Глава 28

— Нарядился-то, — ворчит Демыч, пытаясь засунуть в высокую корзинку щенка от Зары.

Я выбрал в подарок девочку, ту, черную с белым пятном. Дема все утро пытался завязать щенку розовый бант на шее, но получалось не очень.

— Так это тебе не в магазин сходить, — огрызаюсь я, — Свататься иду. Знаю, что отец ее откажет, но Дуне я должен предложение по всем правилам сделать, — поправляю серебристый галстук на серой рубашке, одергиваю синий пиджак. Все новое, с иголочки, как идиот, даже смешно.

После того как Дуня огорошила нас с отцом в больнице своей беременностью, я думал, что у меня отнялся язык. Ведь всего раз было-то!

— Ты беременна?! — восклицаем мы хором с отцом рыжика.

— Да, — воинственно отвечает она, упирая в бока руки.

— Но всего раз было и то от испуга… — начинаю оправдываться я, но тут же захлопываю рот, встречаясь со злым взглядом ее отца.

— Стреляете, наверное, метко, майор, — шипит тот сквозь зубы.

— Да, у меня разряд… — начинаю я и снова понимаю, что чушь несу.

Рыжик переводит взгляд на меня, потом на своего папу и хмыкает.

— Видели бы вы себя, — улыбается она.

— Да и хрен с вами, женитесь, — сердито отмахивается от нас олигарх и выходит из палаты.

— Дуняша, иди-ка сюда, — хмуро свожу свои брови.

— Не-а, — пятится испуганно подальше от моей кровати Дуня.

— Это какая такая беременность и откуда она взялась за две недели? Мм? Наврала?

— А вот и нет, — дует свои губы Дуня, — Вы, товарищ майор, что-то не так сделали, а я решила проверить, когда у меня… Короче, когда в срок не наступили…В общем, тест вчера сделала, — выдает рыжик.

— Один?

— Десять, — виновато опускает рыжую головку Дуняша, а мне так смешно становится. И что-то странное чувство в груди просыпается, горячо у меня там, нежность заливает к Дуне. Это я что, получается отцом стану второй раз? Охренеть!

— И что делать будем? — строго спрашиваю Дуняшу, а самого на смех разбирает. Доигрался ты майор на старости лет.

— Рожать? — поднимает на меня испуганный взгляд Дуняша, — Вы, если не хотите ребеночка, товарищ майор, Зубр, я и одна рожу. Папа никуда не денется, обеспечит меня, да и Алина поможет. Я справлюсь, все смогу. Даже доучиться сумею. Ну а вы, если решите потом ребеночка увидеть, приходите, я против не буду, — частит рыжик.

— Все продумала? — грозно спрашиваю ее.

— Все, — снова упирает глазки в пол, Дуняша.

— Иди сюда, — раскрываю руки, жду рыжика.

— Вы точно меня не укусите? — с опаской делает шаг в мою сторону рыжик.

— Не могу ничего обещать, — честно признаюсь ей.

Это надо, так думать обо мне! Что я брошу Дуняшу, ребенка, да я рад до усрачки!

— Вот, — рыжик присаживается осторожно на край кровати, а я хватаю ее за талию и тяну на себя, впиваюсь в губы.

— Дурочка ты, глупая моя, — вдыхаю ее запах, от губ не могу оторваться, — Старый я для тебя, двадцать лет разницы, почти.

— А вот и нестарый, — сама обнимает меня за шею Дуняша, — Вы в самом соку.

— Ох, Дуня, — смеюсь я, тыкаясь носом в ее шею, — Выпишусь из больницы, все решим, договорились?

Дуняша кивает, а я ее лицо в свои ладони беру и снова целую.

— И чтобы даже не думала, что я от ребенка откажусь, понятно?

— Поняла, — вздыхает облегченно рыжик.

— И хватит уже мне выкать, Дунь, ну сколько можно? А? Да и определись, как меня называть в конце концов!

— Зубрешечка совсем не подходит? — вскидывает на меня хитрые зеленые глаза Дуняша.

— Вот прямо совсем, — хмурюсь я.

— Олежка можно? — лукаво улыбается рыжик.

— Только не при моих подчиненных, — обреченно вздыхаю я.

На том и договорились. Две недели пролетели быстро. Дуняша только что не ночевала у меня в палате. Днем убегала на учебу, а потом возвращалась. Вместе смотрели телевизор, читали книгу, пыталась из ложечки меня кормить, как маленького.

И вот вчера меня выписали, а сегодня суббота, я знаю, что отец и мама Дуни дома. Решил сходить, сделать предложение как положено. Моя фантазия, правда, только на щенке и закончилась, но я после заберу Дуняшу к себе с вещами. Пусть со мной живет, хватит ей у родителей проживать.

— Вроде нормально, — подсовывает мне под нос щенка Дема, — Я не профессионал, чтобы банты розовые завязывать, но вроде неплохо получилось.

Критически рассматриваю щенка, бант на месте, даже узел ничего так. Дема тоже стоит в парадном костюме, с корзинкой для подарка наготове. Я же не один свататься пойду, мне группа поддержки нужна, да и водитель не помешает. На всякий случай в корзинке еще бутылка хорошего коньяка припрятана, отца Дуняши надо задобрить, а то хмурый ходит, что не подойти, покусает.

У дома Дуни нас встречает охрана, но ворота открывают, видимо, предупредили. Домина, конечно, огромный, с моим не сравнить.

— Тут и бассейн, наверное, есть, — задумчиво оглядывает дом Демыч, — Сколько гектар тут этого, ландшафтного дизайна?

— Это все, что тебя волнует? — тихо рычу на него, одергивая на себе пиджак.

Чувствую себя полным идиотом. Почти сорок, а я свататься иду.

— Я в машине подожду, — пытается смыться Дема.

— Да ща-аз, — подталкиваю друга к дверям, — Вместе так вместе.

— Так не я свататься буду! — возмущается друг.

— Ты будешь говорить, — киваю ему и ловлю испуганный взгляд.

— Чего говорить? — еще больше дрожит Дема.

— А я знаю? Что там обычно говорят «у вас товар, у нас купец» — вспоминаю зачем-то я.

— Зубр, ты это, полномочия свои превышаешь, — огрызается Дема и открывает дверь в дом.

А там Дуняша нас ждет, счастливая, красивая. В воздушном розовом платье и кудряшками своими. Все забываю, только ее вижу. Зачем пришел уже и неважно. Протягиваю ей щенка из корзинки, на банту у которого колечко золотое висит. Простое, с маленьким бриллиантом, но это не от жадности моей, а просто к пальчикам Дуняши именно такое подходит.

— Рыжик, я это… Короче, кольцо там на шее висит… — заикаюсь, краснею, галстук на шее, как удавка давит, — Люблю тебя, Дунь.

Рыжик стоит, приложив ладошку к губам, а по щекам слезы текут, то ли от радости, то ли кольцо не нравится.

— Еще что-то нужно сказать? — оборачиваюсь к Демычу, а тот разводит руками, — Ясно. Согласна, Дунь? — грозно смотрю на рыжика.

— С чем? — улыбается она сквозь слезы, — Что любишь меня?

— Замуж согласна? Меня взять, собак и котов моих?

— Всех?!

— Ага.

— Согласна, Олежечка! Согласна, майорушка мой! — кидается мне на шею рыжик, а я слышу, как позади меня чуть ли не укатывается по полу от смеха Дема.

Ну ладно, что уж, поженимся, все сделаем как нужно. Рыжик так хочет, да и я, если честно, хочу.