Тройничок?!

Полночи я не спала, во сне этот чудик гнался за мной с трусами, натянутыми на богатую шевелюру. То и дело я просыпалась в поту, но не от ужаса, а скорее от… возбуждения? Возбуждения? Да ладно? Да как так-то, а?! Неужели я помимо своей собственной воли всё-таки испытываю тягу к этому парню, а? Ну как такое может быть? Хотя, если честно сказать, то где-то глубоко на подсознательном уровне рядом с ним я словно под гипнозом. Хочется творить невероятные вещи. А еще честнее, не "творить", а "вытворять". Ага.

Но стоп! А оно мне надо? Зачем мне этот вихрь в голове и ураган внизу живота?

Бред.

Нет, это всё бред той самой сивой кобылы, про которую все упоминают.

Утром вскочила ни свет ни заря, кое-как пригладила торчащие волосы на голове, натянула гостиничный халат и рванула в душ.

Через час я уже входила в тренировочный центр.

Звонко цокая шпильками по деревянным половицам, я направилась в комнатку, в которой расположился пресс-центр.

— Доброе утро, — поздоровалась я, оглядывая коллег.

Несколько пар глаз уставились на меня и кивнули, другие даже не подняли голов. В целом здесь находилось по меньшей мере человек двадцать.

Ну и ладно, черт с вами, дамы и господа, я сюда не за знакомствами приехала, а строить карьеру.

Еще через час начались подготовительные тренировки, и нас разместили на высокой трибуне, откуда открывался отличный вид.

Кое-как я карабкалась на самый верх, узкая юбка мешала сделать шаг шире, блузка всё норовила распахнуться, а каблуки скорее всего бы треснули ровно пополам, если бы не…

— Давай, солнышко, шевели попкой, — услышала я знакомый голос сзади, поворачиваться демонстративно не стала.

Но этот гаденыш усмехнулся, положил свою пятерню на мой зад и снизу ловко подпихнул меня наверх.

Ох, слава богам, я добралась! Правда, возмущена до глубины души.

— Какого черта?! — громко прошипела я, оборачиваясь, стараясь не смотреть ему в глаза. — Кто давал тебе право лапать меня?!

Перед моим носом появился стакан кофе на вынос.

— С корицей, — дополнил он, протягивая темно-коричневый стаканчик и игнорируя мои звонко-шипящие гласные и согласные.

— Спасибо, — буркнула я и взяла из его рук спасительный эликсир.

К его удаче, я просто забыла от волнения выпить с утра кофе.

Он уселся рядом и отпил из своего стакана, рассматривая участников соревнований.

— Ты пьешь кофе с ванилью? — спросила я, уловив легкий сладковатый запах.

— Да, — кивнул он, а сам вроде бы удивился. — А что в этом такого? — и, повернувшись, посмотрел мне в глаза.

А у меня вмиг вылетели все мысли и язвительные фразы из головы:

— Да что за глаза у тебя такие бесовские?! — выдала я, не подумав.

— В смысле? — округлил от искреннего удивления парень глаза.

Нет, ну еще бы, я бы сама была обескуражена таким вопросом в лоб.

— Прости, — помотала я головой, нужно как-то ретироваться, иначе он подумает невесть что. — Просто цвет глаз у тебя нереальный какой-то, даже страшно становится иногда, — пояснила я, добавив уверенности в голос, выстраивая предложение так, чтобы не обидеть парня.

— Это подарок от бабушки, — улыбнулся он. — По наследству, — пояснил для меня, кивнув. — Тебя они так напрягают?

— Нет, что ты, — отмахнулась я, сдвинув брови. — Просто… — начала я, но не нашлась, что придумать. — Ладно, забудь.

А дальше начались мои будни.

Рома знакомил меня с ребятами-участниками соревнований, кого знал сам. А об остальных рассказывал то, что знал.

К концу недели я, выжатая как лимон, имела на руках несколько отличных интервью, которые нужно было привести в божеский вид. Поэтому в выходные предстояла тотальная "пьянка" с ноутбуком, парой бутылок шампанского и мыльными операми по телику.

В пятницу, приготовив всё нужное на столе, я приняла душ, завернулась в полотенце, потому что моё высочество в банном махровом халате не помещалось попой в милое уютное и такое манящее кресло перед рабочим столом. Посему было решено напялить на себя то, что потом было бы легко стащить перед сном, и в чем мне реально удобно.

Ну да-да, чего греха таить, попные холки горели адским пламенем, глаза уже реально косили в окно, а я усердно, мать его, делала вид, что прям работаю, а саму так и разрывало посмотреть в окна напротив.

И нет, полотенце я надела не для него, потому что шторы мои были плотно закрыты. Уж об этом я позаботилась сразу, как влетела в номер после работы.

Выпила бокал, отредактировала половину первого интервью, выпила второй бокал. Мало того, что зад горел всё сильнее, а глазки свело вправо так, что я уже забеспокоилась, что на место они не встанут никогда, следом еще и бок зачесался, а потом рука. Сижу, шампусик пью, чешусь, аки собака с подвала, пытаюсь глаза на место вернуть. Идиллия, блин, вам так не кажется?

Спустя одно полностью готовое интервью и трех бокалов я не выдержала, подскочила к окну, чуть сдвинула ткань и выглянула, ища глазами его окно.

Лежит на кровати, в одной руке пульт, вторая закинута за голову. Волосы мокрые, наверное, только после душа, а сам в одних спортивках.

На мои окна даже не смотрит, черт. Ну да, за эту неделю между нами укрепилась твердая стена сотрудничества, это даже дружбой не назвать. Мы общались, да, но соблюдали дистанцию, хотя мне это давалось чертовски сложно. Ну как можно быть на мнимом расстоянии от человека, с которым ты занималась самым невероятным сексом за всю свою спланированную жизнь?

Сотовый разразился громким звонком, да так, что я подпрыгнула с испугу, дернув шторы. Нет, меня не прихлопнуло сверху карнизом, хотя вас бы это позабавило, да? Три ха-ха-ха, они даже не раскрылись от моих конвульсий.

— Да! Больная ты женщина, напугала меня своим звонком, — проговорила я злобно в трубку.

Ленка хихикнула в ответ:

— На чем же ты там так сосредоточена, милая, уж не на своём ли милашке-боксере? — игривым голоском "несла" свою речь подруга.

— Дура, нет, конечно, — гаркнула я, а затем подскочила к окошку, чтобы снова заняться тем же, от чего меня отвлекли. — Я за ним подглядываю, — раскрыла я ей тайну.

— Ох, ты, — всполошилась Ленка, слышу, как у неё на заднем плане что-то бахнуло.

— Ты со стула упала? — спросила я, реально представляя себе эту картину маслом.

— И не мечтай даже, — пригрозила она. — Рассказывай, с чего бы вдруг за ним шпионишь? В чем он сейчас? Голый? — взвизгнула она последнее слово с восторгом. — Господи, пусть будет голый, а ты мне в красках его опишешь, мм?! — вопросительно замычала она.

— А чем мне еще тут заняться после трех бокалов шампанского, и нет, он не голый, в спортивках. — прошипела я подруге в телефон, чуть сдвигая ткань.

А это красавец выпрямился во весь рост, и сейчас стоит этот полуобнаженный бог у окна и, скрестив руки на груди, натянув гаденькую улыбочку на свой адски красивый рот, уставился прямо на мои окна.

— Ой, бл*ть, он меня засек! — взвизгнула я и присела, даже голову пригнула под подоконник.

— Оу, милая, давно я матюгов от тебя не слышала, — рассмеялась подруга. — Позови его к себе.

И тут зазвонил телефон в номере.

— Я перезвоню, — пробормотала я ей и отключилась под её возмущенное "Только попробуй!"

— Да, — ответила я, сняв трубку.

— Подглядываешь за мной? — услышала я его.

— У тебя мания преследования, — парировала я. — С чего бы мне за тобой подглядывать?

— Открой шторы, — сказал он, а в голосе слышу приказные нотки, но совсем легкие, ненавязчивые и не пугающие.

— Переключи на канал "порно" и ложись спать, а взрослым тетенькам надо работать, — возмутилась я, а трубку положить не решаюсь, так и тянет с ним еще поговорить. — Как ты узнал, в каком я номере?

— Я знаю администратора, — не задумываясь, ответил он. — Открой шторы, — повторил снова.

— Зачем? — задала я глупый вопрос.

— Хочу увидеть тебя, — ответил он.

Я взяла телефонный аппарат за специальную выемку, придерживая трубку плечом, и одной рукой распахнула сначала одну половину портьер, затем вторую.

— Нравится то, что видишь? — спросила вдруг я.

Интересная фраза сорвалась с моих губ, да?! Интересно, это я, та, которая не планирует и умеет бунтовать, или это просто три бокала алкоголя умело делают своё дело?!

Он ухмыльнулся мне в трубку:

— Еще бы, — кивнул. — А тебе нравится то, что видишь ты?!

Замялась. Всё-таки остатки разума еще сохранились.

— Мы не в то русло увели разговор. Тебе завтра, наверное, рано вставать, дел много, так что пока, — упиралась я его чарам из последних сил.

— Почему ты за меня всё решаешь? — вдруг спросил он, даже не дослушав мою пламенную речь.

— Ничего я за тебя не решаю, — воспротивилась я, мотая головой.

Правда, звучала последняя фраза, как "Это не я вазу разбила, ни черта подобного, че все шишки-то на меня?!" А сама ногой подпихиваю осколки под ковер, чтоб не засекли.

— Я задал простой вопрос, тебе нравится то, что видишь ты? Зачем строить из себя скромную девочку, мы уже были вместе, и я знаю, кто ты, — говорил он.

— Ни черта ты не знаешь, — припечатала я ему в трубку.

— Так покажи мне! — повысил он голос в ответ, резко прислонившись лбом к стеклу.

А я бросила трубку, боясь, что не выдержу и позову. Видела, как он, не спуская глаз с меня, положил свой телефон на подоконник. Ухмыльнулся и покачал головой.

И вот что это значит? Как это понимать, а?! Что это за качающиеся движения его "верхней", думающей, части тела?!

Этой ночью мне снилось, что я бегу по коридору в гостинице, сжимая в руках стационарный телефон, а сама пою песню "Позвони мне, позвони!" М-да, какое-то изощренное у меня подсознание, такие пёрлы выдает во сне, что с них можно диссертацию писать.

На этом мои приключения не закончились. Недельку передохнула и будет с меня.

С утра я привела себя в порядок и вышла из гостиницы, направляясь прямиком в какой-нибудь уютный кофешко-ресторанчик, чтобы спокойно позавтракать и, может быть, немного поработать на ноутбуке.

— Василиса?! — услышала я удивленное за спиной, когда впорхнула в заведение через дорогу, и повернулась.

— Саша?! — удивилась я в ответ.

Со вторым бывшим я тоже не виделась уже больше двух лет. Рада ли я была его видеть? А я сама не понимаю, если честно, в моей голове сейчас полный сумбур.

— Ты как здесь? — распахнул он глаза. — Присоединяйся, я один, — он вскочил и отодвинул мне стул.

Сначала Кит, теперь Саша, а начал всю эту "мужичковую вечеринку" Ромео.

Господи, ты собрался натравить на меня всех мужчин, с которыми я имела хоть какие-то отношения? Или на этих троих закончим?