35. Отец

Сижу в машине возле дома Злобиной и, отпивая кофе из бумажного стакана, сверлю взглядом входную дверь подъезда. То и дело поглядываю на часы и жду. Жанна вот-вот должна выйти на работу.

Минут пять спустя, Злобина, действительно, выходит из подъезда и направляется вдоль дома в сторону автобусной остановки. Как всегда элегантная, с укладкой и легким дневным макияжем. Красивая до невозможного.

Но сегодня я приехал не по ее душу.

Я всю ночь не мог заснуть.

Жанна забрала кольцо, которое я хранил двадцать лет, даже не сильно брыкаясь и отказываясь. Это бы меня должно было порадовать, но почему-то я не испытал удовольствия. Наоборот, я напрягся. Да, я увидел на лице Злобиной удивление и даже растерянность, но потом она будто замерзла еще больше.

Будто запретила себе показывать настоящие эмоции. И, мне кажется, что нормально поговорить нам так и не удастся в ближайшее время. Сколько бы я не тянул ее к себе, она подходит на шаг, становится ближе физически, но внутренне отдаляется еще сильнее.

А я схожу с ума, понимая, что хожу кругами и упускаю время.

Диана выходит спустя пять минут после матери и направляется в противоположную сторону. Гашу первый порыв броситься к ней бегом. Вместо этого завожу двигатель, прикуриваю и неторопливо выезжаю с парковки.

Волнуюсь ли я? Пиздец как.

Моя дочь идет быстрым, уверенным шагом по улице и невольно приковывает к себе взгляд. Надо сказать, что во вкусе ей не откажешь, да и по качеству вещей видно, что это не ширпотреб. Интересно, Злобина вбухивает всю зарплату или Диана сама где-то работает? Я, конечно, могу дождаться отчетов Гриши или Руслана, но мне так не хочется терять время, так надоело ждать, когда вот она, информация, бери и получай.

Наконец, Диана замечает мою машину, медленно двигающуюся рядом с ней по дороге, и притормаживает.

Открываю окно, чтобы она увидела, кто за рулем. Сталкиваемся взглядами.

Дочь вытаскивает из уха наушник и, не раздумывая, направляется в мою сторону.

– Мама уже ушла на работу, – склонившись к окну, обращается она ко мне.

– А я не к маме, – смотрю ей в глаза. – Подбросить на учебу?

Диана приподнимает бровь и, пару секунд пристально меня рассмотрев, все же садится в машину.

– Подбросьте. – вздыхает она, убирая наушники в чехол и выключая на телефоне музыку.

Телефон крутой, яблоко последней модели, как у меня.

– Классный телефон, – усмехаюсь, кивая на него. – У меня такой же. Нравится?

– Да, вполне устраивает, – вертит Диана его в руке. – Производительность отличная, не лагает. Для учебы отлично.

– Мне тоже нравится, – бросаю на нее взгляд, отпивая кофе. – Ты где учишься?

– Академия при президенте.

Едва не давлюсь от неожиданности, потому что, помнится мне, Жанна рассказывала мне про академию туризма.

Коротко прочищаю горло, кашлянув.

– Круто. А специальность? – уточняю у Дианы, понимая, что сейчас уже не удивлюсь.

– Юриспруденция, государственно-правовой профиль.

Усмехаюсь и закатываю глаза. Злобина – зараза.

– Что смешного? – холодно смотрит на меня Диана, вздернув бровь.

Впитываю в себя ее взгляд, мимику, ее черты лица в этот момент и еще крепче убеждаюсь в том, что я не ошибся.

– Ничего. – улыбаюсь. – Я просто адвокат, мне это близко... Почему ты не пошла по маминым стопам?

– В следственном жизни нет. – усмехается Диана, и я ощущаю какой-то внутренний восторг, понимая, что она – моя, моя амбициозная девочка. – Мне больше интересны международные отношения, но на бюджете не особо большой выбор.

– А платно? – хмурюсь.

– Дорого.

– Ммм, – киваю, заворачивая к придорожной кофейне. – Понимаю. Давай кофе купим? Тебе какой взять?

Она пьет черный, сладкий. Или раф. Я уверен.

– Раф, пожалуйста, – пожимает плечами Диана, а я улыбаюсь и смотрю на нее, не в силах отвести взгляда.

Едва сдерживаюсь от того, чтобы не сгрести в объятия. Давай, дочь, удивляй меня. У папы даже от секса столько эмоций не было, сколько сейчас от общения с тобой.

Ухожу и возвращаюсь спустя несколько минут. Наблюдаю, как Диана переписывается с кем-то в телефоне, улыбаясь.

Блин, у нее ведь, наверняка, кто-то есть уже. Взрослая совсем. Как Жанна, когда мы начали встречаться. И я боюсь представить, что ей может достаться какой-нибудь мудак, типа меня. Я бы убил такого, будь он женихом моей дочери! Не удивляюсь, что я не нравился родителям Жанны.

– Держи, – протягиваю Диане стакан с кофе и сажусь в машину.

– Спасибо, – кивает она, отвлекаясь от телефона. – Расскажите о себе.

– Меня зовут Денис Дмитриевич Доманский, я – адвокат. – представляюсь и делаю паузу, пытаясь считать реакцию дочери. Отчество-то у нее мое. Поймет – не поймет?

Диана лишь бросает короткий взгляд на меня и молча ждет продолжения.

– Мы с твоей мамой учились в одной академии, на разных курсах. Теперь вот работаем вместе над делом. Двадцать лет не виделись, представляешь?

Снова смотрю на Диану и жду. Она лишь пожимает плечом и усмехается:

– Надо же.

Да блин, неужели Злобина ничего не рассказывала дочери обо мне?! Хоть что-то!

– У вас что-то есть с моей мамой? – уточняет Диана, помолчав.

И что ответить? Как ответить? Я бы любой другой девушке ее возраста прямо сказал обо всем, а ее боюсь задеть.

– Мы общаемся. – пожимаю плечами. – Как коллеги и как… друзья.

– Ммм, – кивает Диана. – А зачем тогда захотели со мной поговорить? Уж не разрешения спросить, я так думаю?

– Нет, не разрешения. – мы подъезжаем к территории академии, и я останавливаюсь на парковке, поворачиваюсь к дочери и под ее изумленным взглядом беру ее ладонь в свою, не удержавшись. – Просто тогда, когда я тебя увидел впервые, то сразу понял, что мы должны пообщаться, но был не в очень презентабельном виде. Давай я заберу тебя после занятий, и мы пообедаем, познакомимся поближе?

В следующую секунду мне в лицо внезапно прилетает кофе из стакана.

Отпрянув, быстро стираю рукавом пиджака горячие капли и ошарашенно смотрю на Диану.

– Я записала наш разговор на диктофон. – цедит она сквозь зубы, пряча телефон. – Маме сегодня же покажу. Яйца подкатывайте к кому-нибудь другому, Денис Дмитриевич, если в вашем окружении нормально приставать к дочерям знакомых женщин. И рядом с мамой я вас больше чтобы не видела.

– Диана, – выдыхаю, когда она берется за ручку двери. – Ты не так поняла!

– Да что вы говорите? – оборачивается дочь, и теперь я четко слышу в ее голосе стальную интонацию Жанны. – И что же я не так поняла? Удивите меня.

– Я твой отец.