Глава 7

Аристарх

Отец стоит у окна, нахмурив брови, и смотрит на оживлённый проспект. Смотрит сосредоточенно, будто проезжающие со свистом автомобили какую-то неведомую картинку ему выдают. Молчит, обдумывая моё предложение, хоть я и не понимаю, о чём здесь можно думать. Это мои законные выходные, и я хочу провести их за работой, не требуя от канала каких-либо затрат.

— Что не так? — спрашиваю с нажимом, теряя терпение.

— Всё так. Только вот… — Он оборачивается и шумно вздыхает, рассеянно потирая подбородок. — Кристина Чадаева в курсе, на кого ты глаз наметил?

В груди снова воспламеняется пламя, при упоминании этой пигалицы. Как папочка о ней печётся! Бесит до одурения. Я не спорю, куколка красивая, и к большому начальству особый подход нашла, но я не собираюсь из-за этого спрашивать у неё разрешения, когда и как мне работать.

— А причём здесь Чадаева? — хоть я и стараюсь спросить безразлично, но скрыть раздражение не удаётся.

Отец едва заметно улыбается уголками губ.

— Насколько я знаю, она за Берестяевой уже неделю носится.

— Простой беготни недостаточно, как видишь, — замечаю едко. — Пусть следит за предвыборной компанией. У неё неплохо получается.

— Когда ты просил её в помощницы, я рассчитывал, что вы поработаете вместе. Но ты, видимо, решил сбросить на неё работу отдела, чтобы самому заняться делами поинтереснее, да?

Я закатываю глаза и откидываюсь на спинку кресла.

— Ничего подобного, — отрицаю я очевидное. — Ты сам говорил, что девушка способная и трудолюбивая. Поэтому я решил… — смолкаю, так как меня прерывает стук в дверь.

— Войдите, — бодро говорит отец, сбросив хмурую маску с лица.

В кабинет моментально залетает та, о ком мы только что вели разговор. Неспешно окидываю её взглядом и отмечаю, что энергии в этой девчонке всегда с избытком. Словно в ней тройной заряд батареи установлен. Она замирает на пороге и недовольно косится на меня своими искрящимися зелёными глазками.

— Ох, вы заняты, Марк Геннадьевич… — произносит она немного расстроенно и через спину показывает большим пальцем на дверь. — Я, пожалуй, зайду попозже.

— Нет-нет, Кристиночка, проходите, — сладко фамильярничает отец, и мои губы вжимаются в тонкую линию от злобы и… чего-то ещё. — Что вы хотели?

Я снова ловлю на себе ещё один колкий взгляд, но упрямо сижу на месте. Не то, чтобы я хотел быть свидетелем их воркования, я хотел чтобы моё присутствие полностью исключило его.

— Я… — куколка запнулась, обдумывая говорить ли при мне, но держала спину прямо, а голову — гордо поднятой. — Я хотела бы оформить командировочные на эти выходные, — выпалила на одном дыхании.

— Вот как, — удивлённо переспрашивает отец и переводит хитрый взгляд на меня. — А цель поездки?

— Берестяева, — отвечает Кристина негромко, устремляя взгляд на окно.

Чуть не чертыхаюсь в голос. Как она узнала?

Лицо отца преображается и становится чересчур довольным, в тёмных глазах мелькает искорки по-детски задорного азарта. Неужели одобрит? Я сжимаю кулаки под столом, стараясь не показывать своего раздражения.

— Кристина Олеговна, боюсь это невозможно, — отвечает он мягко. Его отказ удивляет и радует одновременно. — Аристарх Маркович уже вас опередил.

Кристина вновь поворачивается в мою сторону, стреляя суровым взглядом. И всё, что мне остаётся, это спрятать за кулаком усмешку. Всё-таки забавная она, маленькая грозная куколка. Это если не брать во внимание, что приближаясь к ней, меня начинает штормить и бить молниями.

— Ясно, — произносит Кристина как можно равнодушнее, но выглядит так, что готова огреть меня чем-нибудь, я по её глазам вижу. — Извините за беспокойство.

Она разворачивается и хочет выйти, но отец окликает её.

— Кристина Олеговна, может, стоит узнать, нужна ли Аристарху помощь?

Плечи куколки напряжённо напрягаются и она застывает. Выглядит так, будто сейчас сорвётся и зашипит на нас дикой кошкой. Но этого не происходит. Она медленно оборачивается, натягивая на лицо самую обаятельную улыбку из всех, что я когда-либо видел, и говорит:

— Я буду рада, если так.

Нет уж. Увольте. Нянчиться с протеже отца я не собираюсь. Это моё дело, и делиться им я ни с кем не намерен.

— Увы, это не так, — улыбаюсь холодно, и чувствую на себе миллион мысленных проклятий, которые за долю секунды успела на меня вылить куколка.

— А мне кажется, нужна, — возражает любимый папочка, воодушевлённо улыбаясь. — Всё-таки отель не для холостых мужчин, тебе нужна пара. Так что, поедете вместе, Аристарх. И возражения не принимаются!

Если уж отец что-то вбивает себе в голову, тут уж не то что возражать, тут даже рот раскрыть не получится. А учитывая, что от него зависит моё повышение, желание возражать пропадает полностью. Поэтому молча сверлю Кристину убийственным взглядом и мило улыбаюсь. Проще придумать, как вынудить её остаться на выходные дома, чем спорить.

— Пожалуй, ты прав, — соглашаюсь примирительно. — Об этом я как-то не подумал.

В ответ мой старик лукаво улыбается. Кажется, его вовсе не заботит тот факт, что он оправляет свою любовницу в отель с сыном, который, по его мнению, не пропускает не одной юбки. Хотя недавно отказал мне в должности, опасаясь, что я перетопчу весь его курятник. Неспроста всё это. Может, это его очередная дурацкая проверка? Не удивлюсь. Отец и не такие финты выделывает.

— Отлично, тогда разговор окончен, — произносит он, выпроваживая меня, и поднимает на Кристину взгляд, в котором тысяча чёртиков танцует ламбаду. — Кристиночка, останьтесь, пожалуйста.

Она с готовностью кивает и проходит к столу. Фыркнув, поднимаюсь и быстрым шагом покидаю кабинет. Внутри всё кипит, только от чего, толком не пойму. Иду в эфирную аппаратную, параллельно обдумывая, чем припахать любимицу папочки, чтобы под ногами не путалась.

— Андрей Николаевич, — зову режиссёра. — Можно мне ознакомиться с монтажным листом на субботу?

Худощавый мужчина стягивает с носа очки и неспешно заглядывает в чёрную папку.

— Так не готово ещё. У меня только до четверга. Это вам к Анне надо, она предварительными планами занимается. У меня только после полного одобрения.

Так ещё лучше. Сейчас найдём, куда мою неугомонную соперницу вставить. Поблагодарив, направляюсь искать Анну, и через двадцать минут программа утреннего выпуска новостей пополняется репортажем про милых бездомных котят.

Кристина не заставляет себя ждать. В два часа дня залетает в мой кабинет, стреляя глазками молнии, и шипит на меня:

— Котята? Ты издеваешься?

Невозмутимо задираю брови.

— Ты что-то имеешь против голодных пушистых животных? Может быть, аллергия?

— Какой же ты… — она морщит свой маленький носик, весьма мило, кстати. — Я даже слов не могу подобрать культурных.

Поднимаюсь из-за стола и подхожу к ней. Близко настолько, что внутри всё моментально начинает кипеть. В нос ударяет мягкий сладковатый запах яблока и ванили. Я хорошо запомнил этот аромат, так пахнет её шёлковая кожа.

— Давай я тебе напомню, какой я, — кладу ладонь на изящный изгиб её поясницы, и притягиваю к себе.

С мягких губ срывается вздох, едва ощутимо скользит по моим губам, затрагивает каждый нерв и воспламеняет. Я хочу эту женщину не меньше, чем в первый день нашей встречи. И это злит и раздражает, особенно после того, как я узнал, кем она приходится моему отцу. Я не имею привычки разбивать пары, никогда не уводил девчонок у своих знакомых, даже тех, кто откровенно флиртовал, намекая на свою неверность. А уж соперничать с отцом за стройную пару ножек я и подавно не собирался. Свободных девушек полно, так почему меня именно эта цепляет?

Не осознаю, как кладу свободную ладонь на её щеку, как провожу большим пальцем по желанным губам. Мне напрочь сносит крышу от её близости. Кристина ни капли не сопротивляется, смотрит на меня распахнутыми изумлёнными глазами, кажется, даже не дышит в это мгновение. В голове что-то щёлкает и всё, чего я в этот момент хочу — завоёвывать и покорять. Наклоняюсь ещё ближе, почти касаюсь пухлых губ, как она резко дёргается назад, разрывая волну безумного наваждения.

— Руки! — фырчит возмущённо, отталкивая меня.

Её колючий взгляд отрезвляет как холодный душ. Дьявол, я ведь на работе! Признавать свой прокол не спешу. Нагло улыбаюсь, скользя глазами по её зарумянившимся щёчкам.

— А я, было, думал, что ты решила повторить наше приключение, — мой голос звучит слишком низко, выдаёт желание, что пульсирует внутри.

Не знаю, зачем каждый раз пытаюсь её уколоть. Словно надеюсь, что от этого меня перестанет бесить её интрижка с моим отцом. Но это не так. Меня буквально выворачивает от мыслей об этой парочке.

— Я не давала ни малейшего повода так думать, — отвечает она холодно.

— Правда? — уточняю с ухмылкой. — Так ведь это ты напросилась поехать со мной, куколка.

— Я не напрашивалась! И я тебе не куколка! — снова злится Кристина.

— В таком случае тебя ждут бездомные котики. Не оставляй их без своего заботливого внимания.

— Марк Геннадьевич хотел, чтобы мы…

— Я найду себе компанию, не переживай, — перебиваю я. — А Марку Геннадьевичу скажем, что у тебя поехать не получилось. Я пока ещё твой начальник, Кристина, и даю тебе поручение на эти выходные. С выплатой сверхурочных, как и положено. Не нравится? Можешь пожаловаться своему покровителю, ведь через него свои проблемы решать гораздо проще, не так ли?

Её глаза в момент вспыхивают изумрудным блеском. Мои слова явно её задевают. Впрочем, именно на это я и рассчитывал.

— А это мы ещё посмотрим, Аристарх Маркович, — воинственно бросает она и, резко развернувшись на каблуках, оставляет меня одного в кабинете.

* * *

Пятница подкрадывается незаметно. Кристину практически не видно. Она занята новым репортажем, который поручил ей Ринат. Отключаю ноутбук и ловлю себя на мысли, что снова думаю о ней. Вспоминаю, в чём она была одета этим утром, как забавно выглядит пучок её пышных волос с торчащем в нём карандаше, как заразительна её обаятельная улыбка. Кажется, будто вс вокруг становится светлее, когда она смеётся.

Одёргиваю себя и беру дипломат. Запрещаю себе думать о ней. Надо бы переключиться, сходить в клуб и развлечься как следует. Но эти выходные у меня заняты. Придётся потрудиться ради очередного светского скандала, а Берестяева — идеальная мишень для этого.

Дверь открыть не успеваю, раздаётся торопливый стук, и она распахивается сама. Сталкиваюсь взглядом с изумрудными большими глазами той, что занимает мои мысли последнее время. Непривычно нежная улыбка обезоруживает и сбивает с толку.

— Только не говори, что я опоздала — мягко спрашивает Кристина, и я замечаю в её руках подставку с двумя стаканами капучино и бумажный пакет из китайского ресторана.

Удивлённо приподнимаю брови:

— А в честь чего банкет?

— Хочу предложить перемирие. А мы так и не попробовали шаомай.

Перемирие? Я не ослышался?

— То есть ты заказала пельмени в честь такого грандиозного события? — недоуменно растягиваю я слова, но отнюдь не от угощения, а от неожиданного предложения. — А как на счёт красного сухого?

— Мы на работе, Аристарх, — произносит Кристина с укором.

Прищуриваюсь, внимательно её оценивая, и пытаюсь раскусить уловку. Но на милом личике невозможно прочитать ничего, кроме искреннего участия. Мне становится интересно, хочу понять, где кроется подвох, потому откладываю дипломат и освобождаю на столе место для принесённых угощений.

Кристина выкладывает контейнеры с приборами и просит:

— Закроешь дверь? Не хочется, чтобы кто-то застал нас, пока мы уминаем китайские плюшки.

Со смешком ухожу к двери и выполняю просьбу.

— Поверь, это самое безобидное занятие, за которым нас могут застать, — говорю я.

Зелёные глазки моментально вспыхивают, но Кристина не отвечает на мою колкость. Опускает взгляд на коробочки и разворачивает фольгу.

— Ещё горячие, — Она с блаженным выражением лица вдыхает аппетитный аромат. — Пахнет вкусно. Будешь есть палочками? — спрашивает следом, достаёт из пакетика пластиковые вилочки и трясёт ими в воздухе. — Если что, я захватила более привычные инструменты для манипуляции с пищей.

Подхожу к ней вплотную и забираю из её рук палочки. Мимолётно касаюсь прохладных пальцев, и наблюдаю как на нежной коже моментально рассыпаются мурашки. Мне нравится её реакция, так и хочется прикасаться к ней всегда. Кристина отступает на шаг, суетливо достаёт с подставки стакан кофе и протягивает мне. Нервничает, хоть и делает вид, что ничего необычного между нами не происходит.

— Без сахара, — говорит тихо, но я всё же улавливаю в её голосе волнение.

Забирать капучино не спешу. Накрываю её пальцы, сжимаю своими, поглаживая тыльную сторону ладони подушечкой большого пальца.

— И так, перемирие? — произношу, понизив голос до проникновенного шёпота. — С чего такие крайности?

— Решила, что с меня хватит, — она отступает ещё на шаг и её рука выскальзывает из-под моих пальцев. — Вся эта беготня ради повышения мне ни к чему. У тебя действительно больше опыта и возможностей. Так что не вижу смысла продолжать ставить друг другу подножки.

Ни одному слову не верю, но киваю, иронично задирая уголки губ.

— Стоит признать, ты прекрасно справляешься со своей работой, — возражаю я, делая глоток.

Кристина внимательно следит за мной, сглатывает. Всё-таки спокойно работать с ней у меня не получится. Она слишком сильно мне нравится — хватает одного мимолётного взгляда на её сексуальные изгибы, и я перестаю думать головой.

— И всё же, ты всегда на шаг впереди. Будет честно, если главным редактором станешь ты.

— Даже так… — ухмыляюсь, внимательно вглядываясь в её лицо.

— Почему ты так смотришь? — смущается Кристина.

— Пытаюсь понять, где кроется подвох.

Взмахнув ресницами, она закатывает глазки.

— Нет никакого подвоха, — говорит убедительно. — Давай уже поедим?

— Конечно, — соглашаюсь я, пододвигая ей стул.

То, что происходило дальше, помнится мне довольно смутно. Мы съедаем весьма неплохие на вкус пельмени и разговариваем о всякой ерунде. А потом сознание накрывает смутной волной. Последнее, что я помню — это лицо Кристины в тесной близости с моим. Её мягкое дыхание на моих губах и довольную улыбку.

— Кажется, я тебя утомила? — говорит она, проводя указательным пальцем по моей скуле. — Отдохни, Аристарх, завтра тебя будут ждать бездомные котики…

Открываю глаза, чувствуя, как ноет всё тело. Под ухом настойчиво жужжит будильник. Шея затекла и не слушается, когда я пытаюсь поднять голову. Первое время хлопаю глазами и не понимаю, где нахожусь. В лицо ударяют ослепительные лучи восходящего солнца. Чёрт, я что, до сих пор на работе?

Вспоминаю вчерашний визит с Кристиной и зло чертыхаюсь. Она что-то подсыпала мне в кофе, а я, наивный придурок, сразу не сообразил что к чему. На столе лежит записка. Беру её в руки и пробегаю глазами по строчкам.

«Я поставила тебе будильник, чтобы не проспал. Спасибо, что согласился заменить меня в утреннем выпуске!»

Какого чёрта? Подскакиваю на месте, разминая шею, и хватаю телефон. Не могла же она…

Проверяю переписку с режиссёром и глазам своим не верю. Могла! Просто написала с моего телефона сообщение, где я якобы распоряжаюсь заменить Чадаеву на себя. Но это ещё не всё! Кристина и на моей электронной почте наследить успела. Вписала себя в бронь моего номера! Вот ведь лиса хитросделанная!

Не дам ей такую лёгкую победу, не на того напала. Хочу позвонить туроператору и отметить все изменения, но телефон не позволяет мне совершить звонок. Нет сим-карты! И интернет соответственно не работает, я увидел только то, что уже было прогружено. Оглядываю стол и ругаюсь самым изощрённым словарным запасом, что имеется у меня в арсенале. Она даже стационарные телефоны утащила! Твою же дивизию. Ну я ей устрою!

Бросаюсь к двери и дёргаю ручкой — заперто! И как вишенка на торте — ещё одна записулька, прикреплённая скотчем:

«Около одиннадцати часов придёт Ада, наша уборщица, и обязательно тебя откроет. Надеюсь, ты успеешь к котикам! Хороших выходных! Не скучай!»