Глава 2

Не к добру! Скривившись от досады, я покорно топаю в кабинет. Вряд ли премию выдают с такой недовольной физиономией. И хвалить точно не будут. А значит, моя предчувствующая беду задница, как всегда, права. Уволят меня! Давно говорят, что кассы самообслуживания поставят. И уберут лишние единицы из штата. Да уж… А кого? У одной трое детей и статус матери-одиночки, другая с региональным директором спит. Третья имеет инвалидность. Получается, что лишняя здесь только я. Выгонят нафиг… Интуиция – великая вещь! Никогда меня не подводит. Я тяжело вздыхаю перед дешёвой дверью, заношу кулачок над поверхностью. Перед смертью не надышишься! Несколько стуков, и я заглядываю в рабочую обитель Олега Ивановича. Лысоватый полноватый мужчина развалился на офисном диване, расстегнув поношенный засаленный бежевый пиджак. Начальник широко расставляет ноги и отчаянно пытается втянуть мягкий, как тесто, живот. Очевидно, что пояс когда-то модных брюк слишком узкий и перетягивает пивное пузо мужчины. Да и вообще плотная шерстяная ткань не для жаркого июля, поэтому плешивый начальник сильно вспотел и покрылся красными пятнами. – Проходи, Анечка, проходи, – очень странно улыбается директор и пожирает меня поросячьими глазёнками. – Вы что-то хотели, Олег Иванович? – осторожно спрашиваю я. – Да, Анюта, – продолжает скалиться мужчина. – Я хотел поговорить о твоём будущем, – и хлопает липкой ладонью рядом с собой, – Присаживайся. На чёрной коже подушки остаётся влажный отпечаток руки. Фу-у-у! Я с трудом сдерживаю отвращение. – Спасибо, я постою, – натянуто улыбаюсь директору. – Олег Иванович, мне работать нужно, давайте поскорее, пожалуйста. – Вот об этом я и хотел поговорить, Анечка. О твоей работе, – приторно тянет начальник, – Ты же знаешь, что у нас скоро будет сокращение. Новые кассы уже завезли, через месяц установят. – Знаю, – выдавливаю из себя ответ. Финита ля комедия… Усё… Пинком под жопу и пламенный привет бирже труда! Эх…Не вовремя всё это. – Ты можешь остаться, – хрипло мурлыкает Олег. – Ой, здорово! Спасибо вам больше, – радостно взвизгиваю и сажусь рядом с директором. – Мне очень нужны деньги! Ещё пара взносов, и я закрою кредит. Один из восьми. Самый маленький. Большая победа для меня! Зарплаты едва хватает на платежи и очень скромное питание. Я никогда не отказываюсь от подработок: выкладка товара, мойка полов и любой другой хоть как-то оплачиваемый труд. Худо-бедно наскребаем на коммуналку и второсортный гардероб. Нельзя сейчас терять основную работу! В нашем приморском захолустье даже вакансия продавца – большая редкость. – Я знаю, Анечка, знаю. Я даже готов повысить тебе зарплату, – Улыбка мужчины превращается в похотливый оскал, а потная ладонь ложится на моё колено. – В обмен на небольшую услугу. – Какую ещё услугу? – ошарашенно бормочу, в недоумении пялясь на волосатую руку. Мозг отказывается воспринимать происходящее. Может это просто дурацкий сон?! Или директор решил меня так поддержать? По-отцовски. А? Ну пожалуйста! Боги прошлого, настоящего и будущего сжальтесь над синеволосой неудачницей, прошу… Ага, сейчас, индейская национальная изба «ФИГ ВАМ» называется! Сальный взгляд, ползущая к груди мужская волосатая рука и страстный шёпот Олега Ивановича уничтожают крохотную надежду на чудо: – Ты мне приятно сделаешь, а я тебе… И повышение, и зарплату… – Да вы с ума сошли, – сбрасываю ладонь начальника и подскакиваю на руки. – Я что, на проститутку похожа?! – Нет, Анечка, не похожа. Но обязательно станешь ей, когда я тебя уволю, – злобно пыхтит полулысый донжуан – Странно, что ты против. Твоя мама уверяла, что проблем не будет. Праведный гнев застилает разум. Ещё и маму приплёл! Злобно шиплю от обиды и ярости: – Совсем больной?! При чём здесь моя мать? – от неожиданности «тыкаю» директору. – Ну как при чём? Мы с ней договорились. Я частично гашу ваши кредиты и оставляю тебе работу, а ты скрашиваешь мою одинокую жизнь, – хмыкает премерзкий негодяй. – Так что хватит ломать комедию и накручивать цену. Больше оговорённого не дам ни копейки. Это итак слишком много за такую серую мышь. Раздевайся, Аня! И быстрее! Ах ты плешивый хрен! Я готова прибить начальника от злости и досады. Это что ж такое делается, а? Мне предлагают спать с толстожопой старой замухрышкой ради зарплаты в сорок тысяч рублей? Так, стоп! Давайте ещё раз… – Моя мама продала меня за долги? – наконец-то осмыслив сказанное Олегом, едва слышно выдавливаю из себя. – Если коротко, то да, – мужчина скалится желтозубой ухмылкой. – Откуда вы вообще знаете мою маму? – продолжаю шептать. Это какая-то ошибка! Злая шутка! Ну не могла мамочка так поступить со мной! Да, мы постоянно ругаемся из-за денег. Да, я злюсь из-за долгов и игровой зависимости. Имею право. Но она же всё-таки моя мама… Врёшь, скотина! – Так мы встречались когда-то. А потом она замуж за твоего папашку выскочила. А недавно позвонила и предложила секс за деньги, – фыркает директор. Не верю… Невозможно! Нет! – Только зачем мне старая кошёлка, когда есть товар посвежее, – начальник плотоядно облизывается и продолжает пожирать меня глазами. Кошмар! К такому жизнь меня не готовила. Ещё раз осматриваю Олега Ивановича с головы до ног. Облик мужчины вызывает лишь чувство отвращения. И тошноту. Ну нет… Лучше помереть девственницей от голода на грязной обочине, чем терпеть эту обрюзгшую тушу. – Знаете что… У меня есть другое, очень интересное предложение… – томно закатываю глаза. Старый трухлявый пень встаёт с дивана, приближается ко мне и берёт за руки: – Какое, Анечка? – хрипло отвечает директор. – Идите вы в жопу, Олег Иванович, – Злобно шиплю и со всей силы пинаю коленом в пах мужчине. – Ду-у-ур-р-а-а-а! – визжит начальник, сгибаясь пополам. – Ты уволена, дрянь! До встречи на панели! – Хах! Это вряд ли! Никто не польстится на ваши замшелые булки! – я выхожу из кабинета с высоко задранной головой и громко хлопаю дверью. Полный трындец, ребятки!