23. Всегда нужно верить в лучшее
Халиса
«Завидуйте молча!» — довольно мурчал Альфа, позволяя тереться об него и прикусывать зубами его кожу. Он млел от моих прикосновений, повышая свою самооценку ещё больше.
«Альфа! Мальчишку отдал, как ты и приказал!» — стая расступилась, являя нашему взору ещё одного оборотня.
«Как всё прошло?» — важно спросил вожак.
«Как мы и думали. Они забрали ребёнка, не рискуя заходить на нашу территорию всем вместе. Тут вот еще что, — мужчина немного замялся, — с ними был Сивир…»
«Я знаю, — хмыкнул вожак. — Этот ублюдок решил перебежать на сторону врага. Ну ничего, до него мы обязательно доберемся! Интересно, что же ему пообещали людишки? Девочка моя, ты случайно не знаешь?» — Альфа повернул ко мне свою морду, которую я тут же облизала, слушая его учащенное сердцебиение.
«Без понятия, — хмыкнула я, хлопая ресницами. — Дела людей меня мало интересуют. Они не знают кто я, а я и не лезу никуда, чтобы не выдать своей сущности и умения перевоплощаться в зверя. Мне жить хочется, знаешь ли…»
«Здесь не поспоришь, — кивнул Альфа. — Ну и черт с ним, с этим Сивиром. У меня сегодня прекрасное настроение, и я дам его сердцу функционировать еще некоторое время. Стая! — повысил он голос. — С этого дня наша жизнь изменится! Я женюсь, и мы будем стараться пребывать в мире, не выдавая себя и своих способностей. У меня на примете есть заброшенная деревушка. Домов там мало, но нам должно хватить. Я родился там… Правда, когда люди узнали, что я двуликий, так сразу стали покидать свои жилища, боясь, что проклятие перейдет и на них. Тупые людишки, — гневно фыркнул вожак. — До деревни путь неблизкий, придется пересечь море, но зато там наша жизнь будет гораздо спокойнее. Я не говорю, что мы сдаемся! — крикнул он, когда послышались взволнованные шепотки. — Мы просто берем передышку! Я дам вам на некоторое время свободу, возможно, кому-то из вас повезет и вы приведете к нам в стаю СВОЮ женщину!»
Слушала речь Альфы и едва удерживала себя от душераздирающих криков. Я не хотела оставаться с ними. Не хотела уезжать отсюда. Вся моя жизнь летела кубарем и боль, которая охватывала мое бедное сердце, было невозможно скрывать.
Двуликие согласно зарычали, соглашаясь с Альфой. Они радовались, что хоть на время война прекратится. Что они смогут пожить спокойно и даже попытать свою судьбу, бросая все усилия на поиски пары.
Приказывая себе не выходить из роли, так как я на миг погрузилась в свои мысли, что не укрылось от Альфы, тут же прижалась к его боку, потираясь об него мордой.
Лёгкий порыв ветра подул в мою сторону, и я едва смогла усидеть на месте.
«Алерон! Нет-нет! Боги, только не это!» — мысленно взмолилась я.
— Да ты бесстрашный! — Альфа вмиг перевоплотился в человека, натягивая на себя потрепанные штаны, которые ему в зубах притащил оборотень. — Убирайся, пока я добрый!
— Халиса? — голос любимого рвал мое сердце на части. — Почему ты с ним? Ты решила уйти?
— Говоришь, люди не знали, кто ты? — хмыкнул подозрительно вожак, косясь в мою сторону.
Я не могла ответить. Ком встал в горле не давая произнести даже мысленного слова. Перевоплощаться в человека, чтобы поговорить, я не хотела, но судя по всему мне было не избежать этого разговора.
Набрав полную грудь воздуха, я прикрыла глаза и вернула себе человеческий вид, тут же вставая за спину Альфы, который довольно хмыкнул, когда я прикрыла свою наготу его телом.
— Уходи, — произнесла холодно, смотря в самые любимые глаза на свете. — Я нашла то, что искала. Ты мне больше не нужен.
Алерон следил за моим выражением лица не отрываясь. Ему было плевать на то, что повсюду находились оборотни, которые фыркали от смеха, скаля свои морды. Он медленно умирал. Я чувствовала его боль, как свою. Да что далеко ходить, мне самой едва удавалось сдержаться, чтобы не кинуться в объятия любимого. Мне так хотелось вдохнуть полной грудью его запах, прижаться к НЕМУ, а не к этому куску дерьма, который положил свою мозолистую руку с грязными ногтями на мое бедро, тем самым показывая кому именно я принадлежу.
— Значит, ты лгала мне…
— Ой, да брось! — махнул рукой Альфа, не выдерживая. — Глава черных мундиров испытывает душевные мучения, так как девушка-оборотень растоптала его сердце. Нет, ну вы видели, а?
Повсюду послышался хохот еще громче. Некоторые двуликие от смеха повалились на землю, высовывая языки.
Как же мне было больно. Это не передать словами. Внутри все сжималось от измученного взгляда Алерона, руки которого опустились.
— Убирайся отсюда, глава! Я обещал своей девочке, что не трону тебя и твоих гвардейцев, но своим присутствием ты вынуждаешь меня нарушить данное обещание!
— Я никуда не пойду, пока не услышу, что Халиса меня не любит! — произнес спокойно глава черных мундиров. — Халиса? Скажи мне это… Скажи, если и правда твои чувства ко мне охладели… Вот только почему-то я не верю в это…
Я молила богов, чтобы Алерон замолчал. Чтобы не сыпал соль на израненное сердце. Чтобы прекратил взывать к моей совести. Моя пантера дернулась вперед, но я тут же мысленно взяла ее за горло, приказывая сидеть ровно. Начала объяснять ей, что Алерона убьют, если я проявлю свои истинные эмоции хоть немного. Пантера слушала, но не соглашалась со мной.
— Я не люблю тебя, — ответила, чувствуя фальшь в своих словах.
— Неправда, — усмехнулся глава черных мундиров, которого стали окружать двуликие по шевелению пальца Альфы, и от увиденного мое сердце забилось чаще, тем самым выдавая меня с головой.
— Не люблю! — крикнула я громко, вкладывая в эти слова всю агрессию, направленную на мерзких тварей, которые угрожали жизни моему любимому.
— И снова ложь! — хмыкнул Алерон. — Я чувствую, что ты пытаешься убедить меня и всех окружающих в этом.
— Алерон, уходи, — почти взмолилась я, ощущая, как мой тонкий барьер трещит по швам и все истинные эмоции просачиваются наружу.
— Как любопытно! — хмыкнул Альфа, резко оборачиваясь и, схватив за талию, прижимая мое обнаженное тело к своему. — А чего это твое сердце колотится словно сумасшедшее? Неужто он прав?! И ты действительно любишь этого убогого?!
— Нет, что ты? — мило улыбнулась я, учащенно дыша. — Не верь. Только ты.
— М-да? — лицо Альфы было привлекательным, как и тело, но мне он был противен. Словно рыжий таракан, шевелящий своими усами. — Поцелуй меня! При всех! Да так, чтобы у меня отпали все сомнения убивать его! Если я заподозрю хоть что-то неладное, то Исинар откусит ему башку!
Происходило на данный момент все то, чего я боялась больше всего на свете.
«Давай, Халиса! Ты сможешь! Просто представь, что Алерон не там, а здесь, перед тобой…»
Привстав на цыпочки, зарылась пальчиками в жирные волосы мужчины и припала к его губам, просовывая язык промеж них. Мерзкое чувство отвращения росло с каждой секундой. Альфа схватил меня за голую попу, грубо прижимая к своему стояку. Запах пота, исходящий от него, еще больше подталкивал к рвотному спазму, но я упорно продолжала целовать этого ублюдка, пытаясь спасти своего любимого.
— М-м-м, неплохо, — мурлыкнул мужчина, отрываясь от моих губ. — И я бы почти поверил, если бы не твои мысли в голове… Ты слишком громко думаешь, девочка! Убить его! — рявкнул вожак, хватая меня за запястье и отдергивая в сторону.
— Нет! — закричала я, пытаясь вырваться из захвата и смотря расширившимися от ужаса глазами, как на главу черных мундиров прыгнул огромный кот.
Громкий выстрел отвлек меня на мгновение, и из-за кустов вышел Энекин, держа ружье направленное на нас. Убитый двуликий лежал почти у ног Алерона, который напоминал статую, смотря стеклянными глазами в пустоту.
— Алерон! Иди сюда! — крикнул лорд.
— Не думаю, что у вас получится хотя бы ступить шага после того, что ты сейчас натворил, человек! — рыкнул Альфа. — Убейте их! Их обоих! А потом и всех тех, кто пришел вместе с ними и даже мальчишку! Бог судья, я давал вам шанс, которым вы не воспользовались!
— Нет! — мой истерический крик резанул по ушам Альфу, отчего мужчина недовольно сморщился, больно дергая меня вновь.
Я не знала что мне делать, не знала как себя повести. Готова была пожертвовать собой ради НЕГО, но хватка мужчины не давала сделать и шага…
С ужасом смотрела на то, как на Алерона с Энекином кинулись два оборотня. Энекина тут же повалили на землю, вгрызаясь в его горло. Мужчина пытался оттолкнуть волосатую махину, но силы были неравны.
Алерон кинулся на помощь брату, с ноги заряжая по клацающей пасти двуликого, который угрожающе зашипел, мотая головой.
— Да убейте вы их уже! — рыкнул Альфа. — Сборище уродов!
Еще двое двуликих кинулись к своим собратьям на подмогу, откидывая лапой упавшее ружье подальше. Я понимала, что Алерону с братом не выбраться. Не справиться. Они умрут…
«Нет! НЕТ!»
Мгновенно сменив облик на кошачий, я вонзила клыки в руку Альфы, отчего он тут же разжал ладонь, давая долгожданную свободу.
Метнувшись к любимому, сшибла своим телом двоих оборотней, которые тут же отлетели в сторону, недовольно рыча и скалясь. Резкий толчок задними лапами и ещё один хвостатый отлетает следом за своими собратьями. Недолго думая, вцепилась зубами в хребтину другому, который крепко держал Энекина за горло. Кошак тут же отпрыгнул вбок, отчего брат моего супруга принялся жадно глотать ртом воздух. Мне было плевать, что я погибну вместе с людьми, главное, что я встала на защиту того, кто дарован мне богами.
— Глупая девка! — рыкнул Альфа, смотря на то, как я прикрыла людей своим телом, не давая остальным подойти к ним. — Ты могла стать моей женой! Женой вожака целой стаи! Но теперь ты будешь принадлежать всем, кто верен мне! Твое тело будет доступно моим братьям в любой момент! Ты сама сделала свой выбор! Убейте их и можете трахать ее сколько влезет! Мне она больше не нужна!
Хрипы Энекина, учащенное сердцебиение Алерона, мои печальные мысли в голове — не предвещали долгого и счастливого будущего.
Широко расставив передние лапы и чуть пригнувшись к земле, я была готова к битве. Буду драться до последнего. Лучше умру, чем дамся живой этим тварям, которые выполняют приказы своего недо Альфы.
— Халиса, прости меня. Я всегда буду тебя любить… — послышался печальный голос за спиной.
Недолго думая, оплела кончиком хвоста ногу Алерона, мысленно признаваясь ему в любви.
Ярость накатывала волнами. Каждый шаг этих отбросов сокращал мгновения моей жизни. Они довольно скалились, предчувствуя легкую победу. Еще бы она была сложной. Два человека и самка оборотня! Тоже мне герои! Завоеватели!
Гневно рыкнув, вперила взгляд в налитые яростью глаза вожака стаи. Он хотел моей смерти. Хотел видеть, как меня будут истязать сразу несколько мужчин. Ему было больно, что я обманула его, что запудрила мозги, а он поверил мне, доверяя и тем самым выставляя себя самым настоящим кретином.
Краем глаза отметила, что далеко не все двуликие подчинились приказу Альфы и кинулись добивать нашу троицу. Около двух десятков оборотней смирно сидели чуть поодаль, наблюдая за нашими действиями…
Первый кинулся неожиданно, снося меня с ног, отчего я больно ударилась спиной о выступ камня. Пока я приходила в себя, отбиваясь от вонючего тела двуликого, слуха коснулся болезненный крик Энекина. Со всей дури толкнув лапами блохастого, вскочила и метнулась к пепельному коту, который вгрызался в бедро брата Алерона. Кровь расплывалась лужей в разные стороны, отчего моя ярость перешла все допустимые пределы.
Грозно зарычав, я подскочила к любимому, скидывая с него двух двуликих, которые грызли его, медленно и неспешно убивая.
Мой рык сплелся с криком отчаяния. Я хотела убить их. Убить их всех! Это уроды, твари, которые сами выбрали такой путь. Они ноют об изгнании и о том, что им не дают спокойнойствия, но такая жизнь им нравится, раз вместо того, чтобы что-то улучшить в ней, оборотни упорно продолжают только все портить. Они привыкли убивать, мучить и калечить!
Неведомая сила окутала мое тело, выходя за его пределы. Я горела внутри. Словно что-то дало мне освобождение, и я наконец смогла проявить себя настоящую.
Ударяла передними лапами о землю, не давая подойти двуликим к Энекину и Алерону. Я чувствовала, что жизнь Энекина угасает, в то время как Алерон находился без сознания от болевого шока.
«Вы! — рычала я, гневно сверкая глазами. — Кучка уродов, которая недостойна жизни! Вы дьявольское отродье, привыкшее к крысиным уловкам и действующие исподтишка! — от каждого моего слова, двуликие отступали, прижимая уши к голове. Даже Альфа выпучил глаза, открывая широко рот от удивления. — Вы недостойны жизни! — я гневно шипела, распространяя вокруг все чувства, которые держала у себя внутри с того момента, как ступила на землю двуликих. Они нескончаемым потоком выходили из моего тела, оглушая и сводя с ума. — Я ненавижу вас и жалею всем сердцем, что родилась вам подобной…»
— Что вы ее слушаете?! — взвизгнул Альфа. — Убейте… Убейте ее…
Я не понимала, что происходит. Не понимала, отчего все притихли, боясь двинуться с места. Оборотни припали к земле, утыкаясь мордами в передние лапы.
— Тогда я сам! — рявкнул вожак, срываясь с места.
На меня понесся рыжий ураган, которого тут же сбили с ног. Не сразу поняла, кто встал на мою защиту, но когда ко мне двинулись те, кто до этого спокойно сидели на своих местах, не принимая участия в массовой драке, я облегченно выдохнула.
«Ты не тронешь ее! — рыкнул белый двуликий, становясь рядом со мной. — Ее силы превышают твои! — к нам все больше подтягивалось оборотней, закрывая меня и Алерона с братом своими телами от Альфы и его прихвостней, которые так и продолжали лежать на земле, поскуливая. — Теперь ты нам не указ! — продолжал свою речь белый кот. — Наконец-то появился оборотень, который сможет освободить нас от твоего влияния и дать нам достойную жизнь!
— Что?! Да как ты… — побелел лицом Альфа, хватая ртом воздух. — Чего разлеглись?! Убейте их всех!!! — заорал он, брызгая слюной.
Лежащие на земле оборотни неуверенно поднялись на лапы, не решаясь сделать и шага.
— Жалкие шавки! — рявкнул Альфа, принимая облик зверя и кидаясь на тех, кто стоял ко мне ближе всего. Но его ждал сюрприз. Вожак успел лишь оторвать лапы от земли, как его тут же в воздухе сшибли двое, прижимая лапами и предупреждающе рыча.
Я была настолько взволнована и зла, что не стала сейчас разбираться в полученной информации. Раз двуликие решили, что я сильнее, пусть так и будет. Правда, о какой силе шла речь, мне оставалось только догадываться. Точно не физической. Вот сила духа — это да! Это у меня точно есть и побольше, чем у некоторых.
Альфа рычал и скалился, но делал только хуже. И дураку было понятно, что этот самоуверенный тип никогда не смирится с данным положением, поэтому меня не отпускала тревога. Но, как оказалось, боги все решили за нас. Вожак смог вырваться и это была его самая большая ошибка.
Злобное шипение, молниеносная реакция, и вот белый кот сжимает горло Альфы. Мне бы попросить двуликого остановиться, уверена, он бы послушался, но я не стала. Хруст костей и предсмертные хрипы того, кто уже больше никогда не причинит никому вреда, коснулись моего слуха, принося успокоение.
«Как вы все уже поняли, — мысленно произнес белый кот, отплевываясь от крови Альфы, — эта девушка наш новый вожак! Она чиста, светла, справедлива, и я убью любого из вас кто только задумает против нее что-то неладное…»
«Она слаба! — выкрикнул шавка мертвого Альфы. — Как она может быть вожаком?!»
«Если она слаба, — хмыкнул белый двуликий, — тогда какого черта ты протираешь своим брюхом землю, Кариман?!»
Ответа не последовало, а мне и не хотелось кого-то слушать. Сердцебиение Энекина оставляло желать лучшего, и я предчувствовала неминуемую беду.
«Я не буду никого из вас держать, — произнесла устало, желая закончить с этим собранием как можно скорее. — Вы привыкли жить разбоями и грабежами. Наносить вред, убивать, калечить… Причинять боль и страдания и это отличается от моего мира. Не знаю, что могу дать вам. Я не ваш бывший Альфа и никогда такой не буду! Перевоспитывать вас я не собираюсь, да и не хочу, если честно! Это мой супруг! — я указала лапой на бесчувственное тело Алерона. — Он мой истинный. Тот, кто дарован богами! Он знает кто я! Но все же принял меня и полюбил! Скрывал мою личность перед всеми и это несмотря на то, что является главой черных мундиров! Я рассказываю вам свою историю для того, чтобы вы поняли — где-то на свете есть та, кто приходится вам парой. Но захочет ли она принять вас таких, грубых убийц, вот в чем вопрос… Уходите с этих земель. Ищите свою судьбу и возможно когда-нибудь вам улыбнется удача! Но знайте, боги все видят. Истинную нужно заслужить…»
Устало повернулась к Алерону и лизнула его щеку, чувствуя, как от присутствия любимого тело наполняется спокойствием и обретает эмоциональный баланс.
Слуха коснулось рычание и шипение. Я подняла глаза, наблюдая, как те, кто ранее преклонялся Альфе, покидают поляну. Ну и слава богам, пусть проваливают!
«С твоего разрешения мы останемся рядом…» — произнес белый кот, морда которого была вымазана в крови.
«Боюсь, что не смогу обеспечить вам безопасность», — устало покачала я головой, наблюдая, как Энекин утопает в собственной луже крови.
«Если мы спасем его, ты позволишь отправиться с тобой?»
Я вскинула глаза, тут же кивая головой.
Белый кот за долю секунды принял облик человека, и я поспешила отвести взгляд. Обнаженный мужчина подошёл к Энекину, прощупывая его пульс и осматривая на повреждения.
— Если перетянем раны, у него есть от силы часа три. Думаю мы сможем за это время доставить его к лекарю…
«Он выживет? — взволнованно произнесла я, наблюдая, как мужчина снял ремень с лорда и принялся перетягивать им раненое бедро.
— Если поторопимся и он попадет в хорошие руки врача, то шанс есть, — было мне ответом.
Спустя несколько минут мы направлялись к лесополосе, вслушиваясь в звуки природы. На мое счастье Сивир сдержал слово и увел отсюда Марика вместе с черными мундирами, так как их запах почти не ощущался.
Время утекало сквозь пальцы. Алерон так и находился без сознания, лежа на одном из оборотней, который аккуратно его нес.
Энекин тоже ехал на двуликом. Его вещи пропитались кровью, а сердце билось все реже, но мы упорно шли вперед, не желая думать о плохом.
Дорога для меня была ужасно долгой. Но радовало то, что скорость передвижения обратно была гораздо быстрее, чем мы шли сюда. Да и тропы, которыми мы шагали сейчас, отличались от тех, по которым мы ступали, направляясь в логово врага.
Я молила богов, чтобы мужчины выжили и дотерпели до дома. Клялась, что не совершу ни одного плохого поступка и возьму ответственность за всех тех, кто сопровождает меня, только бы Алерон и Энекин остались живы.
Когда вдалеке показалось поместье Шиир, то двуликие сбавили скорость.
«Мы не можем пойти дальше, — послышалось у меня в голове. — Там нам точно будут не рады…»
«Я прошу пойти со мной, — произнесла уверенно. — Понимаю, что это опасно, но сколько можно прятаться? Вы, как и я, отличаетесь от своих собратьев. Вам были противны их мерзкие делишки, уж это я точно чувствую! Так давайте докажем всем, что вы не желаете никому зла! Можете остаться здесь и до конца своих дней дальше прятаться, а можете пойти со мной и получить новую жизнь!»
Не оборачиваясь, рванула со всех лап к поместью, чтобы позвать на помощь. Я понимала, что людям нелегко будет принять двуликих после всего совершенного ими, но все же надеялась на лучшее.
Стоило только взбежать на крыльцо, как перед моим носом тут же открылась дверь, являя Баримора.
— Э-э-эм…, — протянул он взволнованно, пытаясь скрыть свою нервозность.
Недолго думая шмыгнула в холл и, схватив плед с софы, приняла человеческий облик, натягивая на себя ткань.
— Леди Халиса??? — побелел лицом дворецкий.
— Нам срочно нужен лекарь! — выпалила я, не обращая внимание на прислугу, которая показалась из коридора. — Алерон ранен, Энекин в тяжелом состоянии. А Марик?! Марик здесь?! — я испуганно забегала глазами, и тут со двора послышались голоса.
Рванула со всех ног, повторяя Баримору, чтобы он срочно позвал лекаря. Дворецкий замер лишь на секунду, но потом сорвался с места, убегая по лестнице вверх.
Выскочила во двор и обомлела. В самом центре стояла моя стая, которая доверилась мне и пошла за мной. Двуликие, в образе котов, были окружены черными мундирами, которые нагнали нас, вместе с Сивиром и Мариком. Гвардейцы выставили ружья, держа на прицеле всех тех, кто вступился за меня.
— Успокойтесь! — закричала я. — Прекратите! Они помогают нам! Уберите оружие! Если бы они хотели навредить, то не тащили бы на себе вашего главу и его заместителя! Уберите ружья, я сказала! Лучше помогите перенести мужчин в дом! Им нужна помощь! Мы поговорим обо всем чуть позже, я обещаю! Но сейчас нам нужен мир и взаимопонимание!
Гвардейцы нехотя опустили оружие, подозрительно зыркая на двуликих. Их можно было понять. Буквально за несколько часов мир этих мужчин перевернулся с ног на голову. Все, во что они верили раньше, стало обманом. Пустым пшиком. Их мировоззрение оказалось ошибочным… Частично ошибочным…
Подчиненные Алерона смогли перебороть себя и осторожно подошли к оборотням, снимая с их спин бесчувственные тела главы черных мундиров и его брата. Они тут же понесли их в дом, скрываясь в холле.
— Спасибо вам, — улыбнулась я, смотря на белого кота и на тех, кто стоял рядом с ним. — Спасибо, что доверились и рискнули своими жизнями. Я сейчас раздобуду вам одежду и выделю комнаты. Не советую уходить отсюда, мало ли что может случиться. Если мы решили начать свои жизни заново, то давайте не будем отступать от этого.
Когда раненые находились в надежных руках лекаря, я пошла на поиски одежды. Мой помощник помог раздать вещи и после этого увел оборотней мимо перепуганной прислуги, в купальню. Кстати, моя стая так и не сменила своего облика на человеческий и когда толпа здоровых котов вошла в поместье, то две девушки даже упали в обморок.
Спустя некоторое время, в который раз заглянув в покои лекаря и получив его встревоженный взгляд, я поспешила выяснить в чем дело.
— С нашим лордом все стабильно, — шептал мужчина, качая головой, — но вот с лордом Энекином…
Я знала почему над Алероном не висела угроза жизни — моя метка. Именно она помогла ему спастись.
— Что с Энекином? — прошептала я взволнованно в ответ. — Не хотите вы сказать…
— Он умирает, леди Халиса…, — печально произнес лекарь. — Его бедро раздроблено, связки порваны, кровь заражена, и я уже молчу про глубокие раны на горле и по всему телу, а самое страшное, что у него нет сил бороться. Его организм настолько ослаб, что поможет лишь чудо… Даже если мы очистим кровь и залечим раны, то как избавиться от осколков я не знаю. Я лекарь, но не обладаю такими умениями. Не смотрите на меня так, — печально произнес он. — Я вызвал королевского лекаря, если он сможет помочь, тогда у лорда Энекина будет в году два дня рождения…
Подошла к любимому, лежащему на кушетке и ласково провела пальцами по его едва заметной щетине. Меня грызла совесть, что отец Марика может и не открыть больше глаз, а самое страшное, что это только моя вина.
Пробыв около часа в палате, я спустилась в холл, замечая Марика, прижимающегося к Баримору.
— Марик? — позвала я ребёнка, который сильнее уткнулся лицом в бок дворецкого. Стоило мальчику услышать мой голос, как от него начал исходить страх. — Ты меня боишься?
— Ты лгала мне, — всхлипнул он. — Я верил тебе, а ты лгала…
— Скажи я тебе правду, то ты бы возненавидел меня, а я не хотела этого, — печально ответила я, чуть придвигаясь. — Я полюбила тебя, Марик. Ты стал мне дорог. Я очень боялась, что ты будешь считать меня чудовищем…
Несколько минут стояла оглушительная тишина, и я медленно шагнула назад, разворачиваясь. Было так обидно и горько, что этот малыш отвернулся от меня. Но тут слуха коснулся жалобный всхлип и голос ребенка:
— Ты не чудовище, Халиса, — обернулась, обнаруживая, как мальчик вырывается из объятий дворецкого и кидается ко мне, — ты моя самая любимая тетя!
Расставила руки в стороны, подхватывая малыша и прижимая к себе. Марик уткнулся мне в шею и заплакал.
— Папа ведь будет жить? Будет?
— Обязательно будет, — заверила я, надеясь на это всем сердцем.
Спустя час появился королевский лекарь, в сопровождении молодой девушки, которая держала увесистый чемодан и едва заметно водила по сторонам носом. Встретившись со мной взглядом, она покраснела и тут же поспешила вверх по лестнице.
— Ты же поняла, кто она? — за спиной образовался белый кот, в образе человека и главное с одетой задницей.
— Думала, что мне показалось, — хмыкнула я, наблюдая за Мариком, который сидел рядом, листая книжку.
— Поверь, не показалось, — усмехнулся мужчина в ответ. — Удивительная ты женщина. Я знаком с тобой меньше суток, но познал столько, что и всей жизни не хватило бы, не появись ты на земле оборотней…
— Нам нужно о многом поговорить…, — произнесла я.
— Нужно и обязательно поговорим, Халиса! Но не сейчас. Сейчас наши жизни зависят от того, выкарабкается ли отец этого мальчонки…
Когда Марик уснул, я поспешила в покои к мужчинам, чтобы проверить, как обстоят у них дела. Поместье почти все спало, за исключением нескольких двуликих и гвардейцев Алерона, которых я заставила вместе охранять территорию ночью.
Тихонько приоткрыла дверь и застыла на месте, наблюдая, как над шеей Энекина склонилась та самая девушка, пришедшая вместе с королевским лекарем.
— Что ты делаешь?! — рыкнула я, выпуская свою силу, от которой блондинка отпрянула в сторону, дрожа всем телом. — Решила добить бедолагу?! — шипела я, боясь нарушить сон Алерона, которому было значительно лучше.
— Что вы, леди? — взволнованно произнесла девушка, проявляя свою сущность в глазах. — Я хотела помочь… Сама не понимаю откуда взялось это желание, но как только я увидела ЕГО…, — девушка шумно сглотнула, затихая.
— То мир перестал существовать, — продолжила я, тут же успокаиваясь. Боги услышали мои молитвы. Этот мужчина спасен…
— Откуда вы…, — девушка побелела лицом еще больше. — Вы же… Он же не ваш…
— О, нет-нет, — замахала я руками, улыбаясь. — Энекин брат моего супруга и судя по всему твой истинный.
— Ничего не понимаю… Мне хочется укусить его. Я едва борюсь с собой, чтобы не оставить на нем метку! Что происходит?
Девушка закрыла лицо ладонями, и я тут же поспешила к ней, обнимая.
— Это зов истинности, — шептала я, поглаживая подрагивающие плечи молоденькой оборотницы, которой было года двадцать два. — Если хочется укусить — укуси…
— Я не могу! На нем и так много ран! Он умирает! — всхлипнула блондинка, шмыгая носом. — Отец сказал, что сделать ничего нельзя. Такое вылечить невозможно…
— Отец? — приподняла я брови.
— Королевской маг, — кивнула мне в плечо блондинка.
Шутка судьбы, под носом самого короля жил оборотень, и он даже не подозревал об этом.
— Ладно, о твоих родителях чуть позже, а сейчас слушай меня. Лорд Алерон мой истинный. На нем стоит моя метка и только она помогла выжить ему. Если ты чувствуешь сердцем, что Энекин твоя судьба, то кусай не задумываясь. Ему будет больно, я не спорю, но после этого мужчина пойдет на поправку. Метка спасет его…
— Правда? — девушка чуть отстранилась, смотря на меня заплаканными глазами. — Он черный мундир. Отец всю жизнь прятал меня от них. Лорд Энекин возненавидит меня, когда узнает…
— Поверь мне, — улыбнулась я. — Если он твой истинный, то ненависти точно не будет. Давай, — подбадривала я ее, подводя к бледному мужчине, на лбу у которого выступили бисеринки пота. — Кусай…
Отошла к кровати любимого, наблюдая, как блондинка стала медленно склоняться к шее Энекина. Секунда, и комнату наполняет болезненный стон лорда и удовлетворенный девушки. Она прижалась всем телом к учащенно дышащему брату Алерона, успокаивая свои эмоции, которые сносили с ног.
— Умница, — шепнула я тихо, — останься с ним. Когда Энекин откроет глаза, пусть первой кого он увидит, будешь ты!