Глава 19

Таблетки мне сексолог точно пустышки подсунула! Как увидел Асю, так и… обалдел. Хотел ей прикупить чего-нибудь из одежды, но со стояком по бутикам ходить не решился, повез домой. Взял визитку того салона, чтобы не забыть, где из мыши лебедь сделали. Перед встречей с Ямагути сюда же привезу.

Удивительно, на что способны руки мастеров. На лице Аси не осталось ни следа усталой обреченности. А когда женщина посматривала на меня в машине, ее глаза приятно блестели. Как после секса, и щеки зарумянились. Это заводило, твою мать! Стояк крепчал, желание нарастало. Хотелось стереть большим пальцем легкую помаду с пухлых губ, попробовать их на вкус, смять, подчинить, вырвать стон.

— Стой! — не выдержал я, и Шолов послушно притормозил. Я подался к Асе, которая тут же вжалась в спинку сидения и приоткрыла рот, будто хотела возразить. Между белых зубов мелькнул розовый язычок, и у меня едва крышу не сорвало. Каким чудом удержался и не стиснул чужую женщину в объятиях, не знаю. Процедил сквозь зубы: — От вас так сильно пахнет всей этой химией, что у меня разболелась голова. Вот деньги, вызовите такси.

Сунул ей в ладонь пару крупных купюр, на которые Ася могла вызвать кортеж лимузинов, и, перегнувшись через нее, открыл дверь.

— Выходите. Утром заеду за переводом той части договора, что привез сегодня.

— Как утром?..

Ася неверяще распахнула глаза, и я едва не застонал — всего несколько сантиметров разделяло наши губы. Безумие! Не в силах терпеть сладкую пытку, отпрянул и, выскочив из машины, обошел ее и помог выйти женщине. Тут же запрыгнул в салон, хлопнув дверью, и приказал:

— Домой.

— Леонид Григорьевич…

— Ты оглох? — рыкнул я, мечтая придушить Елену за то, что таблетки ее ни хера не работают. Внизу живота все выкручивало и палило жаром. Может, кормящие матери вырабатывают какой-то особенный феромон, от которого у мужиков сносит крышу? Но почему тогда на ее ненормального мужа не подействовало? Или это мой личный наркотик?

— Стой, — приказал, когда автомобиль заехал за угол. — Надо проветрить машину от этой химической дряни.

Я вышел из салона и, оставив дверь распахнутой, пошел обратно. Замер у самого угла и, держась в тени, наблюдал, как Ася, обхватив себя руками, нервно осматривается. В свете уличных фонарей на полностью пустой ночной улице женщина смотрелась так беззащитно, так одиноко, что захотелось подойти и, сняв с себя пиджак, накинуть на хрупкие плечи. Но этого я, разумеется, делать не буду. Ася не знала, что я за ней наблюдаю, и так будет лучше.

Дождавшись, когда женщину заберет такси, я на всякий случай скопировал номер машины и написал сообщение Зине, чтобы сообщила сразу, как Ася доедет до дома. Сам же сел в автомобиль и, скрестив руки на груди, глубоко задышал. Ощущая, как уходит стояк, кивнул — точно феромоны. Надо быть осторожнее и держаться подальше.

Договор с японцами в приоритете, нужна трезвая голова и ясный ум. А когда кровь отливает в пах, работы не получится. Потер запястье и нахмурился. Еще с Валей проблемы из-за этих феромонов. Но что такое обида на мужа за нестояк по сравнению с разводом? Я постучал кончиками пальцев по стеклу окна, за которым мелькали пустынные улочки ночного города, и вздохнул.

Странная ситуация у Аси. За время ее работы у меня не заметил ни намека на лукавство или недомолвки. Предельно честная, собранная и ответственная — я не мог представить, что она не только изменила мужу, но и обманом пыталась выдать чужого ребенка за его. Ася не настолько глупа… даже после родов невозможно стать такой дебилкой, чтобы не понимать возможности современной медицины.

Вот поэтому я и позвонил Виктору. Меня удивило, что женщина уверенно отрицает факт измены, — это первое. А то, что муж всю беременность молчал, что бесплоден, еще более странно. И вообще вся эта ситуация напоминает заметки из желтой прессы о забеременевших от инопланетян…

Я тихо рассмеялся и похлопал насторожившегося Шолова по плечу:

— Завтра как обычно. Отдыхай.

Судя по оторопелому взгляду, водителя чертовски озадачили мои перепады настроения. Меня и самого они удивляли с каждым днем все больше. А все потому, что в жизни нет установившегося порядка. Я потер запястье — никогда не носил «Патеки» несколько дней подряд. Надо поменять на что-то… И какого хера Валька их выбросила? Какая муха ее укусила? Если она, конечно, не солгала, чтобы отомстить мне за тот вечер.

— Валя, — позвал я, ступив на порог дома.

Понимал, что уже поздно, но жена всегда ждала, когда я вернусь, отсыпаясь потом днем. Сегодня же она меня не встретила. Это плохо. Впрочем, и раздражающего дизайнера тоже не видно — это плюс. Я прошел на кухню и налил себе воды. Попивая ее, осмотрел в холодильнике упакованные в прозрачную пленку тарелки с ужином.

Валя наверняка не ела. Мне тоже совершенно не хотелось, и я, захлопнув дверцу, направился в гостиную. По прежним нашим ссорам я точно знал, что жена сейчас сидит на полу спальни перед разожженным камином с бокалом в руке в компании пары пустых бутылок. Ощутив укол вины, скинул пиджак и, бросив его на «немодный» диван, поднялся по лестнице.

И чего я так вспылил? Подумаешь, «Ланги». Всего лишь часы… пусть и очень дорогие. Но за эти деньги не купишь чувства. А между мной и женой настоящая страсть — яркая и неугасаемая целых три года. В то время как мои приятели разводятся уже через несколько месяцев, Валя никогда не давала повода даже подумать о разрыве. Сексуальная, податливая и в то же время непосредственная, а порой даже дикая, она заводила меня с самого первого дня.

«До последнего времени».

Я постарался не обратить внимания на предательскую мысль и открыл дверь. Тут же пригнулся, когда увидел, что в голову летит сотовый. Телефон канул в темноте коридора, а я удивленно уставился на покачивающуюся жену. Валя выбросила руку и, ткнув в меня пальцем, визгливо спросила:

— И кто эта сука?!