Глава 20
Меня будит холод и дискомфорт. Натягиваю одеяло до носа, поворачиваюсь лицом к Тони.
Которого нет.
Моргаю. На локте приподнимаюсь и смотрю по сторонам, на зашторенное окно.
Черт! Черт! Дьявол!
Вскакиваю, понимая, что я проспала, никто меня не разбудил на утренний разговор, и уже день, если не вечер. То есть… Оборотни уже ушли в свои бункеры.
А с Агатой что?!
Клетка пустая, дверь нараспашку болтается. Покореженный ошейник лежит в углу на полу, рядом с ним засохшие бурые капли.
Кровь.
Неужели они все-таки…
Сжимаю кулаки, ногти впиваются в ладони. В висках простукивает, в душе разливается ртуть. Холодная с металлическим привкусом.
Охренеть просто…
Поэтому они меня не разбудили, чтобы не мешалась? Сразу решили, как поступят, все разговоры им не нужны были. Конечно, они же мужчины, альфа-самцы, кто там еще…
Взлетаю по лестнице, бегу по коридору на кухню-столовую, хочу в дверь с размаху ворваться и разборки устроить.
Но нет.
Хватит, набегалась, надо мыслить разумней. Сначала разведаю обстановку, не верю я, что Снежные могли что-то плохое сделать, ведь я не чувствовала в Тони кровожадности.
А в Яре?
…
На кухне трое. Дан за столом и еще двое… людей или нелюдей… сидят прямо на полу перед кофейным столиком с шахматной доской: седоватый рослый мужчина и девушка-шатенка со стрижкой каре. При моем появлении они синхронно поднимают головы, глядя на меня.
- Приветик, - Дан лениво взмахивает рукой.
Настороженно впиваюсь взглядом в сидящих, прохожу вперед. У мужчины мимика отсутствует, взгляд потухший, смотрит сквозь меня, а у шатенки на лице любопытство, вздернутые вверх брови.
Тут какая-то на удивление спокойная атмосфера, будто это не сходка хищников в предвкушении оргии, а собрание друзей за предновогодним столом. Стол, кстати, действительно завален едой и напитками, аромат соответствующий – желудок сразу напоминает о своем существовании. Из колонки звучит негромкая музыка.
Стараюсь дышать спокойно, вполне миролюбиво спрашиваю:
- Привет, всем. Как рана, Дан?
Седоволосый издает фыркающий звук.
Дан скалится в улыбке, демонстрируя ряд острых, почти звериных, зубов:
- Сойдет. Спасибо.
- Да… Не за что. А где… остальные?
Девушка встряхивает копной волос, звонко говорит:
- Я - Злата. Это - Слепой, - показывает на мужчину. – С Даном вы уже познакомились. А Семен на улице, оленя разделывает, скоро придет.
Киваю. Я думала их будет больше. Мысль о том, что девушка одна, а мужчин трое, я благоразумно глушу.
- Я - Ника. Рада знакомству.
Слепой качает головой, отворачивается к шахматной доске. Слышу бурчание:
- И чего только в комнате не сидится… Слон А четыре – Эф семь. Шах.
Он и вправду слепой? Фигуру переставляет за него Злата, и прежде, чем я успеваю придумать достойный ответ Слепому, она машет мне жестом, корчит лицо, мол не обращай на него внимание.
- Я все вижу, - говорит Слепой.
Она отрицательно мотает головой - не видит.
Я бы посмеялась, да вот после увиденного в подвале мне не смешно. Только собираюсь прямо спросить, что с Агатой, как ко мне подходит Дан, держа два бокала в руке.
- Расслабься, Слепой. Все зашибись, праздник же, ну. Часа через три будет луна, вот тогда и повоем. На вот, возьми, - всовывает мне в руку бокал с красной жидкостью и палочками корицы - глинтвейн. - А Ярый и Тонич - всё. Закрылись по бункерам. Час назад.
Злата деловито заправляет прядь волос за ухо, рубит слона конем. Рассеянно добавляет:
- И лазутчицу с собой взяли.
- Шах. Ладья дэ один – дэ восемь.
Падаю на ближайший стул. Машинально подношу бокал ко рту, глотаю пахучую жидкость. Глинтвейн обжигающе скользит по пищеводу, но я не чувствую вкуса. И тепла тоже.
Заставляю себя молчать. Хотя в мозги колючками впивается вопрос – зачем? Зачем они взяли Агату с собой?! Но что не убили, это радует, не все потеряно, значит я не ошиблась в них, так что можно держаться плана.
Слепой вздыхает:
- Человек в стае, куда смотрят древние.
Злата пытается пнуть его под столом ногой, но седой оборотень невозмутимо отстраняется, и она промахивается. Дан разводит руками:
- Он у нас перед полнолунием впадает в маразм, старик совсем. Помереть луна не дает, но и жизнь такая себе…
Слепой запускает в него пешкой. Дан ловит ее одной рукой перед самым носом.
Злата доверительно говорит:
- Ему около трехсот лет, он сам не помнит точно. Зато традиции в него въелись хорошо.
Воу. Отпиваю еще глоток. Почему я уже практически не удивляюсь?
- А Яру сколько?
- Сотня в этом году, юбилей будет отмечать.
- Шах.
Боже. А я сомневалась между тридцатью и сорока. Какой же древний муж мне достанется… Когда от первого избавлюсь.
- А Тони?
- Он не говорил. Но он младше Яра.
Я заметила. Надеюсь, не на десяток лет. А хотя бы на пятьдесят. Впрочем, я думала ему лет двадцать пять, не больше.
- Вы еще гномиху к нам притащите, для полного комплекта. Мда… Медведь, молодой Альфа, раненный, полукровка, предательница и человек. И то, медведь и Альфа ушли. Из-за человеческой девки. И всех защищать кто будет, если что-то случится? Дряхлый, слепой волк. Хотя есть еще Семен…
Невозмутимо пью еще. Ворчанием старика меня не напугать. Я-то думала, меня на части разрывать будут, а тут, оказывается, меня на дух не переносят. Мне его компания тоже не нравится, но что поделать, раз в одной лодке оказались.
Пусть говорят.
- Слепой, - не выдерживает Злата, – Ника - истинная Яра и Тони. Магическая одаренная. Опять забыл? Хотя бы ради себя помолчи, а? Перейдем через портал - снова молодость вспомнишь. Будешь как волчонок скакать...
Дан отходит от стола, достает из кармана портсигар, выщелкивает сигарету, и, вставив ее в зубы, говорит:
- Другой мир… Объединение кланов. Полноценный оборот. Магические плюшки. Иногда я думаю, у меня тупо инстинкт стаи, рваться за всеми. Потому что вот прямо сейчас, под луной, в хорошей компашке, я думаю. А нафига нам туда? И здесь хорошего много. Вдруг там хуже?
- Ну ты чего, Дан? Много раз обсуждали же. Здесь технологии вытеснили магию. А там…
Злата начинает увлеченно перечислять что там, а для меня все это звучит, как бабушкины сказки про лукоморье. Качаю головой. Замечаю, что Дан оставил телефон на столе. Пересаживаюсь туда, перекусить же надо.
А интересно, у кого ключи от бункеров? Если они вообще есть. Ну так, на всякий случай, чтоб знать. Злата, Дан и Слепой не очень подходят на роль хранителей ключей. Интересно будет посмотреть на Семена.
Злата торжественно заканчивает речь:
- … и семья, Тони же рассказывал. Представляешь, как он соскучился по жене? Они с самого детства вместе, а тут разлука!
- Шах и мат, - объявляет Слепой.
«Истинные не могут соврать»
«Есть кто-то, кто тебе дорог?»
«Конечно. Разве ты сомневаешься?»
Дыши.
Ровно. Спокойно. Глубоко.
Вот так.
Он ведь не обманул. Я сама домыслила, и сама сделала выводы.
Залпом опустошаю бокал и кладу затрясшиеся руки на стол. Затем сую их в карман.
Что со мной? Еще вчера я сбежать хотела, а сегодня разлетаюсь на мелкие осколки, от известия, что у Тони любимая жена, оказывается, есть. Но как так? Я думала, наличие истинной подразумевает, что всё – других быть не может по умолчанию. Но кто знает этих волков, как у них там принято. С истинной спит, а с женой живет и бегает по лесу? Рожает истинная, а воспитывает та, с которой он с детства знаком? У них ведь свои правила, традиции...
А у Яра что? Он ведь тоже про семью говорил…
Дан чиркает зажигалкой, глубоко затягивается. Отхожу к окну, опираюсь на подоконник, невидяще смотрю вдаль.
Слепой кашляет:
- Опять ты свою махру тянешь, тьфу. Пожуй ее еще.
- Все натуральное, расслабься, дед, пыхни тоже. Познаешь истину.
- Я, в отличие от тебя, волк, а не козел. И нюх забивать не собираюсь.
Они еще перепираются, но я не слушаю. Перед глазами все расплывается, фокусируюсь на сумрачных далях и заснеженных деревьях. Все такое прекрасное, красивое и волшебное. А мне подавиться этим волшебством хочется.
Слышу встревоженный голос Дана:
- О, а где мой телефон? Я ж его на столе оставил.
Ой, какая я растяпа. Автоматом прихватила чужой телефон, у меня такая же модель была, все никак не отвыкну, что мой собственный куда-то пропал. В кармане вибрирует. С сожалением достаю телефон, чтобы передать его Дану с глупыми оправданиями, как взгляд падает на входящее сообщение поверх экрана блокировки «Скоро будем. Все готово?»
Смотрю в окно и руки словно примерзают к подоконнику. Там, очень далеко, между деревьями видно движение и огни. Какие-то силуэты и тени с десяток штук.
- Вы еще кого-то ждете?! К нам кто-то приближается и их много!
Разом становится тихо.
Оборачиваюсь.
Дальше все происходит мгновенно, но как в замедленной съемке.
Дзиньк.
Бокал в руке Дана трескается, он впивается взглядом в свой телефон в моих руках, сигарета выпадает из оскалившегося рта.
Злата подносит ладонь к округлившемуся рту. У Слепого волосы встают дыбом, лицо удлиняется, приобретая черты волка. Он резким движением опрокидывает стол с шахматами.
Глаза сами по себе распахиваются, в ужасе замираю.
Дан подпрыгивает и резко разворачивается на звук кипиша, а Слепой, став каким-то двуногим полумохнатым чудовищем, оказывается у него за спиной.
Так быстро!
Этот оборотень, который только что сам не мог переставлять пешки, теперь двигается с такой скоростью, что мои глаза не могут уследить за ним!
Слепой с налету грудью сбивает Дана, тот падает, рычит, на нем рвется одежда, он тоже начинает превращаться. Злата подхватывает графин со стола и без раздумий принимает сторону Слепого: бьет Дана графином по голове! Дан замолкает, обмякает.
Только после этого Злата подскакивает к Слепому и взвизгивает:
- Что за…?! Слепой, зачем?
Он ей что-то хрипло и невнятно рычит, но, похоже, она понимает его. Ее глаза расширяются, она кричит что есть мочи:
- Сёма! Сюда! Охотники рядом! Это не азуры!
Слепой устремляется ко мне, лязгает зубами, хрипит. Я вскидываю руки вперед, в жалкой попытке защититься. Сейчас это полуживотное меня сожрет, и я ничего не смогу сделать, а Снежных нет рядом…
- Она не понимает! - Злата опирается руками на стол, ее тело сотрясают конвульсии.
Девушка поднимает голову к потолку. Пытается обратиться, но не хватает сил?
Слепой зависает на пару мгновений, его бьет короткая дрожь, он мучительно гримасничает, и лицо снова становится человеческим. Опасность словно преображает Слепого. Движения четкие, отточенные, выражение лица собранное и осмысленное. Рубаха в некоторых местах разорвана и висит клочками. Он сует руку в карман уцелевших штанов, достает связку ключей и конверт. Вручает все это мне. Говорит без намека на былое ворчание:
- Беги. Снегоход в гараже, вход через дальнюю комнату, за шкафом дверь.
- Но… Как же…
В кухню кто-то врывается. Оборачиваюсь, в глупой надежде увидеть Яра. Или Тони. Желательно в здравом сознании. Но нет. Это какой-то лохматый мужик. Не успеваю рассмотреть его толком, бестолково мечусь взглядом по комнате, не знаю за что зацепиться…
- Сём, готовься! – Слепой игнорирует мои лепетания. – Грядет славная битва. Открывай бункера.
Злата стонет:
- План «Б»? Хочешь выпустить оборотней с зовом? Яр же тебя убьет!
Слепой смеется коротким лающим смешком:
- Я готов сдохнуть уже давно. Не он, так кто-то другой. Охотники, инквизиторы, плевать.
- Ты серьезно? Это…
- Безумие? Стал бы я что-то делать без согласования с альфой, как думаешь, полукровка? - огрызается Слепой, возвращая себе маску ворчуна. - Они покрыли ее, так что сейчас у них будут другие инстинкты, как только почуют опасность. Они ее защитят, разорвут всех охотников. Тех, кто не попадет в ловушку.
- Но если Дан – предатель, и это он нас слил, то охотники знают о ловушке! - Злата выглядит такой же растерянной, как и Семен.
Не говоря уже о моем ошарашенном виде.
- Яр это предусмотрел. Ловушка не там, где думал Дан.
- Тогда зачем мне бежать? – подаю голос.
Слепой скалится и щурит незрячие глаза:
- А если они почуют тебя раньше, чем опасность? Даже если и нет… То после того, как они разделаются с врагами, они кинутся на тебя. И найдут, где угодно. На тебе их запах. Так что… Беги. Так быстро, как сможешь. Снегоход довезет тебя до столицы. Здесь есть короткая трасса. Увидишь. Потеряться в городе легче, да и столица сейчас должна быть чиста. Инквизиторы следят. Беги. Так далеко, как сможешь. Чтобы полнолуние кончилось раньше, чем тебя найдут. Это то, что велел сказать тебе медведь, если я не смогу передать письмо.
Каждое слово Слепого эхом отдается в голове. В сердце, в ушах, даже в кончиках пальцев - ритмы грядущей катастрофы…
Слепой смотрит сквозь меня:
- Ты все еще здесь?
Он шагает ко мне, на ходу покрываясь шерстью, и я отшатываюсь, сжимая в одной руке ключи и конверт, а в другой телефон.
Все так быстро и непредсказуемо! Адреналин распространяется по телу. Мышцы, сначала превратившиеся в кисель от нахлынувшего ужаса, теперь напрягаются, пружинят.
Я выбегаю в коридор, хватаю одежду, на ходу натягиваю, ноги в угги, и вперед – искать вход в гараж, подальше от происходящего безумия!
С трудом разбираюсь со шкафами, все в впопыхах, в полутьме. Но я справляюсь!
Руки трясутся. Дыхание с судорожными всхлипами.
И вот я в гараже, от которого одно название, деревянный хлюпкий сарай, даже пола нет, вместо него - утоптанный снег.
Рассматривать снегоход времени нет, подбираю ключи, мысли проносятся с лихорадочной скоростью.
Будто сама судьба против того, чтобы я была со Снежными! Да и они… Зачем я им? Будь я хоть трижды им Истинной. Они не ставят в известность о своих планах, не слушают, распоряжаются мной как хотят, оставляют на попечение другим волкам, которые не шибко-то мне и рады. И у них другие цели. Семья… Вряд ли они меня к ней относят.
А меня последнего члена семьи лишили.
Но почему-то, теперь…перед лицом опасности, все мои переживания становятся неважными. Потом разберусь!
Снегоход заводится и ревет, выжимаю газ и зажмуриваюсь, врезаясь в деревянную дверь на полном ходу. Ее вышибает и мне хочется завизжать! Но я лишь крепко вцепляюсь в руль, щурюсь от летящего снега в лицо.
Ух, как страшно!
Хорошо будет, если я сейчас в дерево врежусь!
Сердце колотится, барабанит по груди! Интуитивно нахожу тормоз.
Где тут дорога?!
Вижу впереди себя в отдалении силуэт, чуть не падаю со снегохода, потом понимаю, что это нечто лохматое и покрытое шерстью – Семен.
Видимо, бежит к бункерам!
А вот и они - впереди мощные запорошенные снегом конструкции, выглядят внушительно…
Значит мне в другую сторону!
Только я хочу развернуться, руль, как…
Бах!
Звук выстрела оглушает. Семен падает!
Он тут же вскакивает, но разворачивается не в сторону бункеров… А устремляется налево! Там за деревьями виднеются чьи-то силуэты…
Бляха! Нет!
На снегу блестят ключи. От бункеров.
Глубоко вдыхаю, будто пытаюсь вобрать в себя решительность и уверенность из морозного леса.
Нажимаю на газ.
Я сама выпущу своих Снежных монстров.