Глава 10

Во что я только что вляпалась, скажите мне на милость? Эти парни на спорах и пари собаку съели, это точно. Такие довольные сейчас. Ухмыляются стоят. А я чувствую, что к этому спору они подойдут со всей серьезностью.

Но тут мой взгляд падает на часы.

– БАТЮШКИ! Уже восемь! – ору, вскакиваю, чуть не роняю полотенце.

А я вся потная, и между ног влажная из-за этих двоих негодников.

– И что? – выгибает бровь Алан.

– У меня первая пара у параллельной группы! Семинар! Мне домой срочно надо… господи, я не успею.

Плюхаюсь на стул, хватаюсь за голову. Ну какой из меня преподаватель? Мало того, что нагрешила с собственными студентами так, что по гроб жизни не отмыться.

Так еще и опаздываю на второй же рабочий день в университет.

– Не паникуй, двоечка, – улыбается Алан, – пошли. Я знаю, как решить твою проблему.

Он ведет меня в спальню. Залезает в шкаф и достаёт платье. Лёгкое, летнее. Но при этом сдержанное, длиной до колен. В нём вполне можно пойти на работу. А следом за ним Алан вручает мне небольшой пакетик.

Заглядываю.

– Алан, – растерянно блею, – откуда у тебя это? Новая одежда. Нижнее белье и…

– Туфли? – Гоша ставит передо мной коробку известного бренда.

– Я это не надену! Зачем… что вы… – мечусь в руках мажора.

Алан жестко впечатывает меня в себя. Целует в висок.

– Вчера вечером катались по городу, я на витрине увидел. Подумал, на тебе будет смотреться хорошо. Вот и купили.

– А белье с туфлями… – повисаю в его руках, всхлипываю.

Что они делают? Зачем?

– А белье, – ухмыляется Азаров, – просто нам предложили образ дополнить, а мы ребята простые. Решили, что твоих девочек нужно паковать в лучшее.

– Ну зачем…

– Прими, пожалуйста, – Горин обезоруживающе заглядывает мне в глаза, – это без задней мысли, честно.

Они словно в курсе, что я едва концы с концами свожу! Но выхода у меня нет.

– Выйдите, пожалуйста, – тихо говорю, – я переоденусь.

– Хорошо. Только не плачь, – Алан целует мои ладони, – мы пока пойдём одеваться.

Я беру в руки потрясную ткань. Это платье… летнее. Неужели мне не придется больше потеть в демисезонном костюме? Натягиваю трусики с лифчик. Ну конечно, всё кружевное. И, видимо, очень дорогое, судя по названию бренда.

Но ценники засранцы поотрывали. Кручусь перед зеркалом. Запомнили ведь размеры! Грудь отлично смотрится в лифчике, трусики подчеркивают круглую попку. Красивый светло-зеленый цвет прямо в тон платью.

Сам наряд с крупным принтом. Воздушное платье с поясом. Надеваю. Сидит идеально! Ну естественно! Мне так приятно! Это и есть забота, да? Когда есть кто-то, кто думает о тебе. Беспокоится может быть?

И хочет сделать твою жизнь проще…

Туфли – кремовые лакированные лодочки на высоком каблуке. Мягкая кожа, очень удобная колодка.

И почему так плакать хочется? Для меня никогда не делали ничего подобного. За меня не дрались. Не покупали одежду. Бывший только денег в долг просил.

Взъерошиваю волосы. Затем выхожу. Парни уже ждут. Гоша в джинсах и худи, Алан в рубашке с закатанными рукавами. И я чувствую себя девчонкой рядом с ними.

Словно я не преподша. А студенточка. Они разворачиваются. Алан улыбается, а Гоша открывает рот.

– Красавица двоечка, – ухмыляется Горин, – идеально село.

– Спасибо вам, – опускаю взгляд, – но больше так не делайте. Это неловко. Я отдам деньги за одежду.

– Не нужно. Улыбнись просто и порадуйся. Девушки должны наряжаться, – произносит Алан, – а не лямку тянуть.

Когда меня сажают в машину, я решаю завести разговор о нашем совместном появлении в универе.

– Не бойся, Юль, – уверенно говорит Горин, – мы тебя высадим во дворах. Пара десятков метров до корпуса.

– Спасибо, – выдыхаю.

– Боишься, что Будаев увидит? – жестко спрашивает Гоша, а я теряюсь.

– Гошан, – тихо, но с угрозой произносит Алан, – ты перегибаешь палку.

– Я палку этому мудаку так погну! – Гоша стискивает руль, – если он к ней опять подойдет, лапы свои протянет…

– Гош, он здесь ни при чём! – восклицаю.

Вроде бы и оправдываться не хочется. Но Гоша такой взрывной. А я не хочу, чтобы он злился.

– Ладно, сорян, – взъерошивает волосы, – пизданул лишнего.

Мальчики держат слово и высаживают меня чуть дальше от здания университета. Прежде, чем открыть мне дверь, требуют по поцелую каждому. С языком. В общем, выхожу я лишь спустя минут пять.

Признаться, этот наряд придаёт мне уверенности. Да, я не накрашенная, но и без косметики молодо выгляжу.

Хм, я об этом подумала?

– Доброе утро! – здороваются мои студенты.

– Доброе, мальчики, – улыбаюсь, походка от бедра, – готовы к семинару?

– Готовы, Юлия Андреевна!

Девчонки смотрят с завистью. Парни заинтересованно. И тут мне навстречу спускается тот самый Будаев. Он восторженно оглядывает меня с ног до головы. А мне этот взгляд кажется чересчур навязчивым. Липким каким-то.

– Юлия Андреевна, какие перемены! – улыбается, – так и не скажешь, что преподаватель, покоривший половину третьего курса своими умом и красноречием. Вы прекрасны.

– Ну ладно вам, – отвечаю сдержанной улыбкой, – мне пора. А то опоздаю!

– Могу проводить вас до аудитории, а то украдут, – усмехается он, – пообедаем? Наша столовая, конечно, отличный вариант, но здесь рядом есть хорошее кафе.

– Вы приглашаете меня на свидание в середине рабочего дня? – холодно спрашиваю.

Не знаю почему, но слова Гоши отозвались во мне. И теперь я вижу этого мужчину несколько иначе. Замечаю не очень приятные мелочи. Например, навязчивость.

– Можно и так сказать. Вы здесь никого не знаете, я мог бы рассказать, с кем стоит общаться, с кем нет. Поверьте, я имею вес в преподавательском обществе.

– Я откажусь, спасибо большое!

– Не думаю, – он больно хватает меня за руку, грубо притягивает к себе, – ведь я знаю твой маленький грязный секретик…