Глава 9

Что-то говорить было неловко, но раз уж я здесь…

— Лер, это я — Илья. Впустишь меня? — С той стороны раздался вздох и секундное молчание.

— Зачем ты пришёл, Илья? — Зачем? Хотел бы я ответить на этот вопрос, но ответа нет. Просто в один момент захотелось оказаться здесь и увидеть Лерку. Но я молчу, в ответ ничего не говорю. С той стороны вздох повторяется и я слышу заветное: «входи».

У двери своей квартиры меня встречает лохматая Лерка, в шелковом коротком халатике и смешных тапочках-зайчиках. Первым делом как она увидела меня выходящим из лифта, осмотрела букет в моих руках.

— Зачем? — Только и спросила она. Что ответить ей я так и не придумал, и просто пожал плечами, протягивая ей цветы. Лерка их взяла и посторонилась, пропуская меня в квартиру.

— Ты меня, конечно, извини, что не устраиваю тебе тёплый приём с хлебом и солью, но я гостей в столь позднее время и не ждала.

Лерка идёт в сторону кухни и кладёт букет на стол, сама же встаёт на стул и тянется за вазой стоящей на кухонном верхнем шкафу. Её халатик задирается и позволяет подсмотреть что белья на ней нет. Отворачиваюсь от соблазна в чистом виде, ещё и так близко находящегося ко мне.

— Лер, — спрашиваю её немного удивлённо. — Может это и не моё дело, но скажи пожалуйста, откуда у тебя такая огромная квартира с отличным ремонтом?

— Илья, ты прав — это совершенно не твоё дело, но тебе так уж и быть я скажу: это хоромы моего мужа. — Немного подаюсь вперёд, не доверяя своему слуху:

— Какой муж? Ты же никогда не была замужем! Я проверил твои документы… — По мере моего чистосердечного признания, глаза у Леры перешли от удивлённых — круглых, до сузившихся до щелочки и злых. И я понимаю — надо спасаться бегством пока не поздно, но… Это пресловутое «но» всегда всё портит, потому что уходить отсюда я совершенно не хочу.

— Лер, — поднимаю руки, и виновато улыбаюсь. — Ты меня заинтересовала и, врать и ходить вокруг да около, я не буду. Я тебя хочу.

Ну вот я и сказал ей это честно и в глаза, хотя и было сложно. Никогда не испытывал таких противоречивых эмоций. С одной стороны я боюсь услышать сейчас отказ от неё, и хорошо бы в лёгкой форме, а с другой мне хочется что бы она мне врезала так, что бы мои мозги встали на место. Что бы раз и навсегда из головы вылетели все непотребные мысли об этой девушке.

— Да, Илья, я это прекрасно осознаю и понимаю. — Отвечает Лерка и отворачивается от меня — ставит в вазу цветы. И встала она как-то неестественно, зажато. Будто хочет сейчас сказать что-то очень неприятное, но пока раздумывает как это преподнести.

— Илья, — начинает Лерка очень тихо, — я сегодня очень долго думала и размышляла…

— И что же ты надумала? — Напряжённо интересуюсь в ответ, даже не дослушав что она хочет сказать. Не вижу смысла сидеть и ждать пока она выдаст свои мысли, если я и так их наперёд знаю.

— Не перебивай, — тихо говорит она мне в ответ. — Так вот, я сегодня очень много думала и пришла к выводу, что я с тобой работать больше не могу. Меня не устраивает то что происходит между нами, и вообще, я люблю другого, поэтому прости, но вот тебе моё заявление на увольнение.

Лерка мне протянула белый лист, исписанный красивым каллиграфическим почерком, но в глаза больше не смотрит. Отвернулась от меня и смотрит в окно, за которым ярко светятся огни большого города.

Протягиваю к ней руку, хочу её коснутся, обнять, прижать к себе, ещё раз вдохнуть её неповторимый запах. Мёд и молоко, так пахнет только она.

— Не надо, прошу. — Отстраняется от меня и поворачивается и вовсе ко мне спиной.

— Какого черта?! — Недовольно спрашиваю её, рывком разворачивая к себе. — Ты же течешь от моих прикосновений как сука в течку! Какой любимый? Где он был, когда ты работала в таком адском месте как бар для алкашей. Да ни один нормальный мужик не отпустит свою бабу работать в такое место!

В пылу злости я вытеснил Лерку из кухни и даже не заметил как она привела меня, пока пятилась, в спальню. Я только и увидел её круглые удивлённые глаза, когда она споткнулась о ковёр на полу и полетела в ворох подушек, накиданных на полу рядом с кроватью. Реакция у меня отменная, поймать я её успел, но вот удержать не смог. Сначала в подушки упала Лерка, а сверху на Лерку уже я, хорошенько придавив девушку своим телом.

Так некстати вспомнилось, что под не слишком длинным халатом у Лерки больше ничего нет…

— Илья Андреевич, — раздаётся из-под меня приглушённый голос девушки. — Встаньте, пожалуйста, с меня.

В грудь мне уперлись две маленькие ладошки, а подомной завозилось соблазнительное тело, пытаясь выбраться наружу.

— Нет.

— Что нет, Илья Андреевич? — попытки выбраться из-под меня не прекратились, и моё тело начало просыпаться и действовать раньше разума.

Я впился поцелуем в приоткрытые губы девушки, руки тут же пробрались под распахнувшийся халат и накрыли две соблазнительные вершинки с розовыми сосками. По телу тут же пробежал разряд чистого и ни с чем не сравнимого удовольствия, в глазах потемнело от желания обладать этой удивительной девушкой.

— Илья, хватит! — Твёрдо произнесла Лерка, когда я немного ослабил хватку, и оторвался от её губ. Всем телом ощущаю как девушка подомной мелко дрожит и выгибается грудью вперёд, следуя за моими руками. Дыхание частое, прерывистое, но руками Лерка упорно меня пытается оттолкнуть. И тогда я её руки вытягиваю над головой, удерживая их одной рукой, а второй упорно пробираюсь сквозь крепко сжатые бедра.

— Лер, почему нет? — Спрашиваю у неё через некоторое время. Чем больше она сопротивляется, тем сильнее я её хочу. Чем сильнее её хочу, тем более яростно она сопротивляется, прям замкнутый круг какой-то.

— Отпустите меня и мы с вами поговорим.

— Лер, ну это же дикость, когда ты мне наедине говоришь «Вы». Мы с тобой уже спали и пора перейти на «Ты». — Щеки девушки вспыхнули румянцем и девушка моментально от меня отвернулась, спрятав голову под одной из подушек.

— Илья Андреевич, это было лишь единожды и я вам уже сказала что у меня есть любимый мужчина, с которым я не так давно познакомилась. К тому же меня к вам тянет и это не нормально. У вас невеста, у меня жених, так что вывод очевиден — вместе мы работать не сможем. И вообще, зачем вы ко мне приехали?

Рукой подцепляю её подбородок и с силой поворачиваю Лерку лицом к себе.

— Для начала посмотри на меня, — рычу ей в лицо и грубо целую её в шею, оставляя после себя засосы. Пусть её щенок посмотрит на них и увидит какая у него плохая девочка.

Лерка вырывается, лягается и пытается меня с себя сбросить, а в меня будто сам бес вселился. Ещё крепче сжимаю ей руки одной рукой, а второй резко переворачиваю её на живот, сгибаю ноги в коленях и широко развожу их в стороны. Короткий халат задрался до поясницы, открыв моему взгляду голую попу девушки, к которой я тут же приложился ладонью, отвесив звонкий шлепок. На коже остался красный след от моей ладони, Лерка застонала и я повторно замахнулся, ещё раз шлепнув по её попке. Задержав на коже чуть дольше свою ладонь, нежно провел рукой по месту своего отпечатка. Наклоняюсь, и губами оставляю цепочку горячих поцелуев на покрасневшей коже.

В брюках находиться и дальше больше нет сил, я уже на пределе, ещё немного и взорвусь прямо в штаны, как неопытный школьник. Ненадолго выпускаю Лерку из рук и быстро разоблачаюсь, скидывая с себя все вещи за несколько секунд. За это время Лерка даже подняться с пола не успела, как я тут же повалил её обратно, распластав на подушках. Шёлковый халат завязанный только небольшим пояском снимаю с неё за секунду и накрываю девушку своим телом. Кожа к коже. Лерка всё ещё пытается трепыхаться, но уже не так сильно. Одним сильным, мощным толчком вхожу в неё, пронзаю членом её киску насквозь. Лерка издаёт прерывистый вздох и я этим пользуюсь, засовываю большой палец в рот. При следующем сильном толчке она больно прикусывает мой палец, а свои руки тянет к моим ягодицам, и впиваясь в них острыми ноготками подталкивает меня к себе ещё ближе.

— Быстрее, мне надо быстрее, — шепчет как в бреду Лера, разметав свои длинные волосы на подушках. И я её слушаюсь, правда, сначала полностью выхожу из неё, языком провожу дорожку от сильно бьющейся вены на шее до левой груди. Несколько секунд играюсь с её соском, прежде чем вбираю его в рот. Перекатываю тугую горошинку языком, слегка прикусывая, и только потом погружаюсь членом в тёплую, жаждущую моих ласк глубину. Лерка мечется, стонет, подмахивает в такт бёдрами, но пик наслаждения всё не наступает — я не позволяю, замедляюсь в самый последний момент. Целую приоткрытые губы девушки, медленно раскачиваясь на ней:

— Посмотри на меня, — шепчу ей в ушко. Лерка открывает свои зеленющие глаза, и я понимаю, что окончательно в ней пропал. В этой доброй, через чур сексуальной девушке. — Ты только моя, запомни это раз и навсегда. — Говорю ей честно. — Я не позволю тебе от меня уйти.

Лерка раскрывает глаза ещё шире и силится что-то ответить, но я закрываю ей рот ненасытным поцелуем раньше, чем в её голове сформировалась мысль, и резко, с небольшим перерывом в неё погружаюсь на всю длину, слыша как звонко соединяются наши тела. Двигаюсь в ней все резче, сильнее, чаще. И наконец Лерку настигает оргазм, мощный, сильный. Так туго сжимает меня внутри, что я изливаюсь в неё следом же, даже не подумав о том, что бы не оставить в ней свое семя. Наоборот, мне хочется её пометить, как самец метит свою территорию и свою самку.

Резко откатываюсь в сторону, но девушку из объятий не выпускаю. Подозрительно молчаливую девушку.

— О чём думаешь, — спрашиваю её после некоторого молчания.

Лерка поворачивается ко мне лицом, очень долго в меня вглядывается, прежде чем начинает говорить.

— Ты мне кого-то напоминаешь, но я не пойму кого. Твоё поведение, твои слова, интонация… всё это знакомо, но я не помню откуда. — Лерка замолчала, лишь продолжила на меня изучающе поглядывать. Ну, мне не жалко, пусть смотрит, я и так знаю что хорош. И вот, я за ней наблюдаю краем глаза и вижу, как её взгляд падает вниз, и смотрит не туда куда хотелось бы, а на родинку. Резко поднимаясь с подушек, Лерка обвинительно тычет в меня пальцем:

— Так это был ты?! — Нифига я не понял наезда, но на всякий случай тоже встал, и защитил всё самое дорогое небольшой подушкой.

— Ты о чем? — Аккуратно уточняю у недовольной девушки, что очень странно, ведь только что её удовлетворил.

Подходя ко мне ближе, Лерка вырывает из моих рук подушку и отбрасывает ту на кровать. Её палец указывает в точности на мою родинку. С заметным в голосе шипением Лерка цедит слова сквозь с силой сжатые зубы:

— В клубе твой друг накачал меня наркотой и подложил под тебя! А я ещё утром удивилась почему мне так плохо, хотя я точно не пила, и главное почему вечер помню обрывочно. В некоторых обрывках чётко всплывала вот эта родинка, — её палец больно ткнул в эту самую родинку, — и постоянно мешающее подушки! — И тут до меня доходит, почему тогда в машине, когда я её вёз в бар увольняться, она так подозрительно рассматривала подушки на заднем сидении, и мою ширинку. Да она просто пыталась вспомнить! И теперь даже не знаю, радоваться ли мне что родинка настолько отпечаталась у Лерки в воспоминании или огорчиться, потому что теперь к ней и близко не смогу подойти — будет меня сторониться и обходить десятой дорогой. Тут даже гадать не надо какие мысли скачут в её голове, по взгляду уже понятно: винит меня за то что я якобы над ней издевался. Я то правду знал, и не сказал ей, но блядь, как о таком можно сказать? Привет, помнишь вечер несколько недель назад? А мы тогда с тобой трахались в машине! Так что ли?!

Медленно подхожу к девушке, отошедшей от меня на другой конец комнаты:

— Лер ну это не серьёзно! Я же не знал что ты меня не помнишь! Думал ты специально тот вечер не упоминаешь. И что значит мой друг накачал тебя наркотой? Я же видел, он к тебе подошёл, вы поговорили и ты вместе с ним поднялась на второй этаж. Сама. Тебя к этому никто не принуждал!

— Да он мне сок дал после которого у меня память отшибло напрочь! Что там могло быть если не наркотик?

— Да зачем ему это? Что он с этого поимеет? Ты его до того дня знала?

— Что за чушь? Нет! А зачем, это выясняй у него сам. Это тебе он друг, а не мне.

Я призадумался над словами Лерки, но смысла в этом поступке всё равно не видел.

— Он не только друг, ещё он и мой совладелец компании, — запоздало отвечаю Лерке.

— Он либо совладелец, либо друг. Но мне кажется что не друг он тебе вовсе… Если он пошёл на такой шаг, значит ему это было необходимо и доя чего-то нужно. Например, сплавить тебя куда-то на некоторое время, отвлечь.

— Это ты не неси чушь! — Рычу на Лерку и начинаю собирать свои вещи и одеваться. Пропал у меня игривый и романтический настрой. Одевшись иду к двери: — Можешь не провожать, дверь я захлопну!

Дверь я и правда захлопнул, да так что гул прошёлся по всему подъезду. Ну это надо такое наговорить на Антоху?! Да мы с ним вместе со студенческих времён, что нам делить? В компании у каждого своя работа и доходы у нас вполне не хилые. Вот хоть убей, а всё равно не понимаю зачем ему могло такое понадобиться! Это Лерка врет. Наверняка хочет поссорить меня с лучшим другом и моим совладельцем. Не зря я считал что ей нужны деньги, только видимо не только мои, а всей не маленькой компании.

Когда мне эта компания досталась от отца, я работал как проклятый, но в неё столько требовалось вложений, что я один бы не справился. Антохе тогда досталось в наследство от бабки несколько домов, которые он потом дорого продал, а деньги с продажи искал куда вложить, так мы и стали с ним совладельцами.

В такси я разглядывал прихваченный из квартиры Лерки листок, это оказалось её заявление. Ну что же, хочет уволиться, пусть идёт на все четыре стороны. Таких как она миллионы, охотницы за лёгкими деньгами. С этими мыслями я поставил свою подпись на её заявлении, положил его рядом на сиденье и всю дорогу до дома наблюдал за проплывающими огнями фонарей через окно автомобиля.