18. Алиса

– Мам, ты представляешь, в этой машине пятьсот лошадей!

– Да ты что? – отвечаю дочке на автомате, а сама наблюдаю за Рэмом. Он говорит по телефону, который у него якобы сломался. Вижу, что мужчина оборачивается к нам и отвожу взгляд, будто он сможет увидеть через тонированное стекло, что я наблюдаю за ним.

– Я куплю себе такую же! – заявляет Злата и я, наконец, смотрю на нее.

– И куда же мы будем на ней ездить?

– Буду возить тебя и Рэма на дачу.

Закашливаюсь, прикрывая рот ладонью.

– У нас нет дачи.

– Рэм сказал, что у него есть деревня, а в ней дом и можно туда съездить в гости. Когда вы станете старыми, будете сажать там помидоры и разводить кур. А я буду к вам приезжать в гости.

– Это Рэм тебе такое сказал? – уточняю, чувствуя, как спирает дыхание. Какое право он имеет говорить такие вещи ребенку, которого знает один день? Я возмущена до предела.

– Нет, это я сама так решила, – смотрит на меня Злата и я вижу в ее глазах затаенную надежду. – Будет здорово, если вы поженитесь.

– Злата, – выдыхаю устало, – Рэм – он… ну, просто знакомый. Мы не собираемся с ним жениться.

Дочь ничего не успевает ответить, так как водительская дверь распахивается и Рэм резво запрыгивает в салон.

– Так, девочки, – широко улыбается он, лихо выруливая. – У меня не так много времени, поэтому придется поторопиться. Алиса, пристегнись.

– Только не гоните, – прошу его, быстро пристегивая ремень безопасности.

– Ты что, у меня ребенок в машине. Не больше двухсот. – хмурит он брови, но тут же улыбается Злате в зеркало. Закатываю глаза.

В парке аттракционов мы находимся уже несколько часов. Злата светится от счастья. Она обожает такие места, но бываем мы в них не часто, ведь я с трудом справляюсь с ее коляской на неровных дорожках.

Но сегодня с нами Рэм. Он уверенно везет дочку, будто всю жизнь делал это. Иногда даже подшучивает над Златой, называя ее то “принцесса на карете”, то еще как-нибудь. Я иду рядом и по большей степени молчу, наблюдая за ними со стороны.

– Куда ты хочешь теперь? – уточняет Рэм у Златы, снимая ее с карусели, а потом подает руку мне. – Хотя, нет, дай я сам угадаю.

– Мама, смотри, он угадал! – смеясь, кричит она, когда Рэм везет ее к колесу обозрения.

Ее радость согревает мне душу, но я все равно нервничаю. Все это слишком... непривычно. Рэм слишком... сказочнный. И как будто совершенно не боится моей реальности – ни инвалидности дочери, ни наших постоянных забот. Обычно люди начинают сразу нервничать, когда узнают, что у меня ребенок-колясочник. А он просто идет рядом. Спокойно, уверенно.

Когда Злата накаталась вдоволь, Рэм предлагает зайти в кафе и, не дожидаясь моего ответа, везет коляску в нужную сторону. Без лишних слов выбирает столик, за которым Злате будет удобно. Помогает ей удобно усесться, убрав все лишние стулья, а потом подвигает стул мне и просто садится рядом.

– Хочу пиццу с ветчиной! – заявляет Злата, и Рэм, даже не спросив меня, стоит ли ей это заказывать, коротко кивает официантке.

– Мама, а можно мне еще колу? – спрашивает Злата, широко улыбаясь и, кажется, наконец вспомнив, что у нее есть мать.

– Колу?.. – я на автомате смотрю на Рэма, будто жду его решения.

– Пусть пьет, – коротко отрезает он. – Один день – не страшно.

Я лишь прикусываю язык. Еще утром я бы возразила, но сейчас просто киваю. Что-то с этим мужчиной не так. Я теряю с ним контроль. Над ситуацией, над собой. И это пугает.

Через несколько минут на столе стоит огромная пицца, кола и два стакана с кофе.

Принимаемся есть. Злата смеется и болтает без умолку. А я смотрю на Рэма. Он не перебивает ее, не делает вид, что занят чем-то другим. Он просто слушает. И это выглядит так... естественно.

После кафе Злата, наевшись и устав от всего веселья, начинает клевать носом прямо в своей коляске. Я уже привыкла к этому: она почти всегда вырубается на обратном пути после насыщенного дня. Но вот Рэм... Он вдруг замедляет шаг и останавливается, наклоняясь к ней.

– Спишь? – тихо спрашивает он, поглаживая ее по щеке.

– Угу… – она уже почти не слышит, глаза закрываются.

– Давай я ее понесу, – говорит Рэм, и я снова открываю рот, чтобы что-то сказать, но он уже опережает меня и поднимает Злату на руки.

– Нет, я сама… – прихожу в чувства и протягиваю руки.

– Алиса, – он останавливается и смотрит на меня прямо. – Расслабься.

Рэм разворачивается и аккуратно несет Злату к машине. Она мгновенно засыпает у него на руках. Я молча следую за ними, снова не в силах вымолвить ни слова.

Пока едем, я наблюдаю за Рэмом с заднего сидения, обнимая спящую дочь. Лицо мужчины то становится хмурым и задумчивым, то вдруг расслабляется и я тут же ловлю на себе его взгляд.

Когда приезжаем домой, Рэм осторожно выносит Злату из машины. Я хочу предложить помощь, но уже знаю, что это будет бесполезно.

Рэм уверенно поднимается по лестнице с Златой на руках. Я иду следом, глядя на его спину и думая, что, может быть, впервые за долгое время кто-то снял с меня этот груз. И речь не столько о физической усталости.

В квартире Рэм аккуратно укладывает Злату в кровать, снимает с нее кроссовки, поправляет одеяло. Я стою в дверях, наблюдая за каждым его движением. Это так… трогательно.

Он подходит ко мне и я поднимаю на него глаза даже не в силах подобрать слова благодарности.

– Сейчас коляску принесу, – говорит он тихо, аккуратно отодвигая меня в сторону и выходит за дверь. Через пару минут возвращается, завозит коляску и прямо с порога протягивает мне в руки черный прямоугольник. Это похоже на коробку, обтянутую черной пленкой.

– Что это? – уточняю, сжимая в руках. Да, под пальцами плотный картон.

– Посмотришь, если я не появлюсь через месяц, рыжуль. Договорились?

– Вы… уезжаете куда-то? – хмурюсь, откладывая коробку в сторону.

– Будем считать, что в командировку. – Рэм тянет мне руку. – Обнимешь меня на прощание?

– Спасибо вам большое. Я уже давно не видела дочь такой счастливой. – даю ему руку и тут же оказываюсь притянута в крепкие объятия.

– Я рад, – негромко отвечает Рэм и я чувствую его горячее дыхание у себя в волосах. – Не забудь про Петрова.

– Хорошо, – шепчу ему в грудь и понимаю, что мне совершенно не хочется отстраняться. Но есть вопрос, который уже давно гложет меня. Вдыхаю поглубже и млею от аромата его духов. Язык начинает заплетаться, насколько я чувствую себя расслабленно. – Зачем вам это все?

Чувствую, как горячая ладонь скользит вверх по спине. Чуть сжав волосы на затылке, Рэм отстраняет меня, чтобы заглянуть в глаза.

– Сам не знаю. Но не откажусь от бонуса в виде поцелуя. – хрипло шепчет он и, бросив короткий взгляд на мои губы, касается их так невесомо, что я сама подаюсь навстречу.