Глава 36. Макс

Беспардонно вторгаюсь в ее рот, не обращая внимания на протестующее мычание, заставляю ее язык толкаться мне навстречу. Холодный от мороженого, он контрастирует с горячим моим, вызывая бурную реакцию рецепторов.

Чувствую, как волоски на руках встают дыбом. Волна мурашек опускается ниже, заставляя напрячься и привстать более крупный орган.

На меня обрушивается удар вожделения, сознание мутится.

Вжимаю Даню в себя крепче, оттесняю ее к ближайшей лавке, тащу за собой коляску свободной рукой.

Плюхаюсь на деревянное сидение и сажаю Даню себе на колени. Подаюсь бедрами вверх, вырывая хриплый выдох вперемешку со стоном из ее губ.

- Прекрати! - отстраняется она, но я перехватываю ее крепче за талию и с силой опускаю обратно, снова затыкая сладкий рот.

Даня тоненько скулит и задыхается, вздрагивая всем телом, а потом вдруг обмякает в моих руках.

- Эй, ты чего? - придерживаю ее и вздергиваю брови. - Ты… кончила, что ли?

- Макс,.. ты сдурел? - выдыхает она слабо, сползая с моих бедер и плюхаясь рядом. - Мы в общественном месте!

- Да я тебя просто поцеловал!.. - усмехаюсь, разглядывая пустой парк. - И все работают, в отличии от нас… Ты, серьезно, кончила от поцелуя?

- Нет! - Даня краснеет и, мне кажется, врёт.

Охренеть! Я к ней толком то и прикоснуться не успел! Горячая как кипяток!

- И я - нет. Значит, дома продолжим. - понижаю голос и подаюсь к ней, лукаво глядя в глаза.

- Петров! - вскакивает Даня и хватается за коляску. - Прекрати! Ты озабоченный.

Я ухмыляюсь, вставая следом. Запихиваю руки в карманы спортивок, отчего ткань натягивается на возбуждённом члене. Киваю Дане на него. Она бросает короткий взгляд и быстро отводит глаза.

- Ты не представляешь, насколько… - иду чуть позади, ем мороженое и разглядываю изящную фигуру. Ноги у нее, конечно, - душу продашь. Усмехаюсь. - Твои ноги бы да на мои плечи.

- Петрооов, - низко рычит она, оборачиваясь и пытаясь испепелить меня взглядом. - Даже не думай!

- Слушай, может, ты из монастыря сбежала? - усмехаюсь.

- Иди в жопу.

- Не, не сбежала. Выгнали, по-любому!..

Даня молча закатывает глаза. А я… хочу снова такой поцелуй.

- Представь, что я ем мороженное и тут же ласкаю языком твои сосочки. А тебе холодно и у тебя мурашки. - понижаю голос до интимного шёпота и с удовольствием наблюдаю, как Даню передёргивает.

- Макс! - шипит она, покрываясь новым слоем пунца. - Я не буду с тобой спать.

- Конечно. Потому что я не дам тебе уснуть.

Даня снова закатывает глаза.

- Ты можешь прекратить уже?

- Могу до дома молчать. - охотно отзываюсь.

- Так, пожалуйста, помолчи, а? - просит она обиженно.

- Тогда с тебя французский поцелуй.

- Я не умею, - бросает Даня через плечо и я тут же хватаю ее за локоть, разворачивая к себе.

- Я научу, - склоняюсь к ней и в предвкушении скольжу пальцами по тонкой шее. Вижу, как подрагивают ее ресницы.

- И заткнешься до вечера, - сглатывает Даня, глядя на меня серьезно. Ее голос срывается от волнения.

- Обещаю, - выдыхаю ей в губы и касаюсь языком кончика ее языка. Вижу, как доверчиво она прикрывает глаза и, смелея, притягиваю за поясницу ближе.

Все тело хищно напрягается в предвкушении дофаминового кайфа. Понимаю, что большее, чем поцелуй, в данных обстоятельствах мне не светит. Но влечение к Дане настолько сильное, что пока что согласен и на это.

Как же я хочу большего!..

- Ма, ма, ма, ма! - раздаются недовольные возгласы из коляски.

- Блин, Маша! - рычу разочарованно, потому что Даня вздрагивает и тут же отстраняется от меня.

- Петров! - повышает голос моя упущенная добыча и берет Машку на руки. - Не пугай ребенка!

Изо всех сил пытаюсь делать вид, что мне нормально. Но внутри кипит от обиды на несправедливость этого мира! Ну что, нельзя было поспать хотя бы на минуту подольше?! Или чтобы мы хотя бы находились в уединенном месте?! Я бы хрен тогда обороты сбавил!

Машка орет на руках у Дани, пытаясь содрать с нее футболку и добыть грудь. И вот в этом я ее понимаю! Я бы не отказался сделать то же самое!

- Давай ее мне, - выдыхаю, отпуская ситуацию, - а то она тебя разденет.

- Она голодная совсем, - взволнованно вздыхает Даня. - А мы бутылочку не взяли.

- Ты ее щеки видела? - усмехаюсь, поднимая к лицу извивающуюся, как гусеница, крестницу. - Хватит орать, ты недавно ела. Ты мне кое-что поинтереснее обломала, я же не ору!