Глава 12

– Добрый день, девушки!

Рядом с их столиком стоял Саня Сиплый собственной персоной. Стоял так близко, что Иришка почувствовала аромат его туалетной воды. К слову, тот же самый, что был и на его спортивной куртке, и на нем самом в баре. Аромат был сильным, мужским, и, совершенно точно, дорогим. Она такой и не слышала до этого ни на ком, такой аромат невозможно спутать или забыть.

Мужчина держал в руках большую коробку, завернутую в подарочную бумагу с напечатанным на ней смешным детским принтом. Рисунок на упаковочной бумаге наводил на мысль о том, что это подарок для ребенка и, если судить по принту, скорее всего, для мальчика. Иришка посмотрела на коробку и вздохнула – ей для Никитки никогда такого подарка не купить.

Саня Сиплый улыбался во все свои 32 белых зуба. Он подошел так внезапно и незаметно, что Иришка растерялась. И даже не сразу поняла, что не так во всем облике мужчины, кроме этой большой коробки у него под мышкой.

"У него есть ребенок? Он женат?" – замелькали мысли, неприятно царапнув. Этот странный мужчина смотрел на нее не отрываясь. Смотрел, улыбался и явно был рад их встрече. Так радуются кому-то близкому и родному. А она совершенно неожиданно поняла, что и сама рада видеть его. С чего вдруг? Выходит, что все-таки она по нему скучала.

– Александр? А Вы как здесь? – услышала Иришка голос Маруси.

Выходит, что Маруся знает его? Откуда?

– Подарок вот покупал одному молодому человеку! – Саня отвечал Марусе, а смотрел почему-то на Иришку. Она смутилась, покраснела, мужчина перевел взгляд на Марусю, – Маруся, Вы нас не представите?

– Ой, извините! Иришка, знакомься – это Александр. Александр – это Иришка.

– Очень приятно! – мужчина опять перевел взгляд на Иришку.

– Иришка, Александр был тем, кто спас меня тогда от Толика.

– Да? – только и смогла проговорить Иришка, глядя сейчас в его глаза.

Почему ей кажется, что его взгляд обещает ей что-то? А ведь Александр довольно привлекателен. Во рту пересохло, а по телу опять побежали мурашки, стоило ей только вспомнить его горячую ладонь на своей пояснице. В попытке успокоиться Иришка вздохнула глубоко, полной грудью. Боже, какие у него красивые глаза! Иришка моргнула, прогоняя наваждение. Стыд то какой! Облизывает тут мужика средь бела дня и на глазах у всех.

– Девушки, разрешите к вам присоединиться?

Сиплый спросил, а сам уже снимал пальто и пристраивал коробку с подарком на свободный стул, выбрав лично для себя тот, что был ближе к Иришке.

Не дожидаясь ответа, мужчина уже опустился на стул и даже уже махнул официантке, подзывая ее. А Иришка только сейчас поняла, что же еще не так во всем облике мужчины. Сегодня он был не в спортивных штанах! На нем были джинсы и элегантный джемпер из кашемира с высоким воротом. Мужчина сел и подтянул рукава своего джемпера до локтей, открыв взору всех желающих свои татуировки.

Когда говорят, что не одежда красит человека, имеют в виду, что за человека говорят его поступки. Так вот его поступки говорили за Саню многое. Там, в парке, Иришку очень удивил его внешний вид. Особенно, когда он снял свою куртку, оказавшись в спортивной майке, открыв для обозрения свои татуировки. Тех мразей раскидал, куртку свою дал, до общежития подвез. Интересно, он помнит об этом? Наверное, нет.

Да, одежда меняет наш внешний облик до неузнаваемости. И то, как выглядел сейчас Саня Сиплый, заставило Иришку смутиться.

И джинсы, и бадлон, и шикарное пальто очень шли мужчине, придавая ему статусности и делая его привлекательнее. Даже его крупные татуированные руки смотрелись сейчас совершенно по-другому. Иришка слишком хорошо помнила его горячую ладонь, лежащую на своей талии. Помнила то, как он лишь провел вдоль позвоночника, а ее словно кипятком облили. Что за странная реакция ее тела на этого мужчину и на его касание?

Иришка всегда стеснялась своей худобы, а сейчас ей стало особенно неловко. Сейчас его рука лежала на столе, рядом с ее рукой и казалась невероятно крупной. У мужчины были крупные кисти со сбитыми костяшками, такие бывают у боксеров. Его кисти были такими большими, что он, наверное, может одной рукой обхватить обе ее худые и костлявые.

Иришка прикипела взглядом к его татуировкам. Интересно, они несут какой-нибудь смысл? Где-то она слышала, что у тех, кто сидел, все татуировки имеют смысл.

Ей вдруг, до зуда в подушечках, захотелось провести пальцем по одной из его татуировок. Интересно, он обидится, если она так сделает?

Иришка даже уже потянулась к его руке, но вовремя остановила себя, одернула. Да что с ней такое? Неужели для нее так важно, как одет человек? Ведь нет же! И никогда не было. Да и не могло быть. Сама ведь она не одевалась дорого. Иришка резко выдохнула и даже закрыла глаза. Открыла их лишь тогда, когда к их столику подошла официантка. Странно, а ведь их с девушками обслуживал парень.

Подошедшая официантка облизывала Саню с головы до ног взглядом, а он, казалось, совершенно этого не замечал, не отводя своего странного пронизывающего взгляда от Иришки. На этот его взгляд девушка и напоролась, открыв глаза.

– Девушки, чай, кофе, пирожные? – Саня обращался и к Марусе тоже, но смотрел при этом лишь на Иришку.

– Нет, спасибо. Мы уже! – ответила за Иришку Маруся.

– Да. Мы уже, – смогла выдавить Иришка охрипшим в миг голосом. Сделала глоток капучино, желая убрать сухость во рту и в горле, поняла, что на губе осталась пена, втянула верхнюю губу, слизав пену, и, взглянув на подругу, произнесла:

– Тем более, что мы уже скоро уезжаем, да, Марусь?

Тем неожиданнее прозвучал тихий и низкий голос Сани у нее над самым ухом:

– Никогда так больше не делай, если не хочешь чтобы я набросился на тебя прямо тут, девочка – веточка.

Иришка кивнула послушно. Затем сглотнула и опять попыталась затянуть верхнюю губу, водилась за ней такая привычка. Она и сама себя ругала за нее. Из-за этой своей детской привычки она не могла пользоваться яркой помадой, боясь, что она просто будет смазана ею же самой. В этот раз ее остановило дыхание в самое ухо и шепот Сани:

– Хочешь проверить, сдержу ли я свое слово?

Иришку обдало жаром от близости его горячего тела, от его дыхания у нее на шее и от его аромата. Казалось, что она и сама уже пропиталась ароматом его туалетной воды.

– Здравствуйте! А Вы кто? – услышала Иришка звенящий голос Никитки в этот момент.

Саня, услышав голос Никитки, отодвинулся от Иришки, перестав нависать над ней и, протянув ребенку руку как равному, произнес:

– Здравствуй! Давай знакомиться! Я знакомый твоей тети Иришки. Меня зовут Александр. А ты Никита, верно?

Отодвинулся спокойно, не испугано, будучи застуканным за чем-то непристойным. Просто отодвинулся и развернулся к ребенку, чтобы познакомиться и не пугать мальчика.

– Никита! – мальчик протянул ему свою ладошку.

– Рад знакомству! – Саня пожал мальчику руку как взрослому. – Никита, сок с пирожным будешь? Ты, должно быть, и пить хочешь после всех этих горок, и проголодался? Только вот руки бы тебе помыть не мешало перед едой, верно? Пойдем, я провожу. Тут рядом.

Саня поднялся легко и, взяв мальчика за руку, направился с ним на выход из кафе.

– Стойте! Я с вами! – Иришка сделала попытку встать.

– В мужской туалет? – удивился Сиплый, остановив ее вопросом.

– Нет, но…, – Иришка растерялась и опустилась на стул. Опустилась, поняв, что да, действительно, куда, же она собралась?

– Мы быстро! Вон же туалеты! – Саня кивнул в направлении туалетов.

– Хорошо. Идите, – девушка кивнула, соглашаясь и разрешая одновременно. Никитка, важно кивнув, отправился с Саней.

– Ириш, не бойся. Саня ребенка не обидит! Они с Гариком помогают тому детскому дому, в котором сами выросли. Мне Олеся говорила, – услышала Иришка голос Маруси, едва Саня с Никиткой отошли от их столика.

– Помогают? – Иришка глупо переспросила.

– Ну, да. И ремонт там сделали на свои деньги, детям экскурсии устраивают и праздники там разные.

– Погоди, а Александр в детском доме вырос?

– Да. И он, и Гарик, и даже мой Слава. Правда, Слава в другом городе рос. А Гарик с Саней с детдома вместе.

– А почему он Сиплый? – задала Иришка, все-таки, вопрос, который ее мучил.

– Так потому что это фамилия у него такая! – рассмеялась Маруся, – а ты думала кличка? Или как там правильно то? Погоняло?

– Серьезно? Сиплый – это его фамилия? – Иришка поняла, что краснеет. Как же глупо вышло!

– Ириш, слушай, а вы уже знакомы с Саней, да? Он глаз от тебя не отводит. Я никогда его таким не видела! – выдала Маруся, понизив голос.

– А ты давно его знаешь? – Иришка, увидев, что Саня с Никиткой скрылись в туалете, перевела взгляд на Марусю.

– Нет. Но, поверь, могу совершенно точно сказать, что рядом с тобой он совсем другой! Он даже из своих спортивных штанов вылез. Говорят, что он всегда в них. А тут вдруг и в джинсах.

– А я здесь причем? Он вон, может, в гости к кому-то собрался! – Иришка кивнула на коробку, стоящую на стуле, – мы же случайно тут встретились.

– Уверена? – Маруся как-то странно посмотрела на Иришку. – А откуда он тогда знает, что ты Никите тетя, а не мама? Да и само имя мальчика, а?

– Ты хочешь сказать, что он следил за нами? – Иришка испуганно прошептала это и оглянулась на туалеты.

– Ириша, если ты не в курсе, то Гарик, мужчина Олеси, и Саня Сиплый этим на жизнь зарабатывают! Именно так они и меня от Толика спасли. Отследили телефон, прослушали его и услышали все, что творилось в нашей комнате. А услышав, среагировали молниеносно. Так что я не пугаю, а просто предупреждаю, Саня уже все о тебе знает, поверь!

– Что? – Иришка слышала это уже от второго человека. Первым был Влад из бара, где она работала. Но тогда это звучало слишком уж фантастически, а сейчас выяснилось, что Влад был прав, предупреждая ее об этом.

– А почему тебя так это удивляет? – ответила вопросом на вопрос Маруся. – Ты разве не знала, что и в телефоны, и в компьютеры легко можно залезть без нашего же на то ведома? Интернет все про нас знает и нас же выдает с головой! И если уж ты заинтересовала такого мужчину, как Саня, то поверь, он уже все о тебе знает.

– А если я не хочу, чтобы он все обо мне знал? – ахнула Иришка.

– Ты нарушаешь закон? – удивилась Маруся.

– Нет.

– Тогда почему тебя это пугает? Согласна, звучит страшно. Если могут они, значит, могут и другие. Но такова уж наша современная жизнь. Не уходить же нам теперь жить в тайгу, как Лыковы, верно? Да и потом, меня вот это спасло от Толика.

– Ну, да, – Иришка задумчиво протянула, соглашаясь с подругой. В таком свете она над этим не задумывалась.

Договорить они не успели, так как Саня с Никиткой вошли в кафе и сразу направились к витрине с пирожными.

– Ириша, у Никитки ведь нет аллергии на орехи? – услышала Иришка голос Сани. Казалось, этого мужчину совершенно не волновало, что здесь еще сидят люди. Он держал Никитку за ручку, а сам смотрел через все кафе на нее. И так это естественно выглядело, что у Иришки от увиденной картины сжалось сердце. А что, если ей Александра попросить о помощи с усыновлением Никитки?

– Нет, аллергии у Никитки нет! – Иришка не стала отвечать Сане так же громко, она лишь покачала отрицательно головой.

Саня кивнул и повернулся к официантке, стоящей за кассой, та расплылась в улыбке и поправила небрежным жестом волосы – девушка явно пыталась понравиться Сане. Выпячивала свою большую грудь, улыбалась, заглядывала ему в глаза. Казалось, Саня просто делает заказ, говоря ей что-то, но вдруг девушка резко выпрямилась и бросила злой взгляд почему-то на Иришку. Пробила покупку Сани и, получив деньги, занялась заказом. Пока девушка делала кофе для мужчины, наливала сок и послушно вынимала именно тот кусок торта, на который ей показал Никитка, Саня, что-то отвечал в своем телефоне. Иришка видела это, потому что наблюдала за ними со своего места.

Саня с Никиткой вернулись к столу вместе. Саня нес поднос, Никитка просто шел впереди. Мальчик был спокоен и даже горд. Иришка видела это. А еще ей стало жутко интересно, что же такого Саня сказал той назойливой официантке, что она так зло посмотрела на Иришку.

"Спросить или не стоит? А если спросить, то ответит ли? – мысли заметались в голове испуганными птицами, – нет, не буду спрашивать. Точно не здесь!" – приняла решение Иришка и сама же опять удивилась, только уже своему решению.

"Если не здесь, то где? Ты так уверена, что вы еще с ним встретитесь?"

Никитке был куплен стакан сока и большой кусок торта. Мальчик устроился на стуле и замер над пирожным, глянул на Иришку, спрашивая разрешения.

– Кушай, – рассмеялась она, – только не перестарайся.

– Ха! Я в его возрасте готов был целый поднос пирожных съесть! Только вот не было у меня того подноса пирожных. Максимум, поднос с булочками от моего классного руководителя.

– Что? – Иришка удивленно перевела взгляд на мужчину.

– Ирина Кузьминична, светлая ей память. Уникальная женщина была. Пекла каждому из нас на День рождения целый поднос булочек.

– Да, я помню, – вдруг улыбнулась Маруся.

– Откуда? – Иришка перевела взгляд на подругу.

– Так их классным руководителем была бабушка Олеси! – рассмеялась Маруся, – нам с Олеськой только по одной булочке в этот день доставалось. Она все им относила.

– Втыкала свечку в самую верхнюю булочку, пела песенку и просила задуть свечку, загадав заветное желание, – подтвердил Саня, тепло улыбнулся и вздохнул, – мне таких булочек больше никто и никогда не пек.

– А Иришка тоже умеет булочки печь! – выдал Никитка. Оказывается, он, несмотря на то, что ел, очень внимательно прислушивался к их разговору.

– Да? – тут же включился Саня, – а с чем она их печет?

– С маком! А еще печенье с орешками и корицей. Вкуснющие! – произнес мечтательно мальчик и тут же, погрустнев, добавил, – только вот теперь ей негде больше его печь.

На это замечание ребенка никто из взрослых не успел ничего ответить. У Маруси зазвонил телефон, на экране высветилось улыбающееся лицо Олеси.

– Так. Я закончила! Выходите к машине. Можем ехать к бабе Тоне! – раздался бодрый голос девушки.

– Куда? – удивился Саня.

– Смотреть квартиру. Не можем же мы с Никиткой жить в общежитии института, – пояснила Иришка.

– И смотреть вы поедете ту квартиру, в которой жила Олеся, я правильно понимаю? – уточнил Саня, ни к кому конкретно не обращаясь.