Глава 17

Я была уже готова – даже волосы уложила в строгий пучок и водрузила на него шляпку, а парней все еще не было видно и слышно. Устав ждать, спустилась в гостиную, подошла к окну и увидела сверкающую лаком черную машину, украшенную алыми и белыми цветами. Честно говоря, больше всего это походило на катафалк, но… со своим уставом в чужой монастырь не ходят.

Я вышла на крыльцо и ахнула – во дворе стояли мои котики! В белых костюмах, с белыми рубашками и галстуками. В петличках красовались алые бутоны.

– Какие вы красивые! – искренне сказала я.

– Благодарим, либби Алена! – поклонились они.

– Едем?

Мне молча открыли дверцу.

Путь до местного ЗАГСа оказался довольно длинным, и я провела его, любуясь парнями и расхваливая Тихона. Незаметными деталями кроя он подчеркнул индивидуальность каждого котика, и теперь от них невозможно было отвести глаз.

Здание оказалось черно-белым, в обрамлении клумб с алыми цветами. Меня опять передернуло от сходства с похоронным бюро, но я сдержалась.

У дверей нас перехватил курьер и вручил мне коробки с ошейниками и браслетами. Держать в руках их было неудобно, так что упаковки подхватил внимательный Сеня.

Мы вошли внутрь и в том же черно-белом интерьере быстренько уведомили строгую даму в алом платье о своем желании стать семьей.

Поскольку ни гостей, ни родственников мы не пригласили, все прошло быстро и достаточно скромно. Меня спросили о согласии взять на себя ответственность за трех мужчин. Я ответила положительно. Котиков спросили короче и суше, но парни радостно закивали головами.

После всего мы расписались в амбарной книге с черно-белыми страницами, и служитель распечатал коробки с ошейниками. Сеня первый встал на колено на белую подушку, подставляя шею. Сглотнув, я взяла первую полоску выделанной кожи – серую, в прозрачных острых кристаллах, и застегнула на шее Семена. В ответ он поцеловал мне руку, а регистратор протянула мне тяжелый кулон на плоской цепочке. К этому кулону Семен прикрепил подвеску.

После Сени на подушку встал Тихон. Красавец-брюнет великолепно смотрелся в белом, и ему сказочно шел вишневый ошейник с черными кристаллами.

Не успела я щелкнуть замочком, как в помещение ворвалась Эстер:

– Клавдий! – завопила она. – Кот блохастый! Гад! Как ты мог! Немедля остановите церемонию!

Я, не останавливаясь, щелкнула замком и сунула в руки ошарашенного котика подвес. Пока регистратор успокаивала дамочку и выясняла подробности, Тишка дрожащей рукой закрепил украшение и, получив от меня поцелуй в лоб, уступил место Никки.

Рыжику досталась полоска зеленой кожи с желтыми камушками. Под крики Эстер мой кулон потяжелел еще больше.

Я прислушивалась краем уха к ее разборкам и поняла, что помешать уже свершившейся церемонии она не могла. Тем более Тихон ушел в поиск и привел на Мирис хозяйку. В этом случае брак считался чем-то вроде награды для рискнувших всем котиков. Мало их, оказывается, из поиска возвращается. Очень мало.

– Да я! Да я вас! – брызгала слюной Эстер.

Регистратор пыталась ее унять, а я повернулась и спросила:

– Либби Эстер, хотите с нами отметить это знаменательное событие? Ваш брат теперь женатый человек!

Она сверкнула глазами и разразилась тирадой, из которой я поняла, что теперь она с меня, паразитки такой, глаз не спустит.

– Очень жаль, что вы не хотите поздравить родственника в такой день, – печально вздохнула я.

Скрипнув зубами, Эстер вылетела из зала регистрации, как ведьма на метле, а мои котики проводили ее встревоженным взглядом. Регистратор вручила нам копию свидетельства о браке и отпустила с миром.

– Домой? – уточнила я у посмурневших парней.

Те переглянулись. Наверное, у них были планы как-то повеселиться, но…

– Либби Алена, нужно забрать запись регистрации, – подал голос Семен. – Вы должны уведомлять наших близких о главных событиях в нашей жизни. Помните?

– Подскажи, где?