчины, что сейчас доставлял мне невероятное удовольствие и его резких непрерывных движений.

— Грёбаный клыкастый, — зашипел Шон ускоряя темп.

А дальше, мой мир снова взорвался миллиардами ярких звёзд перед глазами, и осознала я себя только в ванной, стоя под тугими и горячими струями воды.

Руки Шона нежно проводили по моей груди, совершая круговые движения, а в поясницу упирался набухший от желания член моего альфы…

— Я готов трахать тебя сутки напролёт, — проговорил Шон рычащим от возбуждения голосом.

— Если это будет так, то мы умрём с голоду, — грудным голосом прошептала я.

— Тогда я готов кормить тебя прямо в постели, в перерывах между минетом и траханьем, — сказал он и провёл пальцами по бугорку между моих ног.

С шипеньем втянув густой влажный воздух, я запрокинула голову на грудь Шону и неосознанно стала двигать тазом, в надежде, что он погрузит в меня палец. И мои ожидания оправдались.

С утробным рычанием Шон скользнул пальцем внутрь и стал им двигать, а я уже поскуливая начала сама насаживаться на него.

— Твою мать, какая же ты горячая крошка! — прорычал он и провёл языком по моей шее, вызывая мурашки по всему моему телу.

Продолжая трахать меня пальцем, он массировал уже тяжёлую, набухшую грудь.

Хриплое дыхание и нервно вздымающаяся грудь за моей спиной давали понять, что мужчина и сам уже на пределе, но стоило ему только ввести в меня второй, а потом и третий палец, как все мои мысли смыло волной оргазма.

— У меня сейчас уже яйца лопнут, — прохрипел Шон, в то время как я от оргазма продолжала елозить задницей по его эрекции.

Как только меня перестало трясти, и я смогла сама стоять на ногах, развернувшись, опустилась на колени и без предупреждения, глядя на закрытые глаза мужчины, видимо в этот самый момент он думал о чём угодно, только не о сексе, чтобы не взорваться, я взяла член в рот.

— Господи, — прохрипел Шон, распахивая глаза и смотря на меня безумным взглядом.

Определив момент, когда он уже готов будет излиться, надавила на самый кончик, не давая семени выплеснуться.

— Бляяяяя, — зашипел Шон, двигая бёдрами. — Ты просто убиваешь меня.

Когда он более или менее успокоился, а волк уже выглядывал из его глаз, по моим губам пробежала развратная улыбка. Не отводя взгляда, я вновь обхватила член губами и медленно стала вбирать его в рот.

— Коварная, — раздалось с рычанием, а из-под его приоткрытых губ, появились клыки.

Вобрав член полностью в рот, стала медленно выпускать его наружу, но Шон не сдержавшись, толкнулся, заставляя меня вновь принять его длину.

Ещё какое-то время я пробовала контролировать его движения, но это оказалось бессмысленно. Шон с глухим стоном стал аккуратно, но резко врываться в мой рот, вобрав мои волосы в кулак.

— Давай, детка, — прошептал он. — Давай, я сейчас кончу.

Непонятная эйфория затуманила мой разум. Я впервые смотрю мужчине в глаза, в момент его экстаза, и мне это охренеть как нравится. Это заводит. Это просто сводит с ума.

— Да! Да! — шепчет Шон, прикрывая глаза в блаженстве. — Да!

Балдея от его реакции, я даже зарычала от наслаждения, чем вызвала вибрацию во рту. И именно этого Шон уже вытерпеть не смог. С громким стоном-рыком, он вытащил член и стал резко двигать по нему рукой вверх-вниз, и выплёскивать семя на подставленную грудь.

Он всё продолжал и продолжал изливаться, не имея возможности отвести от меня безумный взгляд. А я круговыми движениями втирала семя, в свою грудь, понимая, что эти движения и весь мой вид в целом сводят мужчину с ума.

После, сполоснувшись под горячим душем, мы спустились на первый этаж, чтобы приготовить ночной перекус, но в этот самый момент зазвонил телефон Шона.

Когда он ответил на вызов, единственное, что я успела расслышать, так это гневный окрик… Майкла, а за окном заморгали фары и послышался столь же гневный звук клаксона.

Твою мать!

После звонка, Шон вышел на улицу, а я решила заняться поздним ужином. Думаю, нам тут простым перекусом не обойтись.

Вынув из морозильной камеры пару пакетов с мясными отбивными, включила газовую плиту, поставила сковороду и выложила сразу три куска.

На соседнюю конфорку высыпала в высокую сковороду пакет с замороженными овощами и включила чайник.

Ни о чём постороннем думать мне совершенно не хотелось, поэтому схватив пульт, включила телевизор. Пощёлкав каналами, нашла канал про животных и перевернула мясо, а по кухне уже плыл просто бесподобный аромат.

Первая партия мяса была уже готова, и когда я только выложила на сковороду вторую, услышала со стороны улицы странный звук, а затем и треск.

Боже, что это?

Странный треск, словно ломающейся древесины повторился, ещё раз, а затем ещё и ещё.

Там же Шон и Майкл. Боже. Только бы с ними ничего…

Я даже додумать не успела, потому что стоило только выскочить на улицу, ужаснулась. Прикрыв ладонью рот, я смотрела расширившимися глазами на то, что творили эти двое.

Майкл, с невероятной скоростью подлетает к трясущему после удара головой Шону, и только собирается нанести ему ещё один удар, как Шон невероятно ловким движением вскакивает и в два прыжка оказывается позади Майкла. Затем схватив его в удушающем захвате, ногой бьёт под колено пытаясь повалить того на землю, но Майкл выворачивается и швыряет Шона в сторону деревьев.

Затем, снова оклемавшись, Шон подскакивает на ноги, и как только Майкл к нему приближается, умудряется схватить его и тоже отправить в полёт.

Я не слышала, что они в это время говорили друг другу, но вот они мой расслышали:

— Господи! Да вы с ума посходили! — прошептала я, отнимая руку ото рта.

Стоило мне это проговорить, как два безумных взгляда метнулись в мою сторону.

— А..нита, — с запинкой проговорил Майкл и виновато опустил взгляд, а Шон, отряхнувшись, бросил гневный взгляд на Майкла и направился в мою сторону.

— Что это было? — спросила подошедшего ко мне мужчину.

— Прости, малышка, просто… мы тут не поделили…

— Что? — задала я вопрос, но на него мне никто не ответил.

Майкл, стянув с себя разорванную куртку, тоже подошёл к нам и спросил:

— Ты что-то готовишь?

— Твою мать! — воскликнула и рванула в дом. — Фух, не сгорело, — сказала и принялась быстро переворачивать мясо.

— Говорите, — расставив поздний ужин на стол, обратилась я сразу к обоим мужчинам.

— Анита, ты прости, — начал Шон, — мы не хотели, чтобы ты стала свидетелем нашей разборки.

— Но я стала, и теперь хочу знать, что произошло?

Посмотрев на мужчин, отметила на лицах обоих виноватое выражение но, тем не менее, отступать не собиралась.

— Говорите, чёрт вас подери, — прикрикнула на них. — Вы даже не представляете, как я испугалась, когда увидела, что вы готовы поубивать друг друга.

— Ты преувеличиваешь, — сказал Майкл и вперил свой виноватый взгляд в тарелку.

— Преувеличиваю? Да вы разнесли мне часть леса! И ты говоришь, что я преувеличиваю? — заводилась я всё больше и больше.

— Понимаешь… просто так вышло, что я немного схитрил, — негромко проговорил Шон.

— Ты не схитрил, ты наглым образом меня обманул, — зашипел на него Майкл.

— Ой, да ладно! Если бы у тебя была такая возможность, то и ты бы на моём месте поступил точно также, — отбил нападку Шон и опустил взгляд.

— Что? Произошло? — разделяя слова, спросила у них.

— Это я должен был сегодня прийти к тебе, а этот блохастый сделал ложный вызов, предварительно поломав все машины в нашем департаменте.

Я вспомнила тот вызов диспетчера и слова о том, что только Майкл может приехать на вызов. Но…

— Что значит «Это я должен был прийти»? — шокировано спросила у Майкла.

— Вот же идиот! — негромко проговорил Шон и покачал головой.

— Анита, дело в том, ты мне очень нравишься, — начал было объяснять шериф.

— Нравлюсь настолько, что вы составили табель посещаемости моей постели?

— Всё не так! — воскликнул Шон. — Просто… ты ни на одного из нас не обращала внимания, вот мы и…

— Что? — спросила я, не веря в происходящее.

— Просто мы решили, — продолжил Майкл. — Что как только у одного из нас выпадет шанс приблизиться к тебе, то он поможет второму сделать то же самое.

— И этот шанс выпал именно в полнолуние, когда я с ума схожу от желания? — прошептала, вспоминая, как же удачно в тот раз подъехал Майкл.

— Да! — подтвердил он и пристально уставился в мои глаза.

Боже мой! Так они просто играли со мной?

— Вот я сейчас по твоим глазам вижу, что ты всё не так поняла и ищешь подвох там, где его нет, — сказал Шон, как и Майкл пристально наблюдая за моей реакцией.

— А разве его нет? Вы… вы воспользовались мной! А как же те слова, что ты теперь меня не оставишь? Как же то, что ты долго ждал, чтобы быть рядом? Это, разве, не лож?

— Нет, Анита. Это всё правда, — сказал Шон и поднялся из-за стола. Подойдя ко мне, он опустился коленями на пол и заглянул в глаза, старясь следующими словами донести до меня смысл своих действий…

— Послушай! Как я уже говорил, я последовал за тобой из самого Висконсина, — начал было Шон.

— Зачем?

— Потому что ты моя! — как само собой разумеющееся сказал он. — Потому что я в поединке добился права ухаживать за тобой!

— В каком ещё поединке? О чём ты?

— Помнишь, ещё до твоего отъезда, тебя преследовали?

— Да! Я тогда чуть с ума не сошла, — сказала, вспоминая события давно минувших лет.

В то время, я только перешла порог взросления, и для меня оказалось настоящим шоком, когда желание накрывает с головой. Я даже не представляла, почему это происходит?

Помню, как-то мама увидела мои мучения и решила рассказать мне всю правду. Именно тогда я и узнала, кто я на самом деле, и что моё желание обусловлено лунной лихорадкой. Именно тогда мама дала мне таблетки, чтобы понизить своё либидо. Но… таблетки, они лишь понижают желание, но никак не запах выделяющихся феромонов.

Знаете, чем плохо жить в большом городе? Там много, о-оочень много тех, кто на расстоянии может унюхать твой аромат! Так вышло и со мной.

Возвращаясь из кинотеатра вместе с подругой, они унюхали меня и следовали до самого дома, а стоило мне только остаться одной, как напали на самом крыльце. И всё бы закончилось очень плачевно, но на мою удачу, нашёлся тот, кто спас меня и буквально вырвал из лап тех ублюдков. Я не видела лица своего спасителя, не слышала его голоса, так как глаза мои застилали слёзы, а в ушах стоял шум, бегущей крови по венам. Так бывает, когда на тебя накатывает паника.

А потом, я много раз замечала, что за мной следят. И в полнолуние после того случая я предпочитала оставаться дома, под защитой замков и того, кто меня с той поры охранял.

Да, я множество раз, лишь на периферии зрения замечала очертания мужского силуэта. Мне не было страшно, наоборот, я чувствовала безопасность. Но стоило только обернуться, как он исчезал. Я могла только чувствовать, что мой спаситель где-то рядом. А потом я уехала. Я надеялась сбежать не только от воспоминаний о погибших родителях, но и от тех, кто охотился за мной, как за добычей!

— Я выбил себе право на то, что ни один другой кроме меня не сможет подойти к тебе и потревожить, — негромко проговорил Шон. — Но, ты сбежала, даже не подозревая, что опасаться больше нечего.

— Это был ты… — не вопрос, а тихое, словно дыхание понимание, что спустя годы я, наконец, встретила его, своего спасителя.

— Я! — такой же тихий ответ.

— Но… почему ты, ни разу не подошёл? Почему…

— Закон гласит, что только на поединке можно доказать право на самку, а делать из тебя добычу, я не собирался.

— А потом? После поединка?

— На тебя претендовал и другой альфа, именно с ним и состоялся мой поединок. А потом, какое-то время я восстанавливался. Но затем я узнал, что ты покинула город, и тогда я стал искать тебя, а когда нашёл, решил обосноваться поблизости. Но… я всё ещё не мог долго бывать здесь, ведь в обязанности альфы входит ещё и личное присутствие вблизи своей стаи, а находиться сразу в двух местах, увы, я не мог. Вот и приходилось мотаться из одного места в другое. И чтобы окончательно остановиться тут, я назначил приемника на своё место, а здесь открыл мастерскую. Но и приемник долго продержаться без полного управления стаей не смог и тогда мне пришлось окончательно передать права и назначить нового альфу.

— Ты… отказался от стаи? — шокировано произнесла я. А Шон только плечами пожал, словно и не сожалел об этом вовсе.

— А… ты? — посмотрела я на Майкла. — Зачем тебе всё это нужно?

— Моя история, конечно, не такая длинная и не такая трогательная, как у Шона, но… как только я увидел тебя, как только почувствовал запах твоей крови, то сразу понял, никто другой мне не нужен. Ты стала моим смыслом. Ты стала моим наваждением.

— Но почему, ни один из вас, ни разу не подошёл ко мне всё это время?

— А как можно было к тебе подойти, если ты всегда холодна, словно айсберг! — сказал Майкл и Шон согласно закивал.

— Но, я никогда такой не была! — воскликнула я.

— Была! — в голос ответили они.

— Да ты на любой намёк о свидании одаривала холодным взглядом и уходила, — усмехнулся Майкл.

— Ага, а мне стоило только направиться в твою сторону, так сразу такое ощущение создавалось, что если я сделаю ещё один шаг, так сразу по яйцам получу, — сказал Шон.

Боже! Да что они такое говорят? Двое мужчин, что неосознанно затронули моё сердце, оказывается, даже и не знали, как подойти ко мне? Потому что думали, что я их просто пошлю?

— И что теперь?

— А теперь… мы будем добиваться тебя, — сказал Шон.

— И будем очень надеяться, что ты выберешь одного из нас, — добавил Майкл.

И что мне на это сказать? Как выбрать одного из них?

— Простите, мне нужно побыть одной, — прошептала и прикрыла глаза. Я не могла смотреть, как эти двое уходят, как они покидают мой дом. Мне становилось физически больно, но… прямо сейчас, это было лучшим вариантом. Мне просто нужно всё это обдумать.