Глава 1

Луиза

Вскакиваю на своей кровати, и осматриваюсь по сторонам. Я одна. Никого рядом нет.

Так почему же, такое чувство, что вкус его до сих пор чувствую на губах? На сосках следы от зубов. А между ног пожарище. Тело дрожит, сердце стучит как сумасшедшее. А его голос... Он до сих пор в голове звучит, как трель ненавистной мелодии. Надоела она тебе, но ты всё равно её напеваешь.

Снова я испытала оргазм во сне. Щипала свои соски, искусала губы. Вот почему во рту вкус крови. Как тогда...

Боже, три года прошло, а я до сих пор вижу этот сон. Он уже давно искаженный. Переигран. Перестроен под мою фантазию. Некоторые моменты и вовсе мозг дорисовывает, а я все так же от него кончаю.

Как в ту, нашу единственную ночь, когда он взял моё тело, а на следующий день, даже не взглянув в институте. Вот так бывает. Да. Когда ложишься под парня, о котором ходят слухи, блядуна.

Моя вина в этом тоже есть. Верила, что, то, что загорелось в душе в первую нашу встречу, взаимно, и что это что-то такое большое, светлое и огромное... Раз и навсегда! Только с этого всего, совпало одно слово... РАЗ! Трахнул и забыл.

Я, наивная девочка, которая приехала из другой страны, в надежде найти отца. Я действительно верила, что это возможно. Но, не имея денег и связей, ты никто. И зовут тебя никак.

И так, я Луиза Джеймс, сиротка из небольшого городка Джонсон, что в штате Род-Айленд, большой и могущественной Америки. И да, я приехала покорить Лондон. Поступить в институт, в котором училась моя мама. Биологическая мама. Когда мне было пять, она умерла. Я ничего из этого не помню. Только то, что в день моего восемнадцатилетия сообщили мне, приемные родители.

Шок, апатия, не принятие правды и ситуации. Вся жизнь, вверх дном перевернулась.

Я всегда чувствовала себя чужой в их большой семье. Точнее, не так. Родители, братья и сестры, любили меня. Я их... Но мне было некомфортно. Нас пятеро детей в семье. Всегда все опрятные, накормленные. Мы много работали на ферме, чтобы помочь родителям.

Но место, где мы жили... Оно было мне чужое. Не родное. Не нравилось мне там. Бежать всегда хотелось. Люди... Они другие. Походы в церковь. Ранние службы. Воскресная школа. Хор, в котором я пела. Я ненавидела его. Ненавидела мессы.

Я считала себя отродьем ада. Потому что в душе, противилась их вере. Их способу жизни. Всему, что было вокруг.

Правда виду я не подавала. Я давила в себе все эти годы чувство сопротивление. Я каждую мессу, по наставлению мамы, исповедовалась. Я выливала всю душевную грязь, отцу Дэнису, а он улыбался, и говорил, что Бог любит всех своих прихожан. Что хоть мир и полон грязи, я в нём райский и чистый цветок. И весь этот бред, я слушала еженедельно. Топилась в нём. Варилась. Но продолжала усердно слушать родителей, понимая, что проблема во мне, а не в них.

А потом, они говорят, что я другая. Что родилась я в другой стране. Что моя родная мать, была похищена врагами отца. Или же, она сама бежала от него, потому что он изверг.

В общем, правды они не знают. Это то, что осталось загадкой для меня, до сих пор.

У меня есть их имена и дата рождения мамы. Это песчинка в пустыне. Мне нужны деньги для поиска информации, и они у меня будут. Когда-то.

А пока, я собираюсь всё в тот же универ, где по коридорам учреждения, ходит тот самый парень, который не покидает мои сны.

Тот, кто подтвердил мои ощущения в том, что мир не безупречен. Он грязный, отвратительный и эгоистичный. Как и все люди в нем.

Артур Горский.

Теперь он для меня запретный. Да и нельзя запретить себя того, кто никогда твоим не был и не будет.

За те три года, что мы учимся в одном институте, он не изменился, ни внешне, ни по характеру. Всё тот же, дерзкий мажор, за которым бегают девчонки. Такие же наивные как я. Слышала, что он сейчас в отношениях с королевой института. Ну, с той стервой, которую все терпеть не могут. Наверное, такие придурки, как он, влюбляются в таких же, придурочных, как она.

Богачи к богачам лезут. А к таким бедным и никчёмным как я, такие же одаренные экземпляры приплывают.

Да, и эгоистично, наверное, винить его в том, что он не узнал меня. В универе, я серая мышь. Спортивный костюм, одежда более пацанская, балдахины какие-то. Мне нравится быть в тени. Всю свою жизнь, я была в центре внимания семьи, и устала от этого. Хотелось быть невидимкой. Так я и делала. До той вечеринки, в доме его друга.

Не знаю, как решилась туда вообще пойти. Я надела короткие шорты, колготы сеточкой, майку с вырезом. Яркий макияж. Волосы накрутила на плойку. В ту ночь, мне хотелось быть яркой. Потому что это был мой день рождения. Я сделала себе подарок, дала истиной мне, вырваться наружу.

Грешница Луиза, за одну ночь нагадила на несколько лет вперёд. Много выпивки, развратные танцы и секс, с самым красивым парнем.

Он сразу меня заметил. Конечно же. Я девять лет ходила на гимнастику. Соревнования были моим свежим глотком воздуха. Я ездила в другие города, смотрела на жизнь со стороны, и ещё больше убеждалась, что задыхаюсь в родном городе. В своей собственной семье.

На танцполе я отжигала, как могла. Шпагат, растяжка, движение бедрами. Все свои таланты показала за один раз. А потом почувствовала касание рук, к моим бёдрам. Он сжимал их плотно, и тяжело дышал мне в ухо. Тесно прижимал к себе, и повторял за мной движения.

Мы танцевали в такт музыки, и в такт моего сердца. Оно билось гулко, сильно, свободно. А когда он повернул меня к себе лицом, я уже тогда поняла, что шанса на спасение у меня нет. Я утонула в его голубых водах.

- Красивое тату, - говорит он, и проводит пальцами по моему плечу. Да, там красуется мотылек*. Моя сущность. Его я сделала сразу после того, как узнала, что не родная в семье. Чужая.

- Спасибо, - полушепотом отвечаю. Хотя какой шепот, когда музыка орет вокруг.

Мы смотрим, друг другу в глаза, и кажется, весь мир исчезает. Есть я и он. Мы.

А потом он целует, целует, целует. Даже не помню, как уносит меня из танцпола. Как оказываемся в комнате. И дальше явь, превращается в сон. Нереальный. Но такой тягучий, приятный, незабываемый.

Я до сих пор от него проснуться не могу.

- Луиза, мы опоздаем на пары, - кричит Ванесса. Я собираю волосы в пучок, и покидаю ванную комнату, думая, что сегодняшний день, будет таким же, как и все остальные.

Но, увы, сегодня всё меняется.