Глава 24

Глава 24

-— Детка, все идут в сад, — Мирон по-хозяйски прижал меня к себе, стоило мне подойти к ним. — Погода хорошая, тепло вроде. Ты как?

Кивнула. Настороженно посмотрела на его руки, на кулаки Руслана.

Меня выгнали из кабинета. Но драки, кажется, не было.

Они просто поговорили, да. Конечно, выросли ведь, это пацанами дрались, а сейчас передо мной стоят мужчины.

— Пойдем в сад, — согласилась и теснее прижалась к Мирону.

— Мальчики, где опять пропадали? — между Русланом и Мироном ввинтилась Марина. Взяла под руки брата и жениха. И потащила за собой, игнорируя меня. — Мне не хватает внимания, я здесь словно чужая, — пожаловалась.

Оттолкнула Мирона и пошла вперед, к выходу.

Не могу слушать болтовню бывшей подруги, мне с каждой секундой все сильнее хочется послать ее в далекие дали, и чтобы она там потерялась.

— Яна, ты сегодня нервная какая-то, — Марина нагнала меня, вцепилась в мой локоть. — Еще и избегаешь меня. я права?

— Ты права, — не стала спорить.

— Я все понимаю, — перешла она на шепот и повисла на моем локте. — Ты вернулась, встретила первую любовь, и прежние чувства захватили тебя с новой силой, — по-книжному оценила она ситуацию. — Но, милая. Я люблю своего брата. И не хочу, чтобы ты снова его бросила. Когда на горизонте появится солидный обеспеченный мужчина.

— Что? — ушам не поверила. Дернулась, с силой вырвала у нее руку. — Тебе совсем не стыдно?

— А что такое?

Она хлопнула ресницами.

И мне захотелось здесь же, на месте, ее придушить.

Как она смеет намекать на такое. Что я ее брата бросила. Ради ее отца.

Толкнула дверь на улицу. Шагнула на крыльцо.

А словно в тот вечер, на несколько лет назад.

Родители тогда были дома. И Тарас снова приперся. Я еще в окно увидела, как этот мерзкий мужчина чешет по тропинке между деревьев к крыльцу.

А потом раздался звонок в дверь.

Запинаясь в ногах, пулей сбежала по ступенькам вниз. И схватила маму за кокетливый, в рюшах фартук.

На весь дом пахло мясом, головокружительно вкусно, она готовила ужин.

У меня враз пропал аппетит.

— Не открывай, — дернула ее за фартук.

— Что за глупости? Почему? — она вскинула идеально очерченные брови.

— Там Тарас.

— Ну не к тебе же. К папе, наверное, — мама отмахнулась, — Яна, отстань. Да дай ты мне…

— Он ко мне пристает.

Мама замерла в удивлении.

Звонок повторился.

Она сморщила складками гладкий лоб. И качнула головой.

— Яна, — веско сказала. — Если ты всерьез хочешь встречаться с Мироном — я бы тебе посоветовала наладить отношения с его отцом. И не выдумывать глупости. Ты этим ничего не добьешься, дочка, ссорить отца с сыном — последнее дело.

— Я не вру.

— Так, всё. Хорошо еще, папа не слышит. Тарас — уважаемый человек, Яна. Не вздумай портить нам отношения с соседями.

Она сдвинула меня в сторону. Щелкнули замки. И Тарас с невозмутимым лицом перешагнул порог.

— Здрасьте, — он расплылся в улыбке, на гримасу похожей. И вытянул из-за спины огромную коробку конфет, на несколько килограмм, не меньше. — М-м-м, как вкусно пахнет. Ужинать собираетесь?

— Да. Проходи, — мама смущенно сдернула с талии фартук и первой шагнула по коридору.

Остались вдвоем. И он, как всегда, прошелся по мне пристальным взглядом, с ног до головы.

— Не смейте подходить, — предупредила и бочком протиснулась мимо него, выскочила на крыльцо.

И уже когда сбежала по ступенькам, услышала его громкий голос:

— Я сейчас вернусь, телефон в машине оставил.

Ускорилась, полетела к воротам. Молнией за калитку, мимо его проклятой машины, в сторону его дома, к Мирону.

Я ему скажу, сейчас же, и он не станет как родители, как все взрослые, обвинять меня в лжи.

Холодный ветер и тропинка с пожелтевшей травой, по обеим сторонам деревья с облетевшими листьями, я бегу так быстро, словно жизнь моя зависит от времени, за которое я справлюсь с дистанцией.

Позади послышался рокот мотора. Зашуршали шины по мелким камешкам.

Перевела дух и оглянулась.

Едет. За мной.

Припустила еще быстрее.

Вон он — их дом, виднеется сквозь красно-желтую листву. Убралась с дороги, ближе к деревьям. И вскрикнула, когда машина Тараса обогнала меня и резко выехала мне наперерез. Опустилось стекло.

— Живо села в салон, — рявкнул он. — Я не Мирон, гоняться за тобой.

— Не гоняйтесь, — сглотнула вязкую слюну. — Оставьте меня в покое.

— Яна, ты меня, наверное, не поняла, — он распахнул дверь и выбрался из машины. — Знаю, что ты продолжаешь встречаться с Мироном. И Бестужев до сих пор рядом крутится. Думал, ты умная девочка.

Он обошел машину, расстегнул пиджак и задом оперся на капот.

— Подойди сюда, — поманил меня пальцем.

— Ни за что.

— Я пока по-хорошему предлагаю. Но у меня заканчивается терпение. Не надо меня злить. Если я возьму по-плохому — тебе не понравится.

— Ненавижу, — шепнула.

— Сюда подошла. Живо, — прикрикнул он. И вдруг поменялся в лице.

Оглянулась. И увидела подругу, Марина, беззаботно помахивая сумочкой, повернула из-за угла.

— Марина! — бросилась к подруге.

Я ускорилась, а она, наоборот, замедлила шаг, сощурилась на отца, на меня.

— Марин, — остановилась рядом и осторожно обернулась через плечо.

Тарас не стал прятаться от дочери, идет на нас.

Вцепилась в ее руку.

— Твой отец…

— Вижу, что не брат, — она стряхнула мои пальцы и поморщилась. — Ну что? Довертела задницей? Мирона мало, Руслана, теперь еще и папа.

— Ты совсем спятила? — отступила, пораженная таким обвинением. — Он меня преследует. Прохода не дает.

— А нечего было сиськами перед ним трясти, — что ни слово, тем неузнаваемее ее лицо становится. Она посмотрела в глаза прямо, и столько презрения я в жизни не видела. — А я тебя подругой считала, — плаксиво закончила.

— О чем шушукаетесь? — Тарас поравнялся с нами.

Они с Мариной обменялись взглядами, и мне почудился заговор, в этих кратких переглядках.

— Да вот, пап, Яна хвастает, сколько у нее поклонников развелось, — Марина поправила сумочку на плече. — Ни стыда, ни совести. Встречается с Мироном, а сама…

Подавленно замолчала и попятилась.

Немыслимо.

Это просто…

— Да вы оба больные, — оглядела отца с дочерью. — Уроды, — выплюнула.

И бросилась обратно к дому.