Глава 11
Карвэл подлетал к дому моих родителей. Мы парили над огромной территорией, разделенной на различные загоны с примыкающими к ним сараями. Ферма сильно разрослась! Значит, бизнес отца успешно процветает. Конечно, мы никогда не бедствовали, но все же и не могли похвастаться роскошью. У нас с Ираной было все необходимое, даже больше того. Отец всегда мечтал, чтобы мы поскорее вышли замуж и наши мужья помогали ему во всем. Тогда-то он и собирался расширять хозяйство. Видимо, одного зятя ему хватило для осуществления задуманных планов.
Диаш с интересом выглядывал в окно, я же прикрыла глаза рукой и улыбнулась – чувствую, будет весело.
– Эллана Дифаэн, не подскажете, где тут парковка? – спросил Ашдон, заходя на второй круг.
– Здесь нет парковки, – ответила я и выглянула в окно. – Смотри, вот там подъездная дорога и газон. Спустишься?
– Будет сделано, – с напряжением ответил водитель, и снизил высоту, аккуратно остановившись перед забором.
В песочнице перед домом играли двое трехлетних мальчишек. Близнецы обернулись ко мне и поднялись на ноги, словно защитники. Их я видела лишь на снимках, присылаемых Ираной. Олдо и Ашдон подхватили сумки с подарками, и я, взяв один из пакетов со сладостями, вытащила оттуда леденцы и раздала детям. Поблагодарив, племянники побежали в дом.
– Я думал, что ты меня представишь им, – с усмешкой произнес Диаш, поравнявшись со мной.
– Несколько позже. Сейчас они перескажут все взрослым, – откликнулась я и, подхватив Диаша под руку, потянула его в сторону калитки.
На крыльце нас уже ждали мама с сестрой. Сестра в фартуке, натянутом на выпирающий живот, явно готовила что-то вкусненькое к нашему приезду. Еще в детстве она любила помогать маме на кухне и пекла чудесные торты! На моих глазах выступили слезы. Мне казалось, что прошла вечность с нашей последней встречи. Столько всего успело произойти.
Мне было страшно, что я изменилась настолько, что больше не найду с ними общих тем. Особенно учитывая, что и до этого таковых было немного.
– Доброго утра! – воскликнул Диаш и протянул руку. – Рад вас видеть, эллана Фаэрон. И вас…
– Ирана Кастон, – мгновенно отозвалась сестра, и Диаш слегка сжал её руку.
– И вас, эллана Кастон, – добавил муж, и сестра бросила взгляд за наши спины.
Там мялись охранники, нагруженные подарками.
– Это Олдо и Ашдон, – пояснила я. – Найдутся для них столовые приборы?
– Разумеется! Что же мы тут стоим? Проходите в дом, – заторопила мама и открыла перед нами двери.
Ашдон остался у входа, а вот Олдо направился за нами. В коридоре уже ждали дети, хихикая и рассасывая леденцы. Потрепав каждого по голове, я разулась и прошла вперед. Диаш последовал моему примеру, после чего мы разместились в гостиной. Ирана убежала на кухню, ссылаясь на готовку, а мама осталась с нами, светясь, словно праздничный фонарь.
– Как я рада вашему приезду! Наконец смогу увидеть тебя лично, Диаш.
– Я тоже рад нашему знакомству.
– Какой ты красивый! Просто глаз не оторвать! Вы чудесная пара!
– Мама, – шикнула я, и Диаш рассмеялся.
Входная дверь хлопнула и раздался зычный голос отца:
– Инара! Иди сюда!
Я вздрогнула, мгновенно окунувшись в детские воспоминания. Взяв за руку Диаша, я повела его обратно в коридор. На пороге стояли отец и мой зять – Ронк Кастон, оба в рабочей форме. Теперь понятно, почему они не хотели проходить дальше. Запах от них шел… м-м… не передать словами, какой.
– Значит, зятя привезла, – констатировал отец, снял перчатку и протянул руку Диашу. Я была уверена, что муж не ответит на такое, отцу как минимум нужно помыть руки после работы, но Диаш отреагировал быстро и без заминок. – Меня зовут Фарл Фаэрон. Мне как раз нужна помощь в загоне с коровами. Недавно Буренка отелилась, так что мы не успели убрать навоз и раскидать сено. Подсобишь?
– Папа! – пораженно воскликнула я. – Он вообще-то мой начальник!
– А разве не муж? – вздернул бровь родитель.
– Я могу попробовать, – вставил Диаш, и я, развернувшись к нему, отрицательно качнула головой.
– Нет, ты туда не пойдешь.
– Фарл, оставь детей в покое! Они же только приехали, – вступилась за нас мама.
– И что? Ты считаешь одного зятя лучше другого? Почему это один пашет на ферме, а другой белоручка?
«Потому что один умеет деньги зарабатывать своими мозгами, а другой – руками!» – хотелось выкрикнуть мне, но мне не хотелось обижать Ронка. Всё же он не виноват в том, что мой отец такой упрямый баран.
– Отец, мы и сами справимся. Сейчас Салтон освободится из свинарника и все успеем, – будто прочитав мои мысли, немного смущенно сказал муж моей сестры.
– Конечно, справимся. Ведь мы настоящие мужики.
Последние слова отца явно были издевкой. Мне хотелось кинуться и расцарапать ему лицо. Что ж, если Диаш не захочет продлевать рабочий контракт после окончания нынешнего, я его пойму. Хотя я же хотела уволиться?! Во-от, отец подсобил!
– Что ж, тогда позвольте мне переодеться, – упрямо произнес Диаш и снял пиджак.
Нет, я не должна этого допустить! Только не это!
– Ты вовсе не…
– Все нормально, Инара. В конце концов, любой опыт полезен.
Но не этот! Отец довольно улыбнулся. Мама дала моему мужу какие-то домашние вещи и запасной комплект спецовки на два размера больше. Когда я вошла в комнату и взглянула на мужа, то прыснула от смеха. Смотрелся он во всем этом невероятно комично.
– Видишь, на какие жертвы я иду ради тебя.
– Мне остается лишь надеяться, что ни один журналист не будет тебя сторожить.
– Эллан Дифаэн, – обратился Олдо, – позвольте мне тоже помочь вам.
– Ради премии? – деловито переспросил Диаш, и охранник кивнул, а муж добавил уже мне: – Придется раскошелиться. На такое Олдо явно не подписывался.
Я расхохоталась и на эмоциях чмокнула мужа в губы. Черночешуйчатый оторопел, но быстро сориентировался и прижал меня к себе.
– Что ж, видимо, премию придется выписывать и мне, Инара. Надеюсь, я могу рассчитывать на поощрение с твоей стороны?
– Будем опираться на объемы проделанной работы в загоне.
Муж поморщился. Кажется, что даже «премия» его не порадует после подобной работы. Олдо тоже выдали робу. Я собиралась отправиться за мужчинами, но мама меня не пустила – мол, пусть сами разбираются. На сердце было неспокойно.
– А ты нам на кухне поможешь, – добавила родительница. – Твоя старая одежда на чердаке в коробках. Мы её убрали, когда переоборудовали твою прежнюю комнату в детскую.
Лестница на чердак находилась на втором этаже и была вертикальной. Включив свет, я забралась по ней и вышла в слабо освещенное пространство. Когда-то я просила отца сделать мне тут комнату, чтобы жить поближе к небу. Я любила высоту с самого детства. Пройдя вперед, нашла коробки с подписью «Летние вещи Инары» и открыла её. Словно прикоснулась к чему-то забытому, из прошлой жизни. Мы не жили бедно, у нас с Ираной были всякие красивые вещички на зависть подругам, но все же… Это не были те брендовые шмотки, в которых я щеголяла сейчас. Изменилась ли я? Сильно. Но внутри меня все еще живет та маленькая девочка, которая дорожит своим прошлым и тем, как оно на меня повлияло.
Переодевшись в темно-синие шорты и оранжевую футболку, вернулась на кухню. Ирана тут же дала мне нож и яблоки, которые необходимо было почистить для шарлотки. Нацепив фартук, я послушно приступила к своим обязанностям, но постоянно оглядывалась на дверь. От мамы это не укрылось.
– Не переживай ты так, Инара. Ничего с твоим Диашем не случится. Он крепкий мужчина.
– Я боюсь не за его физическое здоровье, а за душевное.
– Отец делает это, чтобы проверить его, – сказала Ирана. – Неужели ты сама не видишь? Он проверяет прочность вашей любви. Смотри, ведь Диаш пошел, чтобы доказать – он достойный зять. Хотя все мы знаем, что твой муж зарабатывает деньги головой, да еще какие деньги. Чтобы убраться в загоне много ума не нужно, это понимает и отец.
– Надеюсь, – пробормотала я, смущенная словами о любви.
Разве он может быть в меня влюблен? Наши отношения за последнюю неделю сильно изменились, в первую очередь начало меняться мое отношение к нему. Но я боялась даже вообразить какие-то романтические чувства. Ведь только поверив в сказку, я могу разрушить устоявшуюся реальность и превратить её в сущий кошмар.
– Инара, очищай лучше! Кожура в шарлотке чувствуется!
– Знаешь ли, Ирана, я не каждый день чищу яблоки, – едко ответила я, и сестра поджала губы, хмыкнув.
– Знаешь, как мы называем таких, как ты? Городскими фифами!
– Да откуда у вас тут городские фифы? – в свою очередь спросила я, сощурившись, и сестра звонко рассмеялась.
– Ладно, уличила! Никого мы так не называем, так как просто некого.
Спокойно дочистив яблоки, я отдала их сестре, когда мы услышали пронзительный крик с улицы. Мое сердце пропустило удар. Диаш!
Я рванула на улицу, пробежала мимо двух амбаров, а затем остановилась рядом с Ашдоном возле загона. Диаш убегал от огромного быка, а Олдо несся следом и пытался оседлать этого самого быка. Отец с Ронком стояли возле сарая и тупо ржали. Захотелось подойти к ним и приложить по голове лопатой.
– Поч-шему вы с-стоите прос-сто так?! – зашипела я. – С-сделайте ш-што-нибудь!
– Что именно? – сквозь смех спросил Ронк, не обратив внимания на мой гнев и раздвоенный язык. – Сейчас бугай-охранник оседлает быка и все закончится.
– Ч-шем з-саконч-шитс-ся?! Инвалидной коляс-ской?! Диаш-ш мож-шет пос-страдать!
На меня не обратили ровным счетом никакого внимания. Вокруг загона прибавилось зрителей – работники папиной фермы.
– Фарл, а ну живо спасай мальчика! – прикрикнула мама, и папа оттолкнулся плечом от стены.
В это время муж пробегал мимо меня, не имя возможности перепрыгнуть через забор – может, он и осуществил бы этот маневр, но боялся не успеть. В этом случае бык бы просто насадил его на свои рога. Я начала хныкать, требуя, чтобы кто-то что-нибудь сделал.
Наконец, Олдо смог схватить быка за рога, Диаш подскочил на забор, подтянулся и спрыгнул с обратной стороны. Я тут же бросилась к нему, оббегая загон. Олдо с его недюжинной силой смог задержать быка, а после откинулся слегка назад, обернувшись прекрасным и одновременно пугающим существом – нагом. Его мощный хвост мгновенно спеленал быка, и теперь тому оставалось беспомощно бить рогами пустоту.
Я добежала до мужа и обняла его, не смотря на грязную робу. Диаш нервно рассмеялся.
– Признаться, я смущен тем, что тебе пришлось это увидеть. Еще немного, и я был бы на таблоидах.
– В качестве кого? Усопшего?
– Нет, что ты! В качестве преступника, который нарушил закон и обернулся драконом на территории другого государства. Ты же знаешь, какие трусливые на этот счет граждане других стран.
– Я предпочту быть женой преступника, чем вдовой.
– Отрадно слышать, Инара. Но я пока не планирую становиться ни тем, ни другим. А тебе, кстати, придется принимать душ. Теперь ты тоже насквозь пропахла навозом.
Мы поморщились и рассмеялись.
Пришлось перед обедом идти в душ. Точнее, когда мы вышли из душа, уже настало время обеда. Диашу и Олдо мы смогли найти сменную одежду, но широкие шорты и футболка смотрелась на миллиардере… незабываемо! Я хихикала и все время бросала на него насмешливые взгляды. Да-да, знаю, что веду себя не как любящая жена, скорее как ехидна, но… это же так весело!
– Надеюсь ты помнишь о компенсации? – спросил Диаш, и я закатила глаза.
– Конечно, мой дорогой супруг! Только доживите до вечера и не нарушьте закон.
Теперь, когда ситуация осталась позади, она выглядела веселым недоразумением. Но на отца я все равно злилась. А он сидел во главе стола и делал вид, что не замечает моих недовольных взглядов. Еда, приготовленной Ираной, Диашу очень понравилась. Что сказать – моя сестра умела готовить.
– Кстати, у нас есть для вас подарки, – сказала я, когда после обеда все переместились в гостиную.
Я принесла пакеты и начала их распаковывать, передавая каждому по несколько коробочек. Папа повертел свои подарки в руках и отложил в сторону. Его поведение я расценила как оскорбительное и давно бы уже покинула этот дом, если бы не мама. У Диаша сдали нервы, и он спросил:
– Подарки выбирала Инара. Неужели не хотите взглянуть, что внутри?
– Я не нуждаюсь в подарках, потому что сам могу себя обеспечить.
– Именно поэтому мы не стали дарить в качестве подарка деньги, – едко протянул муж, и я даже не собиралась его останавливать. – Если бы мы считали иначе, то просто перевели нужную сумму на ваш банковский счет. Будем же взаимовежливы. Прошу вас, взгляните, что внутри.
– Ты позволяешь себе разговаривать в таком тоне с тестем? – прищурившись, спросил отец.
Мама испуганно переглянулась со мной, но я отрицательно качнула головой, чтобы она даже не думала вмешиваться. Я не собиралась затыкать своего начальника и не из-за страха лишиться работы. Просто Диаш прав, и он сейчас защищает меня.
– Я никогда не позволяю себе лишнего без видимой на то причины, – тонко улыбнувшись, ответил эллан Дифаэн.
Отец хмыкнул и развернул подарки. Внутри был кристалл с охранной системой, изготовленный фирмой «ДиФакт», и простой набор мужской гигиены. Повертев их в руках, отец развернулся к нам и ответил:
– Спасибо. Но не стоило.
– Стоило, – отозвалась я и обернулась к сестре, которая радовалась новым наручным часам и еще нескольким безделушкам.
– Диаш, – вновь заговорил отец, – я вот всё в толк взять не могу, с чего такая скорая свадьба? Тем более тайная. Мы не то что приглашены, даже извещены не были.
– Часто ли вы интересуетесь жизнью дочери?
Повисла тишина. Я подошла к Диашу и сжала его руку, мол, это закрытая тема, но муж лишь поднес мою ладонь к губам и поцеловал. Этот жест не укрылся от моего отца.
– Все важные новости мне передает жена.
– Вот видите, – с улыбкой откликнулся Диаш. – И о женитьбе она вам передала.
Отец побагровел. Он резко поднялся на ноги и вылетел из комнаты, поднявшись на второй этаж. В гостиной повисла тишина.
– Диаш, прости за сегодняшний инцидент с быком, – начала мама, думая, что мой муж обижен из-за этого. Но я достаточно хорошо его знала, чтобы понять – нет, он зол именно из-за меня. – Фарл тяжелый человек. Он никак не может простить Инаре то, что она пошла поперек его решения.
– Я не понимаю этого, эллана Фаэрон. Ваша дочь – умная, красивая, образованная, при этом очень добрая и веселая. Когда я встретил её четыре года назад, то тут же заинтересовался ею. Да любой бы ей заинтересовался. Мне потребовалось четыре года, чтобы разглядеть свои чувства и решиться на ответственный шаг. Четыре года, чтобы стать достойным её. Я благодарен вам за воспитание такой дочери, это безусловно большой труд. Но ни один ребенок из чувства благодарности за вложенные в него усилия не обязан поступать так, как велят родители. Он должен выбрать свой путь. Инара выбрала его. Выбрала, не смотря на трудности, связанные с этим. И даже спустя столько лет, когда все её усилия, потраченные на учебу, окупились с лихвой, эллан Фаэрон не способен принять её решения? Повторюсь, я не понимаю этого.
Диаш говорил так хлестко, что даже дети притихли и молча смотрели на него. На глазах матери выступили слезы. Она улыбнулась.
– Спасибо, Диаш, за то, что оберегаешь мою дочь, даже от нас. Мы не идеальные родители, уж не знаю, как Инара у нас выросла такой золотой девочкой. Она всегда была особенной, отличалась от сверстников. Быть может, потому что в детстве проводила много времени с моими родителями, пока они не ушли на тот свет…
– Мама, я все еще здесь, – прошептала я, смущенная их разговором.
Они ведь ничего не знают о контракте, заключенном между мной и Диашем! Как же мне спустя год объяснять им ситуацию? Своими словами черночешуйчатый только все усложняет.
– Да, доченька, я знаю, – бросив на меня нежный взгляд, сказала мама и вновь посмотрела на Диаша. – Повторюсь, отец Инары сложный человек. Он так хотел сына, но у нас лишь две прекрасные дочери. Он требовал от Инары больше, чем от Ираны. А наша девочка тоже с нравом, даже если соглашалась, то через споры. Фарл так и не нашел к ней подход, поэтому все время будто мстит ей за это – за то, что она такая своевольная и никогда не проявляла к нему ласки и нежности, как другие дети, как Ирана.
Слова матери были для меня откровением. Я никогда не задумывалась над этим. Да, с самого детства у меня был больше мужской характер, общалась я преимущественно с мальчишками, но никогда не придавала этому значения. Неужели все мои проблемы с отцом лишь из-за того, что мы с ним так похожи?
– Я пойду к отцу, – неожиданно сказала я и поднялась на ноги. Диаш собирался идти за мной, но я положила ему руку на плечо. – Оставайся здесь. Я скоро вернусь.
Поднявшись на второй этаж, я вошла в родительскую спальню. Отец вздрогнул. Он стоял спиной ко мне и смотрел в окно. Вид открывался на ферму. Она и правда сильно увеличилась, в чем безусловно заслуга моих родителей. Но вот что удивительно: какой бы огромной она не была, в ней никогда не будет места мне.
– Папа, давай поговорим.
– О чем? – хрипло спросил он. – Твой миллиардер уже все сказал.
– Между прочим, этот миллиардер, который никогда и в деревне-то не был, и слова упрека тебе не сказал после произошедшего! – воскликнула я и поняла, что вновь начинаю ссору. Как и прежде. Поэтому, вздохнув, уже спокойным голосом продолжила: – Ты не прав насчет Диаша. Он замечательный мужчина! Заботливый, чуткий, внимательный. И это я не говорю о видимых достоинствах, таких как красота, финансовое состояние, интеллект. Ну почему ты себя так ведешь?
– Именно по перечисленным тобой причинам, – вздохнув, ответил отец и развернулся ко мне, упершись руками в бока. – Он действительно такой, какой ты говоришь. Он давно стал для тебя идеалом и смыслом жизни. Я еще тогда возненавидел его за то, что он украл мою любимую дочку. Просто прилетел сюда случайно и украл тебя. Когда ты сказала, на кого хочешь учиться, я понял – это провал, ты уедешь и навсегда забудешь нас. Я был против твоего обучения, категорически против. Долноград тебя манил, как родина твоей матери. Большое влияние оказали её родители, дед все рассказывал тебе о том, как там свободно могут летать драконы. А здесь ты была скована. Но ты была моей. Долгожданным ребенком. Ты ведь знаешь, что очень долгое время у нас с твоей мамой никак не мог родиться первенец. А потом ты… я полюбил тебя с первого взгляда. Но это твое желание вернуться в Долноград!..
Отец развернулся на пятках и вновь уставился в окно. Я подошла со спины и обняла его, как делала это в детстве. Папа продолжил:
– Ты отучилась несмотря ни на что. Я был безмерно горд за тебя, но мою душу грела надежда, что ты никогда меня не покинешь, а образование – ну что ж, будет радовать тебя своим присутствием. Но потом появился он, этот молодой владелец миллиардного состояния. И ты упорхнула вслед за ним и словно забыла о нас.
– Я много работала, – защитилась я, – очень много. А после редкие звонки вошли в привычку и стали все реже. К тому же я знала, что не вписываюсь в вашу жизнь, и всегда боялась вернуться. На встрече с вами настоял именно Диаш.
– Ох уж этот Диаш! Во всем он идеальный!
Я негромко рассмеялась.
– Пап, но это правда так. Он лучший.
– Лучший, – пробурчал родитель и развернулся ко мне. – Когда-то я для твоей мамы тоже был лучшим, а сейчас? А сейчас вынеси мусор, опять носки на полу валяются и прочее!
Я расхохоталась. Диаш тоже носки оставляет, а потом Малиша все убирает. Но разве из-за этого идеальность моего мужа убавляется хоть на грамм? Да плевать я хотела на эти носки, когда мужчина заботливый и чуткий!
Хотя о чем ты, Инара? Пройдет год и все рассеется, как туман.
– Наверное, нас заждались, – сказал отец и потянул меня к выходу из комнаты.
Спускалась я с улыбкой. У подножья лестнице нас ждала вся семья. Диаш обнял меня, после чего пожал руку моему отцу. Папа не был бы собой, если бы не надавил чуть сильнее, но тогда глаза Диаша полыхнули красным, и папа быстро отдернул руку. Черночешуйчатый улыбнулся.
– Если я кому и отдал бы мою ненаглядную дочь, то только тебе.
– Для меня честь слышать подобные слова, – серьезно отозвался Диаш. – Поверьте, ваша дочь мне не менее дорога, чем вам.
«Как квалифицированный работник», – мысленно добавила я.
Кажется, жизнь налаживается! Так подумала я, пока вечером в инстоке не появились снимки Диаша, убегающего от быка. Прикрыв лицо руками, я сдерживала всхлипы – настолько мне было смешно.
– Что там? – спросила Ирана и от удивления присела рядом со мной, положив руку на выпирающий живот. – Как они сюда пробрались?
Я внимательно ознакомилась со статьей. Тут рассказывалось буквально все о моей семье, в том числе о моем детстве, а завершала все вот эта фотография.
«Зять, известный мультимиллиардер Диаш Дифаэн, прилетел знакомиться с семьей своей жены, уроженки Ортвиля. Но кто бы знал, что испытания ему придется проходить не просто в споре с тестем, а в загоне для быков, чистя навоз и убегая от разъяренного животного?
Мужчины! Будьте благоразумны и выбирайте себе жен из высшего общества!»
– Думаю, один из работников на вашей ферме – журналист, – сделала я вывод, зачитав отрывки из статьи. – Есть ли тут новый работник?
– Салтон! – воскликнул Ронк. – А я ведь был уверен, что он в это время свинарник чистит! Вот подонок! Пойду ему рожу начищу…
– Ронк, успокойся! – оборвала его жена. – Ты этим только еще больше навлечешь на нас гнев прессы. Нужно как-то найти выход из этой ситуации.
– Зачем искать какой-то выход? – пожав плечами, спросил Диаш. – От этого снимка мои акции вниз не полетят, поверьте. А как вернемся, скажу эллану Панклофту, первоклассному юристу, заняться этим делом и взыскать с конторы, на которую работает журналист.
Мама с сестрой еще немного посетовали, а отец сходил проверил того самого Салтона – конечно, того уже и след простыл. Наверное, он уже на полпути в Долноград. Вечер был поздний, поэтому мы тоже засобирались в отель.
– Береги себя, девочка моя, – сказала мама на прощание и дала в контейнере домашних ягодных пирожков, которые к вечеру приготовила сестра. – И главное береги вашу любовь. Знаешь, я ведь всегда знала, как Диаш к тебе относится – материнское чутье не обманешь. Какой еще начальник будет так обходителен с родителями своего работника? А он всегда был вежлив и внимателен, когда я звонила.
Я едва не хмыкнула. Просто это в натуре Диаша – он буквально со всеми имеет хорошие отношения. Коммуникабельный дракон, одним словом. И с моей мамой это никак не связано, о чем я и сообщила:
– Диаш просто слишком учтив, чтобы выказать неуважение.
Мама покачала головой и посмотрела мне за спину. Я проследила за её взглядом и залюбовалась мужем, пока тот разговаривал с моим отцом. Его лицо выражало крайнюю степень серьезности, и мне неожиданно захотелось подойти к нему и провести ладонью по щеке, вызвав тем самым улыбку. Мотнув головой, я отогнала непрошенные желания и обняла маму. Сестра сама подошла ко мне, и наступила некая неловкая пауза. С некоторых пор я совершенно не знала, о чем с ней разговаривать – казалось, наши жизненные интересы слишком далеки друг от друга. Бросив взгляд на выпирающий живот, я нежно провела по нему рукой. Ирана улыбнулась.
– Уже подумали, как назовете? – нашлась я.
– Ариной.
Инара, Ирана и Арина. Что ж, вполне себе созвучно, главное – не перепутать. Наконец-то у меня будет племянница, которой можно будет покупать симпатичные белые платьица! Хотя цвет совершенно не важен, главное – красивые.
– Думаю, мы найдем общий язык с Ариной. Но, называя так дочь, ты совершенно не оставляешь мне вариаций для имени моей потенциальной дочери и тем самым лишаешь возможности вообще когда-либо иметь дочерей! – обвинила её я, и сестра рассмеялась.
– Неужели? – прищурившись, спросила она. – А как же Риана?
– Хм, над этим стоит подумать, – искренне ответила я и несколько раз прокатила это имя на языке. – Знаешь, мне оно нравится даже больше, чем Арина. Так что если ты родишь вторую дочь быстрее моего первенца, то имя – не тронь!
– Поняла-поняла! К тому же у меня фантазия всегда была получше твоей – придумаю еще какие-нибудь сочетания этих букв, например, Ниара, Наира… – казалось, она решила продолжить список, но, качнув головой, оборвала сама себя. – Не важно, в общем. Береги себя. И приезжай почаще.
Ну уж нет, сюда и чаще? Ни за что! Лучше встречаться где-нибудь на нейтральной территории.
– Я вот о чем думала недавно. Как насчет совместного отдыха где-нибудь на Шуттонге?
– Там очень дорого, – доверительно сообщила мне сестра, и я кивнула в сторону Диаша.
– А муж-миллиардер мне на что? Должна же быть хоть какая-то польза от его денег, раз отец даже на подарки обиделся?
Диаш будто услышал меня и резко повернулся в мою сторону. Я сделала самое невинное выражение лица на случай, если предмет нашего разговора не остался для него тайной.
– Тогда я согласна, – сообщила мне сестра, и мы негромко рассмеялись.
Мама стояла рядом и не решалась вмешиваться в наш разговор. Прощание затянулось, но все же нам удалось уехать до заката. Ашдон включил медленную музыку, под которую я смогла всплакнуть. Диаш обнял меня и поцеловал в висок. Странно чувствовать себя частью настоящей семьи.
Вечером, когда мы были в номере, Диашу позвонили. Он вышел в другую комнату, а я зашла в инсток и обомлела.
Последнее время я начала привыкать, что мои фотографии украшают таблоиды, но чтобы в разделах некрологов?!
Разумеется, вещали не о моей смерти, а о смерти девяти человек, замешанных в похищении элланы Дифаэн. Их покарали со всей строгостью закона. Иностранцев, участников секты «посланники мира», которые хотели установить этот самый «мир». Идеи равенства никогда ничем хорошим не заканчивались, об этом свидетельствовала и эта история Владимирья.
Над этим я и раздумывала, когда Диаш вернулся в комнату. Он застыл на пороге, о чем-то размышляя, а потом двинулся в мою сторону и опустился на край кровати. Я отложила вайфон и внимательно посмотрела на мужа.
– Инара, – начал Диаш и сделал паузу. – Я должен тебе кое-что сказать…
– Их казнили, – констатировала я, помогая мужу сообщить мне неприятное известие. Черный дракон, на секунду замерев, кивнул. Его напряжение передалось и мне, поэтому я истерично выпалила: – Мне конец, Диаш! Они найдут меня и убьют.
Дракон вздрогнул, придвинулся и, взяв меня за плечи, притянул к себе, смотря мне в глаза. Сейчас там от прежнего напряжения не осталось и следа, лишь бескомпромиссная решительность.
– Они тебе ничего не сделают, – уверенно заявил муж. – Я не позволю. Мы прямо сейчас возвращаемся домой.
Домой? Сейчас? Ночью? Да все преступления ночью и происходят! Нет, так спонтанно поступать – самоубийство! Я не любила неожиданности, всегда строила планы, так что сорваться сейчас и уехать для меня было неприемлемо.
– Нет, – запротестовала я. – Только не на ночь глядя. Завтра с утра соберемся и улетим, как и планировали. У меня плохое предчувствие.
– Это не предчувствие, а страх. Страх выходить из этого номера и сталкиваться с окружающим миром. Если думаешь, что завтра он пройдет, ты ошибаешься. Инара, мы возвращаемся в Долноград сейчас.
Я вновь отрицательно качнула головой, и Диаш больше не стал спорить. Он просто молча достал сумки и собрал их. За его действиями я смотрела отстраненно. Муж был прав – меня сковал страх, с которым я не могла бороться. И только безоговорочное доверие мужу заставило меня встать с кровати, переодеться и направиться на выход через черный вход под конвоем Олдо.
Профессиональные навыки телохранителя не нуждались в лишней проверке. Он действовал четко и был собран. Его уверенность успокаивала меня, и лишь тревожность браслета на руке заставляла оглядываться и бояться каждого шороха в ночном отеле. Метрдотель лично распахнул перед нами двери и проводил до припаркованного карвэла.
– Приятной дороги, эллан Дифаэн, эллана Дифаэн, – обратился он к нам. – Надеюсь, у вас остались приятные впечатления при посещении нашего отеля.
– Да, благодарю, – отозвался Диаш и перевел мужчине чаевые через идентификационный браслет. – Спасибо за все.
– Рад был помочь, – с вежливой улыбкой откликнулся метрдотель и отступил на шаг.
Мы сели в карвэл, Олдо разместился напротив нас в салоне. Ашдон тут же сорвался с места. Лететь было недалеко, но водитель решил перескочить пространство, поэтому секунда в замедленном желеобразном пространстве и мы уже выскочили напротив высокого винтообразного здания. Здесь Ашдон припарковался на крыше, отдав ключи сотруднику телепорта, у которого мы и арендовали карфэл. Что ни говори, но в портах круглосуточно кипит жизнь, ведь путешествия совершаются по всему миру с разными часовыми поясами.
– Эллана Дифаэн, – обратился ко мне Олдо прежде, чем мы спустились по лестнице. – Я должен просить вас держаться близ меня и беспрекословно слушаться во всем. Только так я могу гарантировать вам полную безопасность.
Дурой я не была, да к тому же к работе Ашдона и Олдо привыкла. За последние четыре года случалось многое, в том числе были и опасные ситуации. Правда тогда под прицел попадал Диаш, но все же.
– Можешь не сомневаться, так и будет, Олдо, – искренне ответила я и для пущего эффекта еще и кивнула.
Наг усмехнулся и ступил на винтовую лестницу первым, приготовив оружие. Сотрудники телепорта странно косились на нас, и с нижних ярусов, где располагались залы ожидания, на нас удивленно смотрели пассажиры и тихо переговаривались. Нам нужен был пятый телепорт на девятом этаже. Когда мы спустились на нужную платформу, нам навстречу вышел представитель правоохранительных органов в сопровождении еще четырех бравых ребят и приложил два пальца к виску.
– Мне поступил приказ от начальника телепорта открыть для вас портал вне очереди. Позвольте сопровождать вас.
– Документы, капитан, – бесцветным голосом ответил Олдо, а Ашдон позади нас напрягся.
Тот, кто был назван по званию, нажал на идентификационный браслет и перекинул информацию нашему телохранителю. После недолгого просмотра информации Олдо кивнул и позволил конвоировать нас, но все же находился настороже и приказал держаться на приличном расстоянии.
Для себя я уже решила, что в случае чего – обернусь! И плевать на закон. В прошлый раз, когда меня похитили на земле орков, сразу надели браслеты, блокирующие возможность оборота, но в этот раз я свободна. Плевать, что посадят. А это непременно случится, ведь я все еще была гражданкой Лиданьи, а не Долнограда, а законы тут более суровые к драконам.
– Когда ты успел связаться с начальником телепорта? – шепнула я Диашу.
– Неужели ты думала, что без этого звонка нам удастся пройти на территорию телепорта с оружием? Такие действия всегда санкционируются.
– Да, понимаю, – передернув плечами, откликнулась я и огляделась. – Просто я думала, что это будет менее заметно.
На нас смотрели. С любопытством, возмущением. Еще бы – мы подвинули очередь и теперь под конвоем стражи направились прямиком к телепортационной платформе. Судя по обрывочному разговору Олдо – на той стороне нас уже ждали сотрудники долноградского телепорта. Первым ступил Ашдон. Олдо прикрывал. Только после звонка Ашдона, который убедился в безопасности прохода, мы шагнули в водоворот. Несколько мгновений неприятной липкой тягучести времени и мы уже вышагнули в Долнограде. Здесь я смогла облегченно вздохнуть, сразу же почувствовав себя более уверенной – хотя бы потому, что могла обернуться драконом и расправить крылья.
– Добро пожаловать домой, эллан Дифаэн, – вперед выступил офицер-дракон из делегации военных и обратился исключительно к Диашу. – Я генерал Ортват. Мне поручена ваша безопасность. Пройдемте за мной. Мои люди доставят вас домой.
Если бы я так хорошо не знала Диаша, то не догадалась бы, что он удивлен. Генерала он явно не ожидал увидеть – только охрану долноградского телепорта. Но дело набирает оборот, поэтому помощи военных я была рада.
– Благодарю, генерал, – взяв себя в руки, отчеканил Диаш. Мы направились вниз по лестнице, но теперь шаг был замедлен, будто опасность миновала. – Ваша помощь весьма кстати, но позвольте полюбопытствовать, с чего бы военным структурам обеспечивать нашу безопасность?
– Скажем так, – тщательно подбирая слова, отозвался Ортват и поднял указательный палец вверх, – высшие чины чувствуют вину за происшествие в Крамволе, поэтому поручили мне и моему отряду лично проследить за вашей безопасностью.
Я едва не поморщилась. Вот когда поистине нужна их помощь – например, забрать преступников из военной закрытой страны и доставить их на родину, чтобы устроить суд здесь, они не могут её оказать, а как обеспечить мне безопасность – они тут как тут. Что ж, совесть весьма странная штука и иногда чиновники попирают её, выбирая наименьший путь сопротивления.
Скажем прямо, ситуация мне совершенно не нравилась.
Судя по настороженному взгляду мужа, он был со мной солидарен. Но Диаш неожиданно улыбнулся и пожал руку генералу.
– Тогда это хорошая новость, – отозвался он и возобновил движение вниз. Наши телохранители продолжали сохранять боевую готовность. – Я буду очень признателен одному вашему карвэлу с подготовленными людьми позади нашего.
И сказал это черночешуйчатый так, что не оставил генералу никакого выбора. Диаш ясно дал понять свою позицию – он безмерно благодарен, но все же близко военных не подпустит, так как доверяет своим спецам. Я, если честно, тоже испытывала больше доверия к Ашдону и Олдо, чем к этим воякам. Выглядели они как-то… подозрительно.
Или это я стала слишком подозрительной?
– Что ж, вы имеете на это право. Мы не будем настаивать.
Быть может решение Диаша отправиться раньше и тем самым выиграть время было верным – злоумышленники просто-напросто не успели подготовиться. Поэтому путь домой был относительно спокойным. Здесь царила глубокая ночь. Пока мы сидели в карвэле, я сказала:
– А эти политвоенные хитро поступили, Диаш. В случае, если я умру, они скажут, что сделали все возможное. Не зря едят свой хлеб.
– Дело не только в этом, Инара, – сообщил Диаш и достал цепочку из-под рубашки с небольшим рубиновым кулоном.
Я его тут же узнала. Этот артефакт – последняя разработка нашей фирмы. Он не просто чувствует ложь, но и улавливает, когда его владельцу что-то недоговаривают. Быть может, именно поэтому Диаш так легко отнесся к мастеру Карготу – он знал, что старик от него ничего не скрывает. Только сейчас я подумала об этом, когда увидела артефакт. Почувствовав прилив благодарности к небольшому рубину, я неосознанно отправила ему волну тепла и тот отозвался радостным урчанием.
– Он что-то утаил? – спросила я, переведя взгляд на лицо мужа.
– Причину их появления в телепорте. Не знаю, Инара, но я не стал бы им доверять.
– Мне тоже показалось странным, что они решили проявить подобную заботу, – добавил Олдо, фыркнув. – Когда-то я служил в подобных структурах, и, поверьте, приказов защищать миллиардеров они просто так не получают.
– Вот что меня пугает, Инара. «Посланники мира» могут быть задействованы в самых разных организациях и занимать высокие посты. Мысль о том, что ты теперь стала ценной добычей для всех них, не дает мне покоя.
Я вздрогнула. Неприятно чувствовать себя чьей-то добычей. Совсем неприятно.
Больше мы не разговаривали. Я словно язык проглотила. Дом нас встретил тишиной, а потом на втором этаже послышались торопливые шаги Малиши со светильником в руках. Только увидев домработницу в розовых пушистых тапочках, я почему-то осознала, что мы – дома, и бояться больше нечего.
– Вернулись! – воскликнула оркчанка и бросилась меня обнимать. Отступив, она призналась: – Что-то неспокойно мне было все это время. Вас же по всем каналам инстоке транслировали, обсуждая во всевозможных передачах события, произошедшие в Крамволе. А у меня прям сердце кровью обливалось, когда смотрела эти дебаты…
– Чего ж на другой канал не переключила, Малиша? – с усмешкой спросил мой муж, разуваясь.
– Так везде одно и то же, – нашлась с ответом домработница, и я позволила себе вымученную улыбку. – Может, вам чаю горячего?
– Не стоит, – ответила я и переглянулась с мужем. – Мы отправимся наверх. Завтра на работу.
Во взгляде Диаше я прочитала возражения, но пока не могла понять, к чему они относятся.