17. Забава

Мирон демонстративно отворачивается от меня на бок. Срываюсь, хватаю подушку из-под его головы и, вложив всю злость, бью его ей по плечу. Он моментально вскидывается, поворачивается ко мне с таким взглядом, будто сейчас просто разорвет на куски.

— Ты дура? — рявкает он, но меня уже несет.

— Есть пошли! — повышаю голос, снова замахиваясь и Мирон поднимает руки, отбивая в сторону мое орудие возмездия.

— Не пойду! — снова рычит, выпучив глаза и бешено таращась на меня.

Но это меня не останавливает. Корчу ему свирепую морду, нанося очередной удар. На этот вкладываю больше силы. Мирон перехватывает мою руку, сжимает её на грани с болью. Вижу – бесится.

— Завязывай, — шипит сквозь зубы, но я вырываюсь, и, не долго думая, снова замахиваюсь.

Мирон ловит подушку и дергает на себя. Она натягивается в наших руках, когда он пытается выхватить её у меня. С силой дергаю обратно. Раздаётся громкий треск, и я отшатываюсь, нелепо взмахивая руками и едва не падая. Старые жёлтые перья взлетают в воздух. Пушинки летят, кружатся, оседают на нас обоих и все вокруг.

— Блять, — выдыхает сводный, откидывая кусок наволочки и стряхивая перья с головы и одежды. — Отвали от меня, чудище!

— Я старалась, готовила тебе! — огрызаюсь. — А ты — неблагодарный. То не ем, это не ем! Хочу – не хочу!

— Это я-то неблагодарный?! — Мирон фыркает с раздражением и снова заваливается на диван, подложив руку под голову и сверкая на меня своими глазищами. — Я тебя спас, грел! Надо было оставить, чтобы волки сожрали.

— Ну так оставил бы! — выдыхаю обиженно. — С волками проще договориться, чем с тобой, наверное. Ну-ка пошёл есть!

— Да не пойду я! — рявкает Мирон снова. – “Пошел”, блин! Сама пошла!

Его упрямство бесит до невозможности. Вот прям хочется взять веник и отхлестать его что есть силы!

— Пойдёшь! — выдыхаю, забираюсь на диван и, упираясь спиной в стену, толкаю его в бок ногами.

– Что ты делаешь? Мерзкий гном! – начинает хохотать он, пытаясь увернуться, но я лишь сильнее его пихаю и сталкиваю на пол.

Запыхавшись, поправляю упавшие на лицо волосы.

Мирон резко садится на полу. Его взгляд полыхает настоящей ненавистью. Он хватает меня за ноги, рывком стаскивает с дивана. Я вскрикиваю, съезжая прямо к нему на колени.

— Я тебя убью. — выдыхает он сердито, перехватывая мою руку и дергает на себя.

На ощупь хватаю другой рукой горсть перьев и бросаю в него.

— Фу, блин! — уворачивается он и тут же швыряет огромную горсть в меня.

Пух забивается в глаза, нос. Чихаю Мирону в лицо, кашляю.

— Дурак, — выдыхаю, втягивая воздух.

Снова тянусь к перьям, но сводный перехватывает мою вторую руку.

— Почему ты такая бешеная, а?! — орет мне в лицо.

— Да ты не лучше! Упрямый баран! — кричу в ответ, извиваясь как змея, но он лишь держит меня ещё крепче. Его лицо всего в нескольких сантиметрах от моего, и я чувствую, как мой пульс начинает бешено стучать.

Кажется, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Замираю от странного ощущения беспомощности. Вижу, как грудь сводного быстро вздымается.

— Может, потому, что ты меня доводишь? — бросает он, недовольно морщась и сдувая с носа пух.

Мы оба тяжело дышим, мелкие пушинки всё ещё летают вокруг, напоминая какую-то нелепую сцену из фильма. Облизываю пересохшие губы, сплевываю в сторону прилипшее перо и сердито смотрю на Мирона. Его тёмные от ярости глаза буквально сверлят меня, но я не отвожу взгляд.

— Успокоилась? — спрашивает он тише, чуть ослабляя хватку, но продолжая держать меня в своих руках.

— Сначала ты успокойся, — выдыхаю, стараясь не показать вида, что готова сдаться. — Есть иди.

— Я сказал: не пойду. — голос сводного всё ещё звучит резко, но в нём тоже появляется тень усталости. — Ты умеешь отбивать аппетит.

Мирон отпускает мои руки и сдвигает меня со своих ног. Встает и тянется за курткой.

— Не повезет твоей жене, — ухмыляюсь, потирая ладонью лоб. Даже голова начала болеть от всего этого.

Мирон раздраженно фыркает в воздух и оборачивается.

— Можно подумать, твоему мужу повезет? — усмехается язвительно, разглядывая меня. — Чудо в перьях.

— Баран. — стряхиваю с волос перья и пушинки.

— Душнила. Тебе на “а”.

Зависаю на секунду. Мирон уходит и хлопает дверью, не дожидаясь, что я ему отвечу. Вот гад!

Встаю на ноги и осматриваю место нашего побоища.

Красота!