Глава 1

Наутро после приёма дом герцога Крэйбонга долго спал.

Спал уставший вечером герцог, большую часть приёма проведший в курительной комнате, куда к нему заходили некоторые мужчины из гостей - обсудить кой-какие дела, да выкурить сигару под бокал-другой более крепких напитков, нежели те, что подавались в большой зале. Но какой бы вопрос тот или иной господин ни обсуждал с герцогом, не было, однако, никого, кто бы не высказал комплимента в адрес новоявленной в свете дочери герцога. Отцы взрослых дочерей нередко сетовали, что их дочь воспитана дома и поэтому избалована, а счастливые отцы взрослых неженатых сыновей весьма прозрачно намекали на желательность их брака с Долорес-Софией, и при этом обязательно деликатно интересовались размером и составом её приданого.

Спали сыновья герцога Брайан и Питер, каждый из которых находился в зале до самого конца приёма, а после отправился провожать одну из присутствовавших гостий, причём Питер вернулся домой уже под утро.

Спала многочисленная челядь, которая прислуживала гостям, потом почти до утра занималась необходимой уборкой, и теперь наслаждалась заслуженным выходным днём.

Спала и Дора. Волнение, которое она испытывала ночью, переживая детали прошедшего приёма, уступило место усталости только с рассветом.

Лишь около полудня дом понемногу стал заполняться шорохом шагов прислуги да звяканьем кухонной утвари.

Во время обеда, который по сути был завтраком, в покои герцога принесли традиционные газеты, а также письма. Письма, помимо деловых сообщений, содержали различные приглашения, которые всегда во множестве получал герцог и на которые обычно отвечал его секретарь вежливым отказом. Но сегодня было ещё два письма, имеющих иное содержание. Прочитав их, герцог хмыкнул и крепко задумался.

Дору разбудил звук, с которым Салли открыла занавеси в её спальне.

- Вам пора вставать, леди, время-то к обеду, вот я уже и чаю с булочками принесла, их светлость господин герцог-то уже проснулись да напомнить стребовали, что вам сегодня во дворец Его Величества идти ко двору представляться, и наряд для этого случая я в гостиной повесила, давайте я вам помыться да расчесаться помогу, а то после этих балов господа всегда уж такие усталые...

Отщипывая кусочки тёплой слоёной булочки и запивая их сладким горячим чаем, Дора чувствовала, что отчего-то совершенно не волнуется перед сегодняшним появлением при дворе короля. Ею владела эмоциональная усталость после перенесённой недавно волнительной бури. Но, конечно, это состояние не помешало ей в точности к назначенному времени быть готовой к новому большому событию в её жизни.

Если бы Дору спросили, какой наряд она сама желает надеть для того, чтобы предстать пред очами Его Королевского Величества Седрика Второго, она бы выбрала скромное синее платье, в котором впервые появилась перед своим отцом и братьями всего немногим больше пары недель назад. Это платье стало её любимым, в нём она часто посещала занятия с преподавателями, и оно казалось ей наиболее комфортным и соответствующим её внутреннему самоощущению. Но дворцовый этикет требовал, чтобы дамы появлялись в королевском дворце непременно нарядными, и радовали собой взоры членов монаршей семьи и представителей иностранных посольств, а также вдохновляли своей красотой многочисленных гвардейцев на наиболее рьяную защиту королевского двора.

По этим причинам Дора была обряжена в открытое светло-розовое платье, украшенное обильной сборкой. На руках были надеты короткие кружевные перчатки. Шею украшало красивое колье с камнями розового кварца в комплекте с серьгами и перстнем, надетым поверх перчатки. К запястью левой руки крепилась маленькая сумочка-ридикюль, которая была непременным элементом наряда дам, долженствующим указывать, что сия дама находится во дворце в качестве посетительницы "по делу".

В солнечном свете огромное здание королевского дворца казалось сделанным из золота и поражало великолепием. Широкие переходы и высокие арочные потолки внутри заставляли чувствовать себя крошечным, в сравнении с окружающим пространством. "Неужели кто-то может назвать этот дворец своим домом?", подумала Дора, "Кажется, что тут можно потеряться так, что и самого себя не найти".

Однако сопровождающий их служитель прекрасно ориентировался в этом образце изысканной архитектуры. Он проводил герцога и его дочь в приёмный покой Его Величества и оставил их ожидать приглашения. Зал, в которые они вошли через недолгое время, не был столь огромен, как ожидалось Доре, но всё же ей пришлось проделать определенный путь под руку с отцом по красной ковровой дорожке к возвышению, на котором стояли три больших кресла.

Центральное кресло с высокой спинкой занимал седой коротковолосый человек в тёмно-синем мундире с широкой голубой лентой через плечо. Справа от него находилась строгая сухощавая дама с очень светлыми волосами, обрамлёными диадемой из блестящих камней, и в короткой накидке из тёмного меха. В кресле слева сидел молодой мужчина с завитыми тёмными волосами, в одеждах из золотистой ткани.

- Его Величество Седрик Второй, Божьей милостью Король Бригантии, герцог Йоркский. Её Величество Анна-Присцилла, королева Бригантии, герцогиня Йоркская. Его Высочество наследный принц Адриан! - провозгласил придворный служащий титулы королевской семьи, стоя боком между креслами короля и Дорой с герцогом. Затем он сделал церемонный шаг, чтобы встать вровень с герцогом и лицом к королю, и продолжил:

- Его светлость герцог Бедфордский Витаус Крэйбонг с дочерью Долорес-Софией!

Дора низко присела в глубоком реверансе и поднялась, лишь когда услышала обращенные к ней с улыбкой слова короля:

- Ну-ка, посмотрим на это сокровище, которое вы, наш друг, прятали от нас до сих пор.

Дора слегка покраснела и приветливо улыбнулась в ответ.

- Мы уже наслышаны с утра о превосходном впечатлении, который вы произвели на вчерашнем приёме в герцогском доме, - продолжил Его Величество.

- Не на всех, - ехидно возразил принц Адриан.

- Да, некоторые наши дамы нашли вас излишне скромной и слишком явственной воспитанницей монастыря. Но я полагаю, - заговорщически понизил тон Седрик Второй, - Что в этом проявилась некоторая зависть к успеху у мужчин. Ведь в их глазах этот недостаток напротив, является большим достоинством, - усмехнулся он.

Королева после этих слов позволила себе лёгкий намёк на улыбку.

- Скромность у дебютантки - не такое уж редкое качество, - заметил принц, - Однако с третьего-четвёртого, а то уже и со второго бала мы можем наблюдать готовую светскую львицу в той девице, что ещё вчера напоминала монахиню. Впрочем, это и хорошо. У нас здесь всё-таки дворец, а не монастырь.

Раздались оживлённые смешки придворных, которые стояли вдоль стен. Высказывания принца явно ободрили их после обескураживающих слов короля.

Дора несколько испуганно посмотрела на принца, который так пристально и оценивающе разглядывал её, что ей захотелось скрестить руки и прикрыть ладонями свои обнаженные плечи; но она, конечно же, не сделала этого.

- В светскую львицу моя дочь сможет превратиться не ранее, чем выйдет замуж, - сухо ответил герцог, - До этого времени посещать балы и вечерние приёмы она не будет.

- Я всё же надеюсь, у меня будет возможность познакомиться с вашей дочерью поближе, - произнесла королева, - Я приглашаю её составить мне компанию завтра утром на прогулке в парке.

Герцог учтиво поклонился Её Величеству.

- Предоставляем маркизе Долорес-Софии Крэйбонг право появляться в королевской резиденции и посещать придворные мероприятия.

Этими ритуальными словами король завершил церемонию представления Доры ко двору. Отныне по своему статусу она официально вступила в высший свет королевства независимо от своих родных.