ЭПИЛОГ
Тройаниар Саворийский
- А сейчас для получения дипломов я приглашаю выпускников нашего самого сложного, во всех смыслах этого слова, боевого факультета! – мой друг ректор Строэлн взмахнул рукой, вызывая на трибуну моих подопечных.
Загремели фанфары, раздались ликующие вопли, улюлюканье и аплодисменты. Боевой факультет всегда вызывал у других адептов академии особые чувства.
В небо полетели разноцветные птицы, выпущенные артефакторами. Целительницы, кажется, всплакнули. Не знаю, от умиления, или от того, что иллюзорные птички начали ожесточенно покрывать их мантии вполне реальными разноцветными кляксами.
В небе появилась огненная надпись в исполнении стихийников «Мы вас лю….!», которая взорвалась противным душем, пролившимся на головы присутствующих вдогонку к художествам птичек. Вот и понимай, что там за лю…
Мои адепты принялись со смехом сушить заклинаниями одежду. Однако, судя по их взглядам в сторону артефакторов и адептов стихийного, месть за птичек и это «лю…» будет быстрой, беспощадной и результативной. Все в соответствии с принципами ведения успешной боевых кампаний.
- Ну, где же вы, боевики? – улыбаясь повторил свой призыв ректор.
- Давайте, ребята. – скомандовал я. – Адепт Аль-Таундсен идет первой. Остальные по двое следом.
Я смотрел, как они поднимаются по ступеням трибуны. Повзрослевшие. Набравшиеся опыта и потерявшие массу иллюзий. Ставших мудрыми за те пять лет, что я с ними рядом. И сделавшими мудрым меня.
Пять невыносимо трудных лет, доводящих до изнеможения, ярости и ненависти ко всему вокруг не только моих адептов, но и меня самого.
Пять лет обучения вчерашних желторотых птенцов, превратившегося в дикую смесь минимального количества теории и гигантского практики. Настоящей боевой практики, которую им пришлось осваивать буквально на ходу.
Эти годы были трудными для королевства и академии. Трудными, но очень созидательными. Перекраивающими старые устои и уклады, и переворачивающими привычную жизнь с ног на голову.
И мои адепты оказались в самой гуще этих перемен, учась на деле, а не в аудиториях отражать атаки врага. Испытывая магию всех видов буквально на собственной шкуре. Изнемогая, падая и снова поднимаясь, чтобы идти дальше.
Не все дошли. Многие, очень многие сдались, упали и больше не встали. И тем больше я испытывал гордости за нее, мою девочку, что сейчас первой поднималась по ступеням к улыбающемуся ей ректору.
Первая девушка в истории академии, закончившая боевой факультет с высшими балами по всем дисциплинам. Не сломавшаяся и не сдавшаяся.
И небо свидетель, каждая оценка была получена ею в настоящих боях с самой собой, с преподавателями, одногруппниками и с ее деканом. С ужасом и кошмаром всех студентов, деканом боевого факультета, Его Светлостью принцем Тройаниаром Саворийским. Со мной.
Потому что все пять лет, я был уверен, что она сдастся. И тем больше испытываю сейчас радости и гордости за то, что я ошибся.
Мне не стыдно, что когда-то я пытался заставить Тратти сидеть дома и, как примерная жена принца, получать образование, не выходя из королевского дворца.
Не стыдно, потому что это моя сущность, – мужчины, дракона, принца, - держать свое сокровище взаперти и подальше от чужих глаз.
Мне стыдно за то, что я чуть было не лишился ее доверия и любви, потому что поставил это во главу всего. Счел, что именно это самое важное, то, что я мужчина, дракон и принц…
Не понял, что кроме меня и моей сущности есть вещи важнее – моя женщина и ее желания.
И спасибо небу, что в какой-то момент я все-таки сумел это сообразить…
Тратти повернула голову и встретилась со мной взглядом.
- «Люблю тебя» - ее глаза всегда говорили мне лучше всяких слов.
- «Сегодня ночью ты повторишь эти слова тысячу раз, малышка» - отправил ответ, чувствуя, как дрогнуло в груди сердце...
- Итак, друзья, наши герои высохли, отметки от любви птичек артефакторов с себя убрали, а наши нежные целительницы приготовили каждому из них по платочку - вытирать слезы грусти по поводу окончания академии. – мой друг Крайэс, суровый ректор академии от души веселился, глядя на устроенное адептами представление.
- И первый, кого я хочу пригласить сюда, это наш большой сюрприз, юный дракон, с честью и отвагой прошедший через все испытания. С доблестью преодолевший не только трудности, которых было о-очень много, но и сломавший многовековые стереотипы, засевшие в наших головах.
Крайэс откашлялся, и с удивительной, совершено не свойственной ему мягкостью, продолжил:
- Для вручения диплома приглашается наша звездочка, наша гордость и просто красивая девушка. Выпускница боевого факультета королевской Магической Академии Иверии, боевой маг Траттиана Аль-Таундсен.
Что началось!
Мне показалось, что от воплей, криков и радостных завываний сотни глоток выпускников боевого факультета подпрыгнуло небо. Парни хлопали, кричали, топали и радостно улюлюкали. И я тоже хлопал, не отводя от моей Тратти взгляда.
Влажными от слез глазами она смотрела на своих однокурсников. На своих родителей, сидевших в первых рядах гостей. На изящоно вытирающую слезы сестру, королеву Стефиану и ее мужа короля Салеха.
И на меня. Украдкой, быстро пробегаясь по моему лицу глазами, надеясь, что никто этого не заметит. Потому что мы так и не объявили о нашем с ней браке. Это было ее решение, и я с ним согласился.
Поэтому о том, что мы муж и жена знали только наши близкие, давшие обещание молчать об этом до тех пор, пока Тратти не закончит академию.
Что я чувствовал эти пять лет, когда видел какие взгляды на Тратти бросают парни из ее группы? Как пытаются пригласить на свидание, отправляют подарки и цветы? Да и не только из ее группы – кажется, половина академии внезапно воспылала к ней интересом.
Наверное, в моем словарном запасе нет слов, что могут описать мое состояние.
Ярость, ревность, злость. Снова и снова желание схватить свою девочку в охапку и унести подальше от всех. Спрятать, укрыть собой и любить до изнеможения. Так, чтобы я был тем единственным, что нужно ей в жизни.
Все это было со мной все пять лет, не исчезая ни на секунду. Но как-то я смог прожить это…
Меня спасали наши редкие, до ужаса редкие ночи, что мы могли провести с Тратти вместе. Тем дороже они были для нас обоих, превращаясь в драгоценности, память о которых мы складывали в сокровищницу нашей любви.
Драгоценности, которые я не променяю ни на что другое…
Вечером в академии был праздник. Выпускники всех факультетов собрались в огромном зале в главном корпусе и как следует оторвались веселясь, танцуя и устраивая друг другу всевозможные розыгрыши.
И, конечно, мои ребята сполна насладились местью, когда из ваз с фруктами на столах стихийников и артефакторов начали выскакивать десятки мышек и бегать по скатертям и тарелкам.
Визг девчонки подняли такой, что окна задрожали, грозя вот-вот лопнуть, а потолок едва не осыпался на наши головы.
Усмехаясь, я незаметно подошел к широкой колонне, где в тени пряталась моя девочка. Танцевать она так и не научилась, и сейчас поглядывала на столы, заставленные едой. Видимо, размышляла, как ей добраться до них, и не получить приглашение на танец от очередного влюбленного в нее поклонника.
Да, за эти годы отношение к Тратти в академии кардинально изменилось. И я до сих пор не знаю радует меня это и заставляет гордиться моей девочкой или вызывает ярость, от которой хочется обернуться и начать поливать огнем все вокруг.
Из изгоя, нелюбимой всеми подопечной короля она сумела превратиться в того, кого уважают, восхищаются и влюбляются. Она такая, моя Тратти. Все преодолеет и ни перед какими трудностями не остановится. Только танцевать так и не научилась. Но с этим я ей обязательно помогу – теперь у нас будет полно времени.
- Леди, вы от кого-то прячетесь? Я могу показать вам самое надежное место для укрытия в этом дворце, – прошептал ей на ушко.
Обнял ее и прижал к груди, вдыхая ее аромат – нежность, мед и шоколад.
Она длинно вздохнула и пробормотала:
- Помнится, на нашем первом балу ты задал мне этот же вопрос.
- Угу. А ты сказала, что хочешь есть… - горячими губы ухватил ее за мочку уха, чувствуя, как меня ведет от нежности и желания.
Она крутнулась в кольце моих рук и любимое лицо оказалось напротив. Я взглянул в ее волшебные голубые глаза и позвал:
- Пошли домой, малышка? –прижался лбом к ее лбу. – Я так соскучился. Эта ночь наконец наша, вся без остатка…
И она стала нашей.
С нежностью и легкостью, страстью и томлением. Наслаждением, поднимающим до самых вершин и умиротворением, омывающим золотой прохладой.
С горячим шепотом, жаркими объятиями и громкими стонами.
Со словами любви, которые я никогда не перестану ей говорить. И с ее тихими признаниями, без которых не могу представить свою жизнь…
Наша ночь и наша любовь, в которой мы, наконец, признались друг другу и самим себе.
Ну и конечно же после, когда мы лежали, утомленные и счастливые, и Тратти уже почти спала у меня на плече, в спальне появилась нахальная чешуйчатая личность золотистого цвета.
Личность повела носом, оглянулась куда-то себе за плечо, и позвала:
- Муранис, давай сюда. Они закончили свои обнимашки.
- Драго, Мур! – шепотом прикрикнул на эту парочку, везде сующую свой нос. – А ну-ка убирайтесь отсюда!
- Чего это?! – пушистый фамильяр Тратти оскалил на меня зубки. – Я может к хозяйке с хорошей новостью!
- Завтра со всеми новостями! А ты, Драго, сначала уговори Тратти простить тебя за твое наглое поведение, а потом приходи.
- Ой, чего это я должен прощения просить?! Я же для вас старался. А что методы мои вам не понравились – так это потому, что вы два упрямых осла!
Хранитель посопел сердито и повернувшись ко мне хвостом, выдал:
- Ну и ладно. Раз ты такой вредный, принц Трой, не расскажу тебе отличную новость!
С этими словами Драго с сердитым хлопком исчез. Следом за ним и Мур растворился, предварительно еще раз показав мне зубы. Вот ведь, сладкая парочка!
Ну а насчет новости… Я лучше сам расскажу её Тратти.
Отличную новость. Такую, что у меня от радости все танцует в душе, и сердце затапливает нежность.
- Трой, - вдруг сонно пробормотала моя любимая. – Мне кажется, у нас скоро будет ребенок…
Улыбаясь, я крепче прижал ее к себе. Погладил нежный животик и шепнул:
- Два, любимая. У нас скоро будет сразу два ребенка… И завтра мы, наконец, представим вас королевству, принцесса Траттиана Саворийская. Моя жена...
Конец!