Глава 2

Иссидорский сделал пас рукой, развеивая сферу, а Товель еще больше побледнел и съежился под тяжелым взглядом ректора.

— Итак, курсант Товель, если я правильно понял, Вы выбрали исключение?

— Лорд ректор, я маркиз и не должен подчиняться простолюдину, — вскинул голову окончательно обнаглевший Товель.

— Смею напомнить, Вам, что здесь Вы — курсант академии, а магистр Мальк — Ваш преподаватель и старший по званию, распоряжения которого Вы исполнять обязаны.

— Но…

— На первый раз, я даю Вам еще одну попытку выбрать, либо назначенное магистром наказание в полном объеме и прилежное поведение в дальнейшем, либо исключение. Вашему отцу я сообщу об этом досадном инциденте.

Товель совсем сник, повесив голову, после чего медленно опустился на пол и принялся отжиматься.

— Сто двадцать, сто девятнадцать… — невозмутимо принялся отсчитывать магистр Мальк.

Изнеженный аристократ ожидаемо не смог сделать и пятидесяти, рухнув без сил на пол.

Мальк скривился, отодвигая со своего пути тело.

— Остальное доделаешь в конце лекции. И не забудь, что тебя ждет гальюн после занятий.

Ректор с Иссидорским покинули аудиторию.

Вновь поймав на себе взгляд проректора, я улыбнулась, заметив как тот мне подмигнул.

Его вся эта ситуация явно забавляла.

Остаток лекции прошел без происшествий.

Товель вскоре поднялся и вернулся на свое место. Мальк продолжал невозмутимо рассказ о цистернах, а мы старались успеть все записать.

После произошедшего никто больше не рисковал мешать магистру или как-то проявлять характер.

В конце лекции Мальк оставил Товеля, заставив того все же доделать отжимания из-за чего маркиз опоздал на следующую пару и получил наказание.

Не задался у парня день. Впрочем, с его гонором и высокомерием жалко мне его не было.

«Основы погружения подводной лодки» ожидаемо вел декан.

Я мысленно приготовилась к издевательствам и устроилась на привычном третьем ряду.

Ярый женоненавистник прибывал не в духе после стычки с ректором и отрывался на мне.

Правда вняв предупреждению, он старался уколоть исподтишка, не прибегая к прямым оскорблениям.

Меня это вполне устраивало и я не обращала внимание на его потуги, внимательно слушая материал.

Не смотря на мерзкую натуру, предмет свой Вейл знал хорошо, во всяком случае теорию. Практику нам должен был преподавать другой магистр, что меня несказанно радовало.

— Погружением подводной лодки называется переход ее из надводного положения в подводное или изменение глубины погружения с меньшей на большую.

— Переход подводной лодки из надводного положения в подводное производится заполнением цистерн главного балласта, а изменение глубины погружения с меньшей на большую, как правило, ходом и горизонтальными рулями.

— Курсант Нейстрид, как принято называть погружение подводной лодки в два этапа?

Я вздрогнула, по инерции поднимаясь с места.

К счастью книгами по погружению я зачитывалась не один год и ответить на ряд вопросов могла. Тем более, начали мы с основ, изученных мною еще четыре года назад.

— Обычным погружением, декан Вейл.

Мужчина скривился.

— Когда оно производится?

Декана прервал стремительно вошедший в аудиторию проректор.

— Продолжайте-продолжайте, — махнул Иссидорский Вейлу, устраиваясь у окна напротив входной двери.

Декану его присутствие разумеется пришлось не по душе, но возражать он не посмел.

Иссидорский вскинул бровь, заметив, что я стою.

— Отвечайте на поставленный вопрос, курсант Нейстрид, — поторопил меня декан.

— Обычное погружение производится при вывеске, при дифферентовке в районах, стесненных для маневрирования в подводном положении, с учебными целями, а также по усмотрению командира подводной лодки.

— При обычном погружении какие цистерны заполняются сначала?

Я нахмурилась. Он решил меня по всему курсу погонять?

— Концевые цистерны главного балласта, затем средней группы при незаполненной цистерне быстрого погружения.

— Какие действия…

— Декан Вейл, Вы решили переложить свои обязанности преподавателя на курсанта Нейстрид? Не многовато ли вопросов на первой лекции курса?

Вейл скрипнул зубами, но лекцию продолжил.

Я в растерянности перевела взгляд на Иссидорского. Вейл разрешения занять свое место мне не давал, а значит я должна стоять, но как тогда конспектировать?

— Садитесь, курсант Нейстрид, — кивнул мне проректор.

Я послала ему благодарную улыбку и тут же уткнулась в свиток, так как Вейл диктовал еще быстрее Малька, ни на секунду не останавливаясь.

На ужин я пришла без сил, а нас еще ждала вечерняя физическая подготовка.

Без энтузиазма ковыряясь вилкой в изумительной мясной запеканке, я размышляла как мне со всем справиться и не вылететь благодаря усилиям дражайшего декана.

— Привет, ты Мэгги? А я Орн, это Тед и Дик, — на скамью подле меня опустились курсанты третьего курса моего факультета, если судить по нашивкам.

— Да, привет, — настороженно кивнула я, ища подвох.

— Мой брат, Сем, сказал ты отличилась сегодня на основах погружения? — продолжил все тот же Орн, принявшись за свой ужин.

— И за что тебя так невзлюбил Вейл?

— За половую принадлежность, — нехотя ответила я.

Брата Орна я помнила. Невысокий симпатичный мальчик, на год младше остальных. Он на лекциях сидел на ряд ниже меня.

— А, ну тогда понятно, — кивнул Орн.

Старшекурсники как ни в чем не бывало продолжили ужинать, переключившись на обсуждение каких — то общих знакомых.

Уходя, Орн обернулся ко мне.

— Мэгги, если понадобится помощь, найди меня, либо передай через Сема.

— Эммм, спасибо, я поняла, — растерянно промямлила я, удивленная таким предложением.

На физическую подготовку пришла чуть раньше остальных и устроилась на деревянных лавках по периметру полигона.

Из раздевалок вышли трое мужчин, один из которых проректор, а остальные по-видимому преподаватели физической подготовки.

Они рассмеялись какой-то шутке и выглядели так будто знают друг друга не один год.

Уже собираясь уходить, Иссидорский скользнул взглядом по полигону и, заметив меня, направился в мою сторону.

— Курсант Нейстрид, похвальное рвение к занятиям.

Я лишь пожала плечами, рассматривая двух подошедших с проректором преподавателей.

— Как Вам первый день?

— Соответствует моим ожиданиям, проректор Иссидорский.

Мужчина поморщился.

— Дениэл, не познакомишь нас с девочкой? Это ведь та самая? — расплылся в довольной улыбке темноволосый мужчина с легкой полуулыбкой на губах.

— Курсант Нейстрид, знакомьтесь, Ваш преподаватель по физической подготовке — магистр Соммер и по боевым искусствам — магистр Риал.

Первым склонил голову тот самый темноволосый мужчина, его приятель — русоволосый худощавый магистр напоминал гибкого и опасного хищника. Наверное, таким и должен быть преподаватель боевых искусств.

— Впечатлен Вашим утренним обменом любезностей с Вейлом, — подмигнул мне магистр Соммер.

Я прикусила губу изнутри, стараясь не покраснеть. Ответить мне было нечего.

— Курсант Нейстрид, зайдите позже к моему секретарю и заберите расписание дополнительных занятий по вводному курсу, — прервал друга Иссидорский.

Я лишь кивнула, по-прежнему настороженно смотря на мужчин.

На полигон один за другим подошли мои одногруппники и преподаватели вынуждены были прерваться.

— Ты не останешься? — глумливо поинтересовался Соммер.

— Говорят, ты теперь контролируешь преподавателей? — бросил на меня хитрый взгляд магистр.

— Не давай мне повод, — в тон ему ответил Иссидорский и скрылся в портале.

— Что ж, курсанты, давайте знакомиться. Меня зовут магистр Соммер и начиная с сегодняшнего дня мы будем с Вами видеться ежедневно. Как и с магистром Риалом. С основной частью — один раз в день, кому же потребуется более пристальное внимание — будет лицезреть нас еще и утром.

— А сейчас давайте узнаем, на что Вы способны.

Гоняли нас на совесть. Даже я, привыкшая к ежедневным изматывающим тренировкам к концу занятия еле держалась на ногах. Что уж говорить о некоторых изнеженных комфортом и достатком маркизах.

У аристократов в основном было непринято поддерживать хорошую физическую форму и в итоге дополнительные занятия были назначены всем кроме Сема и меня.

— Магистр Соммер, позвольте мне тоже посещать утренние занятия, — негромко попросила я преподавателя.

Мужчину мое предложение лишь порадовало и Сему ничего не оставалось как присоединиться к группе.

На лестнице он догнал меня, придерживая входную дверь.

Я кивнула, не в силах что-то говорить.

— У тебя замечательная физическая форма, занималась дома?

— Да.

— Для девушки — это редкость.

— Я всегда знала куда хочу поступить.

На этом наш диалог подошел к концу и я скрылась в своей «каютке».

После душа упав в постель, подвела итог, что в целом сегодняшний день прошел не так плохо, если не считать стычки с Вейлом. Но проректор явно не любит декана и помогает мне ему назло. А значит все должно быть в порядке.

На следующий день я на краткий миг пожалела о своем рвении, когда сползала на рассвете с кровати, намереваясь пойти на утреннюю физическую подготовку. Но тут же одернула себя, напомнив кем хочу стать и поспешила в душ.

Не заметив на полигоне Товеля посочувствовала маркизу. Долго его терпеть здесь не станут.

Сегодня магистры так не зверствовали и на завтрак я смогла дойти вполне бодро.

До обеда у нас стояли сплошь профильные дисциплины и практически все с деканом. Я мысленно застонала. Но виду не подала.

За столом ко мне помимо Сема присоединился его брат с друзьями. Я возражать не стала. Не хочу прослыть изгоем.

На «Дифферентовку подводной лодки» шла с опаской, а заметив мерзкую ухмылку на губах Вейла лишь убедилась в истинности плохого предчувствия.

— Курсант Нейстрид, прошу… — отвесил шутливый поклон декан, приглашая меня за кафедру.

Я обреченно вздохнула и спустилась к преподавателю.

— Расскажите-ка нам…

— Садитесь, — махнул рукой на курсантов вошедший ректор.

Завидев меня за кафедрой он также, как минуту назад я, вздохнул, одарив Вейла говорящим взглядом.

Декан напрягся, но отступать было бы неразумно.

— Что Вы успели прочесть из выданной Вам литературы, курсант Нейстрид о дифферентовке подводной лодки, — поджал губы декан.

Я выдохнула, собираясь с мыслями и принялась воспроизводить в памяти все, что читала об одном из основных моментов в работе оператора погружения.

— При плавании подводной лодки постепенно нарушается равенство между ее весом и силой поддержания (плавучести). Изменяется также вес носа и кормы относительно друг друга, что приводит к возникновению дифферентов.

Приведение остаточной плавучести и дифферента к заданным значениям путем приема (удаления) воды из-за борта в уравнительную цистерну и перемещения воды между дифферентными цистернами называется дифферентовкой, которую периодически необходимо проводить на подводной лодке, — я умолкла, размышляя ничего ли не забыла, а декан был вынужден отпустить на свое место.

Ректор проводил меня долгим взглядом после чего отвернулся к Вейлу.

В остальном пара прошла спокойно. Вейл подробно описал деффернтовку без хода и пообещал на следующем занятии устроить опрос.

На перерыве ректор что-то отрывисто бросил декану чем заставил того еще больше побледнеть и велел мне перед обедом зайти к нему.

Следующей парой была практика по дифферентовке, на которой мы должны будем решать различные задачи на дифферентовку.

Ее увы также вел декан и конечно же первая задача была моей.

— Итак, курсант Нейстрид, подводная лодка на прямом курсе идет малым ходом, держит постоянную глубину с дифферентом 0°. Кормовые горизонтальные рули переложены на всплытие 12°, носовые рули находятся на нуле. Требуется удифферентовать подводную лодку.

Декан махнул рукой и на доске появился рисунок к задаче, иллюстрирующий подводную лодку, у которой тяжел нос.

Подхватив магический маркер, я приблизилась к доске, принявшись рассуждать вслух.

Задача была не сложной, я такие примеры разбирала в прочитанных книгах, но присутствие декана нервировало.

— Кормовые горизонтальные рули создают дифферентующий момент на корму и топящую силу. Момент стремится создать дифферент…

Оборвав меня Вейл велел быстрее прийти к решению задачи.

Проведя необходимые расчеты, я озвучила декану полученные выводы, которые его конечно же не порадовали.

— Недостаточная скорость решения, курсант Нейстрид. Садитесь.

Я проглотила ехидный комментарий и вернулась на свое место. Терпение и еще раз терпение.

В глазах одногруппников я заметила проблеск уважения. Сем улыбнулся и незаметно для Вейла показал класс. Я улыбнулась ему и принялась конспектировать очередной пример.

К ректору я пришла с десятиминутным опозданием и разумеется из-за нашего любезного декана. Мужчина под конец устроил проверку конспектов и добрых пятнадцать минут распекал меня за неаккуратный почерк.

Кивнув секретарю, постучалась и вошла в знакомый кабинет.

— Проходи, Мэгги, садись.

Я устроилась в кресле напротив ректора, гадая что же ему от меня понадобилось.

— Меня радует уровень твоей подготовки. Преподаватели отзываются очень хорошо о тебе и я надеюсь так будет и в дальнейшем.

Я скептически хмыкнула, вскинув одну бровь.

— У декана Вейла на все свое мнение, не стоит брать его в расчет, — мягко добавил мужчина, заметив мою реакцию.

Я усмехнулась, но не стала комментировать.

— Именно об этом я и хотел с тобой поговорить. Вейл — отличный теоретик в своей области и найти такого же специалиста в кратчайшие сроки будет проблематично. Поэтому я прошу тебя об одном, прояви терпение. Взамен, обещаю, что обеспечу тебе достойную зимнюю практику. В остальном все будет зависеть от тебя. Но я обещаю, что поговорю с проректором и Иссидорский возьмет тебя стажером на свое судно на время зимней практики. К слову у них планируется весьма занятная миссия, — подмигнул мне ректор.

Ради такой перспективы я готова терпеть Вейла не один месяц.

Ректору не потребовался мой ответ, он и так все увидел на моем лице.

— Спасибо, ректор Девис, я буду очень стараться!

С этого дня я жила лишь мыслью о предстоящей практике на настоящем боевом судне.

Благо Вейл не знал о нашей с ректором договоренности и не осложнял более привычного мне жизнь.

На его занятиях я старалась молчать, уговаривая себя потерпеть. Прилежно учила материал, готовила домашние задания и работала на опережение, изучая предмет на курс вперед. По-другому ответить на дополнительные вопросы декана я бы не смогла.

К счастью практику по профильным предметам вели другие преподаватели и с этим у меня проблем не возникало.

Я могла спокойно отрабатывать на тренажерах и фантомах погружение, дифферентовку, всплытие и покладку на грунт судна.

С Семом и его братом у меня сложились вполне дружеские отношения.

Мы вместе сидели в столовой, они поделились с нами своими конспектами за первый курс и помогали разбираться с непонятными моментами.

На дополнительных занятиях с Иссидорским я гадала поговорил ли уже с ним ректор и что сам мужчина думает о моей практике на его судне.

Но проректор был все также вежлив, немного насмешлив и ничем не выдавал неудовольствие решением ректора.

Наши занятия были больше похожи на дружескую пикировку. Он все также звал меня Жемчужинкой, разумеется наедине, подначивал и заставлял отвечать ему в тон, не обращая внимание на разницу в положениях.

Я много узнала на его уроках, задавая бесчисленные вопросы выходящие за рамки вводного курса, но Иссидорский ни разу не одернул меня, пускаясь в длительные пояснения.

Отец ни разу не навестил меня за время проведенное в академии. В МАМе существовали специальные родительские дни один раз в месяц, когда родные могли прийти в академию и провести с нами целый день.

Через месяц после поступления ко мне приехал дедушка, чем несказанно удивил. Я полагала, что его участие в моей судьбе завершилось когда мы вместе вышли из банка. Но он задал пару скупых вопросов, сообщил, что дома все в порядке и ушел, но даже это было больше чем я ожидала от него и чем сделал отец.

Незадолго до окончания первого семестра и празднования перелома Зимы, в академию приехала мама.

Поскольку это был не родительский день меня позволение ректора поговорить с ней удивило. Все же в военной академии были весьма строгие порядки и режим.

— Мама? Здравствуй, что-то случилось?

— Нет, милая, я просто соскучилась по тебе, — также кротко улыбнулась мне мать как и когда я видела ее три с половиной месяца назад незадолго до поступления в МАМ.

Мама никогда не перечила отцу и не пыталась проявить характер. Она была слишком мягкой и доброй для этого. Я никогда ее не понимала. Она молча терпела вспышки отца, деспотизм свекра и несправедливости на работе.

Мы были слишком разные с ней.

— Как отец? Я думала вы приедете навестить меня.

— Прости, милая, он все еще злится и ждет твоего возвращения домой. Мэгги, дочка, ты достаточно проявила характер, уверена отец уже готов идти на уступки и не будет принуждать тебя к чему-либо, но тебе пора вернуться. Мы с отцом подобрали для тебя подходящую кандидатуру в мужья. Ты должна с ним познакомиться. И…

— Довольно мама, — оборвала я родительницу, не в силах больше выносить это.

Такого я не ожидала. Надеялась, что родители смирятся с моим выбором, примут его и не станут противиться.

Но я ошиблась. Они оказывается уже и брак мой решили устроить.

— Я не вернусь домой, не выйду замуж за выбранного Вами кандидата и не оставлю МАМ. Совсем скоро мне исполниться двадцать и я стану совершеннолетней. Ни ты, ни отец больше не можете распоряжаться моей жизнью. Я свой выбор сделала. И мне жаль, что Вы его не принимаете. А теперь, извини, у меня занятия.

По лестнице я спускалась практически не видя дороги. В глазах все двоилось от непролитых слез.

Закрыв за собой дверь, осознала, что это конец. Родители не смирятся, а я не уступлю.

Лишь уткнувшись в чью-то грудь, осознала, что оказалась на преподавательском этаже в административном корпусе, а придерживают меня за талию надежные руки проректора Иссидорского.

— Курсант Нейстрид, Вас не смущает, что сейчас идут занятия и Вы… Мэгги, ты плачешь? Что случилось?

Я вздрогнула от резкой смены его тона с насмешливого на обеспокоенный и ниже опустила голову, чтобы он не видел моих слез.

— Все в порядке, проректор Иссидорский, я пойду.

— Никуда ты не пойдешь, пока не скажешь в чем дело.

Меня втолкнули в портал и, усадив в кресло, опустились рядом на корточки.

— Снова Вейл?

— Что? Нет-нет, декан здесь ни при чем, — испуганно вцепилась я в рукав кителя Иссидорского, заметив, что он намеревается куда-то уйти.

Куда было не сложно догадаться.

— Тогда, что же случилось? Если Вейлу так и не удалось тебя ни разу довести до слез, кто же в таком случае смог это сделать?

— Я виделась с мамой только что.

— И? Что случилось?

Повинуясь его пальцам, сжавшим мой подбородок, я подняла на него заплаканный взгляд. Не отдавая себе в этом до конца отчета, рассказала мужчине и о том, что родители были против моего поступления и о том, как мне было обидно, что меня не навещают в академии и о разговоре с матерью.

— Что ты ответила?

Я почувствовала напряжение в голосе проректора и удивленно вскинула брови.

— Они не могут силой забрать меня из МАМа, к тому же я скоро стану совершеннолетней и принудить к браку меня уже не сможет никто. Только придется забыть о поездке домой на праздниках.

— Об этом тебе бы пришлось забыть в любом случае, Жемчужинка. Я не готов прерывать служебную миссию ради того, чтобы отправить своего стажера домой.

Это был первый раз, когда Иссидорский заговорил о предстоящей практике. Все это время я боялась, что Дениэл откажет ректору в просьбе взять меня на свое судно и лишь сегодня смогла выдохнуть с облегчением.

— Или ты передумала?

Я улыбнулась, покачав головой.

— Нет, конечно. Спасибо.

— Пока не за что, я надеюсь, ты докажешь мне, что я не зря поступаюсь своими правилами, не брать на борт не членов экипажа.

— Я буду очень стараться, проректор Иссидорский.

— Можешь мне поверить, там достаточно воды и без твоих слез, так что иди умывайся и бегом на пару к Вейлу. Не хочешь же ты лишить его удовольствия видеть тебя сегодня?

Улыбнулась, кивнув, и направилась к двери.

— И Жемчужинка…

Я обернулась, в волнении прикусив губу.

— Нет, ничего, можешь идти.

За три недели до окончания семестра меня от практики на судне Иссидорского отделяли лишь три зачета и два экзамена. И если за зачеты по вводному курсу, физической подготовке и устройству подводной лодки я не волновалась, то экзамены у Вейла обещают стать серьезным испытанием для моей нервной системы.

Декан так и не смирился с моим присутствием на факультете и жил казалось одной надеждой на предстоящие экзамены.

Правда меня немного успокаивал тот факт, что Дениэл будет присутствовать на обоих, но сдавать придется в любом случае мне.

Не смотря на серьезную нагрузку, я уделяла все свободное время учебе и это давало свои плоды. Я не могу позволить Вейлу завалить меня и лишить мечты стать оператором погружения, не из-за его глупого предубеждения уж точно, тем более, что на практике я превосходила в мастерстве даже второкурсников.

С ними я стала тренироваться, после нескольких занятий со своей группой на глазах у Иссидорского. Проректор пришел к выводу, что этот уровень я уже перешагнула и направил к курсантам второго курса.

Мой дар за эти три месяца раскрылся почти на треть и я успешно проходила миссии на тренажере, чем несказанно радовала магистров и ректора.

Как и полагала, зачеты прошли незаметно на фоне предстоящего кошмара с деканом.

Утром первого экзамена по основам погружения я на нервной почве не могла проглотить ни кусочка, нервируя своей бледной физиономией ребят.

— Мэг, прекращай, не съест он тебя. Ты блестяще владеешь материалом, ему тебя не завалить, — пододвинул ко мне порцию блинчиков Орн.

— Завалить можно любого, — отмахнулась я от норовящего скормить мне свою мясную запеканку Дика.

Сем тоже выглядел не особо радостным, но к нему Вейл вполне лоялен, в отличие от меня.

— С таким уровнем дара, ректор не позволит тебя отчислить, даже если ты вообще не будешь учить, — беззлобно добавил Тед.

Одна из причин, почему я общалась с ребятами было то, что не смотря на впечатляющий магический дар они мне не завидовали и не пытались уколоть из-за пусть и благородного, но недостаточно знатного происхождения.

Титула у родителей не было.

Другие же курсанты на нашем факультете предпочитали игнорировать меня, либо презрительно кривиться на очередную похвалу магистров.

Не став спорить, допила свой сок и направилась в аудиторию. Опозданий Вейл не спускал.

К слову Товеля до экзаменов допустили только после отработки всех нарядов, назначенных Мальком и публичных извинений перед ним.

Маркиз за эти месяцы, проведенные в компании швабры и туалетов, заметно присмирел. Тем более, что его отец в назидание лишил чадо карманных денег и запретил тому возвращаться домой на каникулах, велев посвятить время учебе.

Отвлекшись на мысли о вошедшем вслед за мной маркизе, я не заметила как появился декан.

— Нейстрид!

Я вздрогнула, бросив нервный взгляд на часы. До экзамена целых пятнадцать минут и ожидаемо проректора еще не было.

— Я жду! — рявкнул декан и мне пришлось подчиниться.

Сем сочувственно сжал мою руку и тихо пожелал удачи.

Это был самый короткий экзамен в истории МАМ.

Декан задал мне три вопроса один за другим и не дав возможности ответить, вынес вердикт — неудовлетворительно.

— Свободны, курсант Нейстрид, — довольно усмехнулся Вейл одновременно с входящим проректором.

Иссидорский не меньше меня был удивлен.

— Декан Вейл, Вы решили провести экзамен без меня? Опрометчиво, я не давал Вам подобных полномочий. Курсант Нейстрид, покажите Ваш билет.

— Мне были заданы устные вопросы, проректор Иссидорский.

— Вот как? И Вы уже успели подготовиться и ответить?

— Тот кто знает, не нуждается в подготовке, а курсант Нейстрид пришла на экзамен неподготовленной. Я уже внес ее отметку в ведомость, она может быть свободной.

— Это Вы можете быть свободны, декан Вейл и если не прекратите эту комедию, то совсем.

— Вы не ректор, Иссидорский, не забывайтесь.

— Я уполномочен проконтролировать Вашу работу с этой группой и в случае признания Вашей некомпетентности, доведу до сведения ректора необходимость освобождения Вас от занимаемой должности. Свободны, Вейл, экзамен я приму сам.

Возражать Вейл не посмел, лишь сверкнул ненавистным взглядом в мою сторону и вышел, чеканя шаг.

— Тяните билет, курант Нейстрид и идите готовиться, — устало кивнул на стол проректор, разминая шею.

Я посочувствовала мужчине. Наверняка у него есть куча других обязанностей, чтобы тратить время на нашу группу.

Вопросы попались несложные. Задачу на диффернетовку я решила быстро и первой вызвалась отвечать.

— Давайте, что там у Вас.

— Погружение на предельную глубину. В подводном положении подводная лодка может находиться на глубинах: перископной (7–9 м), безопасной (30, 40 м в зависимости от проекта лодки), рабочей и предельной. Рабочая глубина погружения — наибольшая глубина погружения, на которой подводная лодка может длительно находиться на ходу. Она составляет 70–90 % предельной.

— Довольно. Далее.

Я перевела дыхание и бросила взгляд на билет.

— Изменение глубины погружения подводной лодки осуществляется созданием дифферента, ходом и плавучестью. Если подводная лодка хорошо удифферентована, следует управлять только кормовыми горизонтальными рулями.

Носовые горизонтальные рули используются:

— при срочном погружении;

— на циркуляциях лодки;

— при наличии отрицательной плавучести;

— для создания дифферента при изменении глубины погружения;

— при движении под электродвигателями экономическим ходом.

— Довольно. Задачу решили?

Я кивнула, передавая Иссидорскому лист с решением и схематичным рисунком.

Пробежав решение взглядом, проректор задал несколько уточняющих вопросов и поставив высший балл, отпустил.

Я вышла в коридор, не веря своему счастью.

Ребята встретили в столовой одобрительными похлопываниями и подначиванием.

— Что, Мег, тебя можно поздравить с успешной сдачей?

— Как быстро в нашей академии разносятся новости, — беззлобно усмехнулась я, послушно принимая из рук Дика обед.

— Сем мне все уши прожужжал о том, как Иссидорский ринулся тебя защищать, кстати почему?

По понятным причинам я не делилась с ребятами новостью о предстоящей практике под началом проректора, но поскольку ход их мыслей начинает принимать нежелательный оборот, придется приоткрыть завесу тайны.

— Ты сейчас ведь несерьезно, Мег? Не хочешь же ты сказать, что согласилась на практику на Призраке? Да у Иссидорского, что не миссия, то спасение мира. Его же бросают только туда, откуда все предыдущие экипажи позорно бежали, либо даже не добежали.

— Может не доплыли? — ехидно вставила я.

— Не смешно, Мегги. О судне нашего проректора легенды ходят, ты хоть понимаешь как это рискованно? — поддержал Орна Тед.

— А Вы хоть понимаете какая это удача для меня — практика на Призраке? Я даже увидеть его не мечтала воочию, а тут целый месяц да еще и не просто на экскурсию прийти, а участвовать в настоящей миссии.

— Мег, мы беспокоимся о тебе.

— Я понимаю, и сама переживаю не меньше, но на судне буду лишь стажером. Внимательно наблюдать за работой профессионалов. Не стоит так серьезно воспринимать мое участие в этой миссии.

— Мегги, если миссия проваливается, гибнет весь экипаж, — еле слышно ответил Дик.

— Ваше мнение о моем профессионализме вдохновляет, курсант Бейн, но все же предпочту вернуться в целости и сохранности. У меня знаете ли есть еще дела в этом мире, да и у остальных членов моей команды тоже, — насмешливо ответил другу неслышно подошедший Иссидорский.

— Проректор? — я вскинула брови, пытаясь сменить неловкую тему и узнать, что понадобилось мужчине.

— Курсант Нейстрид, жду Вас через пятнадцать минут в своем кабинете.

Я кивнула поспешно приступая к обеду. Что-то мне подсказывает, что на ужин я могу не попасть.

Снабдив меня подробными инструкциями насчет того, что необходимо и чего не следует брать на его судно, Иссидорский велел идти укладывать вещи, так как хотел отправиться на рассвете.

— Поскольку праздничный ужин по случаю излома зимы я планирую провести в родовом поместье, ты отправляешься со мной.

Я задумчиво кивнула, изучая переданный список, но тут же вскинула голову, когда осознала услышанное.

— Но проректор, не думаю, что это хорошая идея… Быть может я побуду в академии, а сразу после праздника самостоятельно прибуду на судно?

— Во-первых на мое судно, как ты выразилась "самостоятельно прибыть" может лишь член команды. Во-вторых на все праздники я оставаться не намерен. Или ты передумала? — невинно вскинул правую бровь Иссидорский.

— Нет-нет, в поместье так в поместье, — поспешно замотала головой я, испугавшись, что мужчина откажется меня брать.

— Вот и отлично. Будь готова к назначенному сроку.

Кивнув, поспешила к себе. Сборы не займут много времени, но я еще хотела успеть к ребятам, которые праздновали окончание семестра в излюбленной таверне и настойчиво приглашали присоединиться.

К счастью я уже купила все необходимое и требовалось лишь правильно упаковать для транспортировки порталом.

Сменив форму на симпатичное платьице, я поспешила к друзьям.

— О, кто пришел, Мегги, мы уже и не надеялись, — отсалютовал мне кружкой Тед.

— Не могла же я позволить Вам уничтожить все сырные палочки, Вы кстати заказали мне жаркое?

— Обижаешь, — усмехнулся Орн, делая знак подавальщице.

— Итак, когда Вы отправляетесь?

— На рассвете.

— Так скоро? Значит ты не останешься на праздники? — погрустнел Сем.

— Нет, у проректора другие планы.

— Вот как… Он уже посвятил тебя в детали миссии?

— Думаю, этого я не узнаю даже на судне. Я ведь всего лишь стажер, не забывай. Да если честно, я не уверена, что всем без исключения членам экипажа известны детали. Впрочем, могу ошибаться.

— Соммер с Риалом тоже с Вами?

— Зачем?

— Мегги, милая, не думаю, что Иссидорский обойдется без своего старпома и стихийника, — как маленькой снисхоительно пояснил мне Орн.

— Хочешь сказать, ты не знала?

Я лишь покачала головой.

— Кто-то еще из его команды работает в МАМе.

— Мальк, — усмехнулся Дик, забирая у подавальщицы мое жаркое.

— Вот значит как… — протянула я, обдумывая услышанное.

— А про оператора погружения Вы что-нибудь слышали? Мне ведь по сути под его руководством практику проходить.

— Только то, что он есть, — пожал плечами Тед.

— Курсант Нейстрид, вот скажите, в каком месте оставленной для Вас инструкции был пункт о распитии горячительных напитков в таверне накануне ответственной практики на моем судне?

Я вздрогнула от раздраженного голоса Иссидорского за спиной. Он меня сегодня преследует?

— Это морс, проректор и я не планировала засиживаться, — спокойно ответила я, хотя на языке крутился ехидный комментарий, что он тоже не в постели накануне «ответственной миссии».

— Я в отличие от Вас не в-первый раз на подводной лодке и пришел сюда исключительно в поисках своего нерадивого стажера, — хмуро отмахнулся Иссидорский от мельтешащей вокруг него подавальщицы.

«Я что сказала это вслух?!», ужаснулась мысленно, поспешно застегивая куртку.

Несмотря на мой протест, мужчина бросил на столик несколько монет и подтолкнул к выходу.

— Иди, уже Жемчужинка, — устало выдохнул он и открыл дверь.

Проректор, а…

— Можешь звать меня по имени. На судне титулы не в ходу.

Я кивнула, стараясь не отстать и не сбиться с мысли. Титула быть может нет, а вот звания очень даже. Но спорить с Дениэлом не решилась.

— Почему Вы пришли за мной?

Мужчина бросил на меня быстрый взгляд, продолжая неспешно идти в направлении академии.

— Начиная с сегодняшнего вечера я несу за тебя ответственность и если с тобой что-то случится, мне с этим жить, — поучительным тоном выдал Иссидорский.

Не успела я придумать достойный ответ столь умелой отповеди как проректор продолжил.

— Так бы мне положено было ответить своему курсанту и стажеру, но я не стану тебе врать. Я заинтересован в тебе не меньше, чем ты во мне и моем судне. Не пройдет и пары лет, ты станешь одним из сильнейших и талантливейших операторов погружения и у меня нет причин упускать возможность сделать тебя членом своей команды.

Не смотря на то, что данный ответ устраивал гораздо больше, я все же немного расстроилась, но ни за что не признаюсь в этом даже себе.

— Вас не устраивает нынешний?

— Ты сама все поймешь, Жемчужинка, если конечно я в тебе не ошибся. А ошибаюсь я редко, — щелкнул меня по носу мужчина и подтолкнул к пропускному пункту.

— Иди, ложись, через четыре часа буду ждать тебя здесь же, — улыбнулся мне Иссидорский и, проследив, чтобы я вошла в здание, исчез в портале.

В назначенный час я вышла за ворота академии, где меня уже ждал Дениэл в сопровождении членов своей команды.

— Доброе утро, проректор, магистры, — кивнула я мужчинам.

— Доброе, Мегги, — подмигнул мне Соммер.

— Ты готова? — забрал у меня из рук вещи Иссидорский.

Я ответила, проследив за исчезнувшими в портале свертками.

— Тогда до встречи на судне, — кивнул проректор мужчинам и что-то негромко добавив, подал мне руку.

Перемещение было ожидаемо долгим. То, что родители Дениэла жили в провинции я знала, но Изумрудные леса все равно стали неожиданностью.

— Удивлена? — мягко улыбнулся мне Иссидорский.

— Да. Я столько читала про это место.

— Тебе понравится. Идем.

Дверь нам открыл невозмутимый дворецкий в белоснежной ливреи.

— Милорд, — склонил он голову, а затем оценив мой внешний вид, добавил.

— Леди.

— Бертрам, пусть займутся вещами. Родители в гостиной?

— Дениэл, сын, мы ждали тебя к ужину… — заметив меня, красивая среднего возраста женщина запнулась.

Бросив насмешливый взгляд на супругу, статный мужчина в темном камзоле вышел вперед.

— Дениэл, леди, добро пожаловать. Вы как раз к завтраку.

Проректор как ни в чем не бывало поздоровался с родителями и, назвав мое имя, повел наверх.

— Мам, Мегги займет сиреневую комнату, — бросил мужчина мимоходом, не сбавляя шаг.

Тот факт, что меня мягко говоря не ждали здесь, Иссидорский игнорировал, предпочитая знакомить меня с расположением комнат родового особняка.

— Ммм, Дениэл… Может мне не стоило…

Мужчине хватило вздернутой брови и сверкнувшего взгляда, чтобы я умолкла.

Идущий впереди дворецкий бросил на меня быстрый взгляд и распахнул резные двери на третьем хозяйском этаже.

— Сиреневые покои для леди.

Дениэл подтолкнул меня, входя следом.

— Нравится?

Я оглядела комнату с полукруглым окном, сиреневыми шелковыми обоями и темно-вишневой мебелью.

— Очень.

Улыбнувшись, проректор посоветовал не задерживаться, сказав, что зайдет через десять минут.

Воспользовавшись бытовым плетением, разложила личные вещи, оставив одежду служанкам, и, поправив макияж и прическу, присела в удобное кресло у камина в ожидании.

Завтрак прошел в напряженной обстановке.

Один лишь Дениэл вел себя непринужденно, обсуждая с отцом последние новости в магическом мире. Леди Иссидорская всем своим видом демонстрировала непонимание, но до расспросов не опускалась.

— Но Дениэл, разве ты не останешься на праздничную неделю? — встрепенулась леди, услышав о планах сына.

— Нет, мама, мы с Мегги уйдем сразу же после ужина.

— Вы с Мегги… — протянула леди, вызвав улыбку старшего Иссидорского.

— Лилиан, не смотри так на девочку, совсем засмущала, не ест ни крошки, — улыбнулся мне отец Дениэла.

— Леди Нейстрид, а Вы в каком качестве отправитесь на судно с моим сыном? — вновь подала голос мать проректора.

— В качестве стажера, леди Иссидорская. Моя специальность — оператор погружения.

— Интересный выбор специализации, родители настояли?

— Отнюдь. Это лишь мое решение, — покачала я головой, кивком поблагодарив слуг, подавших десерт.

— Но этим ведь только мужчины занимаются, — продолжала недоумевать леди Иссидорская.

— Этим занимаются те, у кого хватает дара, леди, — не выдержала я, откладывая салфетку.

Дениэл довольно хмыкнул, помогая мне встать из-за стола.

— До скорого мама, — кивнул он родительнице.

— Мы будем к ужину.

Лишь на улице я поинтересовалась куда проректор решил отправиться на весь день.

— Хочу показать тебе то, что ты вряд ли сможешь забыть.

Заинтригованная я послушно последовала за мужчиной, устроилась позади него на гнедом скакуне и даже не возмутилась, когда перескакивая через очередной ручеек, Иссидорский обдал нас ледяной водой с ног до головы.

Должна признаться увиденное действительно стоило дальней дороги.

Невероятной красоты водопад обрушивался с огромной высоты, разбрызгивая кристальные капли далеко вокруг.

Все это чудо искрилось в лучах полуденного солнца, создавая многоуровневую радугу.

Задумавшись, сделала еще пару шагов вперед, но была остановлена рукой Иссидорского, крепко сжавшей мою талию.

— Не стоит этого делать Жемчужинка. Я не готов лишиться перспективного оператора погружения.

Я негромко вздохнула, стараясь не думать о том, как меня расстраивает, что я всего лишь «перспективный оператор погружения».

Немного помогло то, что мужчина так и не убрал свою руку, обнимая меня.

— Ты всегда хотела учится в МАМе?

— Да, с детства. А когда развился дар, даже сомнений не осталось.

— Почему твои родители так против?

— Отец всю жизнь проработал на мирном судне. И не смотря на то, что они с мамой закончили МАМ в свое время, для меня видели иную судьбу.

— Кто тебе помог?

— Дедушка. Я была удивлена, но он поддержал мое решение, пообещав оплатить учебу, если смогу поступить.

Иссидорский не ответил.

— А Вы?

— Я унаследовал дар капитана от отца. Он в свою очередь от своего. У нас можно сказать династия в седьмом поколении.

— Ооо… — должна признать, он смог меня удивить.

Капитаны рождаются достаточно редко. Это очень сильный дар.

— Правда боевыми суднами управлял лишь мой отец и я. Остальные предпочитали мирные суда.

— А Ваша мама?

— У нее бытовой дар и довольно неплохой. Но она не считала нужным его развивать, так как «Это недостойно леди», — усмехнулся мне в волосы проректор.

— Почему Вы преподаете в академии? Мне казалась действующие капитаны практически не покидают подлодок.

— Гражданские суда — возможно. Но у боевых не так много миссий в мирное время. Тем более для такого как Призрак.

— Вы давно им руководите?

— Ты таким образом хочешь выяснить мой возраст? — прищурился Иссидорский, заглядывая мне в глаза через плечо.

— Всего лишь интересуюсь насколько опытен капитан под началом которого проведу месяц.

Взгляд проректора характерно блеснул, вызвав улыбку.

— Вы ходите по краю, курсант Нейстрид. Вам не говорили, что дразнить хищника неразумно?

Я рассмеялась, выбираясь из его объятий.

Флиртовать со своим капитаном, вот что было неразумно.

Пообедать решили остановиться неподалеку на полянке.

Я старалась больше не касаться опасных тем, лишь уточнив, где проректор успел схлестнуться с Вейлом.

— Мы учились на одном курсе. Только он был и остается теоретиком. Не оставляя впрочем своей мечты стать капитаном.

— Как это? — растерялась я, вскидывая на Иссидорского удивленный взгляд.

— Он одержим маниакальной идеей, что у него в любой момент может открыться дар капитана. Проходит проверку дважды в год. Он бы и чаще бегал к Девису, но тот указал ему на правила, избавив себя тем самым от ежедневных визитов.

После слов Дениэла, декан упал в моих глазах еще сильнее. Это было сложно, но он справился и предстал психом в довершение. Мне его даже было не жаль. Страшно представить, чтобы он творил со своей командой и подлодкой.

Изумрудные леса произвели впечатление и в поместье Иссидорских я возвращалась в приподнятом настроении.

Нас ждал праздничный ужин и толпа незнакомых гостей.

Приведя себя в порядок, я переоделась в вечернее платье, которое лишь в последний момент решила взять с собой и, позволив присланной девушке уложить мои волосы в прическу и наложить макияж, спустилась вниз.

Заметив у лестницы проректора в темно-синем камзоле, идеально гармонировавшем с моим платьем, послала ему хитрую улыбку.

Наверху в спальне своего часа дожидался купленный для него подарок в неброской коричневой упаковке, который я после полуночи отправлю в его комнату, как того требует традиция.

— Жемчужинка, ты восхитительно выглядишь.

— Благодарю, Дениэл, Вам тоже идет этот цвет.

Мужчина усмехнулся, заговорчески подмигнув.

— Не поверишь, до последнего сомневался брать или нет.

Я рассмеялась, принимая бокал с вином.

— Дениэл, — оборвал нас недовольный голос леди Иссидорский.

— Иди поздоровайся с гостями.

Если леди полагала, что это заставит проректора оставить меня, она к счастью ошиблась.

Мужчина предложил мне свой локоть и повел по залу, периодически останавливаясь и перебрасываясь парой фраз с гостями, не забывая представлять меня.

— Как Ваш дедушка, леди Нейстрид? — обратился ко мне председатель Магического Совета после знакомства.

— Благодарю, он в порядке.

— Все также таинственен?

— Более чем, лорд председатель, — улыбнулась я и последовала за Иссидорским.

— Дениэл!

К нам быстрым шагом направилась красивая блондинка в открытом алом платье.

— Эльда? Не ожидал тебя здесь увидеть, — удивленно вскинул брови проректор.

— Твоя мама пригласила меня, заверив, что ты будешь рад моему приходу.

Я усмехнулась, предприняв попытку отойти от них, но была остановлена Дениэлом.

— Я рад всем гостям, Эльда.

— Леди Иссидорская сказала, что ты вновь отплываешь на важную миссию? А мне так хотелось побывать на твоем судне. Уверена в привычной для тебя обстановке ты совсем другой, — многозначительно прикусила губу гостья.

Я вновь хмыкнула, представив жесткого и беспощадного капитана в действии, железной рукой управляющего Призраком.

— К счастью в этом качестве ты меня не узнаешь никогда, Эльда. А теперь извини нас, я хотел показать Мегги сад.

Мой тихий смех отразился от стеклянный стен галереи, по которой мы шли в направлении сада, вызвав горестный вздох проректора.

— Тебе меня совсем не жаль?

— Жаль? — я изогнула бровь в притворном удивлении.

— Помилуйте, проректор, Вы один из сильнейших капитанов современности. Обладаете титулом, состоянием и впечатляющей внешностью. Да Вас впору печатать на первой полосе альманаха самых завидных женихов королевства. Почему я должна Вас жалеть?

— Значит я тебе нравлюсь? — тут же хитро улыбнулся мужчина, останавливаясь у небольшого пруда.

Я улыбнулась в ответ, медля с ответом.

Конечно нравился. И давно. Но начиная с сегодняшнего дня и на ближайший месяц Иссидорский является моим капитаном, под началом которого мне предстоит пройти первую в моей жизни практику на боевом судне. И роман сюда совсем не вписывается.

Отношения между членами команды на подводной лодки особенные. Это почти семья. Ведь проводят большую часть жизни в замкнутом помещении лишь друг с другом.

И скрыть что-то там практически невозможно.

— Я признаю, что Вы привлекательный. Даже притягательный. И учитывая обстоятельства — этого достаточно, Дениэл.

Мужчина скривился как от зубной боли.

— Умеешь, ты Жемчужинка настроение портить.

Я рассмеялась, утягивая проректора вглубь сада.

— Помнится, Вы мне сад хотели показать. Я вся во внимании.

Поскольку отбывали мы на рассвете, долго задерживаться не стали и вскоре поднялись в свои комнаты, с тем, чтобы пораньше лечь спать.

Утром пришлось уговаривать сонный организм плотно позавтракать, хотя он отчаянно не понимал, почему в него насильно пихают омлет в половине четвертого утра. Но проректор был неумалим. Что ж про рацион подводников я уже упоминала.

В порт мы прибыли последними. Команда Дениэла ждала на берегу, не ступая на борт. Как выяснилось позже, такова традиция.

Окинув быстрым взглядом длинную шеренгу моряков, проректор представил меня как стажера и, подав мне руку, ступил на Призрак. Все-таки его аристократическое воспитание накладывает отпечаток. Я ведь единственная девушка на его судне.

Кстати о нем. Не могу не поделиться восторгами по этому поводу.

Призрак не даром был самым современным и опасным подводным судном нашего времени.

Черная гладь матовых боков скрывалась в тени, только подтверждая славу неуловимой подлодки.

Судно было гораздо больше гражданских, что мне доводилось видеть. Даже по мерках боевых, Призрак далеко превышал средние размеры. Но маневренность его нисколько не страдала, если верить слухам. Впрочем у меня в самом ближайшем времени будет возможность убедиться в этом.

Внутри Призрак был оборудован всем необходимым и содержал рекордное количество всевозможного магического оружия.

Соммер подмигнул мне, направившись в сторону кают. Риал что-то тихо сказал Дениэлу и тоже скрылся. А вот высокий худощавый мужчина с неприятной редкой бороденкой остановился напротив нас.

— Капитан, разрешите обратиться.

Дениэл кивнул, бегло просматривая какие-то бумаги, переданные ему Мальком.

— Я против нахождения на судне стажера моего профиля. Это будет мешать моей работе и отвлекать от дел.

Я вскинула брови, рассматривая «коллегу». Выходит передо мной оператор погружения Призрака.

Проректор удивился не меньше, бросив взгляд на подчиненного.

— Я кажется не спрашивал Вашего мнения, сержант. И что я не знаю о работе оператора погружения такого, чему может помешать стажер?

— У меня нет времени учить непонятных девиц, неизвестно за какие заслуги взятых на судно.

Будто почувствовав назревающий конфликт на палубе появился Соммер.

А я загрустила. И двух минут не провела на судне, а уже настроила против себя действующего оператора погружения у которого планировала многому научиться.

— Напомните-ка мне, сержант Глин, с каких пор я должен отчитываться перед Вами?

Я вздрогнула переведя взгляд на проректора.

Назвать его сейчас по имени язык не поворачивался. Это был Капитан. Сила била наотмашь зарвавшегося подчиненного, побледневшего вмиг до синевы, хотя казалось уже некуда.

Глаза капитана светились, выдавая бушующий дар.

— Виноват, капитан. Был не прав. Разрешите идти?

— Наряд вне очереди. Покажите стажеру рабочее место, проведете инструктаж после чего приступите к своим обязанностям.

— Есть, — вытянулся по струнке оператор погружения, не смея и взглядом выдать неудовольствие.

И это было правильное решение. У капитанов в крови невосприятие неподчинения. Странно, что такой вопрос вообще возник, тем более на Призраке. Или этот оператор не так давно в составе команды?

Увы, узнать пока было не у кого.

Оставив вещи в общей каюте для младшего персонала, я отодвинула пока мысли как буду спать в небольшом помещение с девятнадцатью моряками-мужчинами и поспешила за оператором погружения, носящемся по судну подобно бешеной белке.

Мужчина внял предупреждению и явной неприязни не демонстрировал, хотя и говорил скороговоркой, намереваясь отделаться от меня как можно быстрее.

Я наспех огляделась, стараясь запомнить дорогу, но постоянно отвлекалась на снующих туда-сюда моряков и выдающего без остановки все новые термины Глина.

Вздохнув, я оставила попытки запомнить все то, что он тараторил и решила довериться дару, которые будто почувствовав родную стихию, проснулся.

Меня охватило радостное возбуждение и закололи кончики пальцев.

Не терпелось как можно скорее ощутить погружение.

Уже не слушая подсказки, прошла к месту оператора.

Мониторы были непривычными, но только первые пару минут.

Рулевые еще не пришли и с ними мне еще предстоит познакомиться. А пока у меня лишь была возможность осмотреться.

Я мельком бросила взгляд на перископ и место неподалеку, где скорее всего стоит обычно капитан.

Осмотрела место слухача и стихийника.

Хотела пройти к двери в нижние отсеки, но была остановлена Глином.

— Твое место, — кивнул на заднюю стенку оператор погружения.

— Ничего не трогай, не говори и производи шума.

— А дышать можно? — не выдержала я, начиная злиться.

— Вот что, уважаемый сержант Глин. Я здесь для прохождения практики, а это предполагает, что я буду спрашивать, трогать и участвовать в процессе. Нравится Вам это или нет, — подойдя вплотную к надувшемуся от негодования мужчине, продолжила.

— Вы можете думать все, что заблагорассудится, но мне представилась уникальная возможность пройти практику на Призраке и я ее не упущу. Мне дар этого не позволит. Кому как не Вам это знать?

Круто развернувшись на каблуках, я вылетела из рулевого отсека, направляясь в общую каюту.

Увы, но охваченная гневом я плохо ориентируюсь. Пришлось возвращаться и идти в другом направлении.

— Ну, что стажер? Познакомилась с рабочим местом? — перехватил меня у лестницы улыбающийся Соммер.

— Угу, замечательная задняя стенка, гладенькая такая, — буркнула я, остывая.

Я еще в академии заметила, что старпом Иссидорского обладал поразительным даром. Стоило ему появиться в эпицентре назревающего скандала, как стороны тут же успокаивались и мирились.

По всей видимости Соммер эмпат и успешно этим пользуется.

— Не обращай внимание на Глина. После Вейла он тебе на один зуб, — подмигнул мне мужчина.

— Он здесь не по воле нашего капитана, а значит ненадолго, в отличие от тебя, если будешь умницей, — щелкнул меня по носу Соммер и скрылся в недрах подлодки.

Вздохнув, покачала головой и продолжила спуск в направлении общих кают.

— Чего сопишь, обидел кто? — вынырнул откуда-то сбоку долговязый худощавый паренек с ярко рыжей шевелюрой.

— Эммм, соплю? Аааа, ты видимо слухач?

— А то, Орикл кличут, а ты стало быть Жемчужинка? — хитро прищурился парень.

Ничего себе слух. Дениэл ко мне так последний раз обращался когда мы вышли из портальной станции у порта. Выходит он услышал нас и запомнил?

— Мегги или Мег.

— Так кто тебя расстроил? Неужели стычка с Глином?

— Ты и это слышал? — застонала я.

— Ага, правда меня больше занимало то, сколько выторговал Мальк у местных в порту. Но твою беседу тоже слышал.

И как они так живут месяцами?

Следующими, с кем я познакомилась, стали защитники.

Серьезные накаченные боевики стройным рядом зашли на борт и скрылись в отдельной каюте.

Им положено быть мрачными, нелюдимыми и сильными. Чтобы ни один дюйм Призрака не оставить беззащитным, оплетая бесчисленным количеством защитных плетений.

Их предводитель окинул меня цепким взглядом, уделив особое внимание мелочам и скользнул за подчиненными.

Больше я никого из команды увидеть не успела, так как меня окликнул Иссидорский.

— Ну как ты, Мегги? Осваиваешься?

— Да, спасибо, — кивнула я и не думая жаловаться.

— Где твои вещи?

— В каюте на нижних ярусах.

Проректор кивнул, отдавая распоряжение кому-то из рядовых моряков.

— Идем.

Я молча последовала за капитаном, подавив желание что-либо спрашивать.

Мы переместились в противоположную от рулевого отсека часть Призрака, туда где располагались одиночные каюты руководящего состава.

— Вот, располагайся, — распахнул одну из дверей Иссидорский.

Небольшая, но уютная каюта песочного цвета насторожила.

— Чья это каюта? Кого Вы выселили?

— Не будь так подозрительна, или предпочитаешь жить с девятнадцатью матросами? — вскинул брови проректор.

Я покачала головой, но порог не переступила.

Иссидорский закатил глаза, подталкивая в спину вслед за внесшим в каюту мои вещи матросом.

— Соммер прекрасно разместится в каюте Риала и прекращай так смотреть на меня.

Я кивнула, вспомнив наконец про то, что в таких ситуациях стоит благодарить.

— Кстати, Глин показал тебе рабочее место?

— Да-да и провел инструктаж.

Видимо имея представление какой именно инструктаж провел его оператор погружения, Иссидорский ни капли не поверил мне. Но спорить не стал и, велев отдыхать, оставил одну.

Пробное погружение было назначено на полдень и я ждала этого с нетерпением. Когда раздался еле уловимый звук гонга, поспешила наверх, пытаясь вспомнить расположение общей столовой.

У лестницы столкнулась с Ориклом

— Привет, — улыбнулась я слухачу.

— Угу, идем, провожу, а то все без нас съедят.

Я усмехнулась. Это вряд ли. У меня была возможность познакомиться с местным коком и не хотела б я оказаться на месте того, кто посмеет съесть у него лишнюю порцию.

Устрашающего вида троль, занимающий практически все пространство камбуза, тем не менее виртуозно лавирующий на крошечном для него участке.

В его профессионализме также сомневаться не приходилось. Запахи мясного рагу достигли нас с Ориклом еще на подходе.

Общая столовая немногим превышала по размеру общую каюту матросов, где я была не так давно. Практически весь основной состав уже собрался и ждали лишь Иссидорского, появившегося вслед за нами.

— Идем, Мегги, что стоишь? — подтолкнул меня проректор, не позволив тем самым стушеваться под десятками любопытных взглядов.

Усадив меня на свободное место по левую руку от себя, капитан кивнул составу и все заняли свои места.

Строго у них тут однако. Дисциплина военная, но все равно чем-то напоминает аристократический дом с его порядками и устоями.

Заметив меня, Глин, сидящий через два места рядом с Мальком, скривился, но комментировать поостерегся.

Дождавшись кивка Дениэла, кок щелкнул пальцами и перед нами появились дымящиеся тарелки, доверху наполненные аппетитным рагу, супом, салатом, жаренным мясом и овощным гарниром. И я уверена будет еще десерт. Что ж, Призрак — действующая боевая подлодка и рацион моряков соответсвующий.

Я обратила внимание, что посуда была та самая, которую покупала незадолго до начала практики и как коку удается ее не перепутать с таким количеством моряков на борту?

За столом царила ленивая тишина, нарушаемая лишь редкими просьбами подать ту или иную приправу.

Когда передо мной материализовался свежайщий пирог с персиками, я уже была на последнем издыхании. И как можно работать после такой трапезы?

Впрочем не стоит сравнивать мою тщедшную тушку и взрослый мужской организм.

Завершив обед примерно в одно время, моряки стройными рядами покинули столовую и растворились в недрах Призрака, не производя лишнего шума. Привычка, выработанная годами и которую я старалась воспитывать в себе с детства.

— Идем, Мегги.

Я поспешила за Иссидорским, не рискуя нарушать прямые приказы капитана, хотя и поежилась под неприязненным взглядом Глина.

Приведя меня в рулевой отсек, Дениэл кивнул на место оператора погружения.

— Ну, что Жемчужинка, рискнешь?

Я удивленно вскинула брови, наблюдая за хитро улыбающимся Иссидорским.

— Я?

— Так у кого практика? Разве не у тебя?

— Да, но… — я перевела взгляд на побледневшего от гнева Глина, затем на подмигнувшего мне Соммера и улыбнувшегося Риала.

К счастью вбитое старательным Вейлом правило подчиняться капитану и тут дало о себе знать.

— Так точно, капитан.

К сожалению с рулевыми заранее познакомиться не смогла, поэтому придется довольствоваться названными Дениэлом именами — Эд и Тед.

Вдохнув и выдохнув, я кивнула проректору.

Иссидорский обернулся к Соммеру.

— Посмотрим, что там на глубине?

— Да, сэр. Задраить люки, — рявкнул в свою очередь старпом и все пришло в движение.

Я постаралась абстрагироваться от происходящего и сосредоточиться на том, что предстоит сделать именно мне и какие кому команды нужно будет отдавать.

— Погружайся осторожно, Мегги. Здесь сильное поперечное течение.

— Да, сэр, — отстраненно ответила я.

— Копенсируем.

— Капитан, Вы решили потопить Призрак? — все же не выдержал Глин, подходя к нам вплотную, нарушив тем самым инструкцию, так как загородил обзор на мониторах.

— Сержант, еще одно нарушение и Призрак останется без оператора погружения, — не глядя на подчиненного бросил Иссидорский.

— Приготовиться к погружению, — отдал приказ Соммер, пресекая тем самым беседу.

Будто только этого и дожидаясь мой Дар проснулся, прокатившись по телу теплой волной, смывшей напряжение и панику.

Я успокоилась и распахнула глаза с уже изменившимся зрением.

Теперь передо мной мелькали расчеты глубины погружения, бегущей строкой шли данные по обстановке за бортом и на кончиках пальцев заискрилось свечение.

Я была готова к погружению.

— Погружение. Боевая готовность, — ворвался в сознание голос Соммера и я выжидающе посмотрела на Капитана.

Уже не на проректора, не на лорда Иссидорского или понравившегося мне мужчину. Именно на Капитана, одному которому теперь подчиняемся я и мой Дар.

— Спускайтесь на глубину 300 метров.

— 300 метров. 7 градусов вниз на 300 метров, — помотрела на рулевых и обернулась к стихийнику.

— Две трети вперед, стравить давление.

Мое первое в жизни погружение началось.