7 глава

В Санкт — Петербурге я удачно устроилась администратором в один из известных фитнес — центров, что позволило мне вовсю пользоваться привилегиями, которые предоставляло руководство клуба своим сотрудникам. Я практически жила на работе, и если не была на смене, то обязательно проводила свободное время либо в тренажёрном зале, либо в бассейне. Однажды, старший менеджер обратил внимание на моё рвение и физические данные и предложил оплатить курсы фитнес — инструкторов. Ответила ему, что подумаю, — я не была уверена, хотела ли посвятить свою дальнейшую жизнь спорту.

Но мне очень нравилось, как менялось моё тело в лучшую сторону, и я даже начала полноценно вести страницу в Instagram, выкладывая много новых фотографий.

Для кого? И зачем? Я и сама не знала… Или знала?

Мне не хотелось как — то задеть бывшего; я вообще о нём не вспоминала, как — будто и не было Дениса никогда в моей жизни. Вот так, практически в одночасье, некогда любимый человек, стал абсолютно чужим, а тот, на кого я всю свою жизнь не обращала внимание, — с каждым днём, всё больше и больше занимал мои мысли…

Мужского внимания у меня было в избытке, но крутить романы ни с кем не хотелось, только Лилька крутила пальцем у виска, считая меня ненормальной, когда я, в очередной раз отказалась от свидания с одним очень симпатичным парнем — постоянным клиентом нашего клуба.

Но я действительно наслаждалась свободой и к серьёзным (да и несерьёзным тоже) отношениям пока была не готова.

Не скрою, теперь я очень часто думала о Сашке… Тем не менее, предпринимать какие — либо действия — не решалась, хотя Лилька постоянно подбивала написать ему в личные сообщения.

— Ну и что я напишу?! Привет, Саша, как дела? Знаешь, я тут недавно с парнем рассталась, ты ещё свободен, или как? А если он вдруг ответит: занят, или, вообще: женат и скоро стану отцом, упустила ты свой шанс, Петрова. Да я ж тогда умру от стыда!

И как в воду глядела.

Я сидела на работе и скучала: понедельник, послеобеденное время, посетителей мало. Я обрадовалась внезапному звонку Лилии — можно было убить время её болтовнёй.

— Оксанка, ты сейчас охренеешь, кто сейчас только что заходил ко мне в магазин! — закричала она в трубку.

— Кто? — сдвинула я брови.

— Ну угадай!

— Не знаю, Лиль, говори уже! Кто? Неужели Джордж Клуни?

— Буткевичус!

Я почувствовала, как моё сердце провалилось вниз и застучало где — то в животе.

"Сашка здесь, в Питере?!"

— И не один, — продолжила Лилька. — С девушкой… кажется, он называл её Алиной.

"Алина. Неужели та самая Алина? Клубная красотка?"

Мои щёки пылали, а пальцы мелко дрожали, когда Лиля во всех красках рассказывала, как Буткевичус скупил чуть — ли не полмагазина, и даже, сделал ей подарок.

— Они вместе летят отдыхать в Тунис! Прикинь!

— Прикидываю, — единственное, что смогла выдавить я из себя.

— А я тебе говорила написать ему! И сейчас, возможно, летела бы с ним ты, а не эта Алина!

— Да с чего ты взяла, что это со мной бы он полетел? А вдруг послал меня далеко и надолго! Забыла, как я с ним обошлась? Пусть отдыхают. Счастливого пути.

— А ты не хочешь поинтересоваться, узнавал он про тебя или нет?

— Если бы узнавал, ты первым делом мне об этом сообщила.

— А вот и не угадала! Узнавал. Пока его девчонка кроссы себе выбирала.

— И что же он спросил? — я старалась придать своему голосу как можно больше безразличия.

— Как у тебя дела, чем занимаешься, где живёшь…

— А ты?

— Правду, конечно. Что живём сейчас вместе, и что ты от Дениса ушла…

— А он? — я затаила дыхание.

— Ничего он. Сказал: ясно. И всё.

— Ясно.

Жуткое разочарование накрыло меня гигантской волной.

— Не расстраивайся, Оксик, — почувствовав моё настроение, Лиля сразу же принялась меня утешать. — А может оно и к лучшему… Ты ведь прекрасно знаешь Буткевичуса и его образ жизни. Хотелось бы тебе, в итоге, стать "одной из"? А? Вряд ли. Думаю, его детская любовь давно прошла, просто ты всегда была для него недосягаемой, вот он и завёлся так тогда, но такие, как он никогда не поменяются. Бабник, он и в Африке — бабник.

Нет, одной из его многочисленных девиц, мне точно не хотелось быть, как и присоединяться к армии его поклонниц я не имела никакого желания. Но что — то мне подсказывало, что я никогда не была бы для Сашки просто "одной из".

…Несколько дней спустя, когда мы с Лилькой балдели в джакузи нашего центра, мне пришла в голову шальная мысль.

Я облокотилась на локти о кафельный бортик и, красиво прогнувшись в пояснице, выставила из воды свою задницу.

— Фоткай! — приказала я Лильке.

Та понимающе заулыбалась, схватив смартфон и принялась щёлкать меня с разных ракурсов.

— Оооо, да ты горячая, детка! Да — да, так! Ну — ка прогнись сильнее! Супер! Твоя попка сердечком будет звездой инстаграма, отвечаю! Кстати, задница этой Алины с твоей и рядом не стояла! Я заходила к ней на страницу: сто фоток возле бассейна, двести у моря, и ни одной с Буткевичусом! И у него тоже нет совместных фотографий с ней! Сечёшь? У них всё несерьёзно!

Не скажу, что меня это не обрадовало.

Звездой не звездой, но как только я выложила провокационное фото, на меня обрушился шквал лайков и комментариев:

"Ух, какой орех!"

"Я бы вдул!"

"Зачётная задница!"

"Давай встретимся, красавица!"

И ещё тонну сообщений в личку.

Я не была готова к такому назойливому, не совсем адекватному вниманию, поэтому спустя пару дней удалила фотографию, тем более, что тот единственный лайк, на который надеялась — я так и не получила. А потом и вовсе удалила приложение с телефона. Я никогда не была ярой фанаткой соцсетей и не нуждалась в них.

Меня уже начинала напрягать странная зацикленность на Буткевичусе. Мне хотелось иметь свободное, не обременённого тяжестью страданий сердце. И с этих самых пор, я запретила Лиле вспоминать про Сашку.

*** В начале лета, нам удачно удалось с Лилей совместить отпуска, и в конце июня мы полетели вместе домой.

Предстояла грандиозная встреча выпускников. Прошло ровно десять лет как мы закончили школу, и почти год, как случился тот короткий, но бурный, если его можно так назвать, роман с Буткевичусом.

Моё сердце по-прежнему оставалось свободным, как и моё тело было свободным от секса: с того момента, как я ушла от Дениса, никакого интима в моей жизни не происходило.

Надо признаться, я волновалась, предвкушая встречу с Сашкой, хотя всеми силами пыталась не показывать своё волнение Лильке, но та быстро меня раскусила, когда сидя в самолёте в ожидании взлёта, на её предложение, чтобы в аэропорту нас встретил Буткевичус, я почти закричала:

— Нееет! Не вздумай ему звонить! Не хочу, чтобы он нас встречал!

В мои планы входило сразить его наповал видом сексуальной цыпочки, но никак не уставшей после длительного перелёта курицы.

Месяц назад Лиля с ним переписывалась и, как бы между делом, спросила про личную жизнь, на что он ответил своей коронной фразой: "Я со всеми и ни с кем".

В тот день, когда я собиралась на школьный вечер, так разволновалось, что пришлось даже выпить пару стопок отцовского коньяка для успокоения нервов.

Я надела короткое обтягивающее чёрное платье на тонких бретельках и серебристые босоножки на высокой шпильке. Распустив длинные волосы, слегка подкрутила их кончики и ярко подвела веки, подчёркивая зелену своих глаз. Я так долго вертелась перед зеркалом, что немного не рассчитала время.

"Эх, как всегда, приду с опозданием!"

Сердце бешено колотилось, когда поднималась по ступенькам школьной лестницы на второй этаж, где находился наш актовый зал. Я слышала громкий гул голосов и, распахнув тяжёлую дверь, вошла внутрь.

Зал уже был полон народа. На сцене кто — то пел. Ко мне подскочила счастливая Лиля вместе с Олесей Михайловой — нашей одноклассницей и третьей подругой. Мы обнялись и расцеловались.

— Буткевичус здесь, — шепнула мне на ухо Мондрус.

Я нервно сглотнула.

Колени подгибались, пока Лилька с Олесей практически тащили меня за собой. Мы подошли к длинному столу, за которым расположился весь наш класс. Но я никого не видела. Мой взгляд упёрся в широкую крепкую спину, обтянутую серым пиджаком.

Саша стоял около стула, на котором сидела Галина Николаевна — наша классная руководительница и, слегка склонившись над ней, что — то негромко рассказывал.

Будто почувствовав мой взгляд, Буткевичус выпрямился и повернулся. Мои зелёные глаза встретились с его карими.

— Привет, Петрова! — насмешливо произнёс он.