Бег сумасшедшей мышки
Чем хорош центр Москвы, так это наличием огромного количества разнообразных кафешек. Инстинкт самосохранения тащит меня мимо знакомой пиццерии, где мы сидели с Артемом, чуть дальше, в соседнее здание, в котором на первом этаже притаился какой-то крафтовый бар.
Мне сейчас вообще без разницы, что там продают, главное, сесть, наконец-то, и выдохнуть.
А то ноги не держат, и сердце колотится с такой скоростью, что запросто инфаркт словлю в молодом возрасте.
Внутри крафтового бара… крафтово. Но мне интерьер побоку.
Сажусь к окну, облокачиваюсь на столешницу, сжимаю пальцами ноющие виски. И… вытираю слезы. Неожиданные и от того еще более неудержимые.
Мне дико плохо. Такое ощущение, что все одновременно навалилось и теперь бьет и бьет по голове.
Наверно, так оно и есть…
Неожиданная и от того пугающая ночь с Большим Боссом. По полной программе похмельное утро, и это я еще не хочу думать, зачем Темирхан хотел меня задержать у себя в квартире!
Прекрасный разговор с заказчиком, первым, между прочим, заказчиком на новой работе! Оскорбления и мотание нервов.
Артем с его ненужными ухаживаниями.
И, вишенкой на торте — бешеный взгляд Большого Босса. Хотя, нет.
Вишенка — это Виктория и ее капризное «Темик».
И все это случилось за меньше, чем сутки.
Бурная жизнь у меня началась в столице, настолько бурная, что как бы не утонуть в водовороте-то!
Она его «Темиком» называет. При всех. Это хорошо, что в холле внизу было не особо много народа, но все же… Раз называет, раз после прошлого раза он не запретил… Значит, ему все нравится? Такая вот пошлость и демонстрация их неслужебных отношений нравится. Устраивает.
Это так странно. Это настолько не вяжется у меня в голове с образом Большого Босса, что даже не по себе становится. Неужели… Неужели, я настолько слепая? Так влюбилась?
Уй… Ду-у-у-ра-а-а-а…
Виски болят все сильнее, слезы катятся и катятся, я их поспешно сглатываю, уже не вытирая даже.
Что он делает сейчас?
Наверно, успокаивает свою рыжую красавицу. Слушает ее рассказ о некомпетентных сотрудниках и их грубых начальниках… Только бы Роман не пострадал! Черт, зачем я вообще?.. И его подставила…
И не сделать ничего, главное!
А, может… Может, он ее увел к себе в кабинет и там…
Не думать, не думать, не думать, Майя!
И дышать. Дышать. Дышать.
— Простите… — женский голос кажется знакомым.
Я поднимаю голову и вижу… Вику. Только не ту, Темирхановскую красавицу, а милую девочку-горничную, с которой познакомилась в первый день. Она удивленно распахивает огромные голубые глазки, узнавая, раскрывает рот, но затем, покосившись куда-то в глубь зала, решительно наклоняется ко мне:
— Майя! Что такое? Что-то случилось?
Я отрицательно машу головой, ищу взглядом салфетки, чтоб вытереть залитые слезами щеки.
— Ох… Боже мой… Пойдем-ка! Пойдем, я помогу умыться!
Вика решительно подхватывает меня под локоть, поднимает и тащит куда-то в глубь помещения, к туалетам.
Там я умываюсь холодной водой, смотрю в зеркало на свои красные, в пятнах, щеки и распухший нос… И опять плачу.
— Ну что ты… — Вика обнимает меня, гладит по спине, — ну хватит… Не думай о нем. Он — козел и бабник. Не думай…
Я горестно киваю, соглашаясь. Да, бабник… Насчет козла не уверена, конечно, но вполне вероятно… Спал же со мной, имея невесту в активе… Да, получается козел. И бабник…
— Забудь, — опять говорит Вика, — они все горазды на уши лапши навесить, а мы и слушаем… Тоже, дурочки… — последнее она говорит с таким душераздирающим вздохом, что даже мне, полностью поглощенной собственными мыслями, становится ясно, что тут что-то личное.
Неужели, Темирхан… Неужели, и к ней?..
От одной мысли такой становится не по себе, мурашками продирает по всему телу.
Я отстраняюсь, смотрю на нее пристально.
И замечаю, что глаза-то у Вики тоже на мокром месте!
— Не обращай внимания, — она отводит взгляд, вытирает щеку, — я просто… Он мне тоже, понимаешь, говорил… Но я видела таких миллион раз! Да! Я не поверила, ты не думай! А ты… Ты просто, наверно, впервые столкнулась, да? Это пройдет, Май, поверь мне. Пройдет…
А я смотрю в ее печальные глаза и понимаю, что ничего не понимаю.
О чем она?
Темирхан ей что, что-то обещал? Уговаривал? Это странно, вообще не могу представить его уговаривающим женщину… Он и меня-то… Не уговаривал.
Просто взял. Монгольский чертов завоеватель.
И что же получается? И Вику, эту маленькую девочку, больше на ангелочка похожую, чем на взрослого человека, он тоже?..
Постойте, а откуда Вика вообще узнала?.. Про меня и Темирхана?
— Я вас видела, — отвечает она на мой вопросительный взгляд, — я сегодня с утра смену заканчивала, и видела, как он тебя на руках в квартиру генерального заносил. Прости, я знаю, что не мое дело, но лучше узнать раньше, что он гад и козел, чем… Чем потом… Когда поздно будет…
Ой.
Ой-ой-ой!
Утром Вика не могла нас с Темирханом видеть! Я сама не видела Темирхана этим утром! А вот с Тимуром… Это что же, она решила, что я и Тимур… Ужас какой!
Стоп!
Это что же, Тимур к ней приставал?
Я торопливо машу головой, показывая жестами, что нужно вернуться в зал, там я напишу ей все! Это ошибка! Все ошибка! Недоразумение!
— Да, пойдем, — кивает Вика, — ты успокоилась уже? Давай я тебе сделаю кофе, например, лавандовый раф, хочешь? Он вкусный! Или миндальный… За счет заведения. Идем!
Она выходит первой, я, напоследок взглянув на себя в зеркало и поразившись на редкость безобразному, опухшему лицу, следом.
Пожалуй, в самом деле, надо бы мне выпить кофе, успокоиться. И попытаться объяснить Вике, что меня с Тимуром вообще ничего не связывает. Кроме его брата, естественно.
Черт… А ведь Вика, похоже, что-то серьезное испытывает к Тимуру Анваровичу… Ей было больно сегодня утром, когда увидела, как он меня на руках несет в квартиру…
Надо же так неудачно попасть!
Мы с ней, похоже, сестры по несчастью. Обе пострадали от братьев Булатовых.
Я сажусь за столик кафе, смотрю на улицу, морально готовясь к общению с Викой. Надо же написать это все, а для этого собраться и пояснить, что я вообще утром в квартире Большого Босса делала… И это непросто, так непросто…
Я обдумываю предложения, лезу в телефон, начиная набирать текст в заметках… Звякает колокольчик в двери, я машинально вскидываю взгляд на вошедшего посетителя…
Посетителей.
Их всего двое, но места в небольшом крафтовом баре начинает сильно недоставать.
Что и говорить, братья Булатовы везде привлекают много внимания. И занимают все, имеющееся в наличии пространство.
Высоченные, огромные, налитые тяжелой силой, упакованные в дорогущие классические костюмы, с одинаково хмурыми лицами. Притягивают взгляды.
И я тоже смотрю. Словно мышонок, которого кот обнаружил под веником…
Темирхан выглядит невероятно серьезно, собрано и напряженно. Внешне это никак не определяется, все то же каменное лицо, что и обычно. Но вот в глазах…
Там такое, отчего мне сразу начинает не хватать воздуха, и я глупо раскрываю рот, словно рыбка, выброшенная на берег.
Что он тут забыл? Что ему, в конце концов, надо здесь? Сколько можно меня мучить! Я же вздохнуть не могу свободно, он не дает мне воздуха!
Темирхан смотрит только на меня, пока идет к столику у окна. И ощущения, скажу я вам, не самые приятные. Словно в саванне на тебя размеренно и неумолимо движется африканский буйвол. Из тех, которых даже львы сторонкой обходят, чтоб не дай бог, не попасть под копыта. И не заметит ведь, как в землю втопчет.
На его фоне Тимур, которого я, конечно, замечаю, но особо не вижу, смотрится бледновато.
Хотя, в тандеме братья Булатовы убойны, что уж тут говорить…
Вот сейчас они, похоже, меня и убьют…
Я начинаю вставать, непонятно, зачем, правда, потому что существенного преимущества это не дает, мои сто шестьдесят пять против их… сколько? Много, очень много…
Но в любом случае, стоя я чувствую себя уверенней.
Сжимаю руки в кулаки. И смотрю в глаза Темирхану. И очень сильно надеюсь, что выгляжу хоть немного… презентабельно? Да? И зачем мне это, Господи…
Темирхан хмуро осматривает меня, и от его взгляда становится еще больше не по себе. Жарко и очень волнительно. На щеках, наверняка, опять красные пятна… Блин, как я умудряюсь в каждой, практически, ситуации выглядеть настолько нелепо?
— Майя… — неожиданно хрипло начинает он, и я непроизвольно вздрагиваю от его голоса. Такого же, как сегодня ночью, когда он брал меня… Я же не смогу с ним говорить, мамочки… Я же сейчас просто…
И тут ко мне приходит помощь оттуда, откуда вообще не ожидалось.
Маленький блондинистый смерч выкатывается передо мной и пытается закрыть своей худенькой спиной от бешеных горячих глаз Большого Босса.
— Тимур Анварович, оставьте уже Майю в покое! — звонко, на весь бар заявляет Вика, — как вам не стыдно? Она же… Вы же видите, какая она беззащитная? Как вы могли воспользоваться?
Наступает мертвая тишина. Абсолютно мертвая. Даже машины не ездят за окном.
Я в ужасе смотрю на Темирхана, потом на Тимура, у которого на лице медленно, но верно проступает не меньший ужас, чем у меня, наверняка.
— Э-э-э… Мышка… — начинает он, но Вика перебивает все так же звонко:
— И вообще, наверно, ваш брат не в курсе ваших похождений, да? Темирхан Анварович, при всем моем уважении, так нельзя же! Майя она… Даже ответить не может! Она доверчивая и добрая! А он ее… Как так можно? — последние фразы она буквально со слезами выкрикивает уже в лицо Тимуру, — я не позволю, понятно? Она совершила ошибку, связавшись с вами, и теперь жалеет. Она так плакала сейчас! Как вам не стыдно! Если вы, Темирхан Анварович, не уймете вашего брата, я в полицию пойду и напишу заявление о сексуальном домогательстве! Майя пойдет, вернее! И напишет, понятно вам?
— Непонятно, — наконец, отмирает Темирхан, всем корпусом поворачиваясь к брату. Это выглядит реально страшно, такое обманчиво спокойное движение бешеного зверя, — но Тимур мне сейчас все объяснит. Да, Тимур?
— Э… Тем… — Тимур, ощутимо спав с лица, тем не менее не двигается назад, хотя я бы на его месте… Да черт, я бы уже в обмороке валялась давно! И без того, непонятно, как держусь!
И не знаю, просто не понимаю, что делать сейчас!
— Мышка… Она все неправильно поняла, Тем, ты чего? — начинает говорить Тимур, но Вика опять его перебивает:
— Все я правильно поняла! Что тут не понять? Вы ее утром на руках в квартиру Темирхана Анваровича несли! Кстати, ваш брат в курсе, чем вы занимаетесь у него в квартире в его отсутствие?
— Очевидно, что брат не в курсе… — обманчиво спокойно отвечает Темирхан, не отрывая взгляда от Тимура, — но мне же сейчас и это пояснят, да? В подробностях…