Глава 15

Этот театр абсурда все никак не желал заканчиваться. И «рецепт», который мы получили от ведуньи Генриетты, оказался таким же диким и абсурдным. В первую минуту я была убеждена, что Реллингтон не согласиться с подобным экстравагантным решением нашей проблемы, начнет рвать и метать, но он каким-то невероятным образом поборол свой гнев и только уточнил:

— Соитие без свадебной церемонии не подойдет?

Услышав такое предположение, я уже сама вспыхнула от возмущения. Это он хочет уложить меня в постель вот так, без всякой «предыстории», хотя бы и в виде свадьбы? Или, возможно, решит взять силой? А это уже слишком, скажу я вам!

— Нет, — отрезала Генриетта с едва уловимым злорадством. — Только законный брак и только его консумация.

И потом добавила еще нечто более ужасающее:

— Убийство тоже не решит проблему. Если милорд решит лишить жизни ту, что вас приворожила, приворот останется на вас до скончания времен. Вы будете любить ее вечно и сильно страдать. Но неужели вам так отвратительна виновница? — она украдкой бросила взгляд на меня. — Да и вы в нынешнем состоянии должны вожделеть ее любую, хоть кривую, хоть косую. Так что все у вас выйдет, милорд, уверяю... Она тоже не будет против, раз решилась на приворот.

Тут я хотела вставить свои пять копеек и напомнить, что виновница совсем не желала привораживать, но потом прикусила язык, поняв, что тем самым точно выдам себя с головой. А мне не очень хотелось, чтобы Фригг окончательно догадалась, что я не только сварила это зелье, но и собственноручно использовала по назначению.

Реллингтон коротко кивнул куда-то в сторону, развернулся на пятках и, бросив мне:

— Мы уходим, — направился к выходу.

— Спасибо, — я все же поблагодарила ведунью от нас двоих и поспешила за ним.

На дверном косяке я вновь заприметила паука, но вскрик на этот раз сдержала, только промчалась мимо с закрытыми глазами.

— Милорд, вы же не собираетесь следовать совету этой ведуньи? — нагнала я Реллингтона у машины. — Может, поищем другие варианты?

— Собираюсь. И завтра в полдень жду вас в Храме Пяти богов, — ошарашил он меня своей категоричностью.

— Постойте, но у меня тоже есть чувства! И я не хочу выходить за вас замуж, и тем более ложиться с вами в постель! — выкрикнула я на эмоциях.

— Меня это не волнует, — Реллингтон окинул меня тяжелым взглядом, на миг задержав его на моей груди.

— А разве Темным можно жениться на простых женщинах, даже без толики магии, а? — решила я зайти с другой стороны. — Что скажут ваши знакомые, друзья да и остальные Темные? Не повредит ли это вашей репутации?

— Моей репутации уже ничего не повредит, — отрывисто ответил лорд. — А после консумации, мы сразу же разорвем этот брак. Если все решится быстро, то об этом недоразумение и вовсе никто не узнает.

— И все-таки я не готова вот так запросто идти за вас замуж. Да, моя ошибка была серьезной, однако искупление ее я считаю слишком аморальным, — отчеканила я. — И повторяю еще раз: замуж я за вас не пойду. Лучше убейте меня!

— Вы слышали, что сказала эта ведьма? Убив вас, к большому сожалению, я не решу эту проблему, — говоря это, он зачем-то начал с раздражением расстегивать пиджак. Наверное, вспотел от собственного гнева.

— Тогда, может, я сама себя убью, — предложила я тоже с сарказмом, переходящим в ненависть.

— Лучше прикройте свою грудь, — в меня полетел тот самый пиджак, который Реллингтон уже успел снять. — У вас слишком вызывающе декольте. Просто невозможно смотреть на это неприличие.

Опешив, я глянула на свою блузку, расстегнутую всего на две пуговки, и в этом скромно, а никак не вызывающим, вырезе едва угадывалась ложбинка груди. Где он нашел «неприличие»? Пока я переваривала очередную выходку милорда, тот уже сел в машину, громко хлопнув дверцей. Я неуверенно покрутила его пиджак в руках, потом все же набросила его себе на плечи, запахнув на груди. Ладно, не будем провоцировать. Он и без того сейчас изрыгает пламя злости похлеще всякого дракона.

Уже въехав в центр Талосса, я попросила высадить меня в квартале от моей лавки: сейчас мне меньше всего хотелось, чтобы продавцы соседних магазинов видели меня вместе с Реллингтоном. Но судя по тому, что он нисколько не возражал, ему так же не хотелось светиться в компании моей персоны. Но все же на прощание он не преминул напомнить:

— Завтра в полдень в Храме пяти богов. Не придете — пожалеете.

И опять эти угрозы! Он способен на что-нибудь другое? Например, на каплю понимания или сочувствия? Хотя, о чем это я? Темные на подобное неспособны. Я со злостью сдернула с плеч его пиджак и швырнула на заднее сидение. И, впервые не проявляя никакого почтения к Темному, вздернула подбородок, расправила плечи и гордой походкой пошла от машины прочь.

Но за ближайшим поворотом мой пыл весь пропал, а саму меня начало трясти в нервном ознобе. На душе стало так паршиво, что в пору действительно было что-то с собой сделать. Когда же я увидела Паулу и Рея, которые сидели на крыльце моей лавки и терпеливо ждали меня, на глаза навернулись слезы. Они тоже заметили меня и бросились навстречу. Рей просто обхватил меня за талию и прижался, а Паула с волнением взяла за плечи:

— Ты где так долго была? Мы уже думали, Реллингтон что-то сделал с тобой, и живой мы тебя не увидим.

— Да жива я, как видишь. Пока, — я обняла ее в ответ. — Но неприятности у меня крупные. Очень крупные...

Я посмотрела на закрытую лавку, потом на часы на городской ратуше, и поняла, что начинать рабочий день за пару часов до закрытия уже не имело никакого смысла. Да и сил на нее у меня уже не было никаких.

— Пойдемте куда-нибудь отсюда, — попросила я, одной рукой обнимая Паулу, другой — Рея. — Работа на сегодня отменяется.

Паула пригласила меня к себе, ну и Рея прихватили с собой. Не могли же мы отправить мальчишку вот так просто домой, когда он преданно ждал меня почти весь день и честно сообщал клиентам, что лавка скоро откроется? Надо было хотя бы покормить его и дать монетку на дорогу.

Ужин с Паулой готовили вместе, Рея же отправили в ближайшую лавку за фруктами и сладостями. Тогда-то и выпал подходящий момент для откровений. Я рассказала Пауле о своих похождениях во всех подробностях: от пребывания в доме Реллингтона до посещения Генриетты Фригг.

— Теперь ты понимаешь, как все-таки судьба тебя миловала? — сказала я в заключение. — Представь, если бы Паттисон на тебе женился, а на утро, после первой брачной ночи, все открылось? Думаешь, он бы был к тебе милосердным?

Паула уже с середины моего рассказа начала бледнеть, а сейчас и вовсе стала белее мела.

— Это что же получается? — прошептала она в полнейшей ужасе. — Я бы парила в облаках от счастья, готовилась к свадьбе, ждала первую брачную ночь, чтобы испытать радости желанной близости, а потом... Вот такой конец. Нет, это истинный кошмар. Кошмар.

— Угу, — откликнулась я мрачно. — Истинный. Но теперь за тебя должна отдуваться я. А мне этого совсем не хочется.

— Прости, — Паула произнесла это впервые, но так искренне, что сердце мое дрогнуло. — Прости, что из-за меня ты попала в такую передрягу. Знала бы я...

— Да кто тут мог знать? — тяжко вздохнула я. — Даже мастер Коун и тот не знал... Влипла я по неосторожности... Вот теперь не знаю, как все это расхлебать.

— Мы сейчас придумаем что-нибудь, клянусь! — с жаром произнесла Паула, заныривая в один из кухонных ящиков. — Только для начала нужно расслабиться, — и у нее в руках появилась бутылочка ликера, точно такого же, как мы пили в прошлый раз.

— Но сейчас Рей придет, — напомнила я.

— А мы пока по глоточку, а потом продолжим уже без него, — Паула тут же организовала две рюмочки и заполнила их тягучим напитком. — За удачу!

— Боюсь, она снова от меня отвернулась, — грустно усмехнулась я и опрокинула в себя ликер. Затем посмотрела на Паулу еще печальнее: — Я не хочу выходить замуж за Реллингтона и уж тем более не хочу спать с ним. Он сказал, что потом разорвет наш брак. В вашем мире разводы действительно разрешены?

— Они случаются, но крайне редко, — Паула задумчиво нахмурилась. — И позором ложатся на бывшую жену, потому что именно она считается виновницей развода. И ее после этого уже никто не возьмет замуж. Мужу тоже долго еще приходится очищать свое имя от такого прошлого. Но мужчинам проще: чем быстрее они найдут себе другую невесту, тем скорее все забудут о его прошлом неудачном браке.

— И в вашем Дарквайте полнейшая дискриминация женщин, — философски заметила я. — И что, у Темных с их женщинам все так же?

— Почти. Они, конечно, уважают своих женщин куда больше, чем остальных, лишенных Тьмы, но и в их семьях закон, скорее, станет на сторону мужчин.

— Печально...

— Значит, Реллингтон признался тебе, что ты снилась ему? И он постоянно думает о тебе? — глаза Паулы хитро заблестели. — Получается, лорд Паттисон бы так же видел меня во снах? — она хихикнула.

— Ох, перестань, — я тоже не сдержала смешка. — Опять ты за свое!

— И Реллингтон дал тебе свой пиджак! Вот где невероятное! — продолжала Паула, уже вовсю улыбаясь. — Это чтобы Темный позволил кому-то притронуться к его вещи? Никогда! Они этого очень не любят!

— Его просто раздражало мое декольте, — я тоже готова была рассмеяться. — Нет, ну скажи, оно разве вызывающе?

— Нисколько, — заверила Паула, разлива очередную порцию ликера. — Реллингтону, похоже, понравилась твоя грудь, она манила его, вот он и злился. На себя, что испытывает подобные чувства. Ну и на приворот, конечно же, — она продолжала потешаться над Темным и заодно надо мной. — А знаешь, так ему и надо! Пусть помучается немного! А то совсем эти Темные носы позадирали.

— Ой, кто б говорил! Кому, вообще, это зелье-«наказание» предназначалось? И как насчет того, что я мучаюсь не меньше? — мое настроение снова испортилось. — Вот что прикажешь мне делать? Пойти под венец как на заклание?

— Значит, так, — Паула тоже приняла серьезный вид. — Реллингтону, конечно, крупно повезло, что завтра третий лунодень этого месяца. Поскольку свадебный обряд можно совершить только дважды в месяц: в первый и третий лунодень. И только в полдень! То есть, если завтрашний обряд, на который рассчитывает Реллингтон, не состоится, ему придется ждать еще две недели. А это даст нам фору. Значит, пока наша главная задача — сорвать завтрашнюю церемонию.

— Но как это сделать? — заинтересовалась я.

— Тебе надо бежать!

— Куда? — меня сразу разочаровала эта идея. — В свой мир я не могу вернуться. А больше мне ехать некуда. Я ведь совсем никого не знаю в Дарквайте.

— Я знаю, где можно укрыться, — в дверях кухни появился Рей с бумажным кульком конфет и пакетом апельсинов и яблок. — Недалеко от Таллоса есть болото, около него стоит заброшенная сторожка. Мы с бабулей, когда по осени ходим туда за клюквой или же за грибами в ближайший лес, бывает, остаемся там на ночлег. О сторожке этой почти никто не знает. И в это время редко кто там ходит. И уж точно Темные в том лесу не гуляют. Так что день-два там перекантоваться можно. Я, если хочешь, составлю компанию, чтобы тебе не было так страшно.

— А мальчонка-то дело говорит! — поддержала его Паула. — Посидишь там до вечера, потом вернешься в город. Реллингтон, конечно, придет в бешенство, но сделать тебе ничего не сделает. Во-первых, на него действует приворот. А, во-вторых, для исполнения супружеского долга ты ему нужна живая и, желательно, невредимая. Ну а ты потом прикинешься овечкой, придумаешь что-нибудь, чем его успокоить. Сейчас главная задача — выиграть время. Потом у нас будет две недели, чтобы поискать другой способ снятия проклятия. Вдруг та ведунья специально вам все не рассказала?

А ведь верно, Генриетта могла и соврать или недоговорить чего-то. Наверное, следует с ней встретиться еще раз, только наедине.

А сторожка на болоте... Полагаю, это не самое приятное место в Дарквайте, но в моей ситуации крутить носом не приходится. Раз предлагают помощь — нужно ею воспользоваться. А там уж как будет...