14. Рэм

– Дурь? Да ни в жизнь. – усмехаюсь, откидываясь на диване в кабинете в одном из своих казино.

– Это неплохая прибавка к будущей пенсии, – усмехается мой посетитель, копируя мою позу. Не из робких, значит. Продавить решили.

– Между прочим, по статистике, – наклоняюсь к столу и беру щипцы, кидаю нам в стаканы по паре кубиков льда, – почти половина мужчин до пенсии не доживает. Смысл о ней заботиться?

– Ну, возможно, чтобы оказаться на другой стороне этой печальной статистики?

Вопросительно вскидываю брови, поднимая на него взгляд. Я правильно понимаю? Мне угрожают?

Вздохнув, разливаю виски и, взяв свой стакан, снова откидываюсь на спинку.

– Сколько вас таких, без вести пропавших, потом мелькает в сводке новостей… – усмехаюсь, качая головой. – Дури в моих заведениях не будет. Кто с собой проносит – это их проблемы. Точка.

– Я бы настойчиво рекомендовал вам… – заводит шарманку по новой посол.

– Точка. – повторяю, не меняя интонации и не повышая голос. – Свободен.

Как только переговорщик уходит, тут же звоню своим ребятам.

– Этого фраера ведете и глаз с него не спускаете.

Вызвав к себе начбеза, даю указания подготовиться к самым худшим вариантам развития событий: подчистить бухгалтерию, усилить охрану, пополнить штат бойцов из проверенных.

После, несмотря на позднее время, достаю спутниковый телефон и созваниваюсь с несколькими, так скажем, компаньонами, кто точно не может быть заинтересован в подставе. Мы договариваемся о сходке через два дня в малине*.

Тут же уезжаю из казино на случай, если готовят какую-нибудь подставу. Конечно, если будет облава и меня закроют, долго удерживать меня все равно не смогут, но это время может оказаться критичным для решения насущных вопросов. Нужно, как говорят, “залечь на дно”.

Сначала меня сопровождает охрана. Потом, когда мы точно уверены, что хвоста нет, я продолжаю путь в одиночестве. Сделав музыку погромче, курю и спустя полчаса торможу возле продуктового магазина. Закупившись продуктами, снова еду в бабкин дом. Нужно привести участок в порядок, да и домом заняться не помешает. Где-то подлатать, где-то разобрать. Как раз время для этого свободное организовалось.

Может, как-нибудь все-таки удастся соблазнить одну рыжую несговорчивую докторшу на выходные сюда рвануть. Я уже понял, что ее ни за деньги, ни за подарки не купишь. Но, по-любому есть еще варианты. А здесь воздух чистый, природа красивая. Романтика! Все вокруг настраивает на дружелюбный лад и откровенные разговоры.

Вспоминаю, как застукал жену с любовником, ржу. Ну, в принципе, в той ситуации я был оооочень дружелюбен.

Сегодня с самого утра какая-то суета. Шакалы активизировались по всем фронтам, будто готовится какой-то массовый кипеш, где я еще не самое большое звено. Но продавить пытаются именно так, снизу вверх. Поэтому доверять своим подчиненным становится все небезопаснее.

Но был и приятный момент за день. Получил от помощника слова благодарности, переданные Алисой. И сразу стало теплее на душе. Жаль, конечно, что она сама не позвонила, сучка вредная. Обиделась то как на мое предложение!

Но, ничего, для ее же блага нам и не стоит созваниваться в ближайшее время, чтобы у тех, кто под меня роет, не возникло интересна к ее персоне. Я заблокировал ее номер, чтобы даже мысли о ней ни у кого не возникло.

Пусть Алиса передохнет пару дней без меня. А потом продолжим наше неспешное общение. Я подожду.

Утром просыпаюсь рано и первым делом обливаюсь водой из колодца. Потом иду домой, разглядываю себя в дверцу шкафа. Хлопаю ладонью по плоскому животу и корчу недовольную мину. Раньше здесь был пресс.

Вообще, я хорошо выгляжу. Не обрюзг, подтянут. Боксерское прошлое позволяет телу держать форму даже при не очень праведном образе жизни. Но… уже не терминатор, хотя с моим ударом до сих пор мало желающих познакомиться. Нужно заново заняться спортом. Хочется впечатлить свою огнессу, когда она сдастся. Чтобы пресс мой увидела и все, сразу нокаут. Где-то же у нее должно быть слабое место?

Жарю себе на завтрак яичницу с колбасой и пью крепкий чай. Созваниваюсь с начбезом. Облавы или налета не было, но я знаю, что это мнимое затишье перед бурей. Дело нескольких дней. Выжидают, когда кто-то оступится. С другой стороны, мы тоже время зря не теряем. Кроты работают, собирают информацию. Оружие заказали, склады пополнили.

Повоюем, короче.

Только вот очень хочется перед всем этим хотя бы немножко… человеческого. А завтра суббота…

Посвящаю весь день уборке на территории. Жгу мусор. То, что нельзя сжечь, вывожу на ближайшую мусорку. На пилораме в соседней деревне покупаю доску и брус, конструирую в баньке новые лежаки взамен старых, прогнивших местами. К вечеру упахиваюсь так, что едва ноги до кровати волоку. Хотел баньку испытать, но сил хватает только, чтобы снова облиться водой из ведра и донести голову до подушки.

Вырубаюсь, чувствуя, как все тело гудит от усталости. Даже есть не стал.

Снится мутота. Разборки, какая-то драка, где я проигрываю. Просыпаюсь как от кошмара.

Время уже десятый час утра. А у меня сегодня грандиозные планы.

Чувствую, что голодный, как волк, но завтракаю на скорую руку и, закрыв дом, уезжаю обратно в город. Первым делом заезжаю в спортивный магазин и выбираю самые крутые девчачьи ролики. Так как размера ноги дочери Алисы не знаю, беру раздвижные, чтобы точно подошли.

Следом заезжаю в какой-то модный цветочный и беру огромный букет с ассорти из разных цветов. В него натыкана неизвестная мне зеленуха и даже соцветия хлопка. В принципе, выглядит необычно и нежно. Флорист сказал, такие композиции на пике популярности сейчас.

Последним по плану продуктовый магазин. Покупаю торт и пакет разных сладостей. Беру все подряд, потому что не особо в них разбираюсь. И вообще, обычно этим занимаются мои помощники, но сейчас я никому не могу доверять. А те, кому могу, заняты.

Ловлю себя на мысли, что выбирать цветы и подарки самому, конечно, муторно, но в то же время, есть на душе от этого какое-то приятное послевкусие. И волнение.

Потому что я сейчас действую без разрешения Алисы и могу огрести от нее за это по самое небалуй. С другой стороны, “там, где прямо не пролезем, мы пройдем бочком”. Если бы я делал так, как она хочет, мы бы и до кофе не дошли никогда.

Паркуюсь возле ее дома. Забираю покупки и, как навьюченный ишак, поднимаюсь на пятый этаж. Звоню в дверь. Жду.

Ждать приходится долго. Звоню еще раз.

– Кто там? – раздается из-за двери звонкий голосок. Улыбаюсь.

– Привет, – отзываюсь громко, но стараюсь, чтобы голос звучал дружелюбно. – А мама дома?

– Какая мама? – раздается новый вопрос.

Хмурюсь.

– Нууу, Алиса Олеговна которая.

Тут же слышу щелчок замка и, когда дверь распахивается, замираю на пороге как вкопанный.

Руки с букетом и роликами так же, как и уголки губ, медленно опускаются вниз.