5-2

Из ванной комнаты я выходила с осторожностью. Вместе с теплом, в тело вернулось и смущение. А из одежды мне оставили только рубашку. Которая, пусть и доходила до середины бедра, но всё равно заставляла чувствовать себя почти голой. Хорошо хоть сушить одежду я умела. Так что бельё, в котором меня кинули в ванну, сейчас не просвечивало сквозь тонкую ткань.

Выходя в гостиную, я надеялась, что она окажется пустой, и у меня будет возможность переодеться в собственные вещи, не привлекая внимания. А потом, желательно, сбежать. Тоже не привлекая внимания.

Но надежды растаяли, стоило наткнуться на мрачный взгляд Алистера, сидевшего на диване. Судя по всему, он и не планировал уходить. А возможно, разгадал мои намерения, и теперь сторожил выход.

Рядом с блондином нашлись мои вещи, сложенные стопочкой, и ещё плед. Смущённо улыбнувшись, я сгребла одежду в охапку и вновь спряталась за дверью ванной комнаты.

Выходила снова я уже полностью одетая, в собственной, застёгнутой на все пуговицы, рубашке. С тоской посмотрела на запертую дверь. Потом – на Алистера. Блондин разглядывал меня с совершенно бесстрастным выражением лица. Прошёлся по фигуре. Задержался глазами на воротнике рубашки, на которой с самого утра было оторвано две пуговицы. С досадой скривился, кивнул на место возле себя и отвернулся.

Тоскливо покосившись на дверь, я всё же опустилась рядом. Сложила ладони на коленях и сжала ткань юбки.

Какое-то время мы молчали. Я ждала, когда уже будет вежливо попроситься к себе. И думала, что если срезать пуговицы с рукавов, то вполне можно будет пришить их к воротнику. Алистер, видимо, думал о своём, о богатом.

— Не расскажешь, что произошло сегодня? — поинтересовался он, наконец.

— Ничего особенного, — пожала я плечами. — Парни просто хотели указать мне моё место.

— На кладбище?

Я с досадой выдохнула. Признавать не хотелось, но Алистер сегодня действительно меня спас. Если не от смерти, то от пневмонии так точно. И хотя едва ли его мотивы были чисты и бескорыстны, как минимум поблагодарить было необходимо.

— Спасибо, — буркнула я. — Ты очень мне помог. Что ты хочешь?

Парень резко обернулся и пронзил ледяным взглядом.

— В смысле – что? Считаешь, я не могу просто помочь?

От холода в голосе по плечам пробежали остатки недавних мурашек. Видимо, я всё-таки согрелась не до конца. Да и влажные волосы в этом не помогали. Поёжившись, я не глядя взяла плед и накинула на плечи.

— Я не дура, — ответила ровно. — А ты не похож на человека, который любит ходить по ночам на крышу.

У парня дёрнулась щека. В глазах промелькнуло что-то похожее на горечь. Хотя, наверняка, показалось. Тем более через секунду он уже вернулся к своему обычному образу.

— Ты права, — согласился он и расслабленно откинулся на спинку дивана. Усмехнулся. — Мне кое-что нужно.

Я невозмутимо кивнула.

— Я пересмотрел условия нашего соглашения.

Внутри всё упало. Иными словами, помощи в поисках документов я не дождусь.

— Мне нужно, чтобы ты сыграла мою девушку.

— Кажется, именно об этом мы и договаривались?..

— Перед всей академией.

Я опешила. Просто молча смотрела на победно ухмылявшегося блондина и не могла понять: это он серьёзно? Мне? Притвориться девушкой? Девушкой аристократа?

— Я не могу, — пробормотала я, отчаянно мотая головой. — Это ведь придётся всем врать, и…

— Неужели, твоя жизнь этого не стоит? — Губы растянулись в жёсткой усмешке. — Вернуть тебя обратно?

Я вздрогнула и плотнее укуталась в плед. Он же шутил, верно? Внезапно в душе вспыхнула иррациональная паника. Вроде бы, я отчасти понимала, что Алистер не станет отправлять меня на крышу, под ледяной ветер, но всё же…

Губы предательски затряслись. Почему-то услышать это от него было в разы обиднее, чем от отмороженных однокурсников.

Взгляд Алистера затуманился и приклеился к моим губам. На миг показалось, что на его лице проскользнула вина. Я усилием воли взяла себя в руки и откашлялась.

— Я согласна.

— Что? — нахмурился он.

— Я согласна, — повторила, старательно контролируя голос, чтобы не дрожал. Внутри кипела злость вкупе с горечью. Видимо, шантаж – любимый метод убеждения Алистера. Что ж, он выиграл. Пусть подавится. — От меня требуется изображать твою девушку до встречи с той самой родственницей, верно? Что нужно будет делать? Смотреть влюблёнными глазами, вешаться на шею? Пускать розовые сопли тебе на рубашку?

Несколько секунд он непонимающе смотрел мне в глаза. После чего… уронил лицо в ладони и затрясся от беззвучного смеха.

Теперь уже я изумлённо наблюдала за парнем. Что на него внезапно нашло?

— Примерно так, — выдохнул он, отсмеявшись. — Знаешь, Венди, для простолюдинки у тебя удивительно крепкие нервы. И редкий талант держать лицо.

Я дёрнула плечом. А то я не знаю. Бабушка потратила на это особенно много времени.

— Давай начнём сначала, — продолжал парень. — Я предлагаю сделку. Ты притворяешься моей девушкой, я помогаю тебе с теми отморозками. Обещаю, ни один из них больше не посмеет тебя тронуть.

— Будешь с ними драться?

Он нехорошо усмехнулся.

— Поверь, есть и другие способы.

Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза. Алистер ждал моего ответа. Я же думала, что сделка – это намного лучше прямых угроз. Хотя от Лиса всё равно звучало весьма ультимативно.

Я не выдержала первой. Выдохнула, расслабилась и, плотнее закутавшись в плед, уточнила:

— Так что конкретно от меня потребуется?