Глава 19

Арина приезжает ко мне сразу, как я возвращаюсь с работы. В глаза сразу бросается её подавленный вид. Подруга сама на себя не похожа. От улыбчивой сияющей молодой женщины не осталось и следа. Её лицо бледное, глаза усталые и изнурённые, словно Арина не спала несколько дней.

— Привет. — Арина опускает голову, избегая прямых взглядов, и, скинув туфли, идёт прямиком на кухню.

— Что случилось? — Иду за ней следом.

— Ничего, — отвечает со вздохом, падает на хиленькую табуретку, что тут же возмущённо скрипит в протесте, и роняет лицо в ладони. — Всё в порядке.

— Как-то незаметно, — осторожно замечаю я, и опускаюсь с ней рядом.

Мы молчим некоторое время. Я была не готова увидеть подругу в таком моральном упадке, и даже не знаю, как первой задать волнующие меня вопросы. А она в своё время не торопиться объяснить, что с ней творится.

— Ужинать будешь? — нарушаю затянувшуюся тишину.

Ещё один вздох и отрицательный жест головой.

— Не хочу. Ты ешь, с работы, наверное, голодная.

Не вставая, я тянусь к чайнику и хлопаю по кнопке включения. Всё-таки в маленьких кухоньках есть свои преимущества — всё под рукой.

— У вас с Русланом всё хорошо?

— Пока — да, — как-то кисло выдаёт подруга, потирая переносицу.

— Что значит «пока»? — настораживаюсь. — Это всё из-за твоего нового приятеля, да?

Арина поднимает на меня усталый взгляд.

— Точнее сказать давнего приятеля.

Я недоумённо хлопаю глазами.

— Хочешь сказать, ты и Гришин раньше…

— Ничего серьёзного, между нами не было, — фыркает она, отмахиваясь. Подруга как-то признавалась мне, что Руслан — это её первый и единственный мужчина. — Мы познакомились, когда я проходила практику после второго курса. Он был моим наставником, многое объяснял, помогал… — протяжный вздох. — Отнекиваться не буду, Лёша мне нравился. Да и какой молоденькой дурочке он не нравился? Высокий, обаятельный, с отличным чувством юмора. А уж, какой казался отзывчивый! Одним словом — золотой мужчина.

Её губ касается горькая усмешка, вызывающая у меня мороз по коже.

— У меня тогда были серьёзные проблемы с деньгами. Ты ведь знала, что у меня есть брат? — спрашивает Арина.

Я киваю. Хоть я никогда раньше его не видела, но слышала от Арины, что он куда-то уехал около пяти лет назад.

— Сколько я его знаю, он всегда гнался за лёгкими деньгами. Не знаю всех подробностей, но он сбежал из дома не просто так, а из-за крупных долгов, которые потом стали спрашивать с меня и матери. Я тогда была сильно напугана, не знала, как быть, и рассказала о своих проблемах Лёше. Он помог нам с матерью расплатиться за брата, а чуть позже, попросил об услуге.

Я боюсь даже шелохнуться и не знаю, хочу ли слышать продолжение. Внутреннее чутьё подсказывает мне, что оно мне не понравиться.

— Я не могу сказать, какая именно это была просьба. Как мне тогда казалось — ничего плохого. — Арина сокрушенно закрывает глаза, мне кажется, она сдерживает слёзы. — О том, что я навредила собственному мужу, я узнала гораздо позже. Когда была беременной Давидом.

— Кому ты навредила? — в шоке переспрашиваю я.

— Не заставляй меня повторять, Крис.

— Как могла не понять, что делаешь? — продолжаю напирать, не сдерживая эмоции. Арина не похожа на дуру даже издалека.

— На тот момент я только познакомилась с Русланом, и мало что знала о нём.

— А когда узнала, не додумалась ему рассказать?

— Что ты от меня хочешь, Крис?! — не выдерживает подруга. — Я была на пятом месяце беременности! Я боялась, что если Рус узнает правду, он вышвырнет меня из своей жизни и забудет, как звали! Я не хотела разрушить свою семью и потерять того, кого люблю больше жизни!

— Я уверена, что Рус тебя любит не меньше! Он же пылинки с тебя сдувает…

— Открой глаза, Крис, — перебивает Арина. — Мой муж далеко не божий одуванчик, он давит всех, кто ему неугоден без каких-либо сожалений. Почему я не должна была думать, что могу оказаться в их числе?

— Ладно, — вздыхаю я, пальцами собирая упавшие на лоб пряди назад. — Сейчас всё это в прошлом, так?

— После того, как Алексей вернулся — не в прошлом. Когда он узнал, что я замужем за Русланом, он не оставляет меня в покое. Грозится рассказать наш маленький секрет Руслану.

— Вот козлина! — срывается с моих губ. — Что он хочет?

— Денег, — Арина нервно сглатывает. — Я ведь теперь замужем за «золотыми мешками», как он выразился.

— И сколько просит?

— Столько, сколько я не могу снять со счетов, чтобы у Руса не возникло вопросов, — шепчет она отчаянно и снова закрывает лицо ладонями.

Чайник щелкает, отключаясь, но я не спешу наливать нам чай. Сейчас не мешало бы налить подруге кое-чего покрепче и уложить её спать. Только она ни за что не согласиться ночевать вне дома. Молча ухожу в комнату и достаю из шкафчика текилу, которую покупала месяцев пять назад в командировке, когда мы с Толиком вели репортаж с дегустации напитков. Планировала открыть её на новый год, но, чувствую, сейчас она нам важнее. Возвращаюсь на кухню и отворяю шкафчик с посудой. Кабаллито у меня конечно в серванте нет, поэтому ставлю на стол две обычные рюмки.

— Что это? — Арина недоверчиво косится на круглую бутылку, пока я наливаю нам первую порцию расслабляющего снадобья.

— То, что сегодня поможет тебе выспаться, наконец, — отвечаю строго.

— Я за рулём.

— Вызову тебе такси.

— Крис, я не могу. У меня мальчики с няней до восьми, а Рус в последнее время часто задерживается на работе. У него какая-то крупная сделка намечается…

— Расслабься, Арина. Я же не предлагаю тебе напиваться в стельку. В восемь будешь дома, — возмущённо пыхчу я. Нарезаю дольками лимон и ставлю по соседству солонку.— Бери «кабаллито» и погнали.

Арина морщится, но подчиняется. Мы глотаем обжигающий напиток одновременно и вгрызаемся в лимон. Как только горло перестаёт жечь, я произношу:

— Тебе нужно поговорить с Русом, хочешь ты того или нет.

— Нужно, — сокрушенно соглашается Арина, хватаясь за лоб. — Но я не могу.

— Можешь! Выбора у тебя всё равно нет.

— Господи, ну какого чёрта я во всё это влипла… А ещё столько времени упустила.

— В любом случае, лучше поздно, чем никогда, — развожу руками. — Скажи, ты мужа любишь?

— Ну что за вопросы, Крис?! — супится Арина. — Конечно, люблю…

— Тогда долой все мадридские тайны!

Время летит незаметно. Мы выпиваем не так много, но из-за того, что обе целый день ничего не ели, мозги быстро отключаются. Пока я украдкой пишу Руслану сообщение, чтобы отпросить подругу переночевать у меня, она поднимается из-за стола, и бормочет:

— Мне пора домой.

— Подожди, я тут Русу пишу…

— Что пишешь? — глаза Арины испуганно округляются.

— Ничего такого, что ты не должна сообщить ему лично, — примирительно поднимаю руки. — Хочу оставить тебя у меня.

Нажимаю на кнопку отправить и поднимаю большой палец вверх. Мол, вот, какая я молодец, всё уладила!

— Так не пойдёт, мне надо домой, — паникует подруга и пошатываясь идёт в коридор.

Я поднимаюсь следом, а телефон оживает в руке. Смотрю на дисплей и хлопаю глазами. Муж подруги на связи собственной персоной. Две секунды то хоть прошло?

— Подожди, твой муж звонит, — говорю, икнув и поднимаю трубку. — Приве-е-ет!

— Здравствуй, Кристина, — раздается низкий голос из динамика. Как всегда твёрдый, как сталь, и уверенный. Не мужик, а скала! — Арина с тобой?

— Да! — киваю, будто Руслан может меня видеть, а подруга продолжает смотреть на меня осоловевшими глазами. — Мы тут устроили небольшой девичник у меня дома, вот хочу её у тебя опросить.

Повисает небольшая пауза. Кажется, мою идею не оценили по достоинству.

— Сейчас не самое подходящее время для ваших посиделок, Арина это знает, — слышу наконец ответ. — Почему она сама не позвонила?

— Потому что собралась домой, — как назло, я икаю.

— А у вас там весело… — звучит недобро.

— Не то чтобы очень…

— Няне звонили? — перебивает он.

— Нет. Я подумала, может ты уже дома…

— Не дома. Я пришлю за Ариной водителя, — произносит Руслан и отключается.

— Чёрт, — виновато смотрю на дисплей. — Кажется, я твоего мужа раздраконила.

— Ох, Крис, — пыхтит Арина, неуклюже пытаясь влезть в туфли. — Ну кто тебя просил?

— Подожди! Он сказал, что за тобой приедут.

— Лучше бы я тихо и на такси, — продолжает ворчать она, но собираться всё-таки перестаёт.

Машина подъезжает к подъезду минут через десять, и у подруги сразу же звонит мобильный. Она отвечает, что сейчас спустится, и я провожаю её до выхода из подъезда. Некоторое время стою на свежем воздухе, глядя на то, как удаляется автомобиль, на котором умчалась Арина, и думаю о том, что от близкий людей нельзя ничего скрывать. А ведь я не лучше! Собираюсь идти на ужин с Кипеловым, и при этом намерена как-то выкрутиться перед Аристархом. Не дело!

Поднимаюсь в квартиру и, как только устало падаю на свой старенький диван, набираю номер Аристарха. Он же близкий мне человек?

«Конечно, — умилённо мурчит нетрезвое сознание, пока раздаются многотонные длинные гудки. — Самый классный мужик на планете! Я же от него без ума! А таких обманывать точно нельзя!»

Гудок, за ним ещё один. Я кошусь на время. Ещё ведь рано даже для детского сна. Так почему же самый классный мужик на планете не спешит мне отвечать?

— Алло, — раздается наконец-то бархатистый голос, от которого бабочки в животе начинают танцевать румбу.

— Привет, — растягиваю игриво, стараясь бороться с икотой, и приподнимаюсь на локте.

— Привет, — звучит тепло, с улыбкой.

Так и хочется замурчать довольной кошкой.

— Чем занимаешься?

— Только что зашёл в дом и теперь отбиваюсь от безумно голодной кошки, иначе рискую остаться покусанным.

Умиляюсь, представляя себе эту картину, и переворачиваюсь на живот.

— Аристарх, ты тако-о-ой классны-ы-ый!

— Ого, — тянет он со смешком. — Какое смелое признание! Спасибо…

— Я не шучу! Ик! Ой!

— Хм… — настороженный кашель и небольшая пауза. — Как прошла твоя встреча с подругой?

— Пр-р-родуктивно, — делаю резкий кивок и втыкаюсь лбом в подушку. — Аристарх, я как раз хотела тебе кое-что сказать. Ик! Да чтоб тебя!

— Меня?

— Нет! Это я про икоту… — объясняю я и слышу отрывистый тихий смех Аристарха. — В общем, завтра я не смогу с тобой поужинать.

Смех резко обрывается, ему на смену приходит протяжный вздох.

— А я думал, мы сегодня решили твои личные дела, — в бархатистом голосе звучит неприкрытое недовольство и бабочки в моём животе замирают, как по команде.

— Так появились новые! — беспомощно развожу руками и телефон выпадает из рук. — Ой! — Быстро хватаю его обратно.

— Какие же? — уточняет Аристарх терпеливо.

— Завтра я ужинаю с Вадимом Кипеловым! — объявляю буднично, словно в порядке вещей.

На другом конце трубки повисает гробовая тишина. Я даже слышу пискливые требовательные мяуканья Криси на заднем фоне.

— Что, прости? — звучит, наконец, недоуменно.

— Что ты, не извиняйся! — разрешаю великодушно. — Это же не ты виноват, а я! Ик!

— Сколько ты выпила, Кристина? — от тона его голоса по спине проносится табун мурашек. Кажется, самый лучший мужчина в мире не пришёл от моих откровений в буйный восторг.

— Эм… ну а почему сразу выпила? — обижаюсь я. — Мне, между прочим, и самой идти не хочется! Но подруге нужно помочь. Ик!

— И без Кипелова, конечно же, не обойтись…

— Именно так, — снова кивок в подушку. — Видишь, ты у меня не только самый кла-а-ссный, но ещё и самый понимающий. Одним словом душка, я тебя так люблю-ю-ю! Ик!

И снова ответом служит молчание. Я даже успеваю обидеться. Я ему тут пламенные речи толкаю, одна жарче другой, а отдача нулевая.

— И чего мы молчим?

— Думаю…

— О чём?

— Как много ты вспомнишь из этого разговора завтра. Когда протрезвеешь.

— Я не пьяная!

— Ну-ну, — ещё один короткий смешок. — В любом случае об ужине с Кипеловым можешь и не думать. Никуда я тебя не пущу.

— Беру свои слова обратно! Ты не душ-ш-шка, — фырчу я, и мне хочется верить, что это должно быть обидно.

— Ого, как быстро меня разжаловали, — с наигранным разочарованием произносит Аристарх. — Но ничего, как-нибудь переживу. После того как запру тебя на все замки в глухой башне. Чтобы даже не думала искать на свою пятую точку приключений.

— Моя пятая точка и мои приключения! — упрямо хмурюсь.

— Всё, Кристина, разговор окончен, — стальным тоном пресекает бессмысленный спор. — Если ты, конечно, не хочешь получить по своей аппетитной заднице ремнём. Я могу устроить, чисто в воспитательных целях.

Я зависаю, пытаясь себе представить аппетитную задницу. Получается что-то большое, пышное и румяное. Ну, зашибись! Нашёлся тут эстет по булкам!

— Ты хочешь сказать, что у меня толстая попа? — завожусь вполоборота.

— Чего? — Аристарх аж давится чем-то.

— Ты только что назвал мою задницу аппетитной! — бросаю, как мне кажется, вполне обоснованное обвинение.

— И где здесь слово «толстая»?

— Оно завуалировано! А по факту это ведь толстая пышная булка!

— Ох, Кристина, — выдыхает вымученно. — Поверь мне, ни один мужчина, глядя на твою попу, даже близко не думает о булках с хрустящей корочкой!

— А о чём он думает?

— Я позже тебе наглядно продемонстрирую, — хмыкает Аристарх, и тут же строго добавляет: — А сейчас ложись спать, Кристина. Только сначала прими контрастный душ и выпей какой-нибудь сорбент.

— Это ещё зачем?

— Чтобы завтра мозги на череп не давили, пока будут возвращаться из разжиженной консистенции, в которой сейчас пребывают, — объясняет нравоучительным тоном. И пока моё воображение снова подбрасывает мне нелепые картинки манной каши, густеющей при остывании, добавляет уже мягче. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — вздыхаю обречённо, прощаться мне с ним совсем не хочется.

Плюхаюсь на подушку, отбрасывая телефон, и обещаю себе, что приму душ, как только немного понежусь на диванчике. А пока я пытаюсь вспомнить, есть ли в моей аптечке нужный препарат, проваливаюсь в крепкий сон.