Моногамия — Часть 4 · Глава 8 | читать онлайн

Часть 4 · Глава 8

Глава 8

Тот, кто желает увидеть живого Бога,

пусть ищет его не на пустом небосводе собственного разума,

но в человеческой любви.

Фёдор Михайлович Достоевский

Band Of Horses - No One's Gonna Love You

Ещё через два дня мы сидели на тёплом золотом песке испанской Коста Бравы, залитом ласковым вечерним солнцем, моя голова на коленях у Алекса, он гладил мои волосы с нежностью, а я наслаждалась его запахом, тем самым который был особенным именно в этой части его тела. На берегу, почти у воды, резвилась молодёжь. Эти вчерашние дети, внезапно повзрослевшие физически, ребячились так, как можно только в самой ранней юности, не отдавая отчёта своим поступкам, не запихивая их в рамки приличий и благоразумности. Их окатывало холодной волной, они смеялись, толкали друг друга в воду, брызгались. Среди них было две влюблённые пары, которые то и дело отвлекались на поцелуи. Искренность их чувств, их молодость, их свежесть, их красота, та красота, которая бывает только в этом возрасте, когда юноши открывают в себе мужчин, а девушки женщин, всё это очаровывало меня.

Мне 40 лет, у меня трое детей, моё тело изуродовано шрамами, мои почки изношены, у меня начинают появляться морщины в уголках глаз, мой живот никогда уже не будет таким плоским и упругим, как у этих девочек. А Алекс всё такой же, каким был и в 25 лет, если бы не редкая седина на висках, сложно было бы найти хоть какое-нибудь отличие, ну разве с возрастом его плечи стали ещё шире, а глаза мудрее. Он такой же стройный, такой же крепкий, его смуглая кожа всё такая же упругая, только волосы он теперь стрижёт короче. Я подумала, о том, как много времени я потеряла, проживая их не рядом с ним.

- Знаешь, я так жалею о тех 5-ти годах…

Он молчал.

- А ещё у меня прям физическая потребность знать, каким ты был в 17-18 лет. Как бы мне хотелось увидеть твоё взросление, то, как ты из мальчика превращался в мужчину, как просыпалась твоя сексуальность. Ты же наверняка был красавцем, и девчонки бегали за тобой? - я улыбалась ему, пытаясь представить себе его 18-летнего. Он смотрел на меня сверху и тоже улыбался, потом резко поднял голову, и, глядя в даль, на море, очень как-то вкрадчиво, с таинственной улыбкой, вдруг сказал:

- Ну допустим, ты видела меня 17-летнего, почти уже 18-летнего…

Я вначале оторопела, но потом догадка осенила меня, и я сказала:

- Ну на видео это не совсем то, и тебе там не 17, а 15 лет. Ты там мальчишка совсем.

- Ты видела меня не на видео, - произнёс он ещё таинственнее, и снова посмотрел на меня, и в глазах его было что-то вроде триумфального оттенка. До меня совершенно не доходило, что за игру он затеял.

Алекс сообразил, что я не понимаю его и сказал:

- Ты ведь отдыхала в Крыму, примерно в 16 лет?

Coldplay - Always In My Head --- по кругу до следующей

Да, конечно, такое было. Мы ездили с родителями Артёма, тремя семьями, тремя машинами в Крым. В то лето мы впервые познакомились с ним, в то лето и начались наши отношения. Это было первое такое волшебное лето в моей жизни, я становилась девушкой. Артёму только исполнилось 17, мы праздновали его День Рождения прямо на берегу, я подарила ему какую-ту ерунду, наши родители остались доедать угощения, а мы пошли на дискотеку, и под звуки романтичной баллады его любимой группы он признался мне в любви … Как томительно и сладко это было, он впервые поцеловал меня и каким сладким был тот поцелуй, самый первый в моей жизни, ведь до этого меня никто не целовал. Меня словно качало на волнах счастья, нас обоих, этого невозможно было скрыть, и вся компания взрослых подшучивала над нами. Боже, как восхитительно это было… Эти сладкие воспоминания вызвали на моём лице улыбку. Алекс наблюдал за мной, потом очень тихо сказал:

- Помнишь праздник Нептуна? Молодёжь таскалась в сетках по пляжу, изображая морских тварей. Это было на пляже санатория с огромным красивым садом …

- Это был Карасан…

- Да, точно Карасан. Мы дурачились там, пьяные и счастливые. А потом пошли по побережью в сторону какой-то горы, за которой был дикий пляж, там ещё нудисты жили в палатках. И мы жгли там костры…

- Она называлась Медведь – гора … - мои глаза, я боялась, вылезут из орбит, откуда он знает всё это? Я помнила, конечно! Да точно, так и было, это был праздник Нептуна, и мы с Артёмом ходили смотреть представление, и это было чудесное действо, весёлое с конкурсами, в которых я хотела поучаствовать, но Артём не пускал меня, он всегда был против, как он выражался «любого кипиша». Тогда уже мне не нравилось, что он пытался манипулировать мной, приказывая, что можно делать, а что нельзя. Я была живее его, гораздо живее. После спектакля мы прибились к большой группе молодёжи, которая зажигала на пляже, и потом с ними же пошли смотреть «Бухту Анастасии» и дикий пляж. Мы жгли там костры, пели, резвились. Там было много юношей и девушек, все они были свободные, они отдыхали сами по себе, без родителей, они вели себя развязнее нас, смелее. Это завораживало меня, я впитывала всё как губка, то, как девушки заигрывают с парнями, то, как парни шутят и рисуются, для меня всё это было новым и таким увлекательным. Я была классической отличницей и ничего не знала кроме занудной учёбы в школе: математика, история, химия, экзамены. Да, в то лето со мной произошли огромные перемены, я бы даже сказала метаморфозы.

- Ты был среди них?

- Да, я был там – сказал Алекс, улыбаясь.

Но кто? Кто же? Я напрягла изо всех сил свою память, пытаясь возродить в ней события почти 25- летней давности. Догадка яркой вспышкой буквально ослепила меня. Я вспомнила: да, там был парень, красивый, широкоплечий, он был сердцем всей этой шайки юных потребителей наслаждений, он был центром всех происходивших событий, генератором безбашенных идей и глупостей. Девчонки вечно висели на нём, всегда кто-то торчал на его коленях или обнимал сзади. Я тогда подумала ещё, что такой классный мальчик ни за что не заметил бы меня, хотя мне это особенно и не нужно было, у меня итак как раз начинались отношения с другим, тоже очень симпатичным мальчиком, и который уже успел всю меня исцеловать. Я попыталась разглядеть его получше, и вспомнила, каким красивым был его совсем юный, едва только сформировавшийся торс, он был таким стройным, но уже широкоплечим, и с такой тонкой талией, что и без того небольшие красные шорты всё время спускались чуть ниже приличного, а он их то и дело подтягивал. Парни играли в волейбол на пляже, и когда он поднимал руки вверх, чтобы забросить или поймать мяч, девчонки пищали и болели все за него одного. У него были длинные волосы, завязанные в хвост, а это мне уже не нравилось. Ещё у него была серебряная серёжка в ухе, я точно помню, она была в виде креста с камнями и она добавляла ему модности и шарма.

Я посмотрела на левое ухо Алекса, да там было что-то вроде следа от прокола, но уже едва заметно. Я не верила своим глазам, я не видела никогда у него этот прокол, я не замечала его.

На запястьях у него были накручены какие-то кожаные шнурки или кожаные ленты, тогда так модно было. И на нём не было никаких татуировок. А когда жгли костры, он пел под гитару невероятно красивым голосом, и тогда мне так замечталось, чтобы он был моим парнем, но я подумала, что среди всех этих смелых красоток, он не то, что не выбрал, но даже и не заметил бы меня. А я там была… была в объятиях Артёма, который не отходил ни на секунду, не выпускал меня из своих рук и постоянно ныл, что хочет уйти, что хочет остаться со мной наедине. Ни о каком сексе не было тогда и речи, мы были детьми совсем ещё, может не физически, но в головах своих мы были дети. Секс в моей жизни случится гораздо позже. Но тогда мы без конца целовались, и Артём, влюблённый, с огромными блестящими глазами не мог оторваться от меня, и для него я была самой красивой и желанной, и мне это нравилось, так нравилось!

Когда только рассветало, красивый парень предложил прыгать в воду с обрыва. Он прыгнул первым, и это было не просто красиво, это было сногсшибательно, эффектно, сексуально: он снял резинку с волос, и они рассыпались по его плечам шикарной тёмной волной. Потом он разбежался, и они развевались сзади невероятно красиво, подпрыгнул вверх и, поджав ноги, изменил совершенно своё положение в пространстве, так что голова оказалась внизу, он вытянул руки стрелой и его тело, пролетев метров 20-30, изящной изогнутой линией вошло в воду, практически не подняв брызг. Вскоре он вынырнул, улыбаясь, как дельфин из воды. Остальные ребята, увидев, что он цел и невредим, тоже стали прыгать в воду.

Мне неудержимо захотелось тоже прыгнуть. Артём стал отговаривать меня, и сказал, что это полнейшая глупость, что если сделать что-то не так, можно разбиться о воду, ведь она плотнее бетона с такой высоты. Но я подумала, что мне вряд ли доведётся ещё когда-нибудь переживать всё это. Страх и азарт манили меня, адреналин кипел в моей крови, и, вырвавшись из его рук, я разбежалась и прыгнула прямо в шортах, ногами вниз, вытянулась ровной струной, скрестив только руки, чтобы не удариться грудью, ну и чтобы у меня не слетел купальник. Я вошла в воду легко, мне не было больно, я всё сделала правильно, и это было восхитительно … Да, я помню, до сих пор помню, как лечу совершенно свободная, счастливая, как мои ноги разрезают прозрачную голубую воду, как она проносится мимо меня слоями, как темнеет, как страх и волнение смешиваются с радостью в моём сердце …

Но я ушла так глубоко, что как не гребла, поверхности не было, всё это происходило в какие-то мгновения, но я успела испугаться. Вдруг почувствовала, как кто-то тащит меня быстро наверх, схватив за запястье, я вынырнула, хватая жадно ртом воздух. Из девчонок больше не прыгнул никто.

Я повернулась и посмотрела на Алекса, он улыбался, наблюдая за переменами в выражении моего лица, за тем какими эмоциями отражаются на нём воспоминания.

- Это был ты? Твоя рука вытащила меня тогда?

Он улыбнулся ещё шире, но не отвечал, он был счастлив, что я всё это вспомнила.

Просто невероятно, это был ОН! Как я могла забыть всё это, как я могла не узнать его? Я плохо помню его лицо, только то, что у него были красивые глаза, красивейшие и длинные волосы… Может это они сбили меня с толку, поэтому тот парень и Алекс никогда не связывались между собой в моей памяти… Я всегда думала, что мы всретились, когда мне было 23, а ему 25! Сказать, что я была ошарашена, значило ничего не сказать. У меня был шок, и он был написан на моём лице. Алекса, казалось, это забавляло.

-Так это был ты?! А ты… ты знал всё это время и ни разу мне не сказал?

- Я всё ждал, когда же ты сама вспомнишь – он улыбался, его это очень забавляло. Мой неподдельно искренний шок стал наслаждением для него, он явно не один год ждал этого момента. – И я думал, ты правда вспомнила тогда, когда постриглась в свой День Рождения, так же точно как в 16 лет. Твоя косая чёлка едва не свела меня с ума!

- Ты поэтому так разоткровенничался тогда?

-Скорее, расчувствовался. Я подумал, раз ты всё вспомнила, значит не всё ещё потеряно, и у меня остались шансы.

-Но я ничего не вспомнила!

- Это было уже не важно, потому что, то, что мне нужно было, я выяснил.

- И что это?

- Что я нужен тебе.

Он смотрел на меня серьёзно, собранно, без тени иронии.

- Постой, но те ребята, они тебя иначе называли, не Алекс …

Теперь он опять улыбался, и это уже раздражало меня. Господи, как же они называли его…

- Ну, давай же, вспомни!

Я не могла никак вспомнить и злилась, и тут меня осенило:

- Ветер! Они звали тебя Ветер!

- Ну, и ты думаешь, меня родители назвали Ветром?

- Нет, конечно.

- Нет, конечно! Они назвали меня Александр, а Ветром называлась моя яхта, на которой я приплыл в Крым, и мы зависали на ней весь июль. Они называли меня именем моей яхты.

Да, точно, там была парусная яхта, и они жили на ней. Но мы с Артёмом видели её только раз и издалека, хотя они звали нас кататься, мы больше никогда не встречались с ними. Артём не хотел общаться с этой компанией и не давал мне, а я так хотела этого, ведь с ними было так весело! Вместо этого мы занудно гуляли вдвоём, всё время целуясь, и мне это быстро надоело. Тогда я думала, что мне просто скучно, и поэтому так тянет к тем ребятам. Теперь, оборачиваясь и глядя через все эти годы назад, я понимаю, что на самом деле причина была другая: среди них был один человек, который очень нужен был мне. Это к нему меня так тянуло, затягивало, но руки другого так крепко сжимали мои, не отпуская, что попасть туда мне было практически невозможно.

Мы молчали какое-то время, каждый погрузился в свои воспоминания юности. Я спросила его:

- Скажи честно, ты заметил меня тогда? Обратил на меня внимание?

Глупо было ожидать от него вразумительного ответа, он на менее провокационные вопросы не даёт ответов, только отшучивается, а на этот уж тем более.

- Тебя, вернее вас, сложно было не заметить, вы всё время целовались - он опять улыбался, но совсем чуть-чуть. Я знаю эту улыбку очень хорошо, это «улыбка – пряталка». Он всегда так улыбается, когда прячет свои чувства или эмоции.

- Допустим, но ты меня выделил как-нибудь, я понравилась тебе?

- А я тебе?

- Ну, у меня в голове тогда был другой мальчик, ты же знаешь.

- Ну, и у меня в голове тоже была девочка.

Я вспомнила, что он сказал про яхту, и спросила:

- Ты приплыл на той яхте сам?

- Нет, с девушкой.

- Вы были влюблены?

- Наверное, - он ответил как-то таинственно, вкрадчиво, вкладывая в это «наверное», какой-то «особый» смысл. Алекс вообще любил говорить намёками и головоломками, которые мне чаще удавалось разгадывать, но бывало и такое, что я только делала вид, что поняла его. В такие моменты, как этот, когда мне особенно хотелось правды и чёткости, искренности, меня эта его черта только раздражала. Я не понимала, почему нельзя просто сказать прямо! Но в этом был его особенный шарм, как раз то, что так влекло меня, его загадочность, глубина и неповторимость. Я вдруг поняла, что он никогда не будет для меня прочитанной книгой. Неизвестно, сколько ещё тайн и невероятных событий, произошедших с ним, спрятано в его памяти. Он выдаёт мне их порциями, всякий раз переворачивая моё сознание, как сегодня, например.

- И откуда вы приплыли?

- Из Испании. В то лето я только вступил в наследство, купил яхту и решил познакомиться с родственниками матери и отца, которых никогда не видел, потому что они жили на другом континенте.

- Ты переплыл Средиземное море на яхте? Оно большое!

- Да, это была та ещё глупость, - он засмеялся. - Мы попали в шторм и едва не погибли с той девушкой. Просто некому было вправить мне мозги. Но обратно мы уже полетели самолётом, плыть не было желания ни у меня, ни у неё.

У меня аналитический ум, я запоминаю детали и анализирую их, я никогда не принимаю просто события и явления, я всегда ищу их объяснение.

- Когда я вынырнула, вокруг были другие ребята, тебя среди них не было.

- Ты невнимательно смотрела, - теперь он широко улыбался.

- Тебя точно среди них не было, потому что я думала, что это мог быть ты, но потом я решила, что всё-таки не ты. Тебя не было там!

- Ты смотрела сверху, над водой, а я был под ней, - он улыбался так широко, что меня это злило, до того момента, пока он не сказал следующее – я держал тебя за бёдра, и толкал вверх пока ты не отдышишься. Ты не помнишь?

- Нет … я не поняла что меня держит кто-то …

- Ты совсем выбилась из сил, я помог тебе просто. Ты отдышалась и дальше уже могла плыть сама к берегу. Просто я не сразу вынырнул, а чуть позже тебя.

Я была шокирована. Он держал меня за бёдра, а я даже не заметила этого, видно я здорово всё-таки успела перепугаться.

- Никто не понял тогда, что я тонула. Почему ты вытащил меня так … тайно? Это же поступок, это всем понравилось бы. Только ты сообразил, что я не смогу выплыть!

- Сообразил, потому что ты была девочкой. Я не рассчитывал, что девчонки тоже решатся прыгать. На самом деле, я поступил не очень честно, я занимался прыжками в воду профессионально и знал, что ничем не рискую, в отличие от остальных. Ты сделала всё правильно, но любому, кто занимается прыжками, было бы ясно, что тебе не хватит сил выплыть, там была слишком большая высота, и ты слишком глубоко ушла в воду, потому что не под углом, а прямо. Если б ты была парнем – ты бы выплыла сама, как остальные. Счастье ещё, что ты не ударилась о камень под водой, я боялся именно этого, когда увидел, как ты прыгнула.

- Это всё понятно, но почему ты сделал это тайно от меня, я даже не знала, кому спасибо говорить!

Он молчал и больше не улыбался.

- Так почему?

- Я боялся.

- Чего?

- Боялся выдать себя, - сказал он медленно. – Я знаю себя, по моим глазам меня можно читать, что ты и делаешь успешно пол жизни. Я бы сказал профессионально.

- Не поняла, что выдать?

- То, что впервые в жизни родилось во мне, будоражило и тревожило меня, и было такое … сладкое …

Мне хотелось спросить, что это, но я знала, ему это не понравится, он любил, чтобы я сама догадывалась. Но я сомневалась, я не верила, это не могло быть правдой, просто не могло. Поэтому я очень осторожно спросила:

- Так ты всё таки заметил меня?

-Заметил, - он улыбнулся опять, только уголками губ.

- Но, ты же сказал, ты был влюблён в другую девочку.

- Я сказал, что в моей голове была девочка, но я не сказал какая.

Повисла пауза.

- Только не говори, что это была я! После всех этих лет узнать, что ты влюбился в меня в 17 лет!

Он молчал, и уже не улыбался, мне стало ясно, что всё это не просто воспоминания для него. С ними связаны сильные переживания.

Adele I Miss you

Я закрываю глаза, я напрягаю всеми силами свою память, и вижу, да, я вижу то, что обязана была помнить, но почему-то забыла: мы выходим из воды, мы оба устали, он идёт немного впереди, склонив голову, потом останавливается и наклоняется, кладёт руки на бёдра, чтобы отдохнуть и отдышаться. В этот момент я равняюсь с ним, я вижу всё это словно в замедленной съёмке, я помню это, да, я помню свои чувства… Я вижу его смуглую шею, близко, ведь я прохожу мимо, и длинные, чёрные, мокрые волосы, прилипшие к его спине, он убирает их на бок рукой, и я любуюсь, как играют его молодые мышцы, потом место на шее у основания волос, оно мокрое, нежное, капли воды стекают, сверкая на солнце, и я чувствую невероятное желание прикоснуться к нему губами, именно губами… Мне только 16 лет, моя женственность только просыпается, я не понимаю, я стыжусь этого чувства, но бабочки внизу моего живота неумолимо щекотят меня своими тревожными крыльями, мне приятно и стыдно до ужаса, да я помню этот стыд… Он медленно, совсем легонько поворачивает голову и искоса посылает мне только один единственный взгляд, он не знает, что я тоже смотрю на него, и наши глаза встречаются … И я вижу его … Это он, это Алекс, это его глаза, янтарно карие зрачки, черные брови, ресницы, это его изгиб губ, его кожа, его плечо, юное, но сильное… Мышцы на его груди только набросали рисунок своего будущего рельефа… Господи, это он! Это точно он… Он красив, как Бог! А я … я забыла его…

Открываю глаза, смотрю на Алекса и вижу те же карие глаза, те же губы, те же брови, те же чёрные волосы. Это он, тот невероятный парень с пляжа, только теперь он старше на 24 года. Я приближаюсь к нему, поднимаю волосы у основания шеи и вижу то самое место, да это оно… Целую его …

Он говорит мне почти шёпотом:

- Помнишь, как ты посмотрела на меня? Там, у воды …

-Да, я помню.

- Тогда всё и случилось, - говорит он, целуя меня нежно в голову. – Но … я опоздал!

Jessie Ware Pieces

Чёрт возьми, он опоздал на одну лишь неделю! В тот день была ровно неделя нашего с Артёмом знакомства. Если б только эта встреча случилась чуть раньше, Господи, если бы она случилась раньше, как иначе всё сложилось бы! Я стала бы женщиной в его объятиях, как невероятно я перевернула бы эту страницу с ним вместе, как много и как восхитительно мы могли бы пережить тогда, когда мы были юными! Как много, как бесконечно много мы потеряли, пропустили!

Что-то сжалось во мне с болью, я почувствовала, как сожаления щипают мои глаза. Мой первый мужчина был не самым опытным любовником. Мы жили бурно, начало нашего брака прошло в ссорах и даже драках, а в то время, когда мы нашли с Алексом друг друга, секса между мной и мужем практически не было вообще. Но потом, уже после рождения дочери, в постели нам всегда было обоим хорошо, и это большей частью потому, что Артёму было более важно то, что чувствую именно я. Он изучал меня, экспериментировал, он стремился сделать всё идеально, и результат этих стараний не заставил себя ждать, я раскрылась для него в определённый момент, но произошло это далеко не сразу. Но я никогда даже приближённо не испытывала тех ощущений, которые были у меня с Алексом, с ним всё было иначе. И даже не потому, что желание рождается уже только от созерцания его тела, не потому, что в своих ласках он достиг мастерства, граничащего с искусством, а потому, что он делает это не только на физическом уровне, в этот момент будто занимаются любовью не только ваши тела, но и души. Я бы хотела сказать, что не знаю, как у него это получается, но это будет неправдой, я знаю. Он делает это глазами … Он смотрит, всегда смотрит, он изучает, он общается так, и я начинаю отвечать ему тоже. Я поняла это не сразу, а научилась много позже, он научил меня, не говоря ни слова. В начале нашей связи я занималась любовью с ним всегда с закрытыми глазами, потому что привыкла так. Лишь однажды он шёпотом попросил открыть их, хотя обычно никогда не говорит во время секса. Я послушала его, но снова закрыла потом, потому что не умела расслабиться иначе. Он больше не просил меня никогда, я сделала это сама много лет спустя, когда стала его женой, и тогда только я поняла, в чём был смысл, тогда впервые мне открылась вся магия любви с ним. Он делал это глазами, он будто проникал мне в душу и совершал в ней невообразимые, волнующие перевороты моего сознания, оно будто кружилось с ним в танце любви и нежности, он поднимал внутри меня гигантские, никем не тронутые до него пласты влечения и сексуальности. Делая вместе с ним эти открытия, я не переставала удивляться, сколько во мне всего тайного, скрытого, того, о чём я никогда не узнала бы, не будь его.

Вдруг Алекс сказал:

- Ты что-нибудь слышала о моногамии?

Конечно, я знаю, что это такое:

- Это явление, которое возможно и у людей и у животных, но классический пример это лебеди - они выбирают в юности только одного партнёра и проживают с ним всю жизнь. При этом известны случаи, когда после гибели одного из пары, второй умирал от голода, но фактически от тоски, потому что прекращал питаться именно после смерти своей пары.

Алекс смотрел мне прямо в глаза, и я поняла, что это был не вопрос вовсе, это было признание, трепетное, чувственное, выдержанное в течение многих лет, как дорогой коньяк. Столько лет он ждал, чтобы однажды открыть его мне!

Кто бы мог подумать, я не то чтобы не представляла себе, но более того, такая мысль даже и не могла возникнуть в моей голове, что всё было так восхитительно просто и невероятно романтично на самом деле. Не было ничего сложного в его чувстве, ничего запутанного, никакой извращённой или психологической подоплёки, ничего из того, что я так упорно искала на протяжении последних 17 лет. Я была потрясена… Я всегда подозревала в нём глубину, но моей смелости не хватило, чтобы вообразить себе, насколько на самом деле она могла быть таинственной, невероятной, необыкновенной и простой в то же время …

- И когда ты … всё это понял, ну, что мы уже встречались в Крыму?

- Давно.

- Насколько давно? Мне просто интересно, сколько ты скрывал это.

- Я не скрывал, я ждал, что ты сама вспомнишь.

-Так когда?

- Мне не нужно было ничего вспоминать, я сразу знал что ты - это ты.

У меня опять очередная порция шока.

- Ты хочешь сказать, твоё появление в Кишинёве не было случайным?

Он засмеялся и сказал:

- Я бы сказал «не совсем случайным», - он смотрел на меня такими добрыми и лукавыми глазами. - Я работал в Кишинёве, ты знаешь над чем. Но из всех городов на планете я выбрал ваш, потому что надеялся найти тебя в нём. Всё, что я знал о вас, это то, что вы из Кишинёва. Конечно, ты могла бы уехать к тому времени, но я понадеялся на удачу, и мне повезло! Я мечтал встретить тебя, но встретил Артёма и узнал его сразу. Я подошёл и сказал «Привет, помнишь меня?», и он решил, что мы учились вместе, ну я не стал его разочаровывать, я подыграл ему. Потом мы напились, и он нёс какую-то чушь про свой класс, а я слушал и вспоминал, как вы всё время целовались. Вы любили друг друга, и … я завидовал вам. Но честно, мне даже в голову не пришло, что ты могла стать его женой. Вы же были совсем дети ещё, в таком возрасте люди встречаются и разбегаются по десятку раз. По правде говоря, мне только нужно было узнать у него, как найти тебя, но не пришлось, как ты знаешь. Я просто был ошарашен, когда увидел тебя. Ваш союз показался мне непотопляемым в тот момент, но я всё равно решил не сдаваться. И ты была в бешенстве и молотила меня полотенцем – он улыбался, вспоминая всё это.

- Так это было полотенце … - ответила я задумчиво.

- Ты и это не помнишь?

- Просто мне всегда казалось, что это было что-то потяжелее.

Я подумала немного, потом добавила:

- Так вот почему ты так навязчиво хотел общаться с нами, и с этим бельём заявился в 10 утра!

- Мне нужен был повод, и я не смог в тот момент придумать ничего более вразумительного. Но главное ведь результат! Помнишь, как ты варила мне кофе?

-Конечно!

- Ты стояла в коротких шортах спиной ко мне и бросала косые взгляды, а я уже едва держал себя в руках - так волновали меня твои бёдра, талия, твои распущенные волосы, плечи… Такого сильного желания я не испытывал никогда в своей жизни, и в тот момент решил, что добьюсь тебя во что бы то не стало!

Его лучезарная улыбка заливала весь пляж.

- Да ты добился своего, конечно … - я просто не могла поверить, сколько всего я передумала, а на самом деле всё было так просто.

- Соблазнить тебя было не так уж легко! Ты была такой серьёзной, строгой, недоступной. И мне, честно говоря, всё это было в новинку, ведь до этого момента женщины сами падали в мои объятья, и мне не нужно было прилагать каких-либо усилий. Это было интересно для меня и даже захватывающе! Ровно 43 дня потребовалось мне, чтобы добиться тебя! Но какие это были дни! Я чувствовал себя охотником, завоевателем, соблазнителем и это было так … волнительно!

Вдруг Алекс, опустив голову, добавил:

- Так же было и у моего отца, но мне, очевидно, досталась какая-то самая крайняя форма. Когда отцу было 17 лет, он путешествовал по Испании со своим другом, отцом Яна, к слову. Они куражились от души, как он рассказывал сам, познавали жизнь во всех её проявлениях... Однажды им довелось посмотреть деревенскую корриду, в местечке неподалёку от Барселоны. После этой корриды в деревне, как водится, был праздник с танцами, песнями, угощениями. И вот, мой отец увидел танец, который покорил его. Это был Фламенко - темпераментный, горячий испанский танец о любви, и исполняла его девушка с длинными чёрными волосами. Эти волосы, алая роза в них, её тёмные карие глаза, страстные движения её рук и её изящного тела запали ему в душу. Этой девушкой была моя будущая мать, и было ей всего 15 лет … Но тогда он только один лишь раз увидел её, а вернуться смог, когда ему исполнился 21 год. Целых четыре года он помнил её, но боялся, очень боялся опоздать. Однако, успел вовремя, мама должна была выйти замуж за другого молодого человека всего через две недели, но вместо этого сбежала из дома и обвенчалась с отцом в Церкви Сан-Висент в Тосса дел Мар, романтичном городе на побережье, около Барселоны. Мы были с тобой там, в той церкви и … и ты ответила мне «Нет»… А я так надеялся, что это место поможет мне…

Он замолчал на мгновение, но вскоре продолжил:

- Мой отец женился против воли своего отца, моего деда, поэтому не получил никакой помощи и остался без наследства. Им было нелегко какое-то время, особенно когда родилась моя самая старшая сестра, но скоро дед умер, и все равно отцу досталась его доля. У моих родителей было настоящее сильное Чувство, они жили страстно, рожали детей, они любили друг друга так, что им завидовали все вокруг. Много лет спустя, уже после их смерти, люди продолжали обсуждать их отношения, никому не давала покоя их история, которую они и не прятали ни от кого, но ни у кого не было ничего подобного. Когда они разбились, все, абсолютно все стали говорить, что их убила зависть людей. Так говорили даже те, кто сам им завидовал.

Алекс никогда ещё, сколько я знала его, не был таким искренним и открытым. Он молчал, глядя вдаль на море, молодёжь вся давно разбежалась уже, темнело, поднимался ветер, он нагнал сиренево-серые тучи, которые, нависая над нами, угрожали дождём.

Вдруг, я услышала его тихий, задумчивый голос:

- Только … я не знаю, зачем они оставили меня здесь … одного...

И я ответила ему сразу же, абсолютно не задумываясь:

- Не они оставили тебя здесь, это сделала твоя мать, потому что она знала, что где-то я уже родилась для тебя и жила уже целых три года, и что я буду ждать тебя всю свою жизнь, и что если ты не придёшь, это будет самая несчастная и самая пустая жизнь на всей Земле, потому что моя пара умерла бы раньше, чем поняла бы, что она пришла в этот мир, чтобы искать и найти меня…

Mikki Ekko Burning Doves (подходит идеально и по музыке и по смыслу так как в припеве we`re too young to die today we`re too broken to fly away)

От избытка чувств по моим щекам поползли крупные, горячие слёзы, а Алекс посмотрел на меня и я поняла, что истины, которые мы нащупали вместе, разворачиваются перед ним сейчас так же как и передо мной: ничто не случайно в нашей жизни, кто-то сверху присматривает за нами, дёргает за ниточки, нажимает на кнопочки, шепчет на ушко, тычет нам в сердце невидимой иглой, и мы вовремя понимаем, что девочка может утонуть, что этот кашель опасен, что нужно спеть песню, что измены быть не могло, что любимый сейчас вскрывает вены, что думает разбиться, что есть незамеченная рана, и если её не устранить, это существо, любимое и родное, то, которое назначено ему единственной парой не выживет, и тогда уже не выживет он сам … Ведь у нас было тоже самое, такая же Любовь безграничная, бесконечная, такая, которой все завидовали, которую пытались раздавить, разбить, разломать, сокрушить другие люди и мы сами, но ни у кого это не вышло, и вот мы рядом, на берегу… На наших телах шрамы, на наших сердцах рубцы, но наши души вместе, и мы счастливы бесконечно, безмерно…

Это невероятно, просто невероятно. Один единственный смелый, сумасбродный и совершенно иррациональный поступок в моей жизни, совершённый в пору безрассудной юности, изменил мою судьбу навсегда. Ведь, если бы я не прыгнула тогда, ему не пришлось бы спасать меня, наши взгляды не встретились бы там, в том тёплом Крымском море, и в его сердце не попала бы та единственная стрела, которая могла быть выпущена для него лишь один раз в этой его жизни … Я прожила бы всю свою жизнь с Артёмом, искренне уверенная в том, что познала все невероятные лабиринты и глубины чувства, называемого Любовью, что выпила чашу отмеренного мне счастья до дна, что вытащила в своей жизни тот самый единственный лотерейный билет …

Ответ на мой вечный вопрос «что он нашёл во мне?» вдруг пришёл ко мне ниоткуда: он не нашёл во мне ничего, потому что он и не искал. Я была определена ему кем-то сверху, и когда он увидел меня, он сразу это понял, как и я, в общем-то, узнала в нём того, кто предназначен мне. Я почувствовала тогда это всем своим 16-ти летним сердцем, я рвалась к нему, невидимая сила тащила меня, но чужие руки не отпускали. Когда мы встретились тогда, на том берегу тёплого моря, юные, искренние, чувственные, нам обоим не хватило смелости и опыта, чтобы сразу же схватиться за руки и никогда уже их не отпускать…

Конец

Mikki Ekko smile

Notes

[

←1

]

С самого начала , это была лихорадка

Холодный пот выступил на моём разгорячённом лице

Я вскинула руки и сказала: покажи мне что-нибудь!

Он сказал: если осмелишься, подойди ко мне ближе …

[

←2

]

Мы всё ходим и ходим по кругу,

Теперь скажи, скажи мне, ведь ты знаешь

[

←3

]

Не знаю, как быть с этим,

Но, что-то в твоих движениях

Заставляет меня думать, что я не смогу жить без тебя,

И это полностью затягивает меня.

Я хочу, чтобы ты остался.

[

←4

]

Не всё так уж гладко в твоей жизни.

Не то, чтобы ты это выбрала - тебе это дано.

[

←5

]

Так сами испанцы называют свою страну.

[

←6

]

Всем нравится то, что ты делаешь,

От твоей манеры говорить,

До твоих движений.

Все здесь смотрят на тебя,

Потому что ты чувствуешь себя как дома.

Ты как сбывшаяся мечта.

[

←7

]

Но если вдруг ты здесь один,

Уделишь мне минутку,

Перед тем, как я уйду?

Потому что я провела одна всю ночь,

В надежде, что ты тот, кого я когда-то знала.

[

←8

]

Ты выглядишь как будто из фильма,

Звучишь как песня,

Боже, это напоминает мне

Время, когда мы были молоды…

[

←9

]

Это круто!

[

←10

]

Это странно!

[

←11

]

Это неожиданно!

[

←12

]

Это отстой!

[

←13

]

Твой Алекс изменяет тебе прямо сейчас в комнате 389

[

←14

]