Глава 3
Этот гад мне за все заплатит. И за Диану, и за мое заточение, и за отношение, как к последнему скоту.
Наконец, щелкнули замки. Я услышал приглушенные шаги. Осторожные.
Денис нес в одной руке неизвестные документы в другой стакан с водой и булку.
За все эти дни я мучался от голода и жажды и слюна давно не вырабатывалась. Во рту было сухо, как в пустыне Сахаре. А тут, стоило глянуть на воду и еду, так у меня рефлекторно набрался полный рот слюны.
Я нервно сглотнул.
— На, жри, а то твои вымученные каракули никто не распознает, — усмехнулся Денис и подошел, чтоб поставить воду и булку на стакан. Я уже и забыл, что хотел его сразу придушить. Схватил необходимые мне съесные припасы. Жадно глотал воду, откусывая огромные куски сдобы. Никогда ничто не казалось мне настолько вкусным. Я, здоровый мужик, которому обычно, чтоб наесться надо было съесть минимум полкило мяса, сейчас радовался столь скудной трапезе.
Я покончил с едой и водой слишком быстро. Желудок несколько раз больно кольнул. Затем чуть успокоился. Только раздразнил аппетит. Жрать хотелось жутко.
Вот так люди превращаются в животных, которыми руководят инстинкты голода и жажда крови!
— Вот бумаги. Подписывай и закончим твои мучения, — довольный собой усмехнулся Денис.
Я попытался встать, пошатнулся. Закатил глаза в себя и рухнул мешком дерьма на пол.
— Слышь, вставай, хватит цырк устраивать, — взревел раздраженно будущий смертник.
Я не шевелился. Мне нужно было подманить засранца поближе.
— Адриан, поднимайся, больной ублюдок, — щелкнул затвор пистолета.
В следующий миг раздался выстрел.
Я отрешенно думал о голубом теплом море, о зеленых лесных тропинках и о своей мягкой и чистой постели. Вообщем, обо всем на свете, кроме того, что в меня сейчас стрелял чувак, наставивший мне рога с женой и пытавший меня голодом кучу дней подряд.
Пуля пролетела совсем рядом со мной, но не задела тела.
— Ну что ж с тобой делать. Таки в отключке, — задумчиво потянул Денис и сделал первый шаг в слепую зону.
Я старался не выдавать своего ликования. Успокоить радостное возбуждение. Не стоит никогда залазить в клетку с оголодавшим хищником. Это ведь даже дети знают…
Денис осторожно подошел ко мне вплотную. Столько лишних шагов совершил, идиот! Так еще и наклонился ближе к моему лицу. Коснулся дулом пистолела моей отросшей бороды, которая за эти дни превратилась в неопрятные космы. Я задержал дыхание. И…Бросок.
Секунда, и я сбил с ног наивного придурка с такой силой, что аж сам поразился. Да уж, чертей во мне хватает!
Громов засопел и начал шарить рукой по полу в поисках пистолета. Я ногой отшвырнул его в сторону. Слишком далеко. Навалился на подонка всем телом и зажал смертельный захват на его шее. Тот был силен как бык. Смог вскочить на ноги и сделать несколько шагов к стене. Ударить размашисто головой меня в лицо.
Мудак попал затылком мне в подбородок. Хорошо, что я выше, и он не сломал мне нос.
От обессилия и голода перед глазами плясали пьяные черти. Я скидывал морок, возвращаясь в реальность.
Денис накинулся на меня с силой откормленного спортсмена. Но меня не так то легко сломить. Не такое уж я холенное ничтожество, как думал этот пидор. Годы усиленных тренировок, спаринги с лучшими тренерами по джиу-джитсу и карате, постоянный режим превратили мое тело в выносливую скалу. И даже если сейчас я был в нелучшей форме, мышечная память никуда не девалась.
— Убью тебя, — хрипел Громов, пытаясь высвободиться из очередного захвата. Только в этот раз я воспользовался преимуществом своего роста и навалился на него сверху. Сминая его тушу и вдалбливая в грязный пол, как ржавый гвоздь.
Мы боролись целую вечность. Первым сдался Денис и шумно выдохнул. Ноги соперника подкосились, и он осел подо мной, как унылый сопляк. Я не разжимая рук перехватил в сгиб локтя его шею. Другой рукой сдерживал руку и коленом наступил на вторую. Я оседлал врага сверху и запах его близкой кончины перебивал зловонье в темнице. Адреналин будоражил мою кровь. А кровь в венах пенилась и неслась в самые темные закоулки моей души. Именно оттуда пробуждался монстр. Руководил мной, жаждал крови соперника.
Ненависть ослепляла. Желание отомстить руководило моим стальным захватом.
Шея быка подо мной была толстая и жилистая. Но я умело ломал его сопротивление. Тело трепыхалось, придавленное мной в самую грязь, пропитанную нечистотами и вонью. Я наслаждался приближением скорой победы.
— Твоя жена стонала подо мной, как последняя девка…
Прохрипел ублюдок, чуть расслабив отпор и давая мне очередное преимущество в борьбе.
Я знал, что противники всегда стараются вывести друг друга на эмоции. Но Громову не нужно было меня раздражать, я итак был уже на пределе, слетел с катушек.
— Видишь, отморозок, а теперь ты подо мной, как последняя девка стонешь…
Сказал, как приговор и сдался. Спустил тормоза.
Шея ублюдка хрустнула. И тело обмякло в моих руках.
Истошные стоны и хрипы прекратились. Я даже почувствовал, как плоть врага стала легче. Будто душа проклятая из под пальцев ускользнула. Освободилась от бестолкового тела и отчалила в мир иной. Слоняться в неизвестности в поисках лучшего, достойного сосуда с большим количеством мозгов.
В том, чтоб лишить человека жизни руками есть что то животное. Это не застрелить на расстоянии. Или не пырнуть ножом в бочину. Это другое.
Видно от одиночества и голода мои рецепторы стали чувствительней. Потому что я ощущал каждую клетку этого ублюдка, будто он создан из наждачной бумаги. Все мои чувства обострились.
Я встал с трупа. Разогнулся, вправил пострадавшую челюсть.
Посмотрел на Дениса Громова. Грозу преступного мира, тренера по йоге и ебаря моей жены.
В грязи, в дерьме, мордой в самую гущу уткнулся…
Собаке собачья смерть!
Дыхание быстро пришло в норму, будто я и не дрался только что с огромным опасным противником. Но я опаснее. Я зверь. Всегда был мощнее и сильнее всех знакомых, друзей, институтских спортсменов. Выше, шире в плечах, выносливее!
Моя жестокость и недюжая сила пугала многих, если не всех.
Только когда увидел зеленые глаза модели Дианы Мирошиной, девочки богатых родителей, звезды интернета, то завис.
Помню, мужики потащили меня тогда в театр. Встреча важная была назначена с иностранным инвестором. Сказали, что там еще можно приличных телок поснимать, а не шваль барную на ночь. Совместить, так сказать, приятное с полезным.
А я уже, как бы не мальчик к той встрече был, а тридцатилетний мужик!
Вот и согласился на очередную авантюру. Тем более, что и цена вопроса по сделке существенная.
Увидел зеленоглазую девчонку сразу. Она мялась в соболинной коротенькой шубе перед входом в театр, ждала родителей. Милая и красивая пай девочка, ухоженная. Холенная. Видно, что с нее всю жизнь пылинки сдувают. Вот и разбаловали…
Как я не разглядел в зелени глаз, взгляд голодный, рыскающий в поисках членов.
Диана уже перед антрактом отсасывала мне в туалете театра.
Хорошая девочка…
И даже тогда, я дебил, не задумался, что не стоит зацикливаться на доступной стерве. Сильно глубоко увяз!
Отогнал мысли про жену — шлюху, не до нее сейчас. Нужно было еще цепи с себя поснимать и выбраться. Через отвращение обыскал труп Громова. Достал из его карманов связку ключей и телефон. Открыл свои наручники. Свобода!
Пнул мертвого говнюка и подорбрал пистолет. Быстро выбрался из подвала наружу.
Дом в котором меня держали был заброшен. На ходу набрал Кира объяснил начальнику охраны, где нахожусь и скинул геолокацию. Выслушал полчаса его радостных и возбужденных всхлипов по поводу того, что они искали меня. Друг детства, что с него взять. Все равно приятно, что хоть кому то есть дело до моей скромной персоны.
Громов приперся один ко мне, других его подручных я не обнаружил ни в доме, ни в тачке на улице.
Решил вернуться в хромую избушку. Жаль ни ванной ни душевой в заброшенной хате не предусмотрено. Скупое убранство дома говорило о том, что в нем никто не жил. Кое как помылся в найденной миске. С удовольствием смыл с лица и, как мог, с тела все прилипшее дерьмо. Можно было бы снять с трупа тряпки и переодеться, но уж лучше я потерплю еще пару часов в своей грязной футболке и спортивках, чем надену вещи мертвеца.
Кир с мужиками влетел в дом даже раньше, чем я ожидал.
Друг кинулся ко мне и сжал до хруста мои плечи.
— Адриан, ты бессмертный ублюдок! — вскричал он после стандартных приветствий. Я уныло кивнул. Да уж, что есть, то есть!
— Погнали пожрем где то и выпить хочу ужасно, — я стремительно вышел из своей тюрьмы.
Мужики остались для зачистки хаты, а мы с Киром и несколькими бойцами помчались прочь.
— Видок, конечно, у тебя сказочный, — Кир обсмотрел меня с ног до головы.
— Ну, не на Канарах же я зависал эти недели. Давай по быстрому где- то поедим. Потому что, этот гад Громов морил меня голодом, — я жадно выпил литровую бутылку воды.
На первой же заправке мужики сгоняли купили бутылку виски и три хотдога. Я сожрал все, как голодный койот. Запихивал в себя вредную еду, не жуя. Просто проглатывал. Залил все выпивкой и стало определенно легче. Я откинулся на кожанное сиденье своего Лексуса.
Блин, как же приятно быть снова в строю! А не на привязи в подвале, как убогое чмо.
Огорчало лишь осознание того, что не все наказаны за мои лишения. Спрашивать с виновных я буду строго и очень жестоко!
— Погнали в клуб. Не хочу пока домой, — проговорил я, рассматривая, как пейзаж за окном менялся из пригородного на столичный.
— В твой в центре? — уточнил Кир, я лишь кивнул.
Друг больше не задавал лишних вопросов. Чувствовал, что мне надо сейчас конкретно расслабиться.
— И шлюх закажи мне. Трахаться хочу больше, чем жрать, — добавил я с ухмылкой.
— Ты не исправим. Настоящий Ад! Тебя чуть не прикончили, а ты готов баб мять, — засмеялся мой товарищ.
— Посмотрел бы я на тебя, если б почти месяц без секса продержали. К тому же к своей блядской жене я теперь и пальцем не притронусь.
— Мне жаль, что так вышло, — вздохнул Кир.
— Мне твоя жалость нахуй не надо. Не маленький, разберусь, — угрюмо буркнул я.
Вышли из машины мы возле моего стриптиз клуба. То что надо, чтоб оттянуться и забыться. Немного потусим, а потом сразу домой — помыться, переодеться и хорошо потрахаться! Таков мой план был на эту ночь!
Спасибо за отзывы. Пишите!
Ваша Анна Штогрина!