Эпилог

Черный легковой автомобиль на большой скорости несся по дорогам города, обгоняя другие машины.

— Давай аккуратнее, а то нас могут остановить.

— Да? А то, что мы и так превышаем положенную скорость, ничего?

— У нас для этого есть важная причина.

— Ага, ты это полицейским попробуй объяснить.

— Не отвлекайся и не спорь. Пожалуйста. — Тонкая женская рука с золотым браслетом и парой красивых колец легла на ногу водителя и нежно погладила по бедру.

— Я не спорю.

— И я не спорю.

Они посмотрели друг на друга влюбленными глазами и улыбнулись.

— Ты хотела что-то сказать, прежде чем нам позвонили.

— Давай сначала разберемся там во всем, а поговорим потом.

Мужчина пристально посмотрел на свою спутницу и согласно кивнул. Вскоре они остановились у знакомого крыльца четырехэтажного здания. Взбежали на второй этаж и постучали в дверь.

— Входите.

— Здравствуйте, Марина Викторовна.

— О, Андрей, Катя, проходите пожалуйста.

Директор школы, в которой учились молодые люди, показала на стулья, стоящие напротив ее стола, и, сложив руки под подбородком, поджала губы. Суворов сжал Катину ладошку и ободряюще ей кивнул.

— Марина Викторовна, что случилось?

— Андрей, по поводу успеваемости в учебе, наши учителя не имеют никаких претензий, а вот поведение оставляет желать лучшего. Понимаете, — Директриса посмотрела на Катю. — Сегодня утром, на уроке физкультуры, произошла драка, в которой Семену Витальевичу досталось больше всех. На прошлой неделе в столовой был инцидент с нашим поваром, Ниной Григорьевной, она жаловалась на сердце, после ухода с обеда четвертого «Б» класса. — Катя поморгала глазами и, поглубже вздохнув, приготовилась слушать дальше. — Вчера на уроке музыки, когда репетировали в актовом зале номера ко Дню Матери, пострадали ударные инструменты, но виновников не нашли.

Даже через несколько лет после окончания школы, взгляд директора не терял своей силы на бывших учеников: Прищепкину Екатерину и Суворова Андрея, а ныне супругов. Андрей, как и мечтал, стал капитаном корабля, а Катя работала в большом издательстве и по большей части она писала свои статьи, которые пользовались большим успехом у читателей дорогого и популярного журнала.

— Марина Витальевна, мы обязательно поговорим обо всем дома.

— Андрей, я вас прекрасно понимаю, как родителей, но и вы поймите меня. Родители детей, которых обижают, в скором времени начнут собирать подписи с просьбой исключить ваш…

Дверь к директору резко распахнулась и на порог вбежал учитель физкультуры в спортивном костюме и свистком на шее. Правой рукой он закрывал глаз.

— Марина Викторовна, сил моих больше нет. — Увидел уцелевшим оком чету Суворовых и взмахнул левой рукой. — О, а вот и дорогие родители, встречи с которыми я не мог дождаться. Вы понимаете, что ваш…

— Это не правда!

Директор школы, учитель физкультуры и семья Суворовых уставились на двух одинаковых мальчишек с модно постриженными черными волосами и, словно поднятыми феном челками. Из-под темных нахмуренных бровей на взрослых смотрели черные, как смородина, глаза. Да, их симпатичные мордашки выглядели не по возрасту серьезно.

Андрей поднялся и подошел к ним, обнял обоих за плечи и подтолкнул в кабинет. Склонился к их головам и прошептал.

— Давайте дома поговорим, а сейчас сделаем, как я вас учил.

Дети кивнули и, мило улыбнувшись Марине Викторовне, заговорили по очереди.

— Марина Викторовна.

— Очень жаль, что мы доставили вам столько проблем, но мы не нарочно.

— И если только вы дадите нам шанс исправиться, то мы будем самыми лучшими учениками.

И,не мигая, уставились на нее честными пречестными глазками. Физрук стоял разинув рот, а Марина Викторовна, вытерев платочком набежавшую слезу махнула рукой.

— Идите уже, Суворовы, домой. Только после выходных извинитесь перед учителем музыки и поваром.

— Будет сделано. — Ответив в голос, мальчики, взяли Катю за руки и потянули ее к выходу.

— А иначе я оставлю вас на второй год.

— Нет. — Это Катя.

— Хорошо. — Это Андрей.

— За что?! — Это дети и физрук.

— Для профилактики. — Директриса рассмеялась, глядя на растерянные лица.

— До свидания, Марина Викторовна.

— До свидания. Андрей, Катя, мальчики.

А потом она стояла у окна и смотрела, как ее бывшие ученики усаживали в машину своих неугомонных детей.

— Почему вы их даже не отругали как следует?

— Потому что в их проделках нет злого умысла. Вы бы лучше смотрели за детьми на уроках, чтобы потом не искать виноватых. А мальчики просто защищали слабых. Лучше надо работать, Семен Витальевич.

***

Полчаса до дома, Суворовы ехали в полной тишине. Двор, дом, даже подъезд был тот же самый, в котором раньше жили Катя и Андрей. Вот только квартира была на седьмом этаже.

— А можно мы пойдем к бабушкам?

Привычка мальчишек говорить хором до сих пор удивляла всех родственников.

— Нет.

Так же, как и дружные ответы родителей удивляли детей.

Андрей открыл дверь и пропустил жену, за руки которой держались дети.

— Так, мальчики, давайте мыть руки и обедать.

Ребята поплелись в ванную, а их родители переглянулись между собой и, прыснув от смеха, обнялись.

— Чем будем наказывать, мама?

— Только любовью и обнимашками, папа.

Пройдя мимо ванной, двое детей прокрались в комнату и каждый набрал номер бабушки.

— Бабуль, срочно нужна помощь.

— Да, бабушка, мы снова в немилости учителей и родителей.

Получив добро и обещание скорой подмоги, они отправились умываться.

— Как думаешь, сколько еще ждать пока они решаться?

— Не знаю, но учителей мне уже жалко.

— Ага. Может дедов попросить?

— Нет, они сказали, что наши упрямые родители должны сами прийти к этому решению. Давай подождем.

— Давай.

Когда они вошли на кухню, Катя накрывала на стол.

— Рассаживайтесь по местам, сейчас папа подойдет.

Звонок в дверь отвлек ее от дела.

— Кать, я открою.

В коридоре были слышны голоса родителей Кати и Андрея.

— Мам, пап, что-то случилось? — Катя смотрела на всех встревоженным взглядом, но улыбки родственников говорили сами за себя. — Ну, тогда проходите к столу.

Все расселись за круглый стол и приступили к еде.

— Кто мне расскажет, почему у физрука синяк под глазом?

— Гор.

— Серый.

— Давай начнем с тебя, Егор.

— Там из пятого класса пацаны девчонку одну обижали.

— Они обзывались.

— А другие стояли и смеялись над ней.

— А я пошел к ним. Мимо Семен Витальевич проходил и…

— В общем, под ноги смотреть надо было.

— Ясно. — Было понятно, что больше они пока не скажут. — А за что вы повара довели в столовой?

— Она нас постоянно путает. Вот мы и спросили у нее, что может нам повесить таблички на шею, а она давай кричать на нас.

— Пап, да она сама себя довела.

— Ага, а музычка постоянно повторяла своим писклявым голоском- И Сережа, изображая голос учительницы, почти запел- «Суворовы, у вас нет чувства ритма, чувства ритма». Ну мы и сыграли ей на барабанах. Кто же знал, что у нее нервы слабые. А еще она не любит рок, какой же она после этого учитель?

М-да, против такого аргумента сказать взрослым было нечего.

Проглотив смех, родители решили отстать от детей, на время.

— А ты почему не ешь? — Андрей придвинулся к жене и указал на ее тарелку с салатом.

— Не хочу. Не переживай, все нормально.

Прокашлявшись, Катин отец спросил:

— Катюш, как успехи в школе у наших ребят?

Катя посмотрела на него и, положив вилку, сказала.

— Пап, они учатся у своей бабушки в классе, по-моему, она лучше всех может нам об этом рассказать.

— С учебой у нас просто прекрасно. Все олимпиады и диагностические работы выполнены на отлично. Могу вас заверить, что начальную школу мы окончим на пять.

— Ладно, а что делать с замечаниями по поведению? — Андрей строго смотрел на своих сыновей и ждал предложений. Не получив ни одного ответа, попробовал другой вариант. — Если так и будет продолжаться дальше, то пойдете учиться в Суворовское училище.

И какой же неожиданностью было для него, когда мальчишки с загоревшимися глазами дружно закивали в ответ.

— Что? — Катя и Андрей, не веря, смотрели на своих детей.

— Знаешь, я думаю, что все это заговор.

— Должна с тобой согласиться.

— А вы, бабушки и дедушки, почему не удивляетесь?

Старшие в разнобой стали выдвигать свои предположения, только им никто не поверил.

— Значит, Суворовское? — Дети кивнули отцу и умоляюще уставились на мать.

— Пожалуйста.

Катя пожала плечами и, не выдержав, всхлипнула, встала и обняла своих неугомонных деток.

— Вот в кого интересно вы такие? Почти с самого рождения твердите об этом, а я не хочу вас отпускать. Но, раз уж вы все решили, да еще и старших подговорили, пусть так и будет.

Взъерошила их волосы на макушке и еще раз крепко прижала к груди.

Весь вечер родственники, которых прибавилось еще на четыре человека, то есть приехали Валеевы с дочерьми, все обсуждали дальнейшие действия по определению детей в новое учебное заведение.

И уже поздно ночью, когда Андрей крепко обнимал жену, лежа в кровати, вспомнил, что она хотела поговорить о чем-то очень важном.

— Что ты хотела сказать? А то с нашими пацанами у меня это совсем вылетело из головы. — Он прижал ее еще ближе к себе и поцеловал в макушку. — А представь, если бы у нас еще были дети? Думаю, мы не отделались бы одним Суворовским. Не знаю как ты, а я под устал от их выкрутасов. Только за этот год нас вызывали в школу четыре раза, мы выясняли, кто прав кто виноват с несколькими родителями, я даже оплатил окно в раздевалке. Их другие дети стороной обходят, конечно, не всякая детская психика выдержит, когда двое одинаковых говорят в голос да еще и движения друг друга копируют. А что дальше будет? Эй, ты чего смеешься? Нам, конечно, только по тридцать, но у меня такое чувство будто у меня не два, а четыре ребенка.

— Твои чувства тебя не подводят.

— Вот, вот, и ты со мной согласна.

— Ага. — Катя привстала и ласково посмотрела на мужа. — Я беременна, Суворов, и у нас будет двойня. Еще одна. Так что готовься, а что касается характера детей, то, как говорится, «против генов не поедешь не попрешь».

Она смотрела как ее любимый хлопает своими черными глазами и вспоминала, как он точно так же отреагировал в первый раз на такую новость. Только им было по двадцать и они сами мало чем отличались от детей. Сейчас же все было немного по другому, не так страшно и тревожно. Сейчас они уже родители, которые в скором времени будут воспитывать еще двух своих детей и на этот раз оба хотели, чтобы это были девочки.

— Суворова, я тебе говорил, как сильно люблю тебя?

— Говорил. И я тоже тебя люблю.

Она наклонилась к нему и прижалась губами к его губам. Долгий ласковый поцелуй, который нес в себе столько нежности и любви, сколько могли испытывать двое безмерно любящих друг друга человека.

— Кать?

— М-м?

— Я часто отсутствую, ты и в первый раз постоянно оставалась одна. Может, мне перейти работать на другое место.

— И проститься с мечтой быть капитаном?

— Я уже капитан.

— А мы купили квартиру в доме, где живут наши родители. Не стоит переживать по этому поводу.

— Кать?

— Что?

— А если снова будут мальчишки, как думаешь ты справишься с нами?

Катя понимала, что Андрей шутит и ей это нравилось.

— Послушай, Суворов, у меня опыт общения с тобой целых двадцать два года. Подумаешь, двумя больше, нашел, чем напугать.

Рассмеявшись, они еще долго перебирали в памяти и свои проделки и проказы детей и выбирали имена будущим детям, в общем, уснули они почти под утро. А в девять часов кто — то застучал по батареям. Как выяснилось, это Егор приглашал соседскую девочку с восьмого этажа играть на детской площадке.

Конец.