Глава 13

* * * – Дамы и господа! Прекрасный бал открывают хозяева этого чудесного вечера – господин Февраль и его супруга несравненная Кира! Музыка заиграла. Взяв любимую за руку, Февраль вывел Киру в самый центр зала. Гости расступились, а потом взяли их пару в плотный круг. И они танцевали под чарующие звуки музыки. Танец был простым, но красивым. Февраль уверенно вёл супругу. Их па выстраивали нежные линии, изящные секундные замирания рождали в танце настоящую магию, которой дана и жизнь и смерть. Они были прекрасны. Февраль так проникновенно и серьёзно смотрел на Киру, что я невольно засмущалась. Ещё несколько заключительных па и Февраль крепко прижал девушку к себе, задержав в объятиях на несколько мгновений, но после отпустил, но не выпустил. А потом остальным парам пришла пора кружиться в красивых танцах. О! Вы не представляете, как танцевали эльфы, нимфы, дриады, саламандры, маги и другие гости! Это наипрекраснейшее зрелище! Глядя на этих существ, ощутила себя неловкой и неуклюжей. – Танец, любимая невеста? – озарил меня сияющей улыбкой Апрель. Я бы съязвила насчёт «любимой невесты», но, увы-увы, необходимо доиграть свою роль. Вложила руку в ладонь Апреля, и он закружил меня в танце. Как всегда магия и мои ножки сами делают необходимые па. Я отдалась музыке и приятным ощущениям. Находиться в крепких руках Апреля оказалось безумно приятно. Вспомнился не к месту и наш с ним поцелуй… А после танцев виновники торжества пригласили всех гостей к столу. Я увидела длинный трапезный стол. Он был тесно уставлен блюдами под серебряными и золотыми колпаками. В огромной чаше радовали взгляд яркие свежие фрукты. Из ведёрок со сверкающим колотым льдом торчали бутылки с игристыми напитками. Высокие кувшины, усыпанные самоцветами, были наполнены холодными и уверена очень вкусными напитками. Аппетитные запахи защекотали мой нос. Для гостей было приготовлено и обязательно угощение – мороженое. Да не такое, как на Земле. – Обязательно съешь шарик мороженого, – посоветовал Апрель. – Такое мороженое есть только на территории Февраля. Оно сказочно вкусное и полезное. От этого мороженого здоровье и красота десятикратно прибавятся. – Тогда может мне не один шарик, а десять? – улыбнулась я. – Не поможет, – улыбнулся Апрель в ответ. – Эффект только от одного шарика, а потом ешь хоть сотни, больше должного не прибавится, а вот затошнить может. – Спасибо, – поблагодарила его за совет. Апрель выглядел спокойным и беспечным. Он с улыбкой обхаживал меня, будто я и, правда, его любимая женщина, его невеста, почти уже жена. Про себя отметила, что Апрель выглядит равнодушно и соблазняюще. Он великолепный актёр. А вот я нервничаю. Он улыбался мне, шутил, целовал мою ладонь, обнимал у всех на глазах, дарил нежные лёгкие, как крылья бабочки поцелуи в губы, и в его глазах светилась нежность, которая придавала мне уверенности и силы. – Как странно, – вдруг раздался звонкий девичий голос за столом, перекрывая голоса всех остальных. И снова магия. – Апрель осыпает поцелуями человеческую женщину, а сама она ни разу не потянулась за новой порцией нежностей. Будто опасается его. Или будто он не её мужчина, а так… взятый напрокат. Вам не кажется это странным? А помнишь, Апрель, как мы с тобой целовались? Мы не отрывались друг от друга и… – Эва! – одёрнули морскую деву супруга Декабря и Май. – В чём дело? – хмыкнула красавица. – Я имею право знать правду. Весь мир в курсе, как обошёлся со мной Апрель. Использовал мою красоту, невинность в своих корыстных целях – насладился мной, испортил меня, а после того как наигрался – бросил! На конце фразы голос Эвы сорвался на визг. – Быть может, ты просто преувеличила, говоря о своей невинности? – рассмеялись Июнь с Июлем. – Несколько лет назад ты с нами тоже зажигала и… – Умолкните! – шикнул на них Май. Парни тут же замолчали. Морской Владыка летних братьев наградил суровым взглядом, потом с недобрым подозрением взглянул на дочь. Эва густо покраснела и опустила глазки в пол. Этакая невинность в развратном наряде. Апрель же взял меня за руку, поцеловал каждый пальчик, глядя при этом прямо в глаза. А я снова вспомнила наш поцелуй. Эмоции и воспоминание вихрем пронеслись в моей голове. Беспомощно подняла взгляд на Апреля, но, увидев его успокаивающую улыбку и уверенный взгляд, успокоилась тоже. – А давайте по традиции людской расы попросим у Апреля и Алевтины поцелуй! – предложила одна из дриад. Не удивлюсь, что это одна из подружек Эвы. – У вас кричат «Горько»? Верно? – Лучше начать с пары Киры и Февраля, – заметил Март. – Всё же у них годовщина. Что скажете? Подарите всем нам поцелуй по земной традиции? Гости зааплодировали, начали в точности, как на русской свадьбе рьяно кричать: – Горько! Горько! Горько! Кира рассмеялась, а Февраль демонстративно закатил глаза, но потом усмехнулся и уже влюблённым взглядом посмотрел на свою половинку. И поцеловал её. Красиво поцеловал. Ах! А как он её обнимал! Словно она есть самое бесценное, хрупкое и дорогое его сердцу сокровище. Хотя, почему «словно»? Так и есть. – Апрель, Аля? – подмигнул нам Май. – Эстафета переходит к вам! И снова аплодисменты, и крики «Горько»! Апрель притянул меня к себе ближе и чуть нагнулся. Его губы невесомо коснулись моих губ, словно спрашивая разрешения. Я невольно подалась навстречу. Положила руки ему на плечи и прижалась губами к его губам в нежном поцелуе. Его язык тут же погрузился в мой рот и из меня невольно вырвался едва слышный стон. Наш поцелуй был сначала нежным, даже невинным, но вскоре для нас исчезли все окружающие звуки и запахи. Остались только он и я. И наш поцелуй перерос в яростный и дерзкий. Мы оба цеплялись друг за друга, будто это был поцелуй не на жизнь, а на смерть. Словно мы искали друг в друге опору. Когда Апрель внезапно прервал этот чарующий поцелуй и отстранился, я задрожала – теперь мне не хватало тепла его тела. Уголки его губ слега изогнулись, когда нежный взгляд его глаз остановился на моих губах. Меня никто и никогда не целовал так страстно. Взяла в ладони его лицо и снова поцеловала, не обращая внимания на радостные крики и пошлые пожелания. Своё желание к нему я передала с помощью своих губ. Теперь Апрель тихо застонал мне в рот от возбуждения, и я крепко поцеловала его в последний раз. Когда отстранилась, сказала мягко: – Спасибо тебе… за всё… Когда Апрель разжал объятия, мне показалось, что я чего-то лишилась. Чего-то жизненно важного. Подняла бордовое от смущения лицо, внезапно встретилась с полным ненависти взглядом Эвы. Что ж, все убедились, что мы – пара. Эве ничего не светит с Апрелем. Владыка морей, кажется, уже вообще забыл, что собирался требовать свадьбы. Моя миссия практически исполнена. Тронула горячие после поцелуя губы и поклялась себе, что когда вернусь домой на Землю, в свою прежнюю обычную жизнь, я промою себе мозги с мылом, хлоркой и водкой, чтобы больше не думать об Апреле так, как я думаю о нём сейчас. Что со мной? Откуда эта грусть и сожаление, что мы всего-навсего притворщики? И что сказка скоро закончится. Так и не начавшись… В груди отчего-то стало больно. * * *Как ни странно, но приём у Февраля и Киры прошёл без происшествий. Эва и её злобные подружки, что собирались стайками и что-то активно, но тихо обсуждали, никаких провокаций и действий не продемонстрировали. Четно говоря, я немного разочарована этим фактом. Всё же ожидала какого-нибудь скандала или пакости от неё. Хоть бы на платье мне вылила напиток, что ли. Правда, ткань платья магически защищена от разного рода загрязнений, Эва однозначно в курсе. Но напряжение к концу вечера давало о себе знать. Всё же держать лицо, улыбаться и делать вид, что ты счастлива – тяжело. История нашего знакомства, придуманная Апрелем, честно говоря, была притянута за уши. Но он так вдохновлёно и правдиво рассказывал, что на какой-то миг я сама поверила, что такая встреча в моей жизни была, и я действительно люблю его, а он меня. А потом тряхнула головой, прогоняя наваждение. Да, Апрель – хороший актёр. Когда пришла пора прощаться и покидать гостеприимный дом, неожиданно Февраль объявил: – Прошу сегодня всех гостей остаться на ночь. Мы с Кирой приготовили для каждого из вас небольшой дар. Какой именно – узнаете сами. И улыбка – загадочная и немного хитрая. Большинство гостей выразило радость, и приняли приглашение. Все родственники Февраля и Апреля также. Даже Март, у которого сейчас работы и забот больше всего, согласился остаться. Я взглянула на хмурого Апреля и шепнула ему: – И как мы поступим? Остаёмся или сбегаем? Он перевёл взгляд на меня, мягко улыбнулся и произнёс: – План с побегом мне очень нравится. Но здесь все гости, в том числе Эва и её отец. Наш побег будет выглядеть весьма подозрительно и даже оскорбительно. – Оскорблять Февраля и Киру совсем не желаю. Значит, остаёмся. Пережили вечер, переживём и ночь, – сказала уверенно. Апрель хмыкнул. – Что? – спросила его. – Подарок, – вздохнул мужчина. – Меня настораживает, что Февраль и твоя соотечественница что-то придумали. Сомневаюсь, что это какая-то безделушка. Скорее всего, речь о магическом подарке. Я насторожилась. – Есть предположения, что это может быть? Он невозмутимо пожал плечами и весьма легкомысленно отозвался: – Аля, это может быть всё что угодно. Открыла было рот, чтобы перечислить хоть какие-то варианты, но Апрель не дал сказать. – Забудь, всё будет хорошо. Захлопнула рот и вздохнула. Внутри шевельнулось какое-то нехорошее предчувствие. Ой-йо, что-то сомневаюсь, что всё будет хорошо. Но раз ничего сделать с ситуацией не могу, то следует принять её и изменить отношение к ней. Ночь в доме Февраля – когда ещё подобное в моей жизни случится? Да никогда! Апрель повёл меня в свою комнату. В доме Февраля для каждого его брата была своя комната, которую никто и никогда кроме них не занимал. До меня факт подставы со стороны Киры Февраля дошёл не сразу. Лишь, когда вошла в спальню. У нас будет одна комната на двоих! И одна кровать! Но переживать по данному поводу было лень. Я зевнула. День был слишком длинным и напряжённым. – Ванная в твоём распоряжении, – улыбнулся мне Апрель. – Кира позаботилась о ночной одежде и всех гигиенических средствах. Кивнула и поспешила в ванную. Полчаса спустя я стояла у окна нашей временной спальни и расчёсывала волосы, просушивая их. Апрель следом за мной прошёл в ванную. А я любовалась снежным пейзажем, окутанным лунным светом и мягким искрящимся снегом и умиротворённо улыбалась. Здесь было сказочно красиво. Перевела взгляд на весьма небольшую кровать и покачала головой. Да, кровать была двуспальной, но… Сколько она в ширину? Один метр и сорок сантиметров? А Апрель мужчина большой. Чёрт. И как назло в спальне нет дивана, лишь кресло и маленькая банкетка. И тут дверь ванной комнаты открылась, я обернулась, и улыбка тут же исчезла с моего лица. Апрель стоял на пороге почти голый, только полотенце было обёрнуто вокруг бёдер. Засада! Мужчина тоже замер, заметив, что я, не отрываясь, смотрю на него. Расчёска выпала из моих рук. Нагнулась и быстро подняла её. Сама я была одета в длинное ночное платье цвета серебра – тёплое, мягкое, длиной до самых пят и рукавами до запястий. А вот Апрель решил устроить стриптиз? Неужели надеть пижаму не мог?! В ванной есть шкаф и там висела мужская пижама. Так какого чёрта? Я разозлилась. – Апрель, что на тебе надето? – прошипела недовольно. Мужчина улыбнулся, легко прошёл по полу, устланному мягким и пушистым ковром и, прислонившись к косяку, ответил: – Думаю, это называется полотенцем, Аля. Издевается, гад. Посмотрела на его грудь, на которой поблескивали капельки воды, и мне показалось, что я точно дерево пустила корни и вросла в этот пол. Стало тяжело дышать. Против воли мой взгляд заскользил по его поджарому и сильному телу, спустился чуть ниже. В горле появился ком, так что я едва не закашлялась. Полотенце ведь почти ничего не прикрывало! Его ноги были длинными, мускулистыми. Ступни – узкие и красивые. Полотенце у него на бёдрах вдруг шевельнулось, и появилась внушительная и совершенная, просто идеальная выпуклость… Я густо покраснела и невольно подняла взгляд на его лицо и… вздрогнула. Апрель смотрел на меня выжидательно, словно думал, сделаю ли я первый шаг? Сглотнула ком и хриплым голосом поинтересовалась: – Ты будешь спать в полотенце? И снова опустила взгляд на… то самое место. Дура! Но я была не в силах отвести взгляд, словно мои глаза кто-то пригвоздил. Дала себе мысленную оплеуху и с пылающим от смущения лицом снова посмотрела в лицо Апреля. Он же наблюдал за мной с довольной улыбкой. И соизволил всё-таки ответить: – Я привык спать голым, – сказал он. Я нервно сглотнула. Резко захотелось пить. Или лучше выпить. Во рту пересохло. Апрель казался совершенно невозмутимым, и это было нечестно, ведь я не могла даже пошевелиться! – Ладно, – наконец, выдавила из себя. Медленно развернулась и снова принялась расчёсывать волосы. Руки предательски тряслись. Да что со мной? Будто я обнажённых мужчин не видела! Услышала, как он разбирает постель, садиться на матрас и растягивается на кровати. Явно полотенце уже где-то на полу отдыхает. А я стояла, продолжая автоматически расчёсывать волосы, впрочем, мои мысли были вовсе не о том, как бы просушить их. Не заметила, как искусала себе губы. Почти до крови. В итоге отбросила расчёску и прошла к шкафу. Бинго! Наверху нашлось ещё одно одеяло. Развернув его, бросила на пол и принялась расправлять его. Апрель сначала наблюдал за мной молча. Слава богу, додумался прикрыться одеялом. – Что ты делаешь? – спросил меня. Я, как ни в чём не бывало, продолжила возиться с одеялом. Потом медленно произнесла: – Готовлю себе постель. Апрель сел в кровати и рассержено рыкнул: – Ты совсем с ума сошла? Я глухо рассмеялась и покачала головой. В следующее мгновение Апрель нагнулся и дёрнул на себя моё одеяло. Свернул его и швырнул в противоположный от меня угол. Я посмотрела на него в недоумении и ждала объяснений. Апрель выглядел серьёзным. – Апрель, ты же не думаешь, что я буду спать с тобой? – решила первой нарушить тягостное молчание. И добавила: – В конце концов, ты мужчина, а я женщина. – Спасибо, что прояснила, а то до этого я не знал! – рявкнул он бешено. – Ты чего… – прошептала я, испугавшись его вспышки гнева. Мужчина вздохнул, провёл рукой по волосам и уже спокойно произнёс: – Извини. И не беспокойся. Я не собираюсь приставать к тебе, Аля. Можешь поверить мне на слово. Я нервно дёрнула плечами и чуть капризно надула губки. А я смогу сдержать себя и не приставать к Апрелю? Апрель долго и испытующе смотрел на меня. Я заметила, как волнение промелькнуло в фиолетовых его глазах. – Ну? – выгнул он одну бровь. Я пораженчески выдохнула и кивнула. – Ладно. Спим в одной кровати, – проворчала я. – Только будь добр, не прижимайся ко мне. Апрель медленно растянул губы в улыбке. Мне вдруг пришло на ум, что именно такой улыбкой он одаривает женщин, когда хочет покорить их. Обошла кровать и забралась на свою половину. Изголовье кровати было настоящим произведением искусства – с прекрасной резьбой в виде роз. Но сейчас у меня не было настроения, чтобы восхищаться тонкой искусной работой и красотой мебели. Накрылась одеялом, чуть ли не с головой и устроилась почти на самом краешке.