Глава 7

Брат?

Нет.

Нет.

Нет, не может быть.

Это слово молотками стучит в висках.

Виктор молча смотрит поверх моей головы.

Они двое так похожи. Чуть смоглая кожа, каштановые волосы, темные глаза.

Они братья.

Все трое.

Боже мой.

- Ох, - слева раздается перепуганный Викин выдох. - Ох, мамочки. Что будет.

- Николас, - зовет Виктор ледяным тоном. Не видит ни меня, ни Вику, взглядом казнит брата. - Иди сюда на пару слов.

- Девочки, я сейчас, - охотно соглашается Ник, и отпускает меня.

Он обходит меня, смотрю в его широкую голую спину. Натягиваю рукава его рубашки.

- Офигеть, - причитает Вика. Дергает меня, разворачивая к себе. - Как он нас нашел? Что он тебе сказал? Он тебя не бил? - сыпит она вопросы.

- Хуже, - мрачно отвечаю и смотрю на мужчин, остановившихся снаружи возле арки.

Он сказал, что я ему двадцать пять оргазмов должна.

Я и один-то не знаю, как сделать.

Трогаю губы. На них его поцелуй отпечатался, рваный и жгучий.

Он в памяти моей засел, основательно, напрочь.

- А этот второй, полуголый, кто? - Вика отошла от шока и внимательно разглядывает крупную подтяную фигуру Ника. - Брат его?

- Ты же слышала, - кутаюсь в его рубашку. - Вик, - упрекаю. - Куда ты пропала? Телефон нашла?

- Не успела, - бросает подруга не глядя. Смотрит на мужчин и облизывает губы. - До меня какие-то мажорки докопались, мол, шла и толкнула их. А они танцевали. И там одна охранника позвала. И меня увели. Хотели из клуба вышвырнуть. Но твой Ник пришел.

- Он не мой, - говорю шепотом.

Ловлю его взгляд, в котором пляшут веселые искорки и против воли слабо улыбаюсь в ответ.

Он стоит расслабленно, уперев руки в бедра, на которых болтаются рваные джинсы. Слушает Виктора, и стреляет в меня глазами.

Кажется, он самый младший. Свобоодный, чувственный, открытый, вечно в центре внимания.

Может, это судьба. И сначала мне надо было на двух его братьев нарваться, чтобы в итоге прийти к нему.

Он галантный. Заботливый. Готовый помочь. Настоящий мужчина.

- О чем они так долго треплются? - не выдерживает Вика. Она уже вовсю пританцовывает в такт музыке. - Я бы коктейль выпила, такая ночь сумасшедшая, фух. Только это, - она оглядывается в закутке. - Вон служебный туалет. Давай зайдем. Не могу уже терпеть.

Смотрю на черную дверь с табличкой. На братьев в проходе.

Они словно специально там встали, чтобы мои передвижения контролировать.

Но ведь Ник обещал дать телефон позвонить. И я поверила ему.

А если зря?

И мне бежать надо, как можно дальше, от этих брюнетов, распустивших когтистые лапы.

- Иди в туалет, - говорю подруге.

И, глубоко вздохнув, решительно шагаю к мужчинам.

Потребую телефон.

И поеду домой.

Николас

- У нас мальчишинк, - напоминаю Виктору и кошусь на лапушку.

Она вместе с рыжей подругой топчется там в закутке, волнуется. На щеках румянец, даже в полумраке вижу.

Ей идет моя рубашка, представляю ее в ней же, но у меня на квартире. Утром, когда она на кухне бекон жарит, а я подхожу сзади, задираю рубашку и беру ее, там же у плиты.

Я бы ее мог до вечера у себя оставить.

Или до следующего утра.

Какая из нее проститутка, у братьев что, глаз нет?

Тут что-то не то.

- Николас, становись в очередь, - отрубает Виктор, на правах старшего. - У Арона к ней претензии. У меня тоже

- Я ее не отдам, - спорю. Вижу отблеск раздражения в его глазах и усмехаюсь. - Ну что? Бить будешь?

Он не будет, он гораздо сильнее. У него тренировки ежедневно, ему по службе это нужно - всегда быть в форме.

И не в правилах Виктора нападать, когда силы неравны.

- Я не собираюсь с тобой спорить, Ник, - он покручивает ремешок часов на запястье, смотрит на меня исподлобья. - Я просто ее заберу.

К басам музыки примешивается слабый мотив - звонок его телефона.

Он шарит в кармане, бросает взгляд на экран.

- Да, Арон, - прижимает к уху смартфон.

Смотрю на лапушку, подмигиваю ей.

Она осторожно улыбается.

Решено. Как минимум, на сутки с ней зависнем. Сначала здесь, а потом ко мне.

Из дома уеду под предлогом съемок.

Всем странно, что мы с братьями до сих пор отчитываемся дома, как пацаны. Такова наша семья, у нас общий дом, традиции мы уважаем.

Но это не мешает нам иметь конспиративные квартиры. Ведь мы мужчины, мы любим секс.

- Ладно, - бросает в тубку Виктор и сбрасывает вызов. Смотрит на меня. И хмыкает. - Арон освободился с переговоров. Едет сюда.

- За лапушкой? - изгибаю бровь.

- Она проститутка, Николас, не надо в нее влюбляться, - недовольно заводит он, прекрасно знающий меня.

Я влюбляюсь махом, у меня такая натура, не бывает ничего просто так. Остываю еще быстрее, но это лишь потому, что свое еще не нашел.

- Ник, - сбоку звучит звонкий голос, и мы с Виктором оборачиваемся.

Алиса стягивает у горла воротник моей рубашки. Бросает затравленный взгляд на Виктора. И с надеждой смотрит на меня:

- Можно телефоном твоим воспользоваться?

Переглядываемся с Виктором.

За ней сюда едет Арон - и я не могу вид сделать, что этого не слышал. И по своему поступить не имею права, он мой старший брат, его слово первое.

- Позвоним, конечно, - ловлю ее за рукав рубашки, поигрываю ее рукой. - Только у меня телефон сел, Алиса. Но там, наверху, - киваю на лестницу. - Друзья мои. Мальчишник у нас. У них попросим. Подружка твоя где?

- В туалете.

- Отлично. Дождемся Вику. И вместе пойдем, чуть-чуть выпьем за здоровье будущих детей жениха.

Алиса

Поднимаемся наверх.

Вдоль этажа тянется резной балкон, толстые белые колонны упираются в потолок.

Шагаем мимо столиков. Чувствую на себе пристальный взгляд Виктора.

За Бентли он меня точно не простил. Пусть даже меня его брат под защиту взял и идет рядом.

- Шикарное место, - восторженно шепчет Вика мне на ухо. - И Виктор вроде не злится. Для него это стекло - ерунда. Он может прямо сейчас в салон пойти и любую машину купить. Видно же, упакован по полной.

Кошусь на Виктора.

Он не злится.

У него, вообще, лицо каменное, бросает взгляды на рубашку своего брата и явно хочет с меня ее содрать.

- Мужики, я с пополнением, - весело приветствует собравшихся за последним столиком мужчин Ник и подтакливает меня к мягкому дивану. - Это Алиса. И Вика. Пришли пить за здоровье твоих детей, Антон.

Жених окидывает нас недовольным взглядом.

Наверное, девушек на этом празднике не планировалось.

Но Ник беззаботно плюхается на диван и тянет меня ближе к себе. Он так невозмутим, что я уверяюсь - ему тут никто слова против не скажет, привел бы он сюда цыганский табор или слона из цирка - и все бы обрадовались.

Его здесь уважают.

И меня за этого мужчину берет невольная гордость.

- Что пьете, дамы? - Антон потирает руки и оглядывает заставленный бутылками стол.

- Это не дамы, - говорит Виктор и садится напротив.

Стреляю в него взглядом.

Рядом с Ником спокойно, моя зародившаяся было тревога отступает, он такой обаятельный, что просто не может быть грубым деспотом, как его братья.

- Можно мне какой-нибудь коктейль? - хлопает ресницами Вика и придвигается ближе ко мне. - Что у вас есть вкусненького?

- Виски с колой будешь?

- А давайте, - в ее голосе улыбка.

Ник ненавзячиво забрасывает руку на спинку дивана. Ощущаю, как его пальцы касаются моего плеча. Он меня почти обнимает.

Смотрю на Виктора, который наблюдает за нами, сощурившись, и краснею.

Какого черта со мной происходит не понимаю. Он меня в обезьяннике закрыть обещал. Майку мою дорвал, и мне пришлось с голой грудью по кустам прятаться. Он грубил, он пугал, он хватал…

А я его поцелуй на губах чувствую до сих пор.

Его взгляд огнем жжет, плавит внутренности.

Отврачиваюсь к Нику.

Тяну шею, и он замечает, тут же наклоняется ко мне.

- Что такое, лапушка?

- Телефон, - смущенным шепотом напоминаю.

- Позвоним, не волнуйся, - его рука падает с моих плеч мне на талию. Он притискивает к себе, уверенно, по-хозяйски. Сквозь рубашку ощущаю жар его голого тела. Его шепот опаляет ухо. - Выпьешь что-нибудь?

- Сок, - в горле першит, откашливаюсь.

- Может, виски, как Вике?

- Можно, - послушно соглашаюсь.

Чуть-чуть алкоголя не повредит. Успокоить нервы, они как натянутые струны, этой ночью едва не лопнули.

Ник отстраняется, ловко разливает по низким квадратным стаканам виски и плещет кока-колу. Двигает ближе к нам блюдца с лимоном и шоколадом.

- Угощайтесь, девочки, - улыбается он. И смотрит куда-то мне за спину. Хмыкает. И едва заметно кивает. - Вечер добрый, Арон.

- Так вроде ночь уже, - раздается над моей головой тягучий голос, он словно по рукам и ногам меня вяжет.

Резко оборачиваюсь.

Встречаю взгляд знакомых темных глаз.

И забываю, как дышать.

Этот хищник из сауны.

Он здесь.

Стоит в двух шагах от меня.

И неотрывно смотрит, глазами ест.

- Доброй ночи, Алиса, - говорит он негромко.

Обходит стол.

И садится на диван напротив меня.