Глава 38

Эйдория Увидев императора, Эрвин окаменел, и на его лице проступила смесь страха со злостью. Я тоже боялась пошевелиться, настолько сильные чувства исходили от Фэриона. Его ненависть была столь темной и всеобъемлющей, что мне стало трудно дышать. Переборов внезапную слабость, я попятилась назад, подальше от нового, пугающего меня мужчины. – Фэр, – дрожащим голосом произнесла я, – все не так, как тебе кажется. Я не хотела… – Замолчи! – в ярости выкрикнул Фэрион, и я инстинктивно сжалась, ожидая, что он сейчас меня ударит. Но император лишь стиснул кулаки, и я снова ощутила ту жуткую ауру, что появлялась всякий раз, когда он был зол. Вокруг него заклубилась тьма, его взгляд окончательно почернел, а лицо превратилось в бесстрастную маску. – Мне плевать, что ты скажешь, и какие оправдания выдумаешь, – сквозь зубы процедил он, глядя на меня. – Вы оба предали меня и понесете заслуженное наказание. То, как холодно он это произнес, заставило меня вздрогнуть. Словно палач зачитал свой приговор. Он не успел договорить. Тьма, словно живая, выпустила щупальца и пронзила ими грудь парня. Захрипев, он выгнулся дугой и упал мне под ноги. Его остекленевшие глаза уставились на меня с укором, и я, закричав от ужаса, бросилась оттуда прочь.– Прекрати! – ожил вдруг Эрвин, вставая на мою защиту. – Она ни в чем не виновата! Если кого ты и должен винить, то только себя… Но далеко убежать мне не дали. В два счета догнав, император схватил меня и грубо швырнул на землю. Съежившись, в отчаянии я закрыла лицо руками и отвернулась, не в силах смотреть в лицо своей смерти. Но мужчина, наклонившись, вдруг схватил меня за волосы и рывком заставил сесть. – Сначала я воспользуюсь тем, что мое по праву. Сказав это, Фэрион опустился на колени и впился жестким поцелуем в мой рот. Его рука зашарила по моему телу, он задрал подол платья, и, оттянув резинку нижнего белья, бесцеремонно проник внутрь меня пальцами. – Лучше сразу убей, – всхлипнув, прошептала я ему, не надеясь, что меня услышат.Я невольно дернулась, волна отвращения и страха накрыла меня с головой, а по щекам потекли слезы. Неужели это все происходит со мной? Как я могла полюбить такого человека? Но император вдруг отстранился, и я, подняв голову, сквозь пелену слез, увидела на его лице смятение. Глаза приобрели прежний, стальной цвет, а тьмы вокруг мужчины будто стало меньше. Он резко встал и отпрянул назад, а потом я услышала его растерянный голос. – Прости… Я не хотел. Моя тьма, я больше не могу ее контролировать… – Уйди! – в слезах воскликнула я, опуская взгляд. Не могла больше его видеть. – Ненавижу тебя… – добавила тихо и заплакала. Рыдания сковали меня, я окончательно погрузилась в пучину отчаяния и боли, и не заметила, как император ушел. Лишь где-то, в глубине души что-то оборвалось, и в груди поселилась тянущая пустота. Только что я потеряла что-то очень важное для себя. Ландариум Интерлюдия – Так вы говорите, принц ненастоящий? – задумчиво переспросил Фэриона граф Адам Милтон. Сухощавый мужчина с резкими чертами лица и жестким взглядом откинулся назад в кресле и отшвырнул в сторону смятый листок бумаги. – У вас есть доказательства? Вы же понимаете, насколько серьезно эта новость поменяет политический расклад в стране? Особенно сейчас, перед самой коронацией? – Конечно, – уверенно кивнул Кейдж, – иначе бы я к вам и не пришел. Старая нянюшка принца готова подтвердить, что ее подопечный попал во дворец со своей матерью, будучи младенцем. Этого будет достаточно, чтобы придворные засомневались и потребовали принца пройти через «Родство». – Ну, хорошо, – прикрыл глаза аристократ, прикладывая ладонь ко лбу. – Хоть я и не уверен, что остальные аристократы пойдут на такое. В руках принца сейчас слишком много власти, и он может просто отказаться от испытания. Но если все так, как вы утверждаете, действовать нужно быстро и решительно. Не хотелось бы повторения истории с Лже-Артуром на троне. Королевский род не должен прерываться, иначе страну снова ждут темные времена. – Это еще не все, – хмуро продолжил Фэрион, нервно постукивая по столу пальцами. – Есть достоверная информация, что у короля осталась дочь. Рожденная от простолюдинки, но, тем не менее, вполне способная занять трон, сразу, как выйдет замуж за любого из аристократов. И я хотел бы обсудить этот вопрос с вами более детально. Глаза Милтона округлились, он явно не ожидал подобного, и откровения Фэриона привели его в замешательство. – Что же вы раньше молчали? Это меняет дело! Нужно как можно скорее найти ее! – Постойте, – поморщился декан, не разделяя энтузиазма графа. – Я знаю, кто она и где находится. Но у меня есть условия. Эта девушка моя невеста. И я не позволю использовать ее как разменную монету. – Даже так? – усмехнулся аристократ. – Значит, хотите сами стать королем? Признаться, я ожидал чего-то подобного. Но решение буду принимать не только я. – Я понимаю. Решайте, только быстрей. Время не ждет.