ГЛАВА 13
Дин
- Ты охуел? – мой грозный рык разрывает тишину у бассейна. Тишину, в который слышен был лишь один звук, причмокивание, с которым ротик нашей невинной овечки заглатывал болт этого мудака Сэма.
Вот ведь мать его за ногу! Сука!
Пока я там решаю наши дела с Дамиром, этот придурок мало того, что шлюшек привез, так еще и решил попользовать нашу малышку падчерицу!
Блядь, не слов!
Подлетаю, толчком отпихиваю его в сторону.
Сэм смотрит на меня удивленно.
- Я спрашиваю, ты охуел, брат? Ты что творишь?
- А ты что творишь? Если я делаю, значит знаю, что делаю! Пора обучить нашу маленькую гостью некоторым вещам!
- Я тебя сам обучу сейчас, понял? Кретин!
Толкаю его, отправляя прямо в бассейн. Брызги разлетаются во все стороны. Сэм выныривает, орет на меня.
- Ты гандон, Дин! С хрена ты обламываешь?
- Заслужил! Остынь. Потом приводи себя в порядок и поднимайся в кабинет, дело есть.
Поворачиваюсь к Лане.
Мать твою… малышка, в разорванной футболке, мокрая, дрожащая… из закрытых глаз текут слезы.
Осторожно поднимаю ее, обнимаю, она всхлипывает в моих руках, дрожит, пытаясь отстраниться.
- Тише, тише… - рука сама по голове её гладит. - Все хорошо. Он тебя не тронет, успокойся.
- Он не тронет, - шепчет она так, что я с трудом могу расслышать. - А ты?
Я?
Хм, надо подумать… Я бы, конечно, с удовольствием потрогал. Тем более, мой член стоит по стойке смирно с того мгновения, как я увидел ее стоящей на лужайке, и облизывающей ствол этого везунчика Сэма.
Блядство. Я ведь прервал их милый урок страсти не потому, что мне стало жаль девочку. Хрен там! Я просто позавидовал Сэму! Тому, что его член оказался первооткрывателем этого милого ротика…
Беру Лану на руки.
- Отнесу тебя в комнату, ты замерзла.
- Я… я могу сама пойти…
- Куда ты пойдешь в таком виде?
- Я могу взять полотенце.
- Не надо, - понимаю, что голос хрипит от того, что я сдерживаю себя. И мой каменный болт, поднявшийся до пупа, она точно чувствует.
- Ничего не будет, - из объятий не выпускаю и стискиваю зубы.
Заверяю скорее себя, чем её. Почти клятву даю, бля.
Пока несу ее в комнату, вспоминаю разговор, который был у меня с Дамиром…
Я сообщил, что видео отправлено, получено, и даже просмотрено.
Но мамаша нашей Ланы, Ольга, молчит.
Молчит, падла! Прекрасно понимая, что ее дочь в опасности!
Дам объясняет, что прощупывает почву. Ясно, что Орел засуетился. По каналам прошли месседжи, что Лану ищут. Но ищут, сука, совсем не там!
- Динар, они уверены, что девчонку взяли, чтобы продать на аукционе подороже.
- Блядь, мы же выставили мамаше четкие требования?
- Мне кажется, - Дамир сидит, сцепив пальцы, закрыв глаза, я вижу, что он явно дико устал, - кажется они думают, что ваше сообщение – блеф. Что вы тупо пытаетесь разыграть левую карту, пока сами сдаете себе козыри.
- Не понимаю, зачем Лану продавать на аукционе?
- Не понимаешь? Реально, Дин? Ну, во-первых, за такую зайку как ваша Лана можно реально получить хорошее бабло. Она красивая, невинная, ебабельная. Такую трахать одно удовольствие, даже неопытную. Ты же знаешь, сколько извращенцев в нашем кругу. Только представь, как они раскладывают ее, такую несчастную, трясущуюся от страха, плачущую…
Блядь, Дамир, сука, словно нарочно говорил мне это! Я ощущаю волну неконтролируемой ярости! Ни одной падле не позволю так поступить с нашей девочкой!
Стоп. Что я говорю? С нашей? Она не наша! Она нужна нам, чтобы вернуть бабло. А что с ней будет потом меня не волнует…
Нет, блядь, волнует. Очень волнует! Я… я хочу защитить ее. Прикрыть собой, как щитом. Именно. Именно этого ты и хочешь, Динар! Накрыть ее собой как щитом. Придавить этим щитом к кровати, так, чтобы не сбежала и...
Твою ж мать.
Дамир явно читает мои мысли, потому что похабно ухмыляется.
- Это еще не все, брат. Девочка стоит дорого не только потому, что целочка. А еще и потому, что это целочка Орлова! Сечешь?
Сука, он прав! За ней будет настоящая охота, если кто-то вздумает выставить ее на торги. Девка, которую хотел взять в жены сам Орел!
Да ее же будут трахать и записывать на видео, чтобы отправить момент триумфа всей братве!
Нагибая ее – нагнут Орла!
- Так, блядь… и что делать, Дам?
- Действовать по тому плану, который ждет Орлов, ваша Ольга и вся эта гоп-компания.
- То есть?
- То есть вы сами должны ее на аукцион выставить. Понимаешь? Сами. Вот тогда они клюнут. И тогда вы получите свои бабки от Ольги, а я…
- А ты? Какой тебе интерес, Дам?
- Ты прекрасно знаешь, какой, - Дамир в миг становится серьёзным. – Мне нужно прикрыть этот балаган.
Несу малышку на руках, она с одной стороны прижимается ко мне, с другой вроде старается отстраниться. Схожу с ума от этой смеси невинности и вожделения, что без труда читается в её полуприкрытых глазах.
Она хочет и одновременно боится своих желаний. Чёртов коктейль Молотова, у которого уже подожгли фитилёк.
Заходим в комнату, я ставлю Лану на ноги, и запираю дверь на ключ.
- Что… что вы делаете? – испуганно пятится к кровати.
- Сэм, кажется, хотел преподать тебе урок? – поднимаю бровь в вопросе я.
Молчит, сглатывает. Глазенки наливаются слезами.
- Не надо…
- Почему? Не хочешь продолжить обучение? Это ведь так весело, учиться!
- Нет. Не хочу! Не буду! – машет ручонкой, а другой пытается прикрыть наготу. - Сами… сами сосите свой член!
- Ты используешь свой ротик не для того, куколка! Может быть тебе его промыть надо?
Хватаю ее, и несу на кровать, она вырывается, пытается лупить меня кулачками, царапать…
- Тихо, - прерываю её я. - Ты же знаешь, что бывает с непослушными девицами? Получишь по сладкой попке!
- Не надо, - округляет и без того огромные глазищи.
- Спокойно…
Мне нужно просто оставить её в покое. И я честно так и хотел сделать. Хотел, пока не почувствовал запах её возбуждённой киски. Блядь!
Кладу ее на кровать, а сам пристраиваюсь рядом, одной ладонью хватая ее за запястья и заводя руки наверх, второй ладонью накрывая ее промежность.
Лана дышит тяжело, в глазах испуг и… предвкушение.
Ее киска горячая, влажная… складочки припухли. Все как я люблю…
- Ты поступила гадко, взяв в рот член Сэма, малышка, хотя я понимаю, что выхода у тебя не было. Что он пообещал тебе?
Молчит, но щеки ее становятся алыми, как гребанные маки.
- Что он пообещал? Отвечай Лана!
Мочит, и я резко шлепаю ее прямо по киске, она взвизгивает, пытается свести ноги.
- Раздвинула, быстро! Отвечай, или… ну? Что он обещал?
Молчит, словно напрашивается на новый удар, который тут же получает. Стонет, почти плачет.
- Ну? Что?
- Он… сказал…
- Что? – еще шлепок, более нежный, но сильный. Ее киска совсем мокрая, мать твою, ей это нравится?
- Он обещал, что даст мне… даст…
- Он обещал дать тебе кончить?
Всхлипывает и разражается новой порцией рыданий.
- Он задолжал тебе оргазм, милая? Ах, какая незадача, я вмешался и все испортил, да? Что ж… я могу исправить эту несправедливость. Дать тебе то, чего сам лишил.
Лана
Меня трясёт. Всё тело ходит ходуном. От частых судорожных вдохов губы пересохли.
Дин трогает меня. В тех местах, где должен трогать только муж.
От безжалостных шлепков его грубых ладоней по моей киске низ живота наполняется тяжестью и ноет.
- Почему молчишь, милая? – его частое дыхание с примесью табака ожигает шею. – Твоя киска уже умоляет меня. Рыдает и просит об оргазме. Так почему же эти губки, - он проворит мокрым о смазки пальцем по моему распахнутому рту. – Почему они молчат?
- Я… я… - отчаянно хватаю ртом воздух, чтобы хоть как-то унять бешеное сердцебиение. – Я… не…
- Упрямая, - дьявол дотрагивается кончиком языка до мочки моего уха. – Тебе нужно лишь попросить. Скажи: «хочу кончить, дядя Дин». И твоя развратная киска тотчас получит желаемое.
Пульсация между ног становится просто нестерпимой… я выгибаюсь в спине, когда его пальцы разводят в стороны нижние губки. Я жду, что он вот-вот дотронется до заветного местечка, что уже припухло от возбуждения и до боли жаждет его прикосновений.
Но порочный искуситель замирает и медлит.
Опускается ниже. Его пальцы подбирают мои соки обводят по кругу трепещущую дырочку.
Он погружает в меня один палец и слегка двигает им внутри, задевая чувствительные стеночки.
Не могу сдержать нетерпеливый стон.
- Аааах, - кричу я. – Прошу…
Хватаю его за запястье и, не отдавая себе отчёта в действиях, прижимаю его руку ближе.
Палец мужчины проскальзывает глубже, немного болезненно растягивая мой вход под свой размер.
Боже… терпеть это и дальше становится просто невозможно!
- Я хочу кончить… пожалуйста! – мой голос звенит в тишине комнаты.
Он звучит беспомощно и жалко. Щёки тут же покрывает горячий румянец. Никогда в жизни я ещё так не перед кем не унижалась…
- Ты забыла сказать «дядя Дин», - добивает меня он.
Понимая, что ниже уже падать некуда, я сцепляю зубы и шепчу, яростно глядя на мужчину:
- Я хочу кончить, дядя Дин!
Прожигаю его взглядом ненависти. Боже! В этот момент я сама не знаю, чего хочу больше: убить его, себя, или, наконец, получить вожделенную разрядку!
- Хорошая девочка! – его губы кривятся в торжествующей усмешке.
Мужчина обхватывает меня своей сильной рукой за шею, прижимая к спиной с своей мощной груди и слегка сдавливает её.
Я не могу дышать! Колочу по нему руками и извиваюсь, пока его палец двигается во мне.
Он делает это резко. Быстро. Неумолимо. Киска громко хлюпает в такт его движениям. В тот момент, когда мне кажется, что сейчас я потеряю сознание от нехватки кислорода, моё тело взрывается подобно атомной бомбе.
Я хриплю и дёргаюсь в руках этого жестокого человека, пока меня сотрясает от безжалостного цунами оргазма. Когда рука на моей шее ослабляет хватку, и я вдыхаю полной грудью, мозг будто впадает в оцепенение. Я никогда не принимала наркотики, но мне кажется, ни один кайф не может доставить столько эйфории, что я испытываю сейчас.
Это что-то невообразимое. Острое, жгучее… каждая клеточка тела будто новогодняя игрушка, включенная в розетку. Искрит всеми цветами радуги.
Сама не замечаю, как Дин приподнимается надо мной.
Он быстро расстёгивает ширинку джинсов и достаёт налитый кровью стояк. Обхватывает его в кулак и жадно смотрит на меня.
Я, всё ещё не отошедшая от оргазма, пугаюсь, что сейчас он попросит того же, что и Сэм в бассейне. Начинаю мотать головой и невнятно мычать.
Дин начинает быстро двигать по члену пальцами. Смотрю во все глаза на этот мощный агрегат с выступившей на конце жемчужной каплей.
Хватает нескольких быстрых движений, и мне на грудь выстреливает белая жидкость. Дин хрипит от удовольствия и прикрывает глаза.
Моя грудь покрыта его семенем, которое теперь стекает с вершин сосков.
Дин нагибается и берёт то, что осталось от моей футболки. Вытирает меня.
Безжизненно лежу на кровати, теперь уже не предпринимая никаких попыток прикрыть наготу.
- Мне нравится, как ты кончаешь, - говорит он, нагибаясь надо мной. – Так сладко дрожишь. И так мощно течёшь для меня.
В его глазах орехового цвета читается неприкрытая похоть.
- Сейчас нам надо отдохнуть, - мужчина выпрямляется и идёт к двери. – И если ты не хочешь и дальше попадать в подобные переделки, то советую тебе никуда не выходить. Это ясно?
Я устало киваю.
- Отлично.
Он открывает дверь и, не оборачиваясь, выходит из комнаты.
Я сворачиваюсь клубочком и прячу лицо в подушку.
Господи… почему после неземного блаженства я чувствую себя грязной и использованной?
Как этим монстрам удаётся каждый раз подчинять мою волю?...
Неужели я для них просто игрушка?
Кукла, с которой им так нравится играть в свои порочные игры.