Глава 10

Я сонно разлепила глаза и сладко потянулась в постели. Солнце уже во всю светило, пробиваясь даже через жалюзи.

— Вот что значит другой конец страны! И выспалась, и солнце с утра светит, а будильник еще даже не звенел, — я была так счастлива, что не сразу заметила отсутствие мужчины рядом в кровати, — Миш, ты где?

Мужчина не отозвался, так что я потянулась к тумбочке в надежде обнаружить там его телефон или записку. Но обнаружила только свой телефон, который показывал половину одиннадцатого утра….

— Мамочка родная, проспала! — я мельком глянула на значок отключенного будильника на экране и чертыхнулась. Как так? И почему Миша меня не разбудил?

— Анит, Анита, — в дверях появился Миша в фартуке на голое тело? Интересное начало дня…. Хотя уже его середина! — ты только не нервничай, пожалуйста.

— После такой фразы начинаешь нервничать в два раза сильнее. Я уже опоздала на полтора часа!

— Никуда ты не опоздала, — Миша одним рывком усадил меня на кровать, а сам присел на корточки, — твой рабочий день начнется в понедельник.

— Как это? — я направила на мужчину изумленный взгляд.

— А давай это будет маленький сюрприз? Сейчас позавтракаем, и я тебе все расскажу.

— А что на завтрак?

— Омлет.

— Ладно, но это только из-за омлета!

Было ясно, что дело тут нечистое. Почему-то мне казалось, что Миша связался с моим начальством и уговорил их на более приемлемые условия работы для меня. В общем, после завтрака узнаем.

— Собирайся, сейчас кое-куда съездим, — сказал Миша, пока я мыла за нами посуду.

— Ты обещал рассказать.

— Ну я и расскажу, только съездить нужно. У меня, кстати, до понедельника отдых, так что будем вдвоем, — я промолчала. Мне ведь во вторник нужно будет уезжать или улетать обратно….

Как одеваться Миша не уточнил, поэтому я выбрала скромное черное платье. Подойдет и для прогулки, и для похода в какое-нибудь приличное место. Уверена, что вчерашняя экскурсия продолжится и сегодня, потому что Миша уж очень любит Владивосток. Ну или старательно хочет меня в нем оставить.

Мы ехали в машине молча. Что бы я не спрашивала, мужчина отвечал, что скоро я все узнаю. А еще каждый раз напоминал, что обидеться и захотеть убить его — мое полное право.

Почему-то такие фразы вселяют уверенность в то, что убить я его и впрямь захочу.

Скоро мы приехали на парковку какого-то бизнес-центра. Машин тут было куча, а вот народу нет, у всех же рабочая смена!

— А зачем мы здесь?

— А это офис фирмы, в которой я работаю и чуть-чуть владею.

— Ты же сказал, что работаешь с понедельника? — ничего не ответив, Миша потащил меня к стеклянному лифту а там, нажав кнопку двадцатого этажа, крепко обнял и прошептал на ухо, что безумно влюблен в меня.

На секунду я даже опешила. Мы ведь знакомы всего неделю, какая влюбленность? Нет, я, конечно, тоже чувствовала нечто подобное, но пока боялась признаться в этом даже себе.

На двадцатом этаже двери лифта распахнулись, выпуская нас в светлый коридор. Ну обычный офис, ничего сверхъестественного.

Все мимо проходящие сотрудники мило улыбались и здоровались с Мишей. Я старалась не привлекать к себе внимания и только кивала головой, крепче прижимаясь к боку мужчины. Вот зачем он притащил меня к себе на работу?

— Заходи сюда, — в конце коридора Миша галантно приоткрыл для меня дверь очень уютного кабинета. Здесь был офисный стол, кресло, компьютер и милый диванчик. Минималистичненько в общем-то.

— Это твой кабинет? — уточнила я, присаживаясь в кожаное кресло, — я бы не сказала, что это кабинет программиста.

— Это не кабинет программиста, это кабинет компьютерного дизайнера.

— А что мы тогда тут забыли? — я встала из-за стола, потому как поняла, что занимаю место не Миши.

— Анит, ты только помни, что ты мне очень нравишься, и я хочу для тебя всего самого лучшего. Это твой кабинет.

Я дважды хлопнула глазами, надеясь, что мне просто послышалось. Но Миша не спешил радовать меня новостью о невеселом розыгрыше.

— Если ты согласишься остаться во Владивостоке и работать у нас в компании, это место станет твоим кабинетом. Нам нужны дизайнеры, а твои старые работы очень понравились главному.

— Старые работы? — уточнила я.

— Да, в сети нашел кое-какие дизайны и логотипы, которые ты разрабатывала.

— Миш, я…. Это абсурд! Я не могу тут работать.

— Почему? Юридически можешь….

— Ты меня уже трудоустроил?! — я взорвалась и подлетела к мужчине, хотя кричать на него было бесполезно. В гневе рядом со спокойным Мишей я смотрюсь смешно!

— Видит Бог, я совершил самый выдержанный поступок в своей жизни! Я оставил выбор за тобой. Но, если согласишься, там только одну подпись….

— Миш, ты в своем уме? — я обреченно рухнула на диван, — мы едва знакомы, а ты уже устраиваешь меня в свою фирму. А что будет, если у нас что-то не срастется? А что будет, если я не смогу тут работать? У меня нет образования в этой сфере, последний опыт был сто лет назад.

— Я знаю лишь то, что будет с моим сердцем, если я опущу тебя, — мужчина присел рядом и положил мою ладонь себе на грудь, — Анит, прикипела ведь. Я уже не смогу без тебя. Мы ведь не маленькие дети, а взрослые люди, которые точно знают, чего хотят.

— Я помню, что ты хочешь подчинить меня себе!

— Анит, я оставил выбор за тобой! Хотелось своровать у тебя документы, устроить на работу без твоего ведома и поставить перед фактом, но я сдержался. Я уважаю тебя и твое мнение, я не хочу ломать твою личность. Да, ты будешь подчиняться мне, но только дома. В кровати, на кухне, я не знаю где еще захотим! В остальном я хочу, чтобы ты осталась прежней сильной женщиной с целью и любимой работой.

— Миш, я не знаю…. Я правда не знаю! А моя фирма?

— Какая фирма? Ты отдала ей лучшие годы, позабыв о самой себе, а что в итоге? Тебе предлагают работу секретарши и говорят «спасибо» за труд. Ну выйдешь ты здесь, отработаешь десять лет, а тебе потом снова пожмут руку и скажут «Добро пожаловать в Калининградский филиал!».

— У нас нет филиала в Калининграде, — буркнула я, но Миша смерил меня властным взглядом. Я и сама понимала, что компания вытерла об меня ноги. Продолжать работать на них — значит съесть всю ту грязь, в которую они меня втоптали, — у меня ведь есть возможность подумать?

— Моего терпения хватит еще минут на десять, — Миша шумно выдохнул и улыбнулся, — шучу, конечно. Думай, оценивай варианты. Я проведу тебе экскурсию по офису, познакомлю с людьми и немножко с работой.

Тут отказаться я не могла, потому что в голове начала достаточно серьезно оценивать плюсы и минусы работы дизайнера.

Первым делом Миша повел меня в кабинет моих, возможно, будущих коллег. В фирме уже было шесть девчонок дизайнеров. Все они были такие разные: молодые, дамы в возрасте, неординарные и совершенно обычные.

Со мной все тепло познакомились, показали процесс работы и сказали, что будут ждать на следующей неделе в команде.

— А почему у них один кабинет на шестерых, а у меня свой? — поинтересовалась я, когда мы вышли в коридор.

— Потому что ты моя девушка.

— Но это же нечестно! Несправедливо по отношению к коллегам.

— Анит, это правила фирмы. Вторые половинки важных шишек имеют свой кабинет, тут все привыкли, — я даже не стала уточнять, сколько вторых половинок работает в этом компании. Странные у них корпоративные фишечки.

Меня познакомили с начальством. Мужчины оказались очень даже хорошими. Такие добрые, открытые, готовые помочь и обо всем рассказать. Меня здесь приняли так, будто я не сотрудница, а дочь владельца фирмы, честное слово.

Из одного кабинета Миша сбежал по срочному звонку, оставив меня с финансовым директором и одним из владельцев по совместительству.

— Из Москвы к нам пожаловали, да? — спросил мужчина осторожно.

— Да, восемь лет в столице работала, а до этого недалеко жила, на Сахалине.

— Если жили на Сахалине, Владивосток полюбите быстро. У нас здорово. Фирма хорошая, коллектив дружный, зарплаты человеческие. Вот только программист твой, — мужчина хмыкнул, поправив воротник рубашки.

— Миша? Что с ним не так?

— Да все так. Мужик он хороший, ответственный, мог бы управлять наравне с нами, но все к простой работе рвется. Он же у нас один холостой из начальников остался, знала бы ты, как к нему сотрудницы липли! Но я его с женщинами вообще до тебя не видел. Думал или гей, или однолюб. Похоже, что второе, — точно второе, — так что попала ты, Анита.

— Да он вроде не напористый….

— Когда через полгодика придешь декретный оформлять, я тебе эти слова напомню!

— Посмотрим, — я не смогла скрыть улыбку на лице.

— А если серьезно, будем ждать. Хорошие сотрудники нам нужны.

— Я обязательно подумаю. Надеюсь, что не прощаюсь, — я пожала мужчине руку и вышла из кабинета, потому как за дверями меня уже ждал Миша.

Он окинул хмурым взглядом коллегу, собственнически прижал меня к своему боку и повел показывать кабинеты программистов, а именно свой.

У мужчины было уютно. Стол как в других кабинетах, офисное кресло, компьютер, диванчик. Но помимо всего прочего в кабинете имелась недешевая такая кофемашина, на стенах висели портреты каких-то людей в классических рамках, а всю заднюю стену помещения занимал стеллаж с книгами.

— Почему ты хранишь их на работе? — поинтересовалась я, — неужели тут есть время для чтения?

— Нет, просто дома для них уже нет места, да и атмосферу они создают. На работе становится уютнее, — я еще раз оглядела кабинет Миши, — знаешь, что еще добавит сюда уюта?

— Что?

— Твоя фотография в рамочке на рабочем столе, — я усмехнулась, прижимаясь к мужчине.

— Кто-то вообще еще печатает фотографии и ставит их в рамку?

— Почему бы и нет?

После экскурсии по офису мы снова куда-то поехали. Миша сказал, что это еще один сюрприз, только уже приятный. Что-то мне кажется, что его приятные сюрпризы становятся для меня легкой неожиданностью…

В дороге я размышляла о своей жизни. Чего мне хотелось? Вернуться в Москву к прошлой жизни или, бросив все, начать кардинально новое существование в этом далеком морском городе?

Я была человеком, склонным принимать рациональные решения, но почему-то сейчас мне хотелось послушать сердце и остаться здесь навсегда. Вот только что будет, если у нас с Мишей не сложится?

Я ведь рискую остаться совершенно одна в большом незнакомом городе. Хотя…. При переезде в Москву восемь лет назад меня этот факт не волновал, а тут до семьи рукой подать! К маме можно частенько ездить, а отец, кажется, и вовсе во Владивостоке кочует.

— Я тут подумала, мне нужно будет встретиться с отцом, наверное.

— Хочешь на Сахалин? — Миша напрягся.

— Нет, нет, он давно не живет там. Когда мне исполнилось восемнадцать, родители развелись. Мама вернулась в родительский дом на Сахалине, а отец, забрав часть денег от продажи общей квартиры, рванул на заработки сюда. Потом вроде переезжал когда-то, но во время нашего последнего разговора он жил во Владивостоке.

— Позвони ему. Можете встретиться у него или на нейтральной территории, я с удовольствием приму его у нас в доме, если ты захочешь.

Даже не знаю, что удивило меня сильнее: факт, что Миша называет свою квартиру нашим домом, или то, что он готов познакомиться с моим отцом.

Я ничего не ответила, только пробормотала что-то невнятное и уставилась на дорогу.

Мы подъехали к какому-то двухэтажному особняку, выполненному в современном стиле. Дизайн я оценила, даже подумала, что была бы не прочь сама иметь такой дом.

— Ты тут по делам? — уточнила я.

— Мы тут по делам, — Миша подал мне руку, помогая выйти из машины, и направился к воротам.

— Подожди, стой! Что это за дом? Куда мы приехали? — не успела я получить ответы на свои вопросы, как ворота открылись.

— Сына! Приехал наконец-то!

Сына…. Ёшкин дрын….

За воротами нас встречали, вероятнее всего, родители Миши. Круглолицая женщина лет шестидесяти и высокий плечистый мужчина, не выглядевший даже на пятьдесят пять. Хм, если это отец Миши, и Миша будет так же выглядеть на старости лет, почему бы и нет.

Конечно, встречи с родственниками своего (парня?) я испугалась. Во-первых, Миша не предупредил, а во-вторых, я не была готова. Мы же с ним едва знакомы, а тут сразу родители….

— Аниточка, добрый день, так рады Вас видеть!

— Здравствуйте, я тоже рада знакомству. Вот только Миша не предупредил, что мы едем к вам. Даже с пустыми руками, — я пожала плечами и по-доброму улыбнулась, проходя за ворота.

— Мам, пап, это Анита, Анита, это мои родители. Юрий Владимирович и Олеся Геннадьевна.

— Очень приятно.

— А этот мохнатый наш Бобрик, — к нам подбежал здоровенный лохматый пес и тут же упал Мише в ноги, требуя любви и ласки. Я потрепала собаку за ушком, но Бобрик особого интереса ко мне не изъявил, так что я покинула его компанию.

Нас провели в большой дом, на кухне которого уже был накрыт стол, буквально ломящийся от еды. С порога безумно вкусно пахло пирогами, свежей зеленью и овощами. Я чуть слюной не подавилась, честное слово!

За обедом меня не терзали расспросами, не спрашивали о внуках и прочей ереси. Мы просто посидели по-домашнему, пообщались, обсудили какие-то банальные вопросы без стеснения и негатива.

В какой-то момент я даже забыла, что нахожусь в гостях у родителей мужчины, с которым едва знакома.

— Анита, а ты во Владивосток полностью перебралась?

— Пап, не надо на эту тему, — Миша тактично попросил отца не говорить об этом. Жест я оценила, — Анита еще решает, в каком городе жить.

— Нет, нет, все в порядке, я могу ответить. Буквально вчера я думала, что могу вернуться в Москву и там работать, но за два дня я очень прикипела и к городу, и к людям. Мне здесь безумно нравится, и я хочу остаться.

— Правда? — мужчина, сидящий рядом, крепко сжал мою руку под столом и еле заметно улыбнулся уголками губ.

— Да. Я не хочу возвращаться к старой жизни, хочу начать новую здесь.

— Ой, а мы рады! Всегда рады вам в нашем доме.

Дома у Мишиных родителей мы пробыли до половины четвертого, а потом отправились к себе. В моей голове, несмотря на то, что все разложилось по полочкам, царил какой-то хаос. Все как будто перевернули с ног на голову.

Я понимала, что дала согласие остаться в этом городе, вот только одного согласия было мало. Осталось столько нюансов, столько дел в Москве…. Как это все организовать?

— О чем думаешь? — спросил Миша вечером за просмотром фильма.

— Виктор Сергеевич сегодня разбил мне весь телефон. Нужно как-то сказать, что я увольняюсь…. Да и подпишет ли он мне заявление без проблем?

— Я поеду завтра с тобой, все уладим.

— Миш, нет, — я хотела сказать, что справлюсь сама, но нежные объятия и поцелуй в кончик носа заставили только согласно кивнуть и скользнуть под бочок к мужчине.

Вот так за день моя жизнь перевернулась с ног на голову. Все, что я считала для себя идеальным и правильным, вмиг изменилось на противоположное.

Не было у меня руководящей должности, не было покорного и стелющегося под ногами мужчины, не было независимости. Но, несмотря на это, я ощущала себя счастливой.