14

Давид

Нет, я не могу их отпустить. Да что там не могу, даже права не имею!

– Дин, погоди! – Беру ее за плечи. – Не надо никуда уезжать.

– Давид… – вздыхает она, чтобы в очередной раз поспорить со мной.

Я же недолго думая прижимаюсь к ее губам поцелуем. На первый взгляд девственным и невинным, но несущим в себе определенный посыл. Этим поцелуем я пытаюсь передать ей свой серьезный настрой по отношению к ней и ее детям. То есть нашим детям.

– Меня очень сильно тянет к тебе, – признаюсь я чистосердечно.

Диана поднимает на меня свои оленьи глаза:

– Насколько сильно?

– Очень, – шепчу ей на ухо и касаюсь губами нежной щечки. – Тебе может показаться это странным, но у меня такое чувство, что мы знакомы тысячу лет. Ты и твои дети – вы мне не чужие. Правда! Еще я хочу быть с вами рядом. Если ты, конечно, разрешишь мне.

Диана внимательно смотрит на меня, словно решает в своей голове дилемму: верить мне или нет.

– Давай я помогу тебе отнести наверх Аню, – снова шепчу ей на ухо.

– Да. Там сейчас уже второй проснуться должен.

– Тем более, – хмыкаю я и как ни в чем не бывало забираю из ее рук дочь.

Диана снова стрельнула в мою сторону подозрительным взглядом, который я постарался выдержать, и, ни слова не говоря, поднялся наверх по лестнице. Мне страшно даже представить, что она соберет все свои вещи, заберет детей и уедет в свою холодную и пустую квартиру. Бр-р-р!

– Так не бывает, – тихо произносит она, следуя за нами.

О, это она еще и не догадывается, как оно бывает! Не знаю, как ее убедить в серьезности своих намерений, но точно уверен, что уезжать отсюда ей не надо.

– А ты хотела бы, чтобы мы просто познакомились? – спрашиваю я, аккуратно укладывая ребенка в кроватку.

– Не знаю, – пожимает плечами Диана. – Наверное, так было бы правильней.

– Вряд ли при других обстоятельствах мы бы с тобой вообще познакомились, – говорю я и осознаю, что это действительно так. – Я раньше вообще особо не хотел серьезных отношений.

«А уж с женщиной, у которой есть дети, и подавно», – думаю я, но эту мысль оставляю при себе. Так что наличие родных детей оказалось единственной возможностью познакомиться с их матерью поближе. Между прочим с самой красивой, нежной и чертовски сексуальной девушкой.

– Ты бы не обратил на меня внимание? – с хитрым прищуром спрашивает она.

– Я бы не решился с тобой знакомиться. Потому что ты вряд ли захотела бы одноразовых отношений.

– Хм… а ты прав, – кивает Диана и прикусывает нижнюю губку – сомневается, мечется. Она и верит, и не верит мне одновременно. Наверное, ей нужны какие-то гарантии. Подтверждение моих слов.

– Дин, я правда хочу быть с вами. – Оборачиваюсь на Аню, которая гулит в кроватке. – Я обещаю тебе, что никогда не исчезну из вашей жизни и не причиню тебе этим боль.

– А если ты все же передумаешь?

– Уверяю тебя, я не передумаю.

Знала бы она, на что я иду ради этого обещания. Еще в студенческие годы я решил для себя, что буду беззаботным холостяком. Это было в то время, когда я стал первым красавчиком на курсе. Девчонки сами вешались мне на шею. Тогда же я впервые и попробовал легкий секс. После студенческих времен я переженил всех своих друзей. Кто-то из них уже успел даже развестись. Глядя на пеленки, распашонки и семейные проблемы приятелей, я все больше хотел получать от жизни удовольствие, а не вгонять себя в рутинную семейную бытовуху.

И сейчас я даю Диане столь серьезное обещание. Готов взять на себя ответственность за жизнь еще как минимум троих людей, стараясь доказывать это действиями, а не только словами.

Смотрю на Диану, а внутри все замирает. Я как пацан жду ее окончательного вердикта. Черт, да я секса с ней готов ждать столько, сколько понадобится!

– Ладно, – легонько кивает она. – Давай попробуем. Только пообещай мне, что все вопросы мы всегда будем решать с помощью диалога.

– Согласен! – Ловлю ее ладони и подношу к губам. Целую по очереди ее тоненькие запястья. Диана глубоко вздыхает. Я хочу ее. Хочу получить эту женщину целиком и бесповоротно. Хочу перед всем миром заявить на нее свои права и впоследствии испытать то самое абсолютное счастье. Причем мне кажется, что иначе быть попросту не может. Но с последним придется потерпеть, потому что она, по всей видимости, еще к этому не готова. И Даня скоро проснется. А Аня хочет внимания уже сейчас. Да и четкого ответа от нее я не услышал.

– Я сейчас покормлю Даньку, и ты можешь погулять с детьми. Если, конечно, хочешь.

– Хочу, – согласно киваю я.

– Там Вита скоро приедет, я бы хотела испечь шарлотку к чаю. Можно? – спрашивает она и выжидающе смотрит на меня.

– Конечно! – Делай что хочешь, только не уезжай. Главное, будь на моей территории и под присмотром. Зачем меня вообще спрашивать о таких пустяках?

Да, кстати, про утро. Неслабо меня так тряхнуло после визита моих родственников, которых еще ждет отдельный разговор. С Катей говорить, насколько я понял, вообще бесполезно. Тут сразу надо идти родителям и расставлять все точки над «i».

– Тогда я покормлю сына и соберу детей на улицу.

– Минут двадцать тебе хватит?

– Полчаса, – отвечает Диана.

– Тогда буду ждать вас внизу. – Мои губы сами растягиваются в довольной улыбке.

Диана

– Динка! – машет мне рукой Виталина и, буксуя ногами по снегу, идет мне навстречу.

– Рада видеть! – Заключаю ее в объятия и крепко обнимаю. – Где твоя машина? – Оглядываюсь по сторонам. – Я думала, ты уже не приедешь.

– Пришлось на въезде в поселок бросить. – Подруга целует меня в щеку, объясняя свое опоздание. – Она же у меня пузотёрка. Боюсь, что если я сюда заеду, то уже не выеду. Все замело, – качает она головой и всовывает мне в руки большой пакет. – Это гостинцы.

– Ну зачем? – Смотрю на нее с укором. – У нас и так все есть.

– Значит, будет еще, – улыбается она. – Ну, показывай мне вашу усадьбу!

– Идем! – Беру ее под руку и веду вокруг дома по недавно расчищенной Давидом дорожке.

– Мелочь твоя где?

– Моя мелочь недавно поела, и теперь у нее сладкий, здоровый сон, – хихикаю в ответ я.

– А хозяин? – спрашивает полушепотом подруга, словно нас здесь кто-то может услышать.

– В доме. Бдит и охраняет детский сон.

– Как у тебя с ним? – спрашивает заговорщицким тоном.

– Вита-а-а, – умоляюще тяну я.

– Что? – Округляет глаза.

– Не заставляй меня все тебе рассказывать. Мне и так с трудом верится в происходящее.

– Ну мне же интересно! – Хитро прищуривает свои ярко накрашенные глаза.

– Пока никак.

Мне неловко рассказывать ей про поцелуй. Да и совсем не об этом она хочет слышать.

– Что значит «никак»? – шутливо хмурит брови Вита.

– Мы просто дружим.

– В нашем возрасте, и просто дружим?!

Я сразу понимаю, на что она намекает.

– Не было того, о чем ты подумала.

– Какая ты неинтересная, – вздыхает она с напускной серьезностью.

– Идем лучше в дом. Сейчас обедать будем.

Пока Вита разувается в прихожей, я отношу гостинцы на кухню. Затем показываю ей, где можно помыть руки и приглашаю за стол.

– Как там на работе? – спрашиваю я, начиная накрывать на стол.

– Ой, – отмахивается Вита. – Все как обычно. Конвейер работает исправно. Все не беременеющие беременеют, а беременные рожают. Ничего нового. – Она берет кусочек сыра с тарелки и бросает его в рот. – У-у… хороший сыр. Как называется?

– Не знаю. Это Давид покупал.

– Давид, – философски повторяет она. – Красивое имя. Кстати, а где он сам? – косится на меня Витка.

– В кабинете, наверное. Или у себя в комнате. – Жму плечами и достаю большие тарелки.

– Хочу уже наконец-то посмотреть на этого прЫнца! – Подпирает руками подбородок и внимательно следит за моими движениями.

– Сейчас сама все увидишь. Имей терпение, – бормочу я.

– Динка, если серьезно, я так рада за тебя. За вас. Очень важно, чтобы у тебя был хороший муж, а у малышей – заботливый папа.

– Вит, не надо бежать впереди паровоза, – обрываю ее словесный восторг. – Я тоже хочу простого женского счастья, но не хочу спешить.

Между нами повисает звенящая тишина.

– Боишься сглазить? – Слышу в ее голосе нотки иронии и сжимаю губы.

– Возможно.

Я не могу назвать себя суеверным человеком. Но мне очень не нравится говорить о каких-то своих планах или желаниях.

– Ладно, ладно. Не буду больше донимать тебя этой темой.

Спустя несколько минут на кухне появляется Давид. Наверное, мужчина услышал женские голоса в доме. Он знакомится с Виталиной и садится с нами за стол.

При каждом его взгляде в мою сторону мое сердце трепещет и совершает акробатические кульбиты. Надо бы научиться не реагировать так ярко на него. Пока не знаю, как с этим быть, но каждый раз прям хочется поежиться от этого щекочущего чувства.

– Давид, а мы с вами раньше, случайно, нигде не встречались? – спрашивает Вита, внимательно разглядывая хозяина дома.

– Да вроде нет, – спокойно отвечает он и пожимает плечами. – Может, на приеме у меня были?

– Нет. У меня свой стоматолог, к которому я хожу.

Ставлю в центре стола тарелку с запеченным мясом, овощами и картофельным пюре.

– Это выглядит очень аппетитно, – с пристальным взглядом на меня говорит Давид, и я замираю. Мне очень приятно слышать от него похвалу. Мой бывший был скуп на приятности. Всегда твердил мне, что он не романтик. И я думала, это нормально. Теперь, видя разницу в поведении, понимаю, насколько я была когда-то глупа и неопытна. Принимала абьюзивные черты за мужественность. Так и хочется назвать себя дурой набитой! Надо же было быть такой наивной овцой!

Кусочек за кусочком мужчина отправляет мясо в рот и чуть ли не мурлычет от удовольствия. А мне от этого вдвойне приятно.

– Нет, я вас определенно откуда-то знаю, – говорит подруга, берет солонку и начинает щедро посыпать ею свою тарелку с овощами.

– Может, вы виделись, когда Давид привозил меня в ваш центр? Вита там работает генетиком, – говорю я. Поворачиваюсь к Вите и вижу, как ее лицо шокированно вытягивается. – Вит, с тобой все в порядке? – Тормошу ее за руку.

– А? – Она смотрит на меня. Затем на Давида. И снова на меня. Словно рыбка, несколько раз открывает и закрывает рот. – Дина… – протяжно зовет меня и вновь поворачивается к Давиду.

Ничего не понимаю.

В этот самый момент радионяня подает сигнал, что кто-то из детей проснулся.

– Может, тебе воды? – Поднимаюсь на ноги, наполняю стакан водой и ставлю перед ней. – Вот, ты пока выпей, а я быстренька наверх сбегаю. Посмотрю, как там малыши.