Глава 26. Ариана и Альд

Оказавшись в фойе первыми, видим, как мужчину окружает охрана с нацеленными на него автоматами. Альд идёт прямо к нему, я следую чуть поодаль.

Когда охранники расступаются, чтобы нас пропустить, узнаю того, кто принёс меч. Того, с кем провела незабываемые ночи. Того, с кем была и сегодня ночью. Мой незнакомец стоит неподвижно, держа в руках меч, который мы так долго искали.

– Зачем так?! – рычит Альд. – Я же спрашивал тебя напрямую, Рэйн?! – продолжает кричать. – Мы говорили, смотря друг другу в глаза!

Пока Альд выкрикивает эти вопросы, я понимаю степень их знакомства. Что бывший может требовать у Рэйна немедленного ответа, и что у них доверительные отношения.

Меня словно молнией прошибает, пока Рэйн смотрит исключительно на меня без тени улыбки, без попытки скрыться или оправдаться. Он только смотрит с каким-то отчаянием. Словно все слова Альда проходят сквозь него и не задевают.

Они точно узнали друг друга вчера. Но промолчали. Перевожу взгляд на Альда, который ждёт ответа, но я кажется, глохну в этой звенящей тишине.

Они играли… они, скрывали.

Врали оба.

– И давно вы знакомы? – произношу тихо. Голос ломается и скрипит.

Смотрю в глаза Альда. Его взбешённый взгляд меняется на сосредоточенный и будто виноватый. Я могу ошибаться, во мне сейчас такой раздрай, что уже ни в чём не уверена. Во мне дыра размером с целый город, и она только продолжает расти.

– Ответь! – истерически кричу, заранее зная, что ответ разрушит то хрупкое, что начало выстраиваться между нами.

Всеми тремя. Ведь они не безразличны мне. По-разному, но всё же.

С Альдом связано слишком много чувств и воспоминаний, и я только учусь ему доверять. С Рэйном я почувствовала свободу и драйв, лёгкость в отношениях, чего мне так давно не хватало. А теперь они отбирают это у меня.

Вырывают с мясом. Беспощадно.

– Он мой старший брат, – шёпотом, словно от этого что-то изменится, признаётся Альд.

Хватаюсь за голову и поражаюсь их цинизму. Как они могли? Как? Перевожу взгляд с одного на другого и не верю, что могла быть такой слепой.

Отвешиваю звонкую пощёчину бывшему, который её заслуживает больше всех. А потом мой неиссякаемый гнев и отчаяние от того, что у меня в очередной раз отобрали моё, направляется на Рэйна.

Иду медленно, показывая взглядом, что собираюсь сделать. Мне сейчас всё равно, что он могуществен. Что у него в руке Свежеватель. Я вижу цель и не вижу препятствий, только его глаза как маяки. В которых бездна моих страданий, а я наивно думала, что моих спасений.

Охрана дёргается, когда я подхожу вплотную, но отступает. Смотрю неотрывно в эти лживые глаза и тону. Я в очередной раз обманута, и мне больно. Так нещадно больно, что хочу поделиться этой болью с ними двумя.

Смотрю через плечо на Альда, а потом резко подаюсь вперёд и целую в губы его брата.

Это подло. Это низко. Это больно.

Чёрт, да я знаю, как это может быть больно.

– Ариана, – зовёт Альд, когда я, не отрываясь от губ Рэйна, бью его в пах.

И только тогда, когда он сгибается от боли, я грустно улыбаюсь. Не принесло мне это успокоения, но хоть причинила боль. Открываю портал и ухожу.

Дальше без меня. С меня хватит!

***

Захожу в допросную, в которую чудом доставили охранники Рэйна, оттащив меня от него. Всё же я остался в фойе, потому что выплеснуть весь свой гнев на её выходку при всех не получится. Но теперь меня ничего не сдерживает.

Выключаю камеру, чтобы за нами не приглядывали, и направляюсь прямо к источнику проблем. Руки Рэйна скованы магическими наручниками, и это тоже бесит. Мне бы сейчас вступить в бой с ним на равных.

Подлетаю к нему и хватаю за грудки, крича прямо в лживые глаза:

– Почему ты не сказал мне про меч, когда я спрашивал?! Ответишь или будешь опять молчать, как наверху?! Выскажись!

Встряхиваю его, на что брат лишь горько ухмыляется, подливая масла в огонь моего разочарования и злости.

– Не сказал, потому что тогда у меня меча не было, – произносит ровно, пока я закипаю.

– И я должен поверить тебе на слово? – выплёвываю ядовито. – После вранья?

– А в чём тогда смысл этого разговора? Зачем спрашиваешь? Зачем допрашиваешь сам, а не прислал других сотрудников, брат, – он делает акцент на последнем слове, и я отхожу подальше, чтобы не вмазать ему прямо сейчас.

– Слушаю! Попробуй объясниться, – скрещиваю руки на груди и внимательно слежу за братом.

Рэйн не выглядит удручённым или поверженным, скорее уставшим и нуждающимся в помощи что ли. Но это не может соответствовать действительности. Не верю, что у него всё вышло из-под контроля.

Хотя сегодняшняя сцена со звёздочкой явно не была запланированной. Рэйн не собирался раскрываться, иначе сделал бы это в других условиях. Что же изменилось?

Нужно настраиваться на рабочий лад, иначе ещё пара таких мыслей об Ариане – и разговора не будет.

– Веришь ты или нет, но меча у меня не было, когда мы разговаривали.

– Допустим. Дальше.

– Приходил отец, и мы заключили сделку.

Подаюсь вперёд и упираюсь кулаками на стол. Отец не мог выбраться из темницы! Не мог! Или…

– Отец в нашем мире?

– Если бы он был в нашем мире, то я бы с тобой сейчас не разговаривал, – поясняет брат, как для маленького. – Он использует Леона в своих целях.

– Теперь ты решил сюда ещё и Леона приплести? – гаркаю в ответ. – Может, что-то правдоподобнее придумаешь?

– А зачем мне лгать? Я сам пришёл.

– Вот это и настораживает, – фыркаю в ответ. – Что ты задумал?

– Дракон добровольно впустил в свой разум отца. Можешь не верить, но я с ним общался, и разницу я почувствую – ты же знаешь.

– Знаю, но всё равно не верю. Рассказывай про сделку.

– Я должен в обмен на меч открыть брешь для отца. И, как видишь, меч у меня, – склоняет голову на бок, пристально смотря на меня и добивая новыми фактами. – Он дал мне время, но если я не выполню свою часть сделки, меч убьёт меня.

– И ты так спокойно про это рассказываешь?

– А что мне скрываться? Нам всем нужен был меч…

– Не всем, – перебиваю его, внося ясность. – Ты ведь утверждал, что не хочешь его вернуть. Я с командой искал Свежеватель, а не ты. Не забывай свои слова, чтобы я тебе верил. И меня не заботит твоя смерть. Только глупец идёт на сделку с Кираксом.

– Считай меня глупцом, но я пошёл, – парирует брат, и я ухмыляюсь.

– Рассказывай, что ты там про Леона говорил?

– Леон, как я и говорил, сам впустил отца… – задумывается и отворачивается, а когда вновь смотрит в мои глаза, оглушает: – Скорее всего, дело в Ариане.

– Что? – опять бросаюсь на него. – Повтори!

– Ты всё слышал.

– Леон не имеет никакого отношения к Ариане! Он просто её начальник! – кричу в упор.

– Как и ты просто её сослуживец, – без тени страха на лице парирует. – Только ты считаешь себя кем-то большим. Но при этом демоница не знает, что ты обманул её пятьсот лет назад.

– Тебя это не касается! – пытаюсь заткнуть его, только тщетно.

– Почему не расскажешь, что ты не хотел расставаться? Почему не скажешь, что всё то враньё было пустыми словами? Боишься, что ваши такие простые отношения вновь станут сложными? – улыбаясь, сыплет вопросами брат.

– Рэйн, не приплетай сюда Ариану! – напрямую угрожаю, только он гнёт своё.

– Расскажи, что был вынужден вызвать её гнев. Расскажи, что сожалеешь, и увидишь результат, – напирает брат.

– Какой? – кричу в ответ.

– Поймёшь, любит ли она тебя до сих пор. Разделяет ли твои чувства. Или страшно? Признайся – кроме нас тут никого ведь нет, – кивает на камеру.

Нет, но любые признания – это боль. Я стараюсь не трогать те события. Стараюсь жить дальше и не вспоминать.

– Зачем ты вынуждаешь меня признавать, что я до сих пор люблю её? Зачем поднял тему моего вранья? Да, я обманул! – признаюсь честно, будто обнажаю душу. Хотя брат не самый лучший слушатель. – Мне до сих пор её не хватает, и я не могу объяснить ей причины моего поступка.

– И кто из нас глупец? – спрашивает Рэйн, когда я отпускаю его и отхожу к окну.

Упираю кулаки на него и почему-то продолжаю:

– Может, я и глупец, но я защитил её. Обезопасил.

– Но она об этом не знает.

– И не узнает, – заявляю твёрдо.

– Уверен?

Резко поворачиваю голову к нему, а брат, ухмыльнувшись, кивает на зеркало. Непроницаемое, односторонние. Я не вижу тех, кто стоит за ним, а вот они…

Перевожу взгляд на зеркало, будто внезапно оно станет прозрачным.

– Ты ведь не чувствуешь демоницу, брат. А вот я чувствую, – произносит последние слова как выстрел Рэйн, и я срываюсь.

Выбегаю из допросной и влетаю в двери наблюдательной комнаты, пытаясь схватить неуловимую демоницу за локоть, но ловлю только пустоту. Она убежала через портал. Услышала то, в чём вынудил признаться брат, и удрала.