Глава 2

Я расположилась в кресле напротив Орлова и ловила себя на мысли, что, возможно, всю свою жизнь я провела неправильно. Иначе откуда взялось ощущение, будто я превратилась в серую мышь, которую вот-вот начнёт гонять по кругу особенно ленивый, хитрый кот? Орлов молчал. Уже две – нет, три минуты. Я украдкой посмотрела на часы, чтобы убедиться, действительно ли время тянется так медленно или мне это мерещится. Секундная стрелка тикала нарочито громко, словно издеваясь. Орлов, хитро прищурившись, продолжал изучать меня. Неспешно, не торопясь. Он явно наслаждался ситуацией. Ещё бы! Создавать неловкие моменты было его коронным номером. Он умел превращать тишину в изощрённое орудие пытки и сейчас активно этим пользовался. Когда я попыталась сесть чуть удобнее, юбка-карандаш предательски впилась в бёдра. Почему мне вообще показалось, будто строгая белая блузка и серый костюм помогут мне чувствовать себя увереннее? Сейчас я больше походила на школьную учительницу, которая пытается убедить родителей в своей компетентности, чем на сотрудницу, собирающуюся противостоять боссу. Моя попытка устроиться поудобнее не укрылась от Орлова. Его губы тронула сардоническая улыбка, от которой мои внутренности сжались. Он выглядел совершенно невозмутимо, будто был готов посвятить мне целый день. Чёрт возьми, я ему верила. Он взял ручку со стола и начал лениво нажимать на колпачок. Щёлк. Щёлк. Щёлк… Мои нервы начали сдавать. С трудом удавалось сохранить маску невозмутимости. – Раз уж вы так заняты, Даниил Петрович, давайте я вернусь позже? – отважилась нарушить тишину, изобразив на лице самую вежливую улыбку, на которую была способна. Брови Орлова едва заметно дрогнули. – Ты куда-то торопишься, Дарья Алексеевна? – Его голос прозвучал лениво, почти насмешливо. – Нет, хотя… – начала я, выпрямив спину. Правда, договорить не вышло, голос мне изменил. Дело во взгляде Орлова. Он задержался на моей груди чуть дольше, чем следовало. Мгновением позже он отложил ручку и открыл папку, лежащую на столе. – Почему ты посмела перебить меня на планёрке? Ты забыла про соблюдение протокола? – произнёс он, просматривая бумаги. Он вспомнил про протокол? Серьёзно? – Вы вели себя грубо, – выпалила я, прежде чем успела подумать, стоит ли продолжать с ним выяснять, кто прав, кто виноват. Орлов поднял на меня взгляд. На его лице появилось опасное выражение, от которого захотелось спрятаться под стол. – Грубо? Дарья, вообще-то это моя обычная манера общения. Чем сегодняшний день отличается от остальных, раз ты заметила мои недостатки? – Ничем. Я просто устала от вашего хамства, – ответила коротко. Уголки губ Орлова дрогнули. Недобродушно. Без намёка на веселье. Он улыбнулся той самой улыбкой, что не предвещала ничего хорошего. – Поэтому ты решила, будто можешь мне высказать своё недовольство? Мне? Твоему начальнику? – Верно, – ответила я, не спасовав. Он откинулся на спинку кожаного кресла и постучал тупым наконечником ручки по столу, продолжая сверлить меня взглядом. – Что ты хочешь доказать этим, Дарья? – Ничего. Я лишь хочу сообщить о своём увольнении, – произнесла на удивление спокойно. В этот момент Орлов впервые искренне удивился. Правда, растерянность оказалась короткой, едва заметной, быстро сменившись его обычной маской хладнокровия. – Увольнении? – безупречно невозмутимо переспросил он. – Ага, с сегодняшнего дня наше сотрудничество подошло к концу. Я ожидала чего угодно: унижений, едких насмешек, угроз. Вместо этого Орлов сидел и молча смотрел на меня. Потом медленно поднялся и скрестил руки на груди. – Напомню, ты не имеешь права уйти, не закончив проект. Ещё ты должна найти себе замену. – Я предвидела подобное. Постараюсь в кратчайшие сроки уладить формальности. – Ты столь в себе уверена? Взгляд босса стал мрачным. Тем не менее я не собиралась сдаваться. – Вы – лучший стимул. Постараюсь поскорее закончить с возложенными на меня обязанностями. – Я тебя услышал, Дарья. Посмотрим, насколько ты компетентный сотрудник. Хотя я знала, что разговор ещё не окончен, внутри меня поднялась волна облегчения. Я наконец-то сказала всё, что давно накипело. Теперь оставалось лишь выяснить, чем конкретно моя прямота для меня обернётся. Вы хоть представляете, каково сидеть перед человеком, который способен одним лишь взглядом превратить вас в пепел? Именно подобные чувства я испытала, когда Орлов медленно обошёл стол и встал напротив меня. Выражение его лица могло бы украсить обложку учебника по «Как держать подчинённых в ежовых рукавицах». Знаете, что действительно являлось самым странным? Внутри меня больше не было того самого прежнего страха, который обычно появлялся при его приближении. На этот раз я оставалась спокойной, как никогда. – Давай обсудим, Дарья Алексеевна, чем ты займёшься, пока ищешь себе замену, – поставил меня в тупик Орлов. Я выдохнула, стараясь не выдать лёгкую дрожь в голосе. – Здесь нечего обсуждать. Моя задача – передать свои дела коллегам и найти себе замену. Его взгляд скользнул по мне сверху вниз, будто он проверял очередной отчёт. – До момента твоего увольнения ты будешь подменять отсутствующих сотрудников. – Не имеете права переводить меня на другую должность. Подобного пункта в договоре нет, – прямо заявила я, изо всех сил стараясь не выглядеть чересчур самоуверенной. Глаза Орлова впились в меня. Взгляд монстра буквально сообщал, что он заметил добычу. Я почти физически ощущала, как его ум работает на полной скорости, пытаясь просчитать мой следующий ход. Кажется, я сдавала позиции. Понять бы ещё, где именно. – В договоре есть пункт о внесении изменений генеральным директором, – произнёс он, не повышая голоса, хотя мне показалось, что меня оглушили. – Стоило читать мелкий шрифт, Дарья. Стряхнув несуществующую пылинку с юбки, я постаралась выглядеть максимально непринуждённой. – Я настолько сильно задела ваше самолюбие, раз вы и дальше готовы терпеть меня? Он чуть наклонил голову, и на его губах появилась кривая улыбка, которая обычно означала, что кто-то из сотрудников скоро пожалеет о своём существовании. – Ты слишком невысокого обо мне мнения, Дарья. Не стоит недооценивать меня. – А вы, Даниил Петрович, недооцениваете мою решимость уйти из вашей компании, – заявила я. Он подошёл ближе, почти вплотную ко мне. Моё колено коснулось его ноги. Я невольно напряглась. – Напоминаю, тебя никто не держит. – Простите, я начала сильно сомневаться в ваших словах, – ответила я, запрокидывая голову. Орлов усмехнулся, но в его глазах промелькнуло нечто такое, от чего у меня по спине пробежали колючие мурашки. – Ты вновь пытаешься меня оскорбить, Дарья? Не советую заходить слишком далеко. С этими словами он развернулся и направился обратно к своему креслу. Я сидела, смотрела ему в спину и пыталась понять, что только что произошло. Похоже, я окончательно разозлила его. Он сел в кресло, взял в руки папку и сделал вид, что полностью забыл о моём существовании. Всё же я не собиралась сдаваться. – Если вы думаете, что ваши невысказанные угрозы заставят меня передумать и остаться, то вы ошибаетесь. Орлов поднял глаза и посмотрел на меня с таким видом, будто я только что предложила ему пойти на корпоративный ужин в костюме клоуна. – Угрозы? Дарья, о чём ты? Тебе стоит тщательнее подбирать слова в разговоре со мной. Иначе за последствия я не отвечаю. Понимая, что он пытается задавить меня своим авторитетом, я возмущённо вскинула голову. – Знаешь что, Даниил Петрович? – перешла я на «ты». Почему, раз ему можно, мне нельзя? – Давай ты оставишь своё высокомерное снисхождение для моей сменщицы, а меня оставишь в покое? Обещаю не попадаться тебе на глаза до моего последнего рабочего дня в твоей фирме. Ленивая улыбка скользнула по его губам. Он небрежно откинулся на спинку кресла и сложил руки за головой. – Не выйдет. Мой секретарь уходит в отпуск. Ты займёшь её место. – Она лишь неделю назад вернулась из-за границы! – Видишь, ты всё улавливаешь на лету. Из тебя выйдет сносный секретарь. Ирина Николаевна – женщина в возрасте. После дальнего перелёта ей нужно оздоровиться. Запиши себе где-нибудь: купить ей путёвку в отечественный санаторий. – Ты всерьёз собираешься избавиться от неё? – усомнилась я в его здравомыслии. – Ирина Николаевна вчера купила себе настольный календарь с запоминающимся заголовком: «Работа – моя жизнь». Ты хочешь лишить её этой радости? Орлов равнодушно посмотрел на меня. – Когда она вернётся из отпуска, я ей подарю другой календарь – «Работник года», – невозмутимо заявил он, потянувшись к телефону. – Ты всерьёз собираешься отправить её в отпуск только потому, что тебе захотелось? – Я почти задыхалась от возмущения. – Почему нет? – ровным тоном ответил он, нажимая кнопку вызова на телефоне. Ирина Николаевна появилась в дверях быстрее, чем я успела встать и повернуться к входной двери. Сил сидеть не осталось. Хотелось постоянно ёрзать на стуле. – Вызывали, Даниил Петрович? – её голос прозвучал безупречно профессионально. Да и её идеально выглаженный костюм и облик в целом соответствовали статусу помощницы гендиректора. Боже, эта женщина тянула на звание «Секретарь года». Мне её не заменить! – Ирина Николаевна, вы устали, – начал Орлов, не глядя на неё и продолжая просматривать документы на столе. – Простите, о чём вы? – растерянно обронила Ирина Николаевна. – Устали, – повторил он, не смутившись. – Собирайте вещи, вы уходите в отпуск с сегодняшнего дня. Возражения не принимаются. И нет, это не шутка. И да, я помню о вашем недавнем возвращении на работу. После дальнего перелёта вам нужно оздоровиться. Путёвку в санаторий за счёт компании Дашенька вам организует. Лицо секретаря выражало смесь недоумения и лёгкой паники. – Но я… – начала было она и не закончила. Орлов поднял руку, давая понять, что разговор окончен. – Ирина Николаевна, это распоряжение, а не просьба. Я стояла и ничего не понимала на пару с секретарём. Действия Орлова вообще законны? – Ко мне внуки на выходных должны приехать. На кого я их оставлю? – попыталась возразить Ирина Николаевна. Орлов даже не стал её слушать. Он ответил с неизменной непрошибаемой невозмутимостью: – Берите всю семью с собой. Вас разместят в нашем лучшем отеле. Компания не поскупится на ваш отдых. Вы заслужили. – Вы точно уверены, что я могу уйти прямо сейчас? – она замялась, явно не веря своим ушам. Он поднял глаза от бумаг, одарив её пристальным взглядом. – Абсолютно уверен. Не забудьте закрыть за собой дверь. Ирина Николаевна бросила на меня взгляд, полный растерянности. Она искала хоть кого-нибудь, кто подтвердит, что всё происходящее – не сон. Я, в свою очередь, пожала плечами, потому что и мне было сложно поверить, с какой лёгкостью Орлов сделал кадровые перестановки. Натолкнувшись на каменное выражение лица начальника, она горячо поблагодарила: – Спасибо за отпуск, Даниил Петрович. Ирина Николаевна выглядела ошеломлённой. Похоже, она собиралась без промедлений записаться к психотерапевту. Чуяло моё сердце, скоро мозгоправ понадобится не только ей. Я стояла вполоборота и смотрела на закрывающуюся за Ириной Николаевной дверь. Мозг категорически отказывался принимать происходящее за реальность. Секретарь, которая успешно держала компанию на плаву, отправлена в отпуск. А меня, человека, с трудом ориентирующегося в корпоративных лабиринтах, назначили на её место. Где логика? – Предлагаю обсудить детали, Дарья, – раздался голос Орлова, заставляя меня очнуться от размышлений и повернуться к нему. Он отложил бумаги в сторону и смотрел на меня. – Ты готова приступить к своим новым обязанностям? Я прищурилась и медленно выдохнула. Никакой паники или злости. Надо держаться. Сначала успокоим зверя, потом разберёмся со всем остальным. – О да, конечно, – протянула я с энтузиазмом. – Я всегда мечтала о карьере секретаря. Орлов не отреагировал на мой выпад. Он даже бровью не повёл. Что за человек? У него там нервы стальные? Или их вовсе нет? – Дарья, – начал босс. Он упёрся ладонями о стол, привстал и подался вперёд. – Не сомневаюсь, ты справишься. Быть моим секретарём намного проще, чем кажется. У тебя есть голова на плечах. Судя по твоим прошлым успехам, она у тебя не для красоты. – Спасибо за комплимент, – ехидно улыбнулась я, стараясь говорить совершенно спокойно. Для лучшего эффекта я вернулась к обращению на «вы»: – К сожалению, вы не учли одну маленькую деталь. Я понятия не имею, как работает ваша внутренняя кухня. Меня мои же коллеги сожрут заживо. Или потребуют моральную компенсацию в виде утренних пончиков за ваше зверство на планёрках. – Прояви старательность, с остальным разберёмся, – равнодушно ответил изверг, не проникшись моей новой головной болью. – Вы имеете в виду утреннюю доставку десертов, чтобы подсластить настроение сотрудникам? – Только если ты её оплатишь. Жмот! Я чувствовала, как у меня начинает дёргаться глаз. – Что вы тогда предлагаете? – Начать работать. – Его голос стал значительно строже. Похоже, я перегнула палку, и терпение Орлова иссякло. – А если я откажусь? – спросила, глядя ему в глаза. – Уволите? – И потерять ценного сотрудника? – он усмехнулся и поднялся со своего кресла. – Ни за что. Мне достаточно напомнить тебе про важный пункт в твоём трудовом договоре, чтобы ты стала гораздо покладистее. – Про какой пункт вы говорите? – О том, где тебе запрещается работать на конкурентов в течение года после увольнения. Неужели забыла? О нет! Он вылетел у меня из головы! Устраиваясь год назад в «Эверест», я ведь не планировала столь скоро увольняться. Нигде столько не платят, как здесь. – Выбирать тебе, Дарья, – равнодушно продолжил Орлов. – Или ты остаёшься, или… – Или что? – Или ты не получишь никаких рекомендаций и разрешения перейти в другую фирму, – завершил он с ленивой улыбкой, которая одновременно безумно бесила и пугала. – Ты уверена, что хочешь рискнуть остаться на год безработной? Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но вместо слов только шумно выдохнула. Вот же гад! Орлов знает, на какие кнопки нажимать. – Отлично, – пробормотала я, поднимаясь с места. – Тогда, надеюсь, вы готовы к тому, что я буду самым ужасным секретарём. – Дарья, дорогая, – его тон стал обманчиво бархатистым, – надеюсь, для твоего же блага, твоё здравомыслие возобладает над безрассудством. – Постараюсь держаться в профессиональных рамках и не переходить черту, – холодно бросила я, разворачиваясь к выходу. – Только запомните: вы ещё пожалеете, что не отпустили меня. Орлов промолчал. Он опустился в кресло и открыл новую папку с бумагами. На этом аудиенция завершилась.